Исчезающие волны

Аэропорт встречает утренним гулом. Безумные идеи разбиваются об лёд отказывающего сознания. В сером кейсе хаотично разбросаны таблетки валиума, железная коробочка с драже "Altoids Peppermints", восемь сотен китайских долларов, крепкие сигареты и пистолет-пулемёт семейства UZI. Ричарду необходим сон. Он смешивает неделю подряд реланиум с водкой. Полчаса растягиваются в сутки. Ричард покупает телефон с зарядом батареи ровно на тридцать минут. Срывает на нём вакуумную упаковку и подходит к камерам хранения. "Двести двенадцать или сто двенадцать?" — он пытается вспомнить номер ячейки, медленно шагая вдоль грязной стены. "Двести одиннадцать. Я выиграл." Вакуумная упаковка падает на пол, Ричард открывает дверцу и достаёт из ячейки сим-карту. Вставляет в телефон и направляется к выходу. Запах коричневого дерева разливается по улице. Наркотический приход на время удаляет яркость солнца, а также все воспоминания. Вселенскую безмятежность обрывает стандартный и мерзкий сигнал вызова на одноразовой нокии. — Улица Shenwang. Ричард проглатывает слюну и выбрасывает телефон в урну. *** — У неё волосы жаренного миндаля. Такая неказистая, одним словом. Просто выстрел в голову, если не брать во внимание, что она из нижнего Далласа. Чужие разговоры скользят по черепной коробке, как корабль среди тихоокеанских волн. Ричард молод и тосклив, он трогает руками свою шею. Смотрит в пустоту. Мимо проходят двое мужчин. Один из них, в старомодных очках с толстыми линзами, говорит своему спутнику. — Океан слишком быстро замерзает. Токийская подлодка вчера стала айсбергом, сто пять трупов. Сто пять осколков в твоём сердце. И несколько осколков рядом. — Ты думаешь, все эти передовые флагманы беспилотных автомобилей нужны в Бразилии? Венесуэле? Ты видел, какой там трафик на дорогах? Я ебал это, мужик, честно. В эти страны уходит всё то дерьмо, что не устраивает нас. В обмен они везут нам первоклассный кокс и сотню разновидностей героина. Короче, Ричард, ближе к делу. Улица Shenwang — это большие заказы, понял? — Улица Shenwang — это большие проблемы, — Ричард смотрит на стекло такси, по нему расползается реклама Тайваньского джина. — Тайваньского, — он тихо говорит это слово себе под нос. Пробует его на вкус, как тот самый пресловутый джин. — Что ты там мямлишь? — голос доносится из динамиков переднего сидения. — Мы людей продаём, Дарнелл, а не машины. Людей... "Беспилотные флагманы, идут они нахуй," — говорит про себя Ричард, машина останавливается перед неприметным зданием. Он выходит под тень деревьев. К дверям постепенно стягиваются представители многочисленных китайских триад. Особенные рукопожатия, дым от сигарет и запах дорогих духов. Металлическое сердце медленно качает кровь. Ричард здоровается за руку с несколькими лидерами европейских ячеек. Много слёз, и цифры "489" набиты под их глазами. Реальность съедает все мечты. Он заходит в здание. Холл выглядит, как штаб-квартира ЦРУ: множество компьютеров хаотично разбросаны по залу. На жидкокристаллических мониторах отображаются маленькие точки. Это полицейские патрули, находящиеся в ближайших пяти километрах. В отдельной комнате, слепленной из гипсокартона, усердно прослушивают их переговоры. Множество людей собралось здесь ради торгов. Это брокеры, оставленные на произвол своей судьбы. Они летают авиарейсами "Toyota Motors", живут в дешёвых отелях и питаются быстрорастворимой лапшой. Они тоже о чём-то мечтают. Ричард вскользь рассматривает их лица, кивает нескольким и продирается сквозь толпу к лестницам. Холл этого неприметного здания заполнен самыми разыскиваемыми преступниками в мире. — Florida Killaz. Я не просыпаюсь, — мужчина с телефоном в руках косится на Ричарда. Поправляет свой пиджак. — Жарко здесь что-то. Ричард поднимается на второй этаж. Пропадает в лабиринте кабинетов из гипсокартона. Ненастоящий, сухой воздух. На двери восьмого кабинета электронное табло "Отдел продаж". Прямо над порогом висит паршивый бесшумный кондиционер. Из разряда тех, что прогоняют через себя этот скверный воздух и делают его ещё хуже. Когда нибудь, он упадёт на голову неудачному гостю. Белый кафель зальёт кровью и селлер за столом несильно удивится. "Неудачному гостю больше не понадобится воздух, а мне он ещё нужен," — Думает Ричард, не задерживаясь под кондиционером, он садится за стол. — Знаешь, сколько людей угробили, чтобы сделать первого биоробота? Чтобы сделать ему настоящие мозги, не ту синтетическую начинку, а живую плоть... Около двадцати видных деятелей, учёных и философов согласились перенести своё сознание в его голову. И что ты думаешь? Полный провал. Пиздец, этот биотех поехал крышей, его забраковали. Это было пятьдесят пять лет назад. Сейчас же они спокойно разгуливают по улицам, чувствуют всё то же, что и мы. Они дышат нашим воздухом. Они такие же, абсолютно идентичные нам. Меня беспокоит только одно: зачем тебе живые люди? Купи себе сотню этих андроидов и делай с ними всё, что захочешь, зачем тебе люди?! — Мартин, — Ричард расплывается в улыбке. Он встретил своего старого знакомого. — Когда это ты заделался альтруистом? Сколько ночей провёл в Сингапуре? — Несколько тысяч, — Мартин показывает на свою белую рубашку и бейджик с именем. — Как видишь, теперь я работаю здесь. Мартин, этот хилый блондин с английскими чертами лица. В Сингапуре он проектировал синтетических андроидов и немного рехнулся на этой теме. На одном из корпоративов воткнул в горло своему директору сломанный бильярдный кий.