Я разорву тебя на куски

Music: Kingdom come - What love can be…

Они так и уснули в объятиях друг друга возле жаркого камина. Дрова уже превратились в холодную золу, когда Катарина вновь открыла глаза. За окном клубился предрассветный туман, серые сумерки мягко освещали просторную гостиную. Девушка лежала на боку, чуть подобрав под себя ноги, спиной к Персивалю. Он был так близко, что она чувствовала его теплое дыхание на своем затылке. Внутри Катарины зияла бездонная черная дыра. Будто все то, кем она была, что любила, ради чего жила беспощадно выдрали из нее. Слезы вновь навернулись на глаза, но усилием воли Феделиус подавила желание разрыдаться в бессилии. Стараясь не разбудить Персиваля, она развернулась к нему лицом, кончиками пальцев погладила серебристый висок. Он был на десять лет ее старше, в разы опытнее и сильнее. В профессиональном плане она восхищалась им всегда, хотя и никогда не афишировала это. Но он оказался не только отменным аврором. Еще и очень красивым мужчиной. Впервые она увидела его лицо так близко, смогла рассмотреть все детали: паутинку в уголках глаз, короткие морщины на лбу, аккуратно очерченные небольшие губы, пару необыкновенных родинок на левой щеке и еще одну под линией роста волос. Он как никогда казался живым и… человечным. Катарина перевернула Грейвса на спину и нежно, касаясь только губами, поцеловала. Персиваль сквозь растворяющийся сон ответил на ее ласку, медленно поднял руку, утопил пальцы в ее волосах, не давая девушке отстраниться. Это был самый долгий и искренний поцелуй в ее жизни. Никогда и никого она не желала так, как Персиваля Грейвса сейчас. Он осторожно взял в ладони ее лицо и заглянул в глаза. -Катарина… Я… не думаю, что сейчас. -Нет, - девушка затрясла головой, - ничего не говори. Ты мне нужен. Пойми. Очень нужен… -Это неправильно… -Я хочу забыться в тебе, - она впилась в его губы грубее, чем хотелось бы. Катарина не могла больше ничего слышать. Он - единственная отдушина, что еще осталась в ее жизни. Грейвс привлек ее к себе, перевернулся, подмяв девушку под себя. Одной рукой он продолжал держать ее за волосы, другая медленно начала подниматься по холодной ноге, затем проникла под подол сорочки. Персиваль неспешно погладил нежную кожу внутренней стороны бедра. Катарина задышала шумно и неровно. Каждое его прикосновение обжигало, как раскаленное железо. Она возвела руки над головой и прошептала: -Свяжи меня… Грейвс замер. Он вовсе не хотел быть с ней грубым или жестоким. Даже наоборот, он собирался доказать, что может быть максимально нежным и бережным к своей женщине. Но Катарина потребовала голосом, который возражений не терпел: - Свяжите меня, мистер Грейвс… Персиваль выхватил палочку и взмахнул ей: - Инкарцеро! Появившиеся из пустоты веревки врезались в руки Катарины, плотно стягивая запястья. Девушка закусила губу и выгнула тонкое тело. - Возьмите меня, Грейвс. «Так вот, что ты любишь»… Персиваль прошелся пальцами по крепкому узлу, по нежной коже, смятой грубой веревкой. И понял, что безвозвратно пропал. Он поднял ее, закинув на плечо, донес до дивана и перегнул через кожаную спинку. Подняв сорочку, он стянул с нее белье и погладил девушку по округлому заду. -Да… - выдохнула Катарина, - Не бойся. -О, поверь, я не боюсь. Размахнувшись, он шлепнул ее, оставляя красный след ладони на белой ягодице. Удар получился не слишком сильным, но горячим и звонким. Еще один короткий взмах – и широкая ладонь хлестанула девушку по второй ягодице. -Сильнее,- потребовала Катарина яростно, - что с вами, Грейвс? Бьете, как женщина! - Хорошо, - пробурчал Персиваль, стягивая ремень. Взмах, звук разрезаемого воздуха, острый удар и жгучая боль. Катарина от неожиданности вскрикнула. Грейвс бил по-настоящему, не жалея силы. Гладкую кожу разрезал алый след. -Больно! – закричала она, но ее возмущение прервал еще один шлепок и очередная волна горячей боли, за ним еще один и еще. -Хватит! -Считай удары! – рявкнул Грейвс. -Нет! Удар. -Считай, или я не остановлюсь! Выполнять! Шлепок. -Один! -Вот так! Продолжай! Удар. -Два!.. Взмах.Удар. -Три!.. -Громче! Я не слышу, что ты там бубнишь себе под нос! -Три!.. – Катарина перешла на хриплый крик. Звонкий щелчок ремня. -Четыре!.. -Ты ведь этого хотела?! Шлепок. -Пять!.. -Значит, тебе понравилось в тот раз, а? Тебе понравилось в тот раз, когда я выпорол тебя в департаменте? Чего замолчала? Говори, иначе опять получишь! -Да!.. – простонала девушка, - Понравилось… Персиваль стянул ее с дивана и поставил перед собой на колени. Он дышал, словно после тяжелой драки, спина его взмокла, а лоб покрылся испариной. Темные волосы растрепались. Его жестокие глаза сверкали, будто раскаленные угли. -Так вот, почему ты пришла ко мне, после того, как съела любовное зелье. Значит вы, вице-президент Феделиус, любительница жесткого секса. Вспотевшая от боли и возбуждения Катарина туманно смотрела снизу вверх на мужчину, пытаясь отдышаться. -Да, мистер Грейвс. Похоже, что поэтому я и пришла именно к вам. Он провел теплой кожей ремня по щеке девушки. -А теперь, мелкая дрянь, - его голос был властным и резким, - ты поблагодаришь меня за то, что я доставил тебе удовольствие, - Грейвс поддел кончиком серебряной бляшки подбородок Катарины, поднимая ее лицо вверх. -Благодарю, мистер Грейвс… -Громче. -Спасибо! -Еще громче! -Спасибо!!! – что было сил, закричала девушка и рухнула на пол. Она чувствовала опустошающее облегчение, будто часть душевной боли вылилась из нее вместе с криками и болью физической. На этот миг, пусть и не долгий, она утратила контроль над происходящим, отдала всю себя в руки кого-то более сильного и властного. Грейвс удовлетворенно кивнул и вытащил палочку из кобуры. -Диффиндо, - тихо сказал он, и веревки, связывающие руки Катарины, лопнули, высвобождая покрасневшие запястья. -Помоги мне встать, - попросила она, протягивая руку. Персиваль поднял ее и, придерживая за плечи, заглянул в глаза. -Ты в порядке? Я не переборщил? -Нет, все было очень хорошо. Ты молодец, - Катарина растерянно улыбалась, глаза девушки смотрели поверх плеча Грейвса. Он погладил ее по лицу теплой ладонью. -Позволь, я залечу следы ударов. -До крови рассек? -Да нет. -Тогда это ни к чему. Само пройдет. Уж поверь, не впервой же… Катарина, пошатываясь, прошла к креслу и, поморщившись, присела. Персиваль припал перед ней на одно колено и взял ее за руки. -Я не хотел, чтобы все было так. Не знал, что тебе это по душе. Для меня э т о совсем не свойственно. -Но за годы службы, похоже, ты неплохо натренировался командовать и делать людям больно. Признайся, тебе же понравилось? Грейвс стушевался, но все же кивнул головой. -Меня это удивляет. -Это нормально, уж поверь. Мне помогает снять стресс. «Мне, видимо, тоже», - хотел было сказать Грейвс, но в последний момент передумал. Чувствовал он себя на удивление расслабленно, если не считать легко чувства стыда.