Моя девочка.

Спустя двадцать минут круг моего общения пополнился так, что сказать то, что я была несколько в шоке — ничего не сказать. Егор был очень расслаблен, и я чувствовала это крайне сильно, его расслабление передавалось мне. Люди в компании оказались не дружелюбными, а безумно крутыми, и душевными, что настолько сильно привлекло меня, заставляя думать, что я в этой среде уже очень давно. Зазвонил телефон, и я подняла трубку, видя имя блондинки, что сейчас должна сидеть дома и просить у любимого салат с шоколадной пастой. — Привет, мать семейства! — засмеялась я. — Ань, ты можешь сейчас отойти от Егора куда-то подальше? — я угукнула, встав с диванчика и уходя на улицу. — Я боюсь говорить Мише о беременности, — я чуть не выронила из руки стакан с соком. — Он все еще не знает? — девушка только что-то пробурчала. — Тань, погоди, с каких пор ты боишься что-то говорить ему? Мне кажется, что Мишка будет очень рад! — услышав всхлип, я прикусила губу. — Ну что такое, Танюш? — Я вчера слышала его разговор по телефону, и он сказал, что… что он не готов к серьезным отношениям. — девушка начала плакать, а я повернулась в сторону Егора, ища взглядом Мишу. — Дорогая, может ты ошиблась? — она молчала в трубку, изредка всхлипывая. — Танечка, ну не плачь, слышишь? Ты ведь только малышу хуже делаешь! — она выдохнула, а я слегка улыбнулась. — Умничка, — девушка хмыкнула. — хочешь, чтобы я к тебе приехала? — Нет, — грустно говорит она. — не сегодня, Ань, но… спасибо, что была готова сорваться с места. — Тань, ты только глупостей не натвори, ладно? — найдя взглядом Марвина, я уже поняла, что хочу сделать. — Целую, до скорого. — Пока. — попрощалась блондинка, а я вернулась к Егору, садясь возле парня, так же откинув голову ему на грудь. Я смотрела на то, как мой друг, и, как я думала, будущий муж моей лучшей подруги, веселится и поет, а Таня, там, дома, совсем одна, плачет, и считает, что не нужна ему. Внутри нее, под сердцем, живет маленькое-маленькое чудо, которое хочет жить с папой и мамой, вот и все. Мне не хотелось бежать к нему и говорить о том, что Таня беременна, а он глуп, если не видит того, что рядом с ним действительно та, которая любит. — Ань? — Егор взял меня за запястье, когда я рванула к Марвину. — Все нормально? — я кивнула. — Точно? — наклонившись, я оставила легкий поцелуй на губах Егора, и он улыбнулся, отпустив меня. Я подошла к нему, взявшись за плечо, прося повернуться. Миша улыбнулся, увидев меня, а я прикусила губу, осматривая его. — Можно тебя украсть на пару минут? — он кивнул, отходя от ди-джейской стойки. — Миш, — начала я, когда мы вышли на улицу. — что у вас с Таней? — парень нахмурился. — В каком смысле? — непонимающе спросил он. — Во всех. — резко ответила я. — Какие у тебя намерения? — Ань, ты вроде взрослая девочка, — он улыбнулся, убрав руки в карманы джинс. — ну вот, какие у Егора намерения? — я застыла, понимая, что… не знаю. — Похожие и у меня! Понимаешь, у мужчин, которые любят, намерения часто схожи! — я прикусила щеку внутри. — Есенина, ну какие-какие! Жениться я на ней хочу, детей хочу, внуков! — он улыбнулся, подняв глаза на небо, хмыкнув. — Только бы она этого хотела… — Миш, — виновато протянула я, подходя к другу и обнимая его. — она хочет, я уверена, хочет. — его руки накрыли мои плечи, и друг обнял меня. — Все у вас будет хорошо. — он поцеловал меня в макушку, и мы пошли в здание. Когда мы с Мишей дошли до стола, на сцену пошла Кристина, и я поняла, что девушка собирается петь на Армянском. Внезапно, я ощутила аромат, который не спутаю ни с каким другим. — Пошли танцевать, — проговорил Егор мне на ухо, и я повернулась к нему. — Идем. — он взял меня за руку, подводя ближе к центру, и располагая свои ладони на моих бедрах. — Вау, — проронила я, когда услышала голос девушки. — Малыш, ты какая-то напряженная, — сказал Егора, наклонившись к моему уху. — все в порядке? — Можно я кое-что спрошу? — он кивнул, а я приподнялась, едва не прикасаясь губами к его уху. — Что с нами будет дальше? — Егор отстранился, заглянув мне в глаза. — Ну… мы ведь не можем всю жизнь просто встречаться, и… — Я женюсь на тебе, — прошептал Егор, слишком близко притянув меня в себе, говоря в самые губы. — ты будешь мамой моих детей. — я ощутила, как по телу идет дрожь, Егор наклонился еще ближе, и накрыл мои губы своими.

Я женюсь на тебе, ты будешь мамой моих детей.

Слова звучали в голове, как на повторе, а сердце отстукивало неровный ритм, я переместила руки на его шею, подтянувшись ближе. Егор сместил руки ниже, сжимая их на моей пятой точке. Кристина все так же пела, изредка вытигивая ноты выше, а после, замедляя темп. Но я не слышала ничего, кроме голоса, повторяющего фразу в моей голове. Закончив петь, девушка спустилась со сцены и уступила место Моту, а я решила, что мне необходимо отодвинуть от себя сомнения по поводу нашей с Егором жизни. Блондин по хозяйски расположил свою руку на моей талии, прижимая к себе и ведя к общему столу. Почему этот парень такой идеальный? Такой добрый, искренний, заботливый, безумно красивый и притягательный? И именно сейчас я понимаю то, что я счастлива. Счастлива именно с этим капризным мальчишкой, который обнимает меня. Я видела много разных женатых пар, с различными исходами и жизненными путями, даже сейчас, в нашей компании. Например… Натан и Настя, вот. Он был очень наглым и настойчивым, а она неприступной, и вопреки всем препятствиям он женился на ней, а она родила ему сына, и они счастливы. Но есть ведь и слегка другой пример, не сказать, что он плохой, а просто… не слишком счастливый. Тимур и Алена Шишкова, их свадьба и развод. Они ведь любили друг друга, у низ родилась прелестная доченька, но в итоге… так бывает, что люди расходятся, даже любя. И мне порой в голову приходят разные мысли, по поводу того, как будет с моей семьей? До того момента, как я встретила Егора, мысли о замужестве были последним, что присутствовало в моей голове. Я никогда не видела примера настоящей семьи, до того времени как увидела, к примеру, Марину Петровну и Николая Борисовича. Они — действительно пример, никак иначе. На вопрос, каким будет Егор, я полагаю, что знаю ответ. Он будет отличным отцом, и просто невероятно хорошим мужем, заботливым, честным, любящий и… любимым. А я? Я смогу быть подходящей девушкой для него? Если он будет похож на своего отца, то я… я ведь вряд ли могу хотя бы ровняться на Марину Петровну. Она миролюбива, добра, честна, открыта и откровенна со своей семьей, она настоящая хранительница того очага, который обогревает их семейный дом, а я? Что можно сказать про меня? Как я могу хранить очаг своей семьи, если я даже не знаю что такое семья? Отец, мать… что должно быть, если есть отец и мать? Любовь? Вера? Понимание? Моя мать никогда не знала этих слов, тот, кто был с ней, кого я должна называть отцом, ничего не сделал кроме того, как разрушил ее жизнь. А ведь она была невероятно красивой! Всю свою жизнь! С самой школы за ней бегали мальчишки, а она влюбилась в этого… человека. Даже того, в последний раз когда я приезжала к ней в больницу, она была неописуемо красива. Пускай с бледной кожей, и измотанная жизнью, но она улыбалась! Ее улыбка, и усталый, но теплый взгляд с еле заметными морщинками делали ее такой волшебной! Разве она не заслужила лучшего, чем мой отец? Заслужила, но не все в жизни бывает гладко. Дак вот… и Егор. За ним носятся толпы девушек, невероятно красивые, с приличными семьями, без всяких оплошностей в прошлом, настолько ужасных, что есть желание стереть их из память, а любит он… меня. Нет, я не похожа на моего отца. Во мне нету этой ненависти к людям, такой дикой любви к деньгам, безразличии к другим, и внимательности к себе, да еще и такой, что забываешь обо всем в мире. Я не похожа на него, или же… в чем-то похожа? Ненависть к людям… я ненавижу тех, кто позволил отцу начать пить, кто не позволил матери еще совсем давно сдать его туда, где могли помочь. Ненавижу тех, кто не сумел спасти мою маму, кто не понимал ее. Тех, кто ломал мою жизнь, кто калечил меня, не думая о том, что у каждого в жизни бывают беды. Тех, кто думал только о себе и своих потребностях… Но я не хочу быть такой. Я хочу искоренить в себе все те раны, которые появились в зависимости от обстоятельств, от людей, появившихся в моей жизни в самым ненужный момент. Я не похожа на отца по одной просто причине… Если он боялся сломать жизнь себе, то я боюсь ранить любимого человека, и… — Егор, мне надо отойти, — я услышала, как срывается мой голос и дыхание сходит на разрывы. — Куда ты? — он приподнялся, говоря громче, из-за музыки. — Я сейчас вернусь, — переходя через промежуток между двух диванов, я стянула туфли, благодаря темноте, и побежала к туалету, после, закрыв дверь на замок. Умыв лицо руками, стараясь не задеть макияж, я пыталась выкинуть из головы эти идиотские мысли. Платье задралось, а ноги начали болеть от того, что я слишком сильно их напрягала, будучи в туфлях. Тело желало быть опрокинутым в воду, растворится в пустоте, только чтобы не ощущать ноющей боли в груди от своих же размышлений, хотя казалось бы… я ведь счастлива, черт возьми! Он любит меня, он сказал мне такие вещи, о которых не могла даже мечтать! Но я не хочу испытывать счастье, и делать боль, а как доказала ситуация с модельной съемкой, я умею делать больно тем, кого люблю. Но мне так хочется избежать этого! Стать хорошей женой, мамой, а самое главное… стать той, с кем он будет счастлив так, как никогда в своей жизни. Хочу любить его настолько сильно, как только позволяет и не позволяет сердце, я и так делаю это, но хочу делать это так, что бы сомнения не касались его мыслей даже на одну секунду! Я ощутила, как по щекам катятся слезы, и начала стирать их руками, пытаясь закинуть голову выше, что бы не дать им смыть косметику, и проявить следы истерики. Радуясь тому, что помада светлая, я прикусила зубами руку, чтобы не зарыдать в голос. Я вздрогнула, слыша стук в дверь, и, как я понимаю, далеко не первый. — Ань, — услышав голос Егора, я поднялась. — Ань, открой! — он говорил громко и настойчиво. — Открой, я же ее выбью! — сердце застучало, видимо… я долго не слышала того, что он за дверью. Я подошла к двери, и открыла ее. Передо мной стоял взволнованный Егор, с хмурыми бровями, и бегающим взглядом. На мне не было и следа истерики, лишь слегка растрепанная прическа. — Почему ты плачешь? — я ошарашенно раскрыла глаза. — Я не плачу, — спокойно ответила я. — Не ври мне, — настойчиво сказал он. — малышка, ну? — Егор вздернул мой подбородок, прося смотреть ему в глаза. — Прости меня, — я расплакалась, видя его голубые глаза. — прости, Егор. — уткнувшись ему в плечо, я начала рыдать, чувствуя, как Егор обнимает меня, втолкнув в помещение, и слегка отстраняет, смотря в глаза.