Свидание Вслепую С Книгой

Стайлз закончил заштриховывать сердечко красным маркером. Вернув на место колпачок, он оценил результат своих трудов, который, по его собственному мнению, был просто эпичен. Он завернул документальный роман о краже произведений искусства в ту же неприметную коричневую обёрточную бумагу, что и остальные, а потом нарисовал мужчину в плаще, держащего в руках картину с сердечком и надписью «Позволь мне украсть твое сердце». Вдоль кромки Стайлз вывел заглавными буквами: «ПУБЛИЦИСТИКА». Улыбнувшись, он положил книгу на стопку, которую держал рядом с кассой. Стайлз ухватился за тренд «Свидание Вслепую с Книгой», едва поймал новое веяние на просторах Интернета. Книжный магазинчик, которым он владел — «Оригинальная Идея» — был старым, битком набитым и уютным, как любила мама, но Стайлз считал, что новый подход может немного оживить бизнес. Даже несмотря на увеличение количества любителей электронных книг торговля шла неплохо, но дополнительный интерес, который привлекала большая табличка с надписью «Не с кем провести вечер? Сходите на Свидание Вслепую с Книгой!», тоже не повредил бы. На данный момент Стайлз распродал практически все книги, которые изначально выставил, а большинство клиентов пришли снова. Однажды вечером в пятницу Стайлз каталогизировал добровольно пожертвованные магазину подержанные книги, когда услышал, как зазвенел колокольчик у входной двери. Он поднял голову и бросил короткий взгляд, прежде чем присмотреться повнимательнее к только что вошедшему мужчине. Тот был просто роскошным. Высокий, с тёмными волосами и такого же цвета щетиной, в очках с чёрной оправой, сильными плечами и мускулами, заметными даже под кожаной курткой. Стайлз отвернулся к стенду с романами эпохи регентства, прежде чем мужчина заметил, как он на него пялится. Он не хотел отпугнуть потенциального клиента, особенно такого смехотворно привлекательного. Мужчина рассматривал книги на полках минут пятнадцать, пока Стайлз вводил в систему новые поступления и общался с другими покупателями. Он как раз заканчивал обслуживать постоянного клиента, когда красавчик подошел к кассе. Взгляд Стайлза мгновенно переместился на джинсы, обтягивающие его длинные стройные ноги. Он неловко изобразил крайнюю занятость, как только мужчина встал перед стеллажом со «Свиданием вслепую». Стайлз следил краем глаза, как тот брал в руки каждую книгу, рассматривал обложку и ставил её на место, прежде чем взять следующую. Наконец он положил на прилавок одну из них. Стайлз поднял её и кивнул. — «Историческая беллетристика», — прочёл он. — «Действие разворачивается на границе». Стайлз улыбнулся, взглянув на мужчину, у которого — о мой Бог, обалдеть! — были самые красивые и беспокойные глаза, что ему доводилось видеть. Возможно, он пялился на клиента слишком долго. Мужчина приподнял брови и Стайлз стряхнул с себя остатки транса. Он почувствовал, что краснеет, когда повернулся к кассе. — Вы не выглядите, как парень, которому нравится жанр исторической беллетристики, — произнес он, пробивая книгу. — Я люблю историю, — ответил мужчина. — О, да, то есть нет, история — вещь замечательная, сам её люблю, но я просто, ну не знаю, не выбрал бы конкретно эту книгу из всех предложенных для вас, наверное. Мужчина не ответил, проводя через терминал дебитную карточку и вводя ПИН. Стайлз просто стоял там, стараясь смотреть куда угодно, но не на мужчину, пытаясь при этом не утонуть в собственном смущении. Когда карта была принята, он протянул книгу клиенту с улыбкой: — Наслаждайтесь своим свиданием! Мужчина не сказал ни слова, разворачиваясь и выходя из книжного магазина. Стайлз опустил голову на деревянный прилавок. Итак, этот клиент больше не придет. И это было отстойно. Стайлз даже не смог как следует заценить его зад от унижения, когда покупатель уходил, а теперь подобная возможность ему больше не светит.

***

Пятничные вечера нагоняли на Стайлза одиночество. Он наблюдал за парочками, которые ходили по его магазинчику, держась за руки и обсуждая литературу. Он смеялся над попытками некоторых впечатлить тех, с кем они пришли на свидание, разглагольствуя о всякой заумно звучащей околоисторической белиберде, при этом всегда восхищался людьми, которые не стеснялись признать, что им нравились отвратительные книги. Он любил подслушивать споры о том, какой писатель, жанр или произведение лучше. Люди настолько сильно выходили из себя по мелочам, что Стайлз попросту этого не понимал. Он любил книги. Все книги, любого жанра, которые только попадали ему в руки. Он любил их с тех пор, как был маленьким мальчиком, и мама читала ему вслух перед сном. Каждый вечер, что бы ни случилось, она непременно садилась рядом с ним с книгой. Когда он подрос, она брала его с собой на работу в книжный, а он заворожённо изучал книги на полках, словно каждый найденный томик был сокровищем. Вдвоем с мамой они проводили за чтением книг все вечера, когда отец уходил на ночные дежурства, задерживался на работе допоздна или отправлялся на ночные вызовы. Когда Стайлз стал достаточно взрослым, они читали сидя бок о бок, обмениваясь книгами, чтобы обсудить прочитанное, пока кто-то из них читал какую-то книгу впервые. Когда мама Стайлза заболела, он носил книги с собой в больницу, чтобы читать их ей, пока её голова покоилась на его плече, в то время как она слушала его голос и держала его ладонь в своей. После её смерти он не читал ни одной книги, кроме обязательных, целых два года. Ему было больно брать их в руки. Он как раз заворачивал новые книги для стеллажа «Свидание вслепую с книгой» и клеил на них стикеры, когда клиент подошел к кассе и остановился прямо перед подборкой «Свидания». Стайлз глянул на него вскользь и подпрыгнул от удивления. Горячий парень вернулся! Вместо того, чтобы изучить описание всех книг, он просто схватил одну из них с заднего ряда и положил на прилавок. — Еще одно «Свидание вслепую»? — спросил Стайлз с улыбкой. — «Космическая одиссея, путешествия во времени, сатира», — кивнул он, прочитав описание. — Звучит как книга, которую я мог бы прочесть. Он провел ее через кассу, пока мужчина передал ему наличку. — Предыдущая вам понравилась? — Да. — Замечательно, — произнес Стайлз, протягивая покупателю сдачу. — Будем надеяться, эта тоже будет пользоваться успехом! Наслаждайтесь! Он улыбнулся мужчине, а тот развернулся и покинул магазин. На этот раз Стайлз как следует рассмотрел его задницу и был безмерно рад, что получил ещё один шанс.

***

— Ума не приложу, почему мы не делаем этого каждую пятницу, — сказал Стайлз, заворачивая в коричневую бумагу «Над пропастью во ржи». — Это круче всего! — Обычно у каждого из нас есть личная жизнь, — заявил Айзек, дорисовывая довольно детальную иллюстрацию на обложке молодёжного паранормального романа, который только что закончил заворачивать. — Нам есть чем заняться пятничными вечерами. — Не слушай его, — возразила Эллисон, нарисовав цветы на завернутой ею книге. Стайлз не совсем понимал, какое отношение имеют цветочки к биографии Аль Капоне, но он пообещал разрешить каждому украсить обложки на свой вкус при условии, что они будут ему помогать. — Он отбирал книги для этой твоей затеи со «свиданием с книгой» целых две недели. Стайлз удивленно взглянул на Айзека, который усиленно пялился на свой художественный шедевр. Он даже увидел едва заметный румянец у того на щеках. — Вы втроём проделали огромную работу, — отозвался из-под прилавка Скотт, сидевший на полу, прислонившись спиной к стене. Он доедал последнюю порцию китайской еды, собственноручно принесённой на обед. — Я одобряю. Стайлз закатил глаза: — Скотт, ты тоже должен был заворачивать книги с нами, а не просто поедать китайские блюда — спасибочки, кстати, не то, чтобы я не хотел ещё добавки. Я голоден, как волк. Мне некогда поесть нормально, потому что у меня одно занятие — работать. Я света Божьего не вижу, на свиданки не хожу, а если верить вам троим, у меня нет личной жизни, что объясняет полное отсутствие в ней секса. Эллисон вдруг прикрыла рот, пытаясь подавить неконтролируемое хихиканье. Стайлз глянул через плечо: перед прилавком стоял покупатель. Им оказался тот самый горячий парень. Ну разумеется. — Эм, здрасьте, — пробормотал он, двигаясь ощупью от стула до прилавка. Красавчик просто пялился на него с раздраженным видом. — Вы здесь ради свидания? Брови горячего парня проделали полпути до середины лба, а Стайлз несколько раз открыл и закрыл рот, надеясь, что в любой момент очнётся от передозировки китайской еды. — Я имею в виду — с книгой. Сегодня пятница, а у вас в руках завёрнутая в бумагу книга, поэтому я предположил, что вам не с кем было пойти на настоящее свидание. Каким-то необъяснимым образом брови красавчика взметнулись ещё выше. — Не то чтобы вы не были способны найти себе пару, ведь зеркало наверняка в доме имеется, следовательно, вы можете себе найти кого-то, а то, что вы второй раз покупаете книгу из раздела «Свидание вслепую», совершенно не значит, что настоящее свидание вам не светит, просто… — Стайлз вздохнул. — Могу я вас рассчитать? Когда Эллисон, Айзек и Скотт расхохотались у него за спиной, Стайлзу реально захотелось умереть. А еще — найти новых друзей. Он был практически уверен, что его лицо покраснело, словно томат. Горячий парень навис над книгой, которую выбрал на этой неделе и да, выглядел он при этом довольно раздраженным. Чтобы убедиться в этом, Стайлзу не обязательно было даже смотреть на него; красавчик явно дал понять, что его не впечатлил Стайлзов трёп. Он пытался смотреть куда угодно, только не на лицо покупателя, вбивая цену. — Смелые мемуары, да? — осведомился Стайлз, будучи не в силах держать свой рот закрытым. Что, чёрт побери, с ним не так? — Решил взять что-то отличающееся от научной фантастики, которую выбрал на прошлой неделе, — объяснил красавчик, передав наличные. Стайлз уставился на него удивлённо: это было самое длинное предложение, что ему доводилось слышать от горячего парня. — Ну, это, наслаждайтесь, — сказал он, вернув мужчине сдачу и книгу. По крайней мере, на этот раз у его друзей хватило совести дождаться, покуда красавчик покинет помещение, прежде чем вновь разразиться приступом истерического смеха. Ему определенно стоило найти новых друзей.

***

Стайлз всегда проводил инвентаризацию по вторникам. Обычно в этот день торговли не было. Он еженедельно закрывал магазин на целый день, но ему ещё нужно было убираться в помещении, подгонять канцелярскую работу, сортировать проверенную литературу, так что он оставлял магазин открытым на случай, если какой-то покупатель забредёт, поддавшись непреодолимому желанию купить новое произведение Джеймса Паттерсона. iPod Стайлза сегодня был подключён к динамикам, воспроизводя весьма успокаивающую рок-музыку вместо унылой инструментальной, которую он обычно включал в рабочее время. Он как раз расставлял по полкам новые детские книги, когда услышал, как зазвенел колокольчик над входной дверью. Стайлз оставил коробку и пошёл в сторону входа в магазин. — Доброе утро, — весело поздоровался он, поворачивая за угол. Он замешкался, увидев, что там стоит горячий парень в довольно обтягивающей синей хенли и джинсах. — П-привет, — произнес он, пытаясь казаться спокойным и собранным, но прозвучало это по-идиотски. — Мне нужен подарок. Для четырёхлетки, — сказал красавчик. — Своему ребенку? — уточнил Стайлз, всерьез озабоченный тем фактом, что его возбуждала сама мысль о том, что у горячего парня может быть ребёнок. Кто знал, что он может запасть на категорию ГПКЯТ («горячий папочка, которого я бы трахнул»)? Мужчина покачал головой, перепугавшись на секунду: — Племяннице. Стайлз кивнул и махнул рукой в дальний конец магазина: — Нам только что доставили новую партию книг для детей. Уверен, что мы сможем что-то подобрать для вас. Он проводил мужчину до секции детской литературы, остановился и посмотрел на клиента: — Что она любит? Мужчина выглядел растерянным. — Вы не знаете? Это же ваша племянница. — Без понятия, — отозвался клиент. — Она постоянно показывает мне новые игрушки и рассказывает о мультфильмах, в которых я не разбираюсь. Стайлз сочувственно улыбнулся: — Ладно, не бойтесь, …? — Дерек, — произнес мужчина. — Я — Стайлз, кстати. Итак, Дерек, мы только что получили учебные пособия, — растолковал Стайлз, указывая на подборку книг. — Некоторые из них недавно удостоились разнообразных премий. Он взял с полки одну книгу и передал её мужчине: — Эта, например, о тараканах, и всё не так отвратительно, как может показаться. — Тараканы? — сморщил нос Дерек, покачав головой. — Я так не думаю. — «Нет» тараканам, — заявил Стайлз, вернув издание на полку. — За ними будущее. Когда атомная бомба взорвётся, выживут только они. Кто тогда будет смеяться последним? Таракашки, кто же ещё. Не то, чтобы четырёхлетним было до этого дело. Но в этой книге тараканы танцуют и носят крошечные шляпы-цилиндры. Он взял с полки другой томик: — Как насчёт этой? Дерек гораздо сильнее заинтересовался новой книгой, которая рассказывала историю волчонка из стаи, живущей на Аляске. Он открыл её и пролистал. Черты его лица постепенно смягчились, превращаясь в некое подобие улыбки, пока Дерек просматривал издание. Стайлз пытался не пялиться на него в открытую, но его приводило в неописуемый восторг то, как мужчина едва заметно улыбался и то, как эта крошечная перемена преобразовала всё его лицо в нечто такое, чем он мог любоваться хоть целый день. Дерек поднял голову, и лёгкая улыбка осветила его глаза: — Эта подходит идеально. Стайлз сглотнул и нервно почесал затылок: — Ага, чудесно, замечательно. Вон там есть ещё пазлы и настольные игры, а возраст указан на коробках, ну а здесь, как вы сами видите, у нас есть игрушки в ассортименте. Встретимся на кассе, эм, когда будете готовы, ладно? Дерек подошел к прилавку через пять минут, с той книгой о волках, развивающей раскраской и плюшевым пингвином. Пробивая его покупки, Стайлз сказал: — Сожалею, эм, по поводу прошлого раза. Мои друзья, разговор о свиданиях, и вообще… Да, я рад, что не отпугнул вас, и вы пришли снова. Дерек некоторое время смотрел на него в полной растерянности, прежде чем до него дошла суть сказанного: — Не стоит беспокоиться на этот счёт. Стайлз улыбнулся. Упаковывая приобретения Дерека, он бросил в пакет закладку для книг с изображением волка. — Это вашей племяннице. — О, нет, позвольте мне заплатить… Стайлз поднял руки: — Она от силы баксов пять стоит. Дети любят закладки больше, чем взрослые, как мне кажется. Когда я был маленьким, моя мама постоянно покупала мне новые. Я засовывал их куда угодно и даже клеил скотчем на стены. Ничто так меня не радовало, как новая закладка, полученная от неё в подарок. Он улыбнулся, протягивая пакет Дереку. Тот кивнул в знак благодарности и направился к выходу. Когда Дерек ушёл, Стайлз задумался, откуда возникла та порция произвольной информации. Он не упоминал о маминых закладках достаточно давно и даже не был уверен, рассказывал ли об этом Скотту. Он взглянул на стену, где висели постеры и портреты писателей в рамках, проводивших автограф-сессии в его магазинчике, бок о бок со снимками с мероприятий, устраивавшихся в этих стенах на протяжении многих лет. Наконец его взгляд остановился на единственной закладке, оправленной в багет.

***

Дерек действительно любил свою семью, честное слово. Они были голосистыми, любящими и замечательными. Но ещё они были самой шумной, неприятной и терпимой группой людей, каких он знал. — Здравствуй, милый, — сказала мама, когда он вошёл на кухню по случаю обязательного еженедельного семейного ужина. Она расцеловала его в обе щеки, помешивая в кастрюльке его любимое блюдо — чили. — Что ты уже натворила? — осведомился он, увидев чили и мгновенно заподозрив неладное. Талия взглянула на него с выражением невинного удивления, слегка приподняв брови: — Что ты имеешь в виду? Он нахмурился, поднимая собственные брови до невероятных высот и ткнул пальцем в сторону кастрюли, стоящей на плите. — Я не могу просто приготовить своему сыночку его любимое блюдо? — Нет. Талия вздохнула и опустила ложку на столешницу, прежде чем повернуться к нему лицом. Она положила свои ладони на его предплечья, посмотрела прямо в его глаза и произнесла: — Не сердись, пожалуйста, просто я разговорилась с Шейлой Синглтари в «Ротари» клубе вчера, и она упомянула, что её дочурка недавно вернулась в Бикон Хиллс и … — Нет, — категорично покачал головой Дерек. — Дерек, ты даже не дал мне закончить. — Ты устроила мне свидание вслепую, так ведь? Вид у Талии был глуповатый, но она кивнула. Дерек выпутался из ее объятий и подошел к холодильнику: — Я не пойду. — Пожалуйста, я уже пообещала, что ты придешь. Она сказала, что ее дочка была свободна с момента возвращения сюда. Она раньше жила в большом городе, как Нью-Йорк или Чикаго или что-то вроде этого — и ей трудно привыкнуть к маленькому городишке. Дерек повернулся и решительно посмотрел на мать. — Дочь Шейлы Синглтари жила здесь до поступления в колледж. — Дерек, ну пожалуйста, — Талия впилась в него одним из своих фирменных колючих взглядов. Дерек пытался противостоять матери, но на самом деле никогда не преуспевал в этом, и она это прекрасно знала. Именно по этой причине она всегда так делала. Играла грязно. — Ради меня? Дерек тяжело вздохнул и закатил глаза: — Ладно. Талия обвила его руками, крепко обнимая. — Спасибо. — Ты же в курсе, какой ты злой манипулятор? — пробормотал Дерек куда-то ей в волосы, обнимая в ответ. — О, я знаю, — ответила она, поцеловав его в щёку и улыбнувшись. — Как бы иначе я смогла вырастить пятерых детей? Дерек тяжело вздохнул и ушёл из кухни. Очевидно, он продолжал дуться на весь белый свет, когда вошёл в гостиную, потому что Лора сразу же догадалась: — Мама тебе уже наверняка сказала. — Так ты знала? — спросил Дерек, плюхнувшись в кресло рядом с братом. Коннор любя стукнул его, на что Дерек отомстил, пнув его в бедро. — Да, мама вчера мне рассказала, — ответила Лора. — Я тоже была в курсе, — вставила свои пять копеек Кора, сидевшая развалившись в кресле, с одной ногой, перекинутой через подлокотник, листая никчемный журнальчик со сплетнями о знаменитостях. Дерек просто закатил глаза. — Но ведь это же хорошо, — заметила Лора. — Тебе однажды придется вернуться на люди. — Я не хочу туда возвращаться, — зарычал Дерек. — Это нам уже известно, — сказал их младший брат Джош, сидевший по другую сторону от Лоры. — Дерек, прошло несколько лет. Он глянул на своих четверых братьев и сестёр, даром, что Кора больше внимания уделяла той печатной безделице, чем их разговору. — Я в ваши любовные похождения не лезу, так что держитесь подальше от моих. — Какие еще любовные похождения? — пробормотала Кора со своего кресла. Дерек скрестил руки на груди и уставился на стену. К счастью, от дальнейших издевательств его спасла племянница, вбежавшая в комнату. — Дядя Дерек! — закричала она, бросаясь ему в ноги. — Полегче, Салли, — предостерег ее Дерек, когда девочка начала взбираться на диван, игнорируя его слова. Она плюхнулась ему на колени, с улыбкой глядя на него снизу вверх, сквозь упавшие на лицо длинные пряди тёмных волос. — Сегодня мой день рождения, — просияла она, глядя на дядю. — Твой день рождения был два дня назад, глупышка, — сказал Коннор, схватив её за ступню и повертев ею. — Я знаю, папочка, — фыркнула она. — Но ведь мы празднуем сегодня! — Я приготовил тебе подарок, — сообщил Дерек, прежде чем расцеловать её личико. — Правда?! — воскликнула Салли. — А можно открыть его прямо сейчас? Можно? МОЖНО? — Спроси у папы, — ответил Дерек. Салли посмотрела своими огромными глазищами на Коннора и выпятила нижнюю губу, накуксившись, и сложила ручки под подбородком: — Папочка, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Я вела себя очень хорошо. А теперь мне уже четыре! Она подняла руку и продемонстрировала три пальца, а Дерек осторожно вытащил из кулачка ещё один. Коннор закатил глаза и мотнул головой: — Ладно. Только если дядя Дерек не против. Дерек поднял Салли, закинул себе на плечо и отправился с ней на кухню, где оставил припасённый подарок вместе со своими ключами и мобильным. Салли визжала от удовольствия, стуча по его спине руками, пока он нес её. — Хорошо, Салли, — сказал Дерек, аккуратно опустив девочку на пол. Она запрыгала на месте в предвкушении, когда дядя протянул ей пакет с подарком. — С днем рождения! Она мгновенно разорвала упаковку, не удостоив своим вниманием ни рисунок, который он так тщательно выбирал целых пятнадцать минут, ни тонкую обёрточную бумагу, красиво выложенную им сверху. Она вскрикнула, вытащив пингвина, и прижала игрушку крепко к себе, потом радостно завизжала при виде раскраски и книги. Девочка ткнула книгой дяде в лицо: — Это же волки! Как те, на которых ты водил меня смотреть! — Совершенно верно, — подтвердил Дерек, открывая книгу и переворачивая несколько страниц. Он показал племяннице несколько картинок, а Салли пересказала, что запомнила с их визита в волчий заказник. — Когда можно будет сходить ещё? — спросила девочка, переворачивая страницу. — Как-нибудь сходим, — пообещал Дерек. — Я отведу тебя. Он потянулся к пакету и достал оттуда закладку: — Эй, ты кое-что забыла! Глаза Салли округлились, и она пискнула при виде закладки: — Это волк! Обожаю её! Она обвила шею Дерека руками и крепко обняла его, оставляя влажный поцелуй на щеке дяди: — Спасибо! Она развернулась и принялась бегать по дому: — Бабушка! Мама! Папа! Смотрите, какая у меня новая книжка есть и закладка с волком! Дерек просиял и последовал за ней в гостиную, захватив пингвина и раскраску.

***

Как и обещал, Дерек встретился с дочерью Шейлы Синглтари в пятницу за ужином. Он надел красивые джинсы и ту хенли, которую Лора называла «магнитом для цыпочек», потому что она удачно подчеркивала его бицепсы и грудную клетку (хоть, по мнению самого Дерека, она смотрелась как обычная кофта) и даже брызнул на себя капельку того одеколона, что Коннор презентовал ему на прошлое Рождество. Мама уже не скажет, будто он не пытался. Дочка Шейлы Синглтари, которую величали Джессикой, оказалась довольно симпатичной и милой женщиной. Беседа с ней была довольно приятной, но Дерек поймал себя на мысли, что больше увлечен своим ризотто, чем ею. — Твоя мама сказала, что ты парковый рейнджер, так? — спросила она посреди ужина. Дерек понимал, что она отчаянно пытается вовлечь его в разговор и осознавал, что вел себя грубо. Джессика не была виновата в том, что его мама была той ещё занозой в заднице. Он взглянул на Джессику и ему стало не по себе. Интерес на её лице был искренним, а он вёл себя, как козёл. Он улыбнулся и кивнул: — Да, что-то вроде того. Джессика ободряюще улыбнулась, чтобы побудить его продолжить разговор. — Я — техник лесозаготовительной отрасли, а это значит, что помимо выполнения прочих должностных обязанностей, я наблюдаю за прокладыванием автомобильных дорог вне автомагистралей. — То есть, ты корректируешь туристические маршруты? — уточнила она. — Более или менее. — Мне нравится ходить в турпоходы, — произнесла Джессика, а Дерек сделал над собой усилие, чтобы удержать улыбку на лице и кивнуть, хоть на самом деле ему отчаянно захотелось побиться головой о стену. Он всеми фибрами души ненавидел первые свидания. Остаток свидания они посвятили довольно приятной беседе о туризме — хоть из уст Джессики это скорее звучало как прогулка по парку длинной в парочку километров, но Джессика была довольно мила и Дерек оплатил ужин, а после проводил свою спутницу до её машины. — Я замечательно провела время, — сказала Джессика с надеждой в голосе. Дерек решил, что пора прибить маму. — Я тоже, — кивнул он, но не пошевелился, чтобы обнять её или поцеловать, поэтому они некоторое время неловко переминались с ноги на ногу, не зная, что сказать. — Ну, надеюсь, как-нибудь свидимся, — наконец произнесла Джессика. — Ага, взаимно, — ответил Дерек, помахав девушке на прощание, когда та села в автомобиль, а затем развернулся, с облегчением выдохнул и бодрым шагом проследовал к собственному автомобилю. Слава Всевышнему, всё было уже позади. Сидя в салоне автомобиля, он глянул на часы и понял, что было всего лишь восемь вечера. Опаньки? Этот ужин тянулся целую вечность и закончился гораздо позже, судя по его ощущениям. Что ж, понял он, с Джессикой встречаться они больше не станут. И надо бы почувствовать грусть по этому поводу, но всё, что он ощущал в данный момент — облегчение. Дерек не собирался бегать на свидания. Он был счастлив оставаться холостяком. Он не мог взять в толк, почему людям было так трудно поверить в это. Окружающие постоянно твердили ему: «Нужно выходить на люди» или «Зачем так бездарно тратить свою жизнь?», «Ты стареешь, нужно найти себе занятие». У Дерека не возникало ощущения, что он бездарно тратит свою жизнь. У него была карьера, которую он любил до беспамятства, он проводил массу времени ежедневно на свежем воздухе, окружённый природой. У него имелась огромная семья и масса друзей, которых он обожал, следовательно, он не был одинок. Он боготворил и нещадно баловал свою племянницу. У него были хобби, интересы и собственный дом, а так же всё необходимое. Разумеется, периодически он возбуждался и скучал по регулярному сексу. Он иногда даже снимал кого-то случайного — просто чтобы потрахаться и забыть об этом. Он не нуждался в отношениях. Его последняя связь была ещё в колледже. Он влюбился в Пейдж и решил, что даже женится на ней однажды, но она поступила в магистратуру на другом конце страны, а он подался работать в лесном хозяйстве. Они расстались. И пусть это случилось давно, но та история сломала его. Он встречался с разными людьми с тех пор — с несколькими парнями и девушками, с кем-то дольше других, но никто из них не стоил того, чтобы тратить его драгоценное время. По большей части он предпочитал проводить время на природе, либо свернувшись калачиком на диване с книгой или в кругу семьи, чем с людьми, с которыми на тот момент встречался, поэтому интерес к свиданиям у него сошел на нет. И в этом не было ничего плохого, как и в том, что он был доволен тем, как складывалась его жизнь. А он был этим доволен. Дерек любил свою жизнь. Он был счастливой, цельной личностью, не заинтересованной в поиске кого-либо. Если бы подходящий человек появился, тогда да, он бы мог рассмотреть возможность влюбиться и построить новые отношения. Но заставлять себя искать кого-то лишь потому, что того хотели какие-то люди (или его треклятое семейство)? Нет, такого он точно не желал. Именно поэтому пятничным вечером он направлялся в книжный магазин, чтобы купить «Свидание Вслепую с Книгой». Он припарковался прямо перед входом, зашел внутрь и направился к стеллажу, установленному рядом с кассой. Дерек взял одну из обёрнутых книг, прочёл описание на обложке, прежде чем проделать всё то же самое со следующей книгой. Он перечёл всё упакованные в коричневую бумагу издания, нахмурившись при виде нарисованных на одном из них цветов, которые не имели ничего общего с кратким описанием на обложке. Он уставился на стеллаж, не в силах сделать окончательный выбор. — Чувак, чем стеллаж-то перед тобой провинился? Дерек обернулся на голос. Хозяин магазина, имя которого он запамятовал, забавлялся, наблюдая за ним. — Ты пялишься на эти книги с таким видом, будто разрабатываешь план кровавой расправы над ними. Дерек осознал, что свирепо уставился на стеллаж, скрестив руки на груди. Он закатил глаза и вздохнул, освободив руки и пытаясь ослабить напряжение в теле. — Выбери книгу. — А? — промямлил парень. Дерек снова закатил глаза и жестом указал на витрину: — Выбери мне книгу. Все равно, какую. Парень обиженно оскалился: — Разве так принято разговаривать с теми, кого ведёшь на свидание? Дерек посмотрел на него, как на идиота и тот покраснел. На самом деле это было довольно мило. Парень махнул руками вокруг себя: — Местный книжный юмор по части свиданий. Эм… — Он потянулся и вытащил одну книгу наугад. — Как на счет этой? Венеция, 1940-е. Пикантненько. Любовь берет верх над рассудком. Он взглянул на Дерека и покачал головой: — Не уверен, что это твоё. Дерек насупился: — Почему ты так говоришь? — Гм. — У меня нет проблем с любовными романами, — сказал он, вздохнув. — Только со свиданиями вслепую. — Но ты же понимаешь, что это — «Свидание Вслепую с Книгой»? Дерек закатил глаза. Парень поднял руки, капитулируя. — Ладно, история о любви, чувак, и о Венеции. К тому же тут ещё есть полковник и графиня — это аж два огромных плюса. — Однозначно будет лучше того свидания, на которое я только что сходил, — пробубнил Дерек. Парень одарил его сочувственным взглядом: — Отстойно. Свидания вслепую — это жесть. Хотя откуда мне знать — я на свидания не ходил целую вечность. — Счастливчик, — ответил Дерек. Он подошел к кассе и вытащил бумажник. Когда он передал продавцу наличку, то спросил: — Кстати, как подарки — понравились племяннице? Дерек искренне удивился тому, что парень это запомнил. — Она была в восторге. — А закладка по душе пришлась? — На самом деле, очень. Она её показывала всем, а потом положила в ту книгу о волках, как она выразилась, «для полной сохранности». Лицо парня преобразила широкая улыбка. — Я так и знал! Дети любят закладки. — Да, спасибо… Дерек попытался вспомнить его имя, но так и не смог. — Ты говорил, как тебя зовут, но я не помню. Парень покачал головой и улыбнулся: — Всё нормально. Меня зовут Стайлз. — Дерек. — Ты представился в прошлый раз, — напомнил парень, отчего Дерек почувствовал себя полной задницей. — Прости. Стайлз пожал плечами и протянул ему книгу: — Не стоит беспокоиться. У тебя был стресс после свидания вслепую. — Ты себе даже не представляешь, какой, — пробормотал Дерек. — Ну, надеюсь, книге удастся тебя немного развеселить. Дерек кивнул, забирая свой пакет: — Спасибо. Увидимся позже. — Приятного вечера, Дерек! — Стайлз помахал ему на прощание и Дерек улыбнулся. Это так его поразило, что он сгрёб пакет в охапку и поспешил покинуть магазин.