Дурдом в голове

      Последний год выдался… сумасшедшим. Да и предыдущий тоже. Экзамены, новые знакомства, кошки, кони и рубашки… потеря старых знакомых в том числе. Давно не появлялся ни зануда Никита, ни жизнерадостный Владлен со своей угрюмой сестрой, Марией, ни гиперактивная Нимфадора, ни даже брызжущий ядом Кер, который, несмотря на то, что утверждал, что ему просто нечем заняться, исправно заходил хотя бы раз в пару-тройку дней.       Сначала было тяжело. Я переживала и волновалась, ждала, строила теории и снова переживала. Затем — мне стало просто всё равно. Ну, бросили они меня и бросили. Как говорится, что бубнить-то. Остаётся лишь собрать себя в кучу, взять эту горсть в руки и жить дальше.       В общем-то, так я и поступила. Спокойно училась, знакомилась с новыми людьми и в какой-то момент обнаружила, что меня совершенно не волнует полное отсутствие моих товарищей в жизни — хотя, справедливости ради, после их мистического исчезновения и творчество пошло куда хуже. Можно сказать, практически пропало. Жаль.       Я окончила одиннадцатый класс, переехала в другой город, поступила в универ… всё как у всех. Ничего не изобретаем и не крадём.       Именно с такой мыслью я весело хмыкнула, сидя с электронной книгой в руках и размышляя, что бы мне такого почитать на досуге. Литература, захваченная с собой из дома, была сплошь серьёзной и увлекательной — никакой беллетристики. Недальновидно с моей стороны. Внезапно мне подумалось: было бы неплохо что-нибудь… перечитать. Чтобы как без русской рулетки — понравится-не понравится.       На нехитрые действия вроде скачивания и распаковки файла ушло чуть меньше двух минут, на заваривание какао — ещё секунд двадцать. Хорошо, что чайник ещё не остыл. Далее всё произошло буквально в три мгновения.       Раз — кто-то ухнул у меня за спиной в абсолютно пустой квартире.       Два — я с испуганно-нервным видом выплеснула на незваного гостя кипяток.       Три — я обернулась и увидела перед собой… кого-то.       Чьё-то не менее испуганное, чем моё, лицо закричало от боли и схватило полотенце, срочно вытирая кожу и параллельно одной рукой стаскивая футболку.        — Чёрт возьми, Дашка, ты что творишь?! — заорал незнакомец и отбросил одежду, как гадюку.        — Фамильярно и грубо… — немного обомлев, пролепетала я в ответ. — Какого Вы тут забыли, дядя?       «Дядя», впрочем, явно был моим ровесником, но я не смогла его так не назвать. Высокий, явно очень сильный и снова высокий — да такой, что мне пришлось задрать голову, чтобы увидеть подбородок. В наши невысокие дверные проёмы он целиком точно не влезал. Может, нужно отпилить верхушку, как у дерева? Тогда точно поместится.       Незнакомец как-то странно застыл и удивлённо протянул:        — Это когда мы на «Вы» разговаривали? Ты ничего не перепутала?       Мне немного поплохело. Нет, ну это надо же иметь такую наглость! Надо брать себя в руки.       Я и взяла. И его заодно, активно ведя к выходу по метровому коридорчику нашей с мамой однушки. К счастью, нахал не особо упирался, в каком-то неясном шоковом состоянии вяло перебирая ногами и один раз даже ударившись лбом о дверной косяк. Ну, не моя вина, что он таким вырос, не мне и извиняться. И пусть он в +2 ходит по улице в шортах и футболке (вернее, уже без неё) — в подобных ситуациях я вовсе не из жалостливых. Главное — успеть выставить, пока не опомнился.       Не успела.       Парень встрепенулся и вдруг встал, как вкопанный, а я… что я? Разве хрупкой и вовсе не спортивной мне легко сдвинуть с места такую махину? Да я вовек не справлюсь уж точно. Так что оставалось лишь выражать своё недовольство ситуацией громким пыхтением и готовящейся гневной речью. Увы, ей было не суждено увидеть белый свет.        — Ты меня не узнала? — будто прозрев, внезапно поинтересовался вторженец, и я, задрав голову, наконец разглядела аккуратно уложенную (ну, или мне так кажется снизу) рыжую шевелюру.       Голос, конечно, смутно знакомый, но мало ли похожих голосов на свете? Хотя я людей по ним и различаю, если быть кристально честной. Например, у конкретно этого индивида он был низким и в то же время обладал какой-то немного детской интонацией, будто он дурачился (хотя, кто знает…) — не хватало для полноты образа только надутых губок и сдвинутых бровок. А было бы любопытно взглянуть. Если бы я физически могла. Хотя, если издалека…        — Не узнала, — честно и не лукавя призналась я. — Трудно узнать кого-то, с кем ни разу в жизни не говорила.       Парень наклонился ко мне и удивлённо моргнул. Создавалось впечатление, что он чего-то очень сильно ждал.        — Что? — спустя торжественную минуту молчания, наконец, выдала я.        — И теперь не узнаёшь?        — А надо было смотреть?       Теперь-то я осознала, что ему от меня было надо! Но извлекать нужное лицо из памяти я не торопилась. Пусть ещё постоит в позе больного гуся и помучается. Мне не жалко. Нечего было ко мне в дом забираться.       Большие, немного округлые ярко-синие глаза смотрели на меня так кристально честно и доверчиво, что я даже засомневалась в том, что меня просто разыгрывают. Может, просто обознались? Тем более, мы не сменили замок после старых хозяев… Взгляд скользнул по широкому крупному носу и ярким алым припухлым губам. Симпатичный. Лицо вроде бы вертится на окраине подсознания, но кто это?..        — Впервые вижу, — наконец, вынесла я свой вердикт. — Дядя, поищите кого своего возраста, не лезьте к бедным школьницам!       Парень как-то расстроился и печально вздохнул. Мне его даже стало жалко… на пару секунд. А потом я вспомнила, что он без приглашения завалился в моё личное пространство, и вся жалость как-то сразу безвозвратно улетучилась.        — Это же я, Никита, — грустно протянул он. — Неужели не узнала?       Я сощурилась и помотала головой.        — Не. На Конева ты не похож. Даже если я сейчас его фотки достану. У него лицо другое.       Я вздохнула и ненадолго предалась воспоминаниям. С Никитой Коневым мы общались давно. Если быть точнее, с тех пор, как мне исполнилось четыре года, а ему — десять месяцев. Можно сказать, что мы были лучшими летними друзьями… пока что-то не пошло не так. Разошлись интересы. Шутки становились всё более грубыми и пошлыми, а я, как существо утончённое (нет), категорически отказывалась такие переваривать. Хотя было весело гоняться на великах по двору. Он, конечно, всегда меня обгонял, но зато ездила я куда дольше и дальше. Но это всё лирическое отступление.        — Тот рыжий и конопатый, с чёрными глазами? — как-то неуверенно уточнил парень. Я кивнула. — Ну и отлично. Значит, ты меня с ним не спутаешь.        — Если только Вы мне объясните, какого кота Вы забыли у меня дома, — недовольно фыркнула я. — Фамилия? Отчество? Прописка? Место работы? Паспорт? Судимости?       «Никита» удивлённо сморгнул.        — Как насчёт звонка в полицию? — решила добить я и наткнулась на… не то чтобы совсем адекватную реакцию.       Он захохотал. Смеялся гость долго и со вкусом, иногда со странным скрипящим стоном вдыхая через рот воздух. Придурошный. Точно. Рука сама потянулась к телефону, лежащему в кармане очаровательных серых пижамных штанов с розовыми лисами.        — По… дожди… — задыхаясь, попросил парень.        — Пока ты выхватишь оружие? — не стесняясь добавлять в голос побольше яду, поинтересовалась я и начала набирать заветный номер. — Спасибо, но удовольствие весьма сомнительное.       Парень весело блеснул глазами, коснулся моей головы и… исчез? Так. Либо это сдвиг по фазе, либо…       «Либо это сдвиг по фазе в сторону безопасности. Но я тебя не виню, » — раздался весёлый голос в моей голове.       Я дёрнулась так, будто меня током ударили, и замотала головой по сторонам. Никого. Совершенно. Тогда… откуда?       «Ну же, Лета, вспоминай!»       Я нахмурилась. А вот это уже напрягало. Всего пять человек в моей жизни знали одновременно и кто я, где я, и мой псевдоним. И незнакомые мужики в это множество явно не входили.       «А если знакомые?»       И тут, как бы банально это ни прозвучало, в голове будто что-то щёлкнуло. Лампочка загорелась, если будет угодно. И я вспомнила.       Мне четырнадцать лет. Я стою у себя в коридоре, открыв дверь, передо мной — странная компания. Два парня и две девушки. Один из юношей касается моей головы — и…       Я дёрнулась. Да быть такого не может! Всё! Что было, то прошло! И это явно не тот самый Никита, который…       «М-да, рано ты нас хоронишь, » — как-то флегматично протянул, по всей видимости, мой муз. — «Или поздновато? Зависит от того, с какой точки зрения ты смотришь.»       Так. А если поподробнее?..       «Захочешь — сама узнаешь,» — обломал он мне малину.       Ну вот. Так нечестно. Как говорит моя подруга, «возбудим и не дадим»…       Голос в голове фыркнул. И я — тоже.       «Так если ты — это ты, то где… все?» — как можно более адресно подумала я, и кто-то положил руку на моё плечо.        — Эвхаар Дгеморгреаз! — невольно вырвалось у меня не так давно подцепленное из одной книги выражение.       Я резко подскочила и развернулась к другим… «гостям». Вернее, к гостю. Он уже успел подойти к дивану и вальяжно на нём развалиться, закинув руки на спинку. Я напряжённо рассматривала тонкие губы и узкие ореховые глаза, пытаясь сложить два и два и к этому нехитрому результату прибавить ещё смуглую кожу и заплетённые в косу до пояса русые волосы, а в качестве ответа — получить не ёжика или белочку, а вполне себе конкретное имя.       И получилось.        — Ёлка ты, — высказала я своё мнение. — Нестриженая.        — Я тоже безумно рад тебя видеть, — на удивление весело фыркнул Керрон и с довольным видом потянулся. — Да-да, я тоже очень скучал и всё такое, так что… стой, что ты делаешь?       Я сидела на диване возле Кера и увлечённо тыкала пальцем в его рёбра, невольно опасаясь, что поранюсь. Вадахре, видимо, было абсолютно всё равно. Как говорится, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы из гадюк узлы не вязало. Хотя моё нынешнее занятие от этого мало чем отличалось.        — Мщу, — огрызнулась я и вдруг взорвалась: — Вы куда, сволочи, пропали?! Почему не предупредили? А теперь, когда прошло два, мать их, года, вы вдруг объявляетесь и «принимай нас, милая, с распростёртыми объятьями», да?! Об этом вы думали? Вши поганые!       Никита мудро молчал и мою гневную речь никак не комментировал. Я бы на его месте поступила точно также. Увы, Керрон такой мудростью не обладал.        — Вообще, наш вождь выразил мнение, что тебе будет лучше готовиться к экзаменам, чем…        — Иметь хоть каких-то друзей, чтобы не сойти с ума, — язвительно продолжила я. — Как насчёт, ну не знаю, небольшой записки? «Карлсон улетел, но обещал вернуться» или что-то в этом духе? Не? Половина мозга на пятерых?       На этот раз и Керрон проникся моими пламенными высказываниями и замолчал, как-то виновато отвёл взгляд. То-то же.       Но кое-что было неизменно. Я могла сколько угодно скрежетать зубами и злиться, пуская пар из глаз и ушей, но при этом любила лежать на людях — и не людях тоже. В общем, просто лежать. И именно так я и поступила, привалившись к плечу вадахры, который был старше меня как минимум в две сотни раз. Я привалилась и тут же отвалилась, моментально вспомнив, какой он костлявый и как сильно после подобных выходок у меня от перенапряжения болит шея. В голове я почувствовала радость Никиты, который, очевидно, был счастлив, что его невозможно избрать любимой подушкой.        — Владлен тоже обещал заглянуть… — как-то растерянно пробормотал Кер и протянул мне руку. — Слушай… может, мы тебя и обидели, но как насчёт перемирия?        — Я подумаю, — фыркнула я. — Но на временное перемирие — согласна. Кстати, чего это вы так внезапно вернулись?        — Ночь Всех Святых — и без нечисти? — весело ухмыльнулся Кер, чуть сощурив глаза. — Я не мог так жестоко с тобой поступить, даже и не рассчитывай.        — Да что ты говори-ишь… — протянула я. — Ну, как-то два года обходилась, как видите.        — Нам уйти?        — Ещё чего! Прикую к батарее, если попробуешь!       В моей голове моментально возникла картинка, достойная какого-нибудь недетского журнала — ну или хотя бы странички старого извращенца в социальной сети. Кер в костюме зайчика, прикованный к батарее розовыми пушистыми наручниками. Идиллия.       В моей голове раздалось удивлённое покашливание Никиты. Люди меняются, милый, люди меняются… Кстати, Бэлмис бы оценил эту картину. Надо его однажды сюда пригласить.        — Итак, — прочистив горло, продолжил Кер, — чем позволишь заняться, хозяйка?       Его голос стал куда веселее и ещё больше похожим на женский, чем обычно. Я недовольно окинула его взглядом и вздохнула.        — Разрешаю Никите не копаться в моих мозгах и всем лечь спать.       Лёгкое движение руки — и свет погас. Я, не взирая на то, что диван на треть занят моим товарищем, увалилась и вытянула ноги. Тактильные ощущение подсказывали мне, что Керрон ёрзал, устраиваясь удобнее.        — М-да, — наконец, насмешливо протянул он. — Не думал, что ты настолько скоро начнёшь спать со взрослыми мужчинами… Смотри, родителям расскажу.        — Молодец, тогда брысь на коврик! — буркнула я и брыкнулась из чистой вредности. Чтобы не наглел.       Где-то рядом в темноте Никита грустно ворчал, что о нём, как и всегда, все опять позабыли. Грустно ему.