in the middle of the sea

      — Ким Тэхён!!!       — Да, отец, — смиренно приблизился юноша и слегка поклонился.       — Не строй из себя паиньку, ребенок! Ты снова выплывал на поверхность, поганец! Еще и младшего брата с собой потащил!       — Я не виноват, он за мной следил!       — Вас могли увидеть.       — Отец, открытое море, сюда и чайки не долетают. Только торговые судна мимо ходят иногда.       — Да, и именно поэтому ты поплыл к берегу. Ну, чего молчишь?       — Я этому мелкому доносчику хвост отрежу, — зло прищурился Тэ и тряхнул красной копной волос.       — Смотри, как бы тебе ничего не отрезали. Ты совсем не хочешь меня слушать. Мне тебя во дворце закрыть?       — Прости, пап, — виновато опустил глаза Тэхён.       «Вот вечно он бурчит, что они опасны. Но ведь у них столько интересных штук. Сколько ни смотрю, ничего ужасного двуногие не делают. Ну, рыбу едят, и что? Мы тоже. Не одними ж водорослями питаться. А одному засранцу я точно хвост откручу».       Старшие братья — зло, особенно приставучий и болтливый Чимин. Хотя и Тэ не подарок, бедные хёны. Хихикнув, парнишка ускорился и поплыл к большому кусту ярких водорослей в саду, где его уже ждал его друг, рыбка Суншими, и, оглядываясь, поплыл к небольшому коралловому рифу, где любил бывать после ссор с отцом.       Множество столиков разных размеров и цветов были расположены в окружении высоких стен из розоватых рифов, разноцветные маленькие рыбки сновали туда-сюда, приятные русалы и русалки в передничках официантов ловко лавировали между столиками, разнося разношерстной публике напитки и закуску. Это место спрятано от лишних глаз за кустами водорослей, там можно забыть о том, что ты младший принц, и веселиться от души, там постоянно играет музыка, можно смело заказывать песню, выплывать на сцену и петь в своё удовольствие. Тэхёна там уже все знали и любили, он часто выступал, поражая всех своим глубоким бархатным голосом.       Единственное, чего парнишка не знал, что даже там не остается без присмотра. Маленький краб, советник его отца Сон Сондык, часто следовал за неугомонным принцем, приглядывая и докладывая позже царю.       Сам царь, Его Величество Бан Шихек, закрывал глаза на подобные похождения своего младшего сынишки. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы на поверхность не выплывало.       Вот и сейчас Тэ пел на красиво украшенном цветами возвышении, которое служило сценой. Зал затих, вслушиваясь в переливы глубокого голоса. Он пел о свободе, жизни, счастье. Взяв высокую ноту, Тэ окончил песню, зал замер. Чтобы через мгновение взорваться аплодисментами. Помахав зрителям и поблагодарив за внимание, улыбаясь своей яркой квадратной улыбкой, Тэ хотел уже попросить музыкантов сыграть для него еще одну мелодию, как по залу и сцене проползла огромная тень. Никто и головы не поднял, решив, что это кит.       А Тэхён поднял. И ахнул, увидев высоко наверху дно корабля. Передумав петь еще, чем вызвал разочарованные вздохи публики, Тэ поклонился и быстро выплыл из рифа. Там резко взял вверх и быстро, как мог, поплыл к поверхности. Следующий за ним краб едва поспевал за принцем.       Вдохнув свежий морской воздух, Тэхён счастливо улыбнулся и поплыл к огромному ярко украшенному кораблю, откуда доносились громкие песни и смех.       — Стой, Тэхённи, не смей туда плыть, — подал голос краб, не желая потом слушать, как царь вычитывает сына за это.       — Хённим?! Не будь занудой, смотри как там красиво! Я одним глазочком.       — Ким Тэхён!       Но тот уже не слышал, он быстро плыл к кораблю, музыка звучала все громче. Солнце село и само судно светило ярко, фонарики затмевали звезды.       Подтянувшись на руках, парнишка устроился прямо возле борта, на брусе и осторожно выглянул. Множество людей, одетых в яркие одежды ходили по палубе и тихо переговаривались, создавая тихий гомон. По палубе носилось какое-то волосатое создание, которое Тэхён для себя прозвал Мохнатик. Высокие музыканты играли задорную мелодию, матросы приплясывали.       А Тэхён замер и наблюдал за самым чудесным и прекрасным человеком, которого когда-либо видел. Темная челка падала на красивые шоколадного цвета глаза, губы растянуты в счастливой улыбке, красивые пальцы перебирают струны гитары. Темные брюки обтягивают сильные бедра. Тэхён готов был пищать, как маленькая русалочка при виде редкого розового дельфина.       И тут этот человек запел. Взволнованный русал чуть не свалился обратно в воду. Мягкий голос пленял, как легкий наркотик. Хотелось слушать и слушать.       Поднялся ветер, шевеля шляпы присутствующих и развевая небольшие флажки с гербами, развешанные вокруг палубы.       В центр вышел высокий худой человек, запакованный в идеально выглаженный камзол и смешные штаны, похожие на фонарики, украшавшие корабль. Тэхён хихикнул.       — Дамы и господа, — начал он слегка шепелявым хриплым голосом, — мы рады приветствовать вас на нашем празднике. Как вам известно, сегодня наш уважаемый наследный принц Чонгук празднует свое двадцатилетие. От чистого сердца и с наилучшими пожеланиями, я хотел бы подарить ему этот скромный подарок, — он махнул рукой, и откуда-то вывезли платформу на колесиках, Тэхён видел подобную конструкцию впервые. На платформе располагалась скульптура в полный рост. И это был тот самый парень с гитарой.       Тэ охнул. Значит, этот красавец — принц? Чонгук… Хотел бы я видеть его чаще…       А у того улыбка медленно сползала с губ. Подарок его явно не сильно обрадовал.       Чонгук «восхищенно» присвистнул.       — Ох, не стоило так стараться, хённим, куда ж я эту красоту поставлю теперь?       — Я уже распорядился, Ваше Высочество, она будет стоять у вас в покоях, — счастливо заверил тот принца.       — Но там мало места. Может в сад её?       — Но голуби, Ваше Вы…       Тэхён почти заржал.       — Мы что, зря садовникам платим? Я просто хочу, чтобы ее видели.       — Хорошо, Ваше Высочество, — довольно улыбнулся слуга.       Вновь заиграла музыка, а принц ушел подальше от шума и запрыгнул на борт, удобно умостившись. Тэхён, перебирая руками, перелез поближе. Чон достал флейту и заиграл песню, которая Тэхёну была знакома с детства, он часто пел ее, когда вспоминал маму. Она научила его ей. И сейчас, не сдержавшись, начал тихо, стараясь не выдать себя, подпевать. Голос почти сливался с ветром, крепчая вместе с ним, песня лилась, подгоняемая звонким переливом флейты.       Еще мгновение, и русал был бы обнаружен, но он прервал песню и прыгнул в воду. Чонгук успел заметить лишь всплеск и кончик изумрудного хвоста.       Ветер уже сметал шапки, трепал платья и полы камзолов, небо чернело, начали поблескивать молнии.       Корабельная команда, следуя четким указаниям капитана, уже шустро спускала паруса и готовила на всякий случай спасательные шлюпки.       Стихия бушевала, демонстрируя мощь и страшную красоту шторма. Огромные волны, гонимые ветром, ударялись о деревянный борт судна, бросая его из стороны в сторону, как бумажный кораблик.       Тэхён с ужасом наблюдал за буйством моря, понимая, что это лишь начало. Молнии сверкали, ломаными линиями расчерчивая небо. Одна особо удачная попала в корму корабля, опаляя дерево.       Тэхёна бросало волнами из стороны в сторону, но ему было все равно. Молнии освещали такой хрупкий сейчас корабль, со сломанными двумя мачтами и дымящейся кормой. Пассажиры спешно покидали судно, толпясь возле шлюпок.       Чонгук старался не терять контроль над ситуацией, но выходило неважно, люди в панике, корабль разбивало в щепки, праздник превратился в сущий кошмар. Рассаживая людей в шлюпки, он искал глазами своего любимца, которого не хотелось бы оставлять на произвол. Пес нашелся за горящими балками возле сломанной мачты. Вытаскивая животное, Чонгук молился, чтобы огонь не добрался до бочек с порохом и салютами, которые должны были запустить под конец празднования.       Схватив пса за ошейник, он побежал к последней шлюпке, но его выбросило за борт взрывной волной. Огонь таки добрался до склада с порохом. Удар об воду он уже не почувствовал.       Вскрикнув, не думая о последствиях, Тэхён рванул на помощь принцу, медленно идущему ко дну, так неудачно отпраздновавшему 20 лет. Вытянув человека на поверхность, молясь всем известным богам, чтобы он остался жив, русал что есть мочи поплыл в сторону берега.

***

      Рассветное солнце грело лучами пляж. Волны ласкали песок, едва задевая изумрудный рыбий хвост.       Тэхён волновался все больше и больше: человеческий принц все еще был без сознания, но русал различал его тихое дыхание.       Никогда он еще не видел людей так близко. Кончиками дрожащих пальцев он коснулся волос Чонгука. Отдернул руку и уже смелее прикоснулся снова. Смоляные пряди были мягкими и все еще влажными. Мягко отведя волосы со лба, Тэ очертил указательным пальцем нос, нашел небольшой шрамик на левой скуле. Кожа была мягкой, шелковистой. Отчего-то задержав дыхание, парнишка провел пальцем по верхней губе и быстро отдернул руку, неосознанно проведя по своим губам. Обведя подбородок, остановившись на родинке на шее, подцепив пальцем ворот рубашки и заглянув под нее, Тэхён все больше уверялся в том, что главное отличие русалок от людей лишь наличие хвоста. Любопытство гнало дальше, и он уже почти добрался до завязок брюк, когда Чонгук вдруг закашлялся. Тэ аж подпрыгнул и быстро подтянулся, взяв лицо человека в ладошки. Карие глаза щурились от яркого света, тщетно пытаясь разглядеть спасителя. А тот, не зная, зачем это делает, снял золотую сережку с уха и приколол к воротнику рубашки снова уплывающего в небытие Чонгука. И запел, тихо, успокаивающе, о море и чайках, подводных жителях и своем стремлении больше знать о людях.       Вдруг откуда-то из-за скал послышались крики и гавканье. Тэхён быстро прыгнул в воду и спрятался за камнем, уже оттуда наблюдая, как к лежащему на песке принцу подбежали люди и тот самый Мохнатик с корабля. Они громко восклицали и пытались привести Чонгука в чувство, затем, когда он приоткрыл глаза, подхватили и понесли. Тэхён следил за ними, плыл следом мимо каменистого пляжа и небольшого причала с рыбацкими лодками до самого замка, скрываясь за прибережными камнями.       Замок поражал великолепием, возвышаясь белоснежной пикой на холме над пляжем и небольшим городком.       С надеждой, что все будет хорошо, Тэхён направился домой, плеснув по воде хвостом.       Отплыв всего немного, он натолкнулся на ужасно недовольного краба.       — Ты понимаешь, что только что натворил и как недоволен будет твой отец?! — прокричал он.       — Но он тонул, я не мог просто проплыть мимо, — растерянно ответил Тэ и скрестил руки на груди.       — Так оставил бы его на берегу и ушел! Зачем было сидеть возле него и лапать это существо руками?       — Ну вот пойди и расскажи все отцу.