Эпилог
1 июня 2017 г., 01:23
Антон лениво разбирает вещи в шкафу — Рина заставила. «Дверь уже не закрывается, выброси хоть что-нибудь ненужное», — сообщает она, прежде чем упорхнуть на встречу с подругами. Убираться сначала не хочется, но вскоре процесс захватывает, и вот Шастун дурачится перед зеркалом, примеряя старые футболки, а после сваливая их в кучу на полу. Две полки уже разобраны, когда Антон натыкается на поношенные кожаные перчатки. Он задумчиво берет их в руки и садится на край кровати, прикрывая глаза. Картинки мелькают в сознании, будто проекции волшебного фонаря.
***
«Самовлюбленный выпендрежник», — думает про себя Антон, знакомясь с Арсением. «Мы не сработаемся», — приходит в голову ему, когда они начинают первую свою парную импровизацию. «А мы с ним на одной волне», — удивляется Шастун уже через несколько минут, замечая, с какой легкостью они с Арсом подстраиваются друг под друга.***
Арсению сначала совершенно непонятно, почему вдруг его тянет беспокоиться о каком-то взрослом самостоятельном парне, и это даже выводит из себя, но потом Попов просто плюет на внутренние противоречия и отдается заботе с головой. Он просто отчего-то получает наслаждение, видя, как плечи Антона расслабляются при его появлении. Есть в Шастуне что-то хрупкое, ранимое, пробивающееся сквозь ширму из трехдневной щетины и непрерывающегося потока матерных слов, что заставляет окружающих оберегать его. Поз никогда не выпускает Антона из поля зрения, готовый в любой момент прийти на помощь, Стас при необходимости ненавязчиво направляет на путь истинный, даже Макар — и тот, хоть и имеет неисчерпаемый запас подколов, всегда прикрывает Шаста, если чувствует, что ему неуютно. Антон принимает защиту от Попова как должное, пока не осознает — в отличие от остальных, забота Арсения не отеческая. В ней скрыт тонкий, практически невидимый и каким-то странным образом невинный сексуальный подтекст. Это сбивает с толку, Шастун не знает, как реагировать на подобное внимание к себе, но его тоже как магнитом тянет к Арсу. Вот только это неправильно в мире Антона, желание зарыться пальцами в волосы Арсения — неправильно, желание закрыться от жестокого окружающего мира в успокаивающих объятьях Арсения — неправильно, желание провести остаток жизни рядом с Арсением — неправильно. Невозможно. Невыполнимо. Не-при-ем-ле-мо. Противоречия раздирают Шастуна на части, и, кажется, впервые в жизни никто не сможет уберечь его от удара. У него неплохо получается бороться со своими чувствами и абстрагироваться. Антон отвлекается, тусуясь с Макаром в Воронеже, знакомится с Октябриной и даже понимает, что эта девушка чертовски хороша, она мила, добра, она… подходит ему? Кажется, они были бы прекрасной парой. Вот только что-то щемит в сердце при мысли об Арсении. Антон не выдерживает и срывается в чертов Санкт-Петербург, заселяясь в гостиницу и споря с собой, стоит ли позвонить Попову. Раз за разом Шастун поступает с Арсом как последний мудак, и раз за разом удивляется выдержке Попова. Сам Антон уже не раз бы разукрасил себе морду, не раз поцеловал, не раз дал ситуации плыть по течению. И уж точно позволил бы отсосать. Не смог бы воспротивиться. А вот Арсений сумел. Той ночью Шастуна на этот шаг толкает чувство благодарности, запоздалый страх и много, много алкоголя, и он действительно не осознает, насколько унизительны и отвратительны его слова по отношению к Арсу. Утро оказывается неловким, но к счастью, Попов прекрасно понимает, что значит состояние аффекта, поэтому обиды долго не держит. Правда, нервозность между ними не исчезает так быстро, и Антон начинает переживать за долгий перелет до Москвы. Несколько часов на соседних креслах… Будет тяжело. Ситуацию спасает Позов, которому совершенно внезапно хочется обсудить с Шастом новый интернет-проект, и Антон едва заметно выдыхает с облегчением, когда Дима меняется местами с Арсом. На обед Антон выбирает курицу — он никогда не берет в самолете рыбу. Она не нравится Арсению. 31 декабря Антон устал. Его заебали соперничающие друг с другом Рина и Арс, словно два распустивших свои хвосты павлина, и он просто хочет, чтобы от него наконец-то все отстали. Внезапно накатывает апатия, и ему уже все равно, когда в темном коридоре с ним будто случайно сталкивается Октябрина, неискренне извиняясь, потом тянет за кулон, болтающийся на шее Антона, прикладывая его к собственному, чтобы сравнить. Шастуну приходится наклониться, потому что он на добрых две головы выше девушки, а она использует шанс и целует его. Пошло оно всё нахер. Антон устал. Антону всё равно. Пусть будет так. 1 января Шастун просыпается и ощущает тепло человеческого тела у себя под боком. «Арс», — нежно думает он, а после вспоминает события новогодней ночи. Антон открывает глаза и ему чертовски жаль, что всё так вышло. Он собирается подняться, найти Арсения в этом большом коттедже и честно вымаливать прощение, а после просить остаться с ним, с Антоном. Кажется, Шастун принял решение. Он сбрасывает с себя одеяло, но девушка, спящая рядом, внезапно такая беззащитная. Антон мог бы заботиться о ней так, как о нем самом вечно заботятся окружающие. С ней было бы правильно. Худая рука шарит по кровати и вновь укрывает их обоих одеялом. Шастун принял решение.***
Воспоминания Антона прерываются звонком в дверь. Он и не заметил, как прошло несколько часов. — Представляешь, ключи в сумочке найти не смогла, вот дурочка, пришлось звонить, — весело приветствует Октябрина, становясь на носочки и легко целуя Шастуна в щёку, — Разбери пакет, я в магазин за продуктами по дороге зашла. — Маша-растеряша, — ласково улыбается Шаст и отправляется на кухню раскладывать покупки по полкам холодильника. — Тош, а что это за перчатки на кровати? — окликает Антона Рина из спальни. — Да так, — отвечать ему не хочется, — Мои старые. — Поношенные какие-то. Выбросишь? — Да, — у Антона внезапно пропадает голос, когда он пытается ответить, так что приходится откашляться и повторить громче, — Да. — А может, на дачу отвезешь? Вроде, крепкие еще. По городу, конечно, ходить не будешь, но… — Нет, — обрывает рассуждения Рины Шаст. — Нет, Рин. Не нужно. Хлам всякий на дачу тащить. Я выброшу. На следующий день в Воронеже впервые, кажется, за все время метеонаблюдений выпадает снег в конце мая, запорошивая всё кругом и будто укрывая саваном прошлое. Молодая пара прогуливается вдоль берега водохранилища. Парень лепит снежок и отправляет в полет над водной гладью, а после нелепо взмахивает руками, пытаясь стряхнуть холодные капли. Девушка берет его ладони и отогревает дыханием замерзшие пальцы, унизанные кольцами. Они счастливо смеются и заходят в ближайшее кафе выпить горячего глинтвейна. В это же время в Санкт-Петербурге не такой молодой уже дизайнер сидит у ноутбука, нежно обнимая жену и выбирая с ней детскую коляску. Иногда чтобы стать счастливым, нужно всего лишь отпустить своё прошлое.
