Десять шагов к счастью

Ньютовское «завтра» наступило не утром, и даже не в тот момент, когда Грейвс и Криденс все же соизволили выползти из спальни и спуститься, чтобы позавтракать. Судя по тому, в каком состоянии пребывала кухня, Скамандер сюда уже наведывался, а потом вновь скрылся в чемодане. Его они решили пока не тревожить, все еще дожидаясь результатов проверки, проводя время вместе, тем более что на улице стояла отличная погода. Грейвс был бы совсем не против прогуляться по городу, показать Криденсу свои любимые места, но понимал, что сейчас это не лучшее решение. Пока они не избавят его от обскура, что угодно могло вновь напугать его или расстроить, и если разрушенный дом еще можно было восстановить, то с людьми подобный трюк не пройдет. Тему погибших от прошлых всплесков, они сознательно обходили стороной, предпочитая беседовать о чем-то более нейтральном. Сейчас, сидя с Криденсом на заднем дворе дома, Персиваль рассказывал о своих школьных годах, когда он еще не был так собран и серьезен, как это было теперь. Криденсу, казалось, было интересно вообще все – от его школьных проделок до процесса обучения. В этом не было ничего удивительного, ведь он был лишен возможности жить в мире, к которому всегда принадлежал, а теперь хотел восполнить пробелы. Грейвс же был совсем не против этим делиться, показывая ему простые, но зрелищные заклинания, а также стараясь вспомнить самые смешные и нелепые ситуации, которые с ним происходили. Ему нравилось видеть восхищенный взгляд мальчика и его улыбку, которую тот демонстрировал уже смелее. Стоило ей появиться на его губах, как мужчина тут же тянулся за очередным поцелуем, забывая, что в доме они не одни. Именно поэтому, было вполне закономерно, что Ньют, отправившийся на их поиски, застал их как раз в такой момент. Застыв, Скамандер попытался сделать вид, что его вообще тут не было и быстро вернуться в дом, но было уже поздно, его заметили. На щеках Криденса появился легкий румянец, выдающий его смущение, а Грейвс недовольно поджал губы, кашлянув. Он совсем не хотел быть пойманным в такой момент, но все же считал, что произошедшее не заслуживает столь долгой паузы, поэтому заговорил первым. - Ньют, есть успехи? – Вставая со скамьи, Персиваль потянул за собой и Криденса. Пора уже было начать заниматься делами. Вернувшись в дом, Грейвс попросил Криденса подождать в гостиной, пока они с Ньютом обсуждали дела. Что-то во взгляде магозоолога, настораживало мужчину, а чутье его редко подводило. Лучше было обсудить это не в присутствии Криденса, чтобы тот не начал нервничать, и, к его радости, парень упрямиться не стал, просто сказав, что продолжит читать свою книгу. Ободряюще ему улыбнувшись и заверив, что все хорошо, Грейвс направился к заметно взволнованному Скамандеру. С каждым его словом, отличное утреннее настроение мужчины все больше падало в пропасть. Оказалось, что обскур можно отделить лишь от уже мертвого мага, потому что с живым они составляли одно целое. Получалось, что если попробовать отделить обскур сейчас, то Криденс бы умер, а после смерти разрывать их связь уже не было никакого смысла. Выглядело так, словно выхода никакого и нет, хотя Скамандер явно выдал еще не всю информацию. - Так что, шансов никаких? – На всякий случай уточнил Грейвс, который все равно собирался продолжить поиски, хоть и не знал с чего начать. - Не совсем. Если ввести Криденса в состояние идентичное смерти, то мы сможем провести ритуал. – Быстро проговорил Ньют, а Персиваль уже знал, что он собирается предложить и ему это совсем не нравилось. – Мы можем использовать заклинание магического сна. - Нет. – Тут же отрезал Грейвс и издал смешок. Само предложение казалось ему просто нелепым. – Это все равно, что лечить ожог огнем. Это даже не заклинание и не сон вовсе, а просто элегантный способ самоубийства. В нашем случае – убийства. - Не совсем так. – Грейвсу показалось, что Ньютона на этой фразе переклинило, но он промолчал, слушая его дальнейшие объяснения. – Его успешно используют для снятия многих темных проклятий, когда уже нечего терять. Да, выживают не все, но это лучший вариант, если человек все равно…Все равно умирает. - Криденс не умирает! – От злости и отчаяния, Грейвс не сразу узнал свой собственный голос, а потом постарался взять себя в руки. Нужно было мыслить логически и быть собранным, как он делал всегда. – Тот рисунок сдерживает обскура, разве нет? - Татуировка разрушается, когда темная энергия вырывается. Я думаю, что после того случая она исчезла. – В голосе Скамандера было много сочувствия; было заметно, что ему самому не нравилось приносить плохие новости, они и его расстраивали. – К тому же, посмотрите на его руку. Непонимающе нахмурив брови, Грейвс обернулся к Криденсу, сидящему на диване. Одной рукой он держал книгу, скользя взглядом по строчкам, а второй как раз переворачивал страницу. Ничего необычного мужчина не замечал, пока Криденс не положил руку на подлокотник. Та стала едва заметно дрожать и словно двоиться, вокруг нее сгущалась полупрозрачная темная энергия. Похожее Персиваль уже видел, когда мальчик в прошлый раз не смог сдержать обскура и тот вырвался. Тогда он был напуган, а сейчас это происходило в полностью расслабленном состоянии, он даже этого не замечал. Устало вздохнув, Грейвс потер глаз рукой, возвращаясь взглядом к Скамандеру. Он смотрел на него с отвратительным понимаем и сочувствием, это выбивало мужчину из колеи, как и новости. Он бы предпочел вернуться в тот подвал и подвергаться пыткам, или же самому подвергнуться любым заклятиям, лишь бы только не терять Криденса. Грейвс совсем не лукавил прошлым вечером, говоря, что тот для него важнее всех, и он бы сделал что угодно для его спасения, но он мог лишь предложить рискнуть его жизнью. - Нам понадобится Тина. – Безэмоциональным голосом сказал Грейвс, проходя к столу и наливая себе огневиски. Ньют от предложенного напитка отказался, поэтому он сделал пару глотков сам, чувствуя, как напиток обжигает горло. – Я поговорю с Криденсом. В утешениях Скамандера Персиваль точно не нуждался, потому что слабо верил в реальную пользу всех этих фраз о том, что все будет хорошо. Кивнув собеседнику, мужчина прошел в гостиную, присаживаясь на диван рядом с Криденсом. Вид он старался сохранять как можно более спокойный, но мальчик словно видел его насквозь, поэтому тут же уточнил насколько все плохо. - Мы хотим использовать одно заклинание, чтобы помочь тебе, но для этого мне нужно, чтобы ты знал о нем как можно больше. – Начал Грейвс положив на руки Криденса свою ладонь, чтобы не видеть, что с ними происходит. Его пальцы были холодными, как и всегда, словно дрожь вызывало и не его состояние вовсе, а прохлада. Грейвсу нравилось так думать. – Мы введем тебя в состояние похожее на сон, а потом отделим обскура. Сложность в том, что проснуться после такого заклинания очень трудно. Мужчина старался аккуратно подбирать слова, чтобы не напугать Криденса. Не стоило тому знать, что по статистике лишь два человека из десяти просыпались сами, а помощь других волшебников лишь самую малость увеличивала процент проснувшихся. Большинство так и оставались спящими навсегда. Одно время это заклинание стало довольно популярно среди юных волшебников, которые желали остаться молодыми и красивыми навсегда, даже целый культ создали. Заклинание погружало их в сон, и они так и оставались неизменными, застыв между жизнью и смертью, не имея возможности вернуться. Последнее, что он хотел, это чтобы Криденс вошел в их число. - Говорят, что заснув, ты попадаешь в идеальное место, где ты счастлив. Я хочу, чтобы ты помнил, что это все ненастоящее, и ты должен будешь проснуться, вернуться ко мне, хорошо? Криденс, не раздумывая, согласился, кивая на слова Грейвса. Ему было действительно страшно, тем более что даже такой сильный волшебник говорил о заклинании с опаской, но парень был уверен, что его жизнью мужчина рисковать бы не стал, он обязательно ему поможет. Тот и сам это подтвердил, говоря, что использует какие-то заклинания, чтобы вернуть его. Страх можно было заменить лишь верой, а в этого человека он верил искренне и беспрекословно, давно отдав ему свою жизнь. Теперь же нужно было просто позволить ему спасти ее, и он это сделал. Единственное, о чем Криденс сейчас просил – не оставлять его одного до прихода Тины, которая должна была помочь с ритуалом, а еще рассказать еще хоть что-нибудь о мире магии. И Грейвс говорил, долго и много, до самого вечера. Рассказал все, что помнил из курса истории магии, о работе МАКУСА, о своей жизни и том, чем они займутся, когда Криденсу станет лучше. Мужчина не любил загадывать далеко или строить радужные планы, но сейчас у него словно открылся какой-то дар, потому что он обещал своему мальчику путешествия и разные сладости, обучение магии и совместные вечера, какие-то еще мелочи, которые почти сразу же забывал. Криденс же просто сильнее жался к нему, казался таким хрупким в его руках, словно уже ускользал из его объятий, исчезал и растворялся, оставляя его одного. Грейвс был согласен на что угодно, лишь бы не терять этого мальчика, который остался единственным светлым, что было в его жизни. Вся его магия, сила и статус были ничем, потому что ничего не могли сделать для помощи Криденсу. - Мистер Грейвс? – Голос Тины вывел Персиваля из глубокой задумчивости, в которой он пребывал, заговорив Криденса до того, что он задремал, уткнувшись ему в грудь. – Мы готовы. Откладывать больше не было смысла, поэтому Криденса разбудили, после чего все они переместились в спальню. План их состоял из нескольких шагов, которые выглядели не так уж и сложно. Для начала Грейвс должен был наложить заклинание сна на Криденса. Он не особо хотел брать на себя такую роль, но мальчик сам попросил его об этом, сказав, что ему доверяет. С одной стороны, так было и лучше, ведь если бы что-то пошло не так, то Персиваль ненавидел бы наложившего заклинания до конца своих дней, а валить такую ношу на Ньюта или Тину не было смысла, ведь себя он в любом случае будет винить. Скамандеру, к тому же, досталась роль ничуть не меньше, потому что после того, как Криденс заснет, он должен был извлечь из него обскура. После этого следовало разбудить парня, что они будут делать уже все вместе. Звучало просто, а выполнить было куда сложнее. - Не забудь, что обещал мне. – Сказал Грейвс, взяв Криденса за руку, после чего провел над ним волшебной палочкой, смотря на то, как секунду назад устремленный на него взгляд потух, а глаза закрылись. – Готово. Чуть отойдя в сторону, Персиваль наблюдал за происходящим, нервно сжимая палочку в руках. Криденс выглядел так, словно просто спал, точно также он выглядел сегодня, когда они проснулись рядом, но осознание того, что все не так, давило на мужчину. Ньют водил над ним палочкой пока тело Криденса не вздрогнуло, странно выгнувшись и задрожав. Грейвс все еще держал его за руку, поэтому ощущал, как эта дрожь проходит и сквозь него. Со временем эти конвульсии лишь усиливались, на лице Скамандера выступила испарина, но свои действия он не прекращал, не сводя взгляда со своего пациента. Там где проходила его палочка начали возникать легкие волокна темной энергии, постепенно скапливающиеся на кончике его палочки. Шар обскура все рос и рос, набирая объем, пока выгнувшись последний раз, Криденс не упал обратно на кровать. - Он намного больше, чем тот, что я отделил от девочки в Африке. – Заметил Ньют, взмахом палочки создавая вокруг обскура полупрозрачный пузырь. Оставив его висеть в воздухе, волшебник еще немного поводил палочкой над телом Криденса, а потом выдохнул с облегчением. – Это все. - Если бы. – Угрюмо заметил Грейвс, вновь направляя палочку на Криденса. Вышло так, что отделить обскур было не так уж сложно, как это казалось сначала, зато впереди их ждала куда более трудная задача. – Нам нужно произнести заклинание одновременно, чтобы оно сработало. Соединив кончики палочек вместе, волшебники переглянулись, начиная отсчет. Чтобы помочь человеку проснуться от заклинания сна, нужно было как минимум трое знакомых ему людей, которые произнесли бы заклинание, призывающее его вернуться. Криденсу действительно повезло, что он уже успел завести столько знакомых, которые сейчас были готовы начать ритуал. Досчитав до трех, они одновременно взмахнули палочками, произнося заклинание. Криденс чуть вздрогнул, как от удара, но ничего не изменилось. От повторного заклинания парня встряхнуло уже сильнее, но опав на кровать, он все также оставался неподвижен. Бледное худое лицо было таким умиротворенным, он даже улыбался во сне, видимо видя тот самый чудесный сон. Возможно, не следовало отпускать в идеальный мир человека, жизнь которого всегда была полна лишь одной боли. Конечно же, он захотел остаться там. Громко втянув воздух через нос, Грейвс согласился попробовать еще раз, но уже знал, что это не поможет. Собственно, в такой ситуации даже второй раз заклинание никто не произносил, потому что если не вышло сразу – не выйдет никогда. - Мне очень жаль, мистер Грейвс. – Голос Тины заметно дрожал, в ее глазах были слезы, но мужчина этого не видел, смотря лишь на Криденса и осознавая, что он не смог ему помочь. Покачав головой, не желая ничего говорить, Персиваль сел на постель, устало вздыхая. Было даже нелепо, что какой-то час назад Криденс все еще был с ним, говоря о какой-то ерунде, а теперь его просто не существовало. Пусть он и понимал, что это было ожидаемо, даже если бы они не использовали заклинание, то парня просто бы разорвало, но верить совсем не хотелось. Стоящие рядом Ньют и Тина пребывали в похожем состоянии, опустив головы, не решаясь убрать волшебные палочки. В немой задумчивости, Грейвс гладил пальцы Криденса, все еще не выпуская его руку из своей. Его кожа, как и всегда, была приятной на ощупь, даже мелкие шрамы не портили его руки, которые он целовал прошлой ночью. Теперь же рука просто безвольно висела, хотя что-то все же изменилось. Сначала мужчине показалось, что это он сам вздрогнул, но это Криденс сжал его руку своими пальцами. Открыв глаза, парень сонно оглядел присутствующих, сосредоточив взгляд на волшебной палочке Персиваля, все еще направленной ему на грудь. - Криденс? – Грейвс не верил своим глазам, но поддавшись порыву, крепко сжал его в своих объятиях. На него самого тут же навалился кто-то еще, явно желавший тоже обнять его мальчика. – Тина, вы задушите меня. – Недовольно проговорил мужчина, удивляясь, что у этой хрупкой дамы такой сильный захват. - Извините, мистер Грейвс. – В голосе девушки было столько радости, что он даже злиться на нее не хотел, как и вообще пребывать в дурном настроении. – Криденс, ты молодец, хоть и заставил нас понервничать. - Отлично справился. – Поддержал ее Ньют, а потом продемонстрировал парню его обскура. Довольный тем, что его так хвалят, Криденс все же смотрел на темную субстанцию с подозрением. Сначала он испугался, что энергия снова захочет в него вернуться, но волшебники вели себя спокойно, поэтому он просто старался больше на нее не смотреть. Тем более что мистер Грейвс все еще сидел рядом, удерживая его в своих руках. Переглянувшись за его спиной, Тина и Ньют решили, что им срочно нужно изучить обскура в другом месте, поэтому поспешили удалиться. - М…Персиваль? – Неуверенно позвал парень, которому, конечно, нравились такие прикосновения, но он все же переживал из-за того, что мужчина молчит. – Я сделал все правильно? - Просто идеально. – Глухо отозвался Грейвс. Все это время он не хотел оборачиваться, потому что с его серьезным образом мракоборца совсем не вязалась та счастливая улыбка, что сейчас светилась на его лице, как и заметное облегчение. Ему все еще было трудно поверить, что все действительно получилось, поэтому он не хотел отпускать мальчика от себя, словно бы тот опять уснул. – Ты удивительный, Криденс. Увидев его довольное лицо, Криденс тоже начал улыбаться, пытаясь понять, как он себя чувствует. Голова немного кружилась, а еще он жутко проголодался, но в целом, он чувствовал себя просто прекрасно. Не так хорошо, как ему было прошлой ночью, но куда лучше его обычного состояния. Еще он думал обо всех тех интересных вещах, которые Персиваль обещал ему показать. Он не стал бы настаивать, хотя вопрос об этом все же вырвался у него, вызывая у мужчины смех. Тот уже забыл обо всем, что они обсуждали днем, но теперь заверил его, что обязательно все это выполнит, только пусть Криденс ему напомнит, что именно он там наобещал.