in the middle of the sea

      Очнулся от того, что на лоб легла холодная ладонь. Приоткрыл глаза, но различить почти в полной темноте ничего не удалось. Проморгался и разглядел очертания тонкого бледного сосредоточенного лица, внимательные зеленые глаза и сжатые в ниточку тонкие губы.       Заметив, что Агуст очнулся, парень встрепенулся и взволнованно заглянул в глаза.       - Ты меня перепугал! - Возмущенно толкнул в плечо и устало опустился в кресло, раздраженно дернув сиреневым плавником. - Отключился по дороге и пошел ко дну. Что это было?       - А я тебя знаю, - отстраненно прохрипел бывший маг и улыбнулся. - Какая ирония - за меня волнуется брат того мелкого, которому я чуть не сломал жизнь.       Агуст закрыл лицо руками и рассмеялся. Горько, обреченно. Хосок смотрел на него, не понимая почему вообще помог. Он доставил ТэТэ до корабля и уже собирался обратно домой, повелся на немые заверения, что все будет хорошо. Но все равно с тревогой вглядывался наверх, на темное дно судна. Чимин уже уплыл, доложить Джунни и Джинни, что с Тэ вроде все в порядке и скоро он вернется. Но отчего-то Хосоку казалось - не вернется. И повезет, если вообще даст о себе знать.       Потому, когда в воду упал чернохвостый русал, Хо был рядом. Бросился навстречу, понимая, что блондин идет ко дну, не собираясь всплывать. Помог. Помог врагу брата. Но врагу поверженному. Растоптанному и униженному. Нуждающемуся в этой помощи. А он, Хосок, пусть и разгильдяй, как считает отец, но не бесчувственный чурбан, проплыть мимо просто не смог.       А Агуст молча встал и направился к выходу. Выплыл из небольшого домика, непонятно зачем спрятанного среди подводных скал и направился каким-то лишь ему ведомым маршрутом.       Просто чтобы быть подальше от всех, как всегда.       - Ты что, спишь здесь? - удивленный голос где-то над головой. Агуст поморщился и нехотя приоткрыл один глаз. Над ним свисала черноволосая макушка, любопытно сверкая изумрудами глаз. Меж которых сейчас хотелось врезать.       - Спал, пока ты не притащился, - проворчал и зевнул. - Что надо, рыбешка? Ща как заколдую - будешь ходить с клювом.       Хосок вжал голову в плечи.       - Ну и ладно! Раз ты такой вредина, то я поплыл.       - Я не вредина, а могущественный маг, черный маг. Ты меня бояться должен, рыбешка, - как-то не совсем уверенно проворчал вслед и повернулся на бок, снова закрывая глаза. Это местечко у скал давно его любимое. Тут никого нет, тело обволакивает ласковое течение, а солнце едва достает теплом лучей. Самое то для сна.       - Подожди, я только спрошу и уйду, - снова раздался голос. Агуст зарычал и даже сел, недовольно глядя на надоедливого принца.       - А почему у тебя не щупальца, как должны быть, а хвост?       Блондин поморщился. Вот ведь приставучее водоплавающее. Если ему сказать, что это оттого, что он потерял всю магию, то припугнуть будет нечем. А что соврать?       - Мне так удобнее, щупальца мешаются, - проворчал, снова отворачиваясь и ложась спать. - Я ответил. Проваливай.       Хосок прикусил губу, глядя на худую спину, но промолчал и послушно уплыл назад в город. Почему кажется, что одного его оставлять не стоит?       - А почему у тебя не щупальца, а хвост? - Спросило зеленоглазое чудовище, развалившись на диване в лаборатории, где Юнги брал уроки зелий.       - Чтоб ты спросил, Минхек-а, - едко ответил тот, размышляя что будет, если смешать чешую летучей рыбы и яда морского ежа. Учитель запретил ставить эксперименты, но подождать его и спросить терпения не было.       - Нет, ну скажи нормально, хён, мне правда интересно, - Юнги и поворачиваться не надо было, чтобы точно сказать, что этот засранец надул губы и сейчас строит глазки.       - Потому что я еще не вошел в полную силу. Учитель говорит, что нужно доучиться, а потом найти то, чем правда хочется заняться. Тогда я стану полу осьминогом, - будущий великий маг поморщился, - а все кто меня знал, забудут даже как я выгляжу.       - Даже я? - Минхек привстал, удивленно глядя в спину друга.       - Даже ты. Меня должны будут узнать по тем делам, которые я совершу, а не по тому каким я был. Даже то что я тебе рассказал ты забудешь. Посторонние не должны знать этого и магия об этом позаботится.       - А ты будешь меня помнить? - зеленоглазый подплыл к Юнги и обнял его со спины.       - Буду, Минхек-а. Познакомлюсь с тобой снова. Если ты не испугаешься меня, великого волшебника, - ученик мага слабо улыбнулся.       - У меня впечатление, будто ты так и не вставал, - удивленно раздался голос откуда-то сзади.       - Так и есть, умник, - осипшим голосом ответил Агуст и прокашлялся. Сложно разговаривать, когда долго этого не делал. - Не твое дело, рыбешка, уйди с глаз моих.       - Ты серьезно? - Хосок недоверчиво приподнял бровь. Потом понял, что тот не шутит. - Ты правда лежал здесь полторы недели?!       Шумно причитая и иногда ругая безответственных темных ленивых магов, Хосок быстро уплыл куда-то. И не успел Агуст уснуть обратно, как его за руку вытащили на риф, под которым он спал, и усадили рядом.       - Даже таким как ты нужна еда, - проворчал Хо, протягивая несколько бутербродов и двигая к нему сумку с другой едой. Бывший маг при этом понял, что действительно голоден и не стал особо сопротивляться.       Доел и упал на спину, прикрывая глаза и довольно улыбаясь.       - Ого, ты улыбаться умеешь? - Хохотнул принц, наблюдая за Агустом. Он не знал отчего его беспокоит состояние этой язвы, но какое-то чувство внутри подсказывало, что если бросить блондина одного, то он долго не протянет. Будет сам себя выедать изнутри, терзать и мучить. И однажды не проснется.       Улыбка исчезла, губы сжались в ниточку. Не стоит забывать о том, что натворил. У него нет права улыбаться.       - Что тебе от меня нужно?       - Не знаю, - честно ответил и пожал плечами Хосок. - Я просто почему-то уверен, что тебе нужна помощь.       - А ты, значит, великодушно решил мне ее предоставить? - Едко перебил Агуст, вставая.       - Я уверен, что ты не такой великий и ужасный, каким хочешь казаться. Иначе не лежал бы один на холодном камне полторы недели.       - Ты мне не нужен. Я сам справлюсь.       - Не обманывай себя, - слабо улыбнулся Хосок, понимая, что теперь уже вряд ли отступится.       - Ты меня оставишь или нет? - Почти равнодушно спросил Агуст, собирая весь уже не нужный волшебный хлам в большую сумку, которую потом собирался выкинуть.       Уже две недели этот болтливый громкий монстр следует за ним, не давая спрятаться и поспать. Носит еду и рассказывает смешные истории, но Агуст из вредности не смеется. Проследил и добрался до бывшего логова, хотя маг искренне надеялся, что оторвался. И сейчас ходит трогает все, что можно и нельзя, сует нос в склянки и даже поорал в котел, смеясь какое вышло эхо.       Была бы магия, Агуст бы уже поджарил его молнией, а пока просто орет и пытается выгнать. И Хосок, кажется, уже догадывается. Догадывается, что связался с глупым ничтожеством, которое от злости забыло один из законов - нельзя вмешиваться в судьбу существа после выполнения условий договора, это карается самой магией. В данном случае он настолько часто вмешивался, что заплатил самым ценным, что у него было - силой. И снова стал тем, кем был до всего.       - Мне сегодня сказали, что до посвящения у меня осталось два месяца.       - Почему так мало? - Минхёк аж подскочил, подплывая почти вплотную. - Он же говорил, что не меньше года!       - Я не знаю, Хёк, не знаю, - Юнги закрыл лицо руками, стараясь не смотреть в любимые зеленые глаза. Он уже жалел, что однажды ответил этому русалу, когда тот несмело поцеловал, думая что Юнги спит. А перед этим тихо шептал, что не хочет забывать того, кого приходится называть всего лишь другом.       Нужно было забыть, остаться просто маленьким кусочком прошлого, которое не жаль потерять. Друзей забывать проще, чем часть себя.       Хосок исчез. Вот просто однажды утром не пришел, как обычно, озарять серое существование бывшего мага, и не появлялся уже неделю.       Первые два дня Юнги радовался, что ему наконец не придется выслушивать это крикливое создание. Собрал и выкинул оставшийся хлам, продал все, что мог продать, не жалея ни редких составов, ни ценных ингредиентов и амулетов.       На третий день, притащив в бывшее логово новые вещи, обустраивая будущий дом, он задумался, что странновато сидеть в тишине, после двух месяцев выслушивания чужой болтовни. Четвертый день он благополучно проспал среди вороха купленных подушек, а на пятый, снова проснувшись в тишине, решил, что Хосока немножко не хватает. Самую капельку. Нет, он не скучает, как можно. Просто чуть заинтересован не помер ли там один шумный русал.       А спустя неделю, глядя в разукрашенный под грозовое небо потолок, Юнги (он снова решил называться старым именем) решил, что если это крикливое чудище не появится в течение дня, то он поплывет его искать. И плевать, что сам Хосок его потом будет высмеивать, еще долго будет вспоминать этот позор, но зато самому бывшему магу будет спокойно, что этот любопытный морской конь не свернул себе шею. О том, что просто надоел своей вредностью, Юнги старался не думать.       Хосок прибыл поздно ночью, когда Юнги, так и не отправившийся на поиски, вертелся пытаясь уснуть. Бросил сумку на пол и устало упал рядом в подушки. Агуст аж подскочил, возмущенно глядя на эту наглость, на что брюнет пробурчал:       - Ляг, не дергайся, я не домогаться пришел, - русал зевнул. - Просто поживу у тебя, пока отец перестанет буянить. Он узнал куда и как делся Тэхён и сейчас готов казнить всех и вся.       - Ах ты рыбина тупая. Я тебе покажу, как врываться в чужие дома, - Юнги усердно колотил Хосока подушкой, на что тот только смеялся и уворачивался, будто не он только что засыпал от усталости. Потом схватил грозного мага за тонкие руки и уронил в подушки, нависая сверху.       - Я неделю путал следы, старался чтобы о твоём содействии побегу моего братишки не знал никто, - Хосок внимательно смотрел в удивленные лиловые глаза. - Потому давай просто отдохнем, мм?       И кряхтя устроился рядом, обняв большую подушку. Через пару минут русал уже спал. А Юнги неподвижно лежал и смотрел в потолок, поражаясь тому, какой же Хосок придурок.       - Ты меня так задушишь, вредина, - хрипло прошептали на ухо и Юнги приоткрыл один глаз. Сонная дымка расступилась и маг понял, что лежит крепко обнимая Хосока и даже обвивая хвостом. Резко отпрянул, одним движением оказываясь под потолком.       - Ты что здесь делаешь?! - Мин провел рукой по волосам, беря себя в руки.       - Я вчера пришел, чудак!       - Ты правда собрался жить тут? - Юнги недовольно поморщился, втайне надеясь, что русал таки останется. Больше не оставит так надолго.       - Ну где-то недельку, да, - и лукаво улыбнулся, удобнее ложась среди подушек и закидывая руки за голову, - а если не прогонишь, то совсем останусь.       - Я бы хоть сейчас тебя выгнал, рыбешка, - поморщившись соврал Агуст. Потом как бы случайно спросил, садясь на небольшой диванчик. - А что ты там говорил про мое участие в побеге Тэхёна?       - Ну отец узнал куда делся этот вертлявый ребенок. Теперь ищет кто ему помог. Я его заверил, что у тебя по воле случая нет волшебных сил и ты к этому не причастен. Сондык-хён хотел возразить, но мне удалось убедить и его. Пришлось подкупить некоторых слуг, которые сказали, что ТэТэ ушел на запад.       - Хорошо, - хрипло протянул Юнги, пораженный. - А зачем ты это сделал? Кто я тебе, что ты так рискуешь?       Хосок пожевал губу и отвел взгляд ярких зеленых глаз.       - Ну... Я не знаю, правда. Просто, ну... Ты мне нравишься, наверное. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, - русал ярко покраснел и все не спешил поднимать глаза, боясь увидеть безразличие или, того хуже, брезгливость.       Но подняв взгляд наткнулся на яркий румянец скул и удивленно распахнутые лиловые глаза.       - Т-ты бред городишь, Хосок. - Русал, впервые названный по имени, а не каким-то прозвищем, чуть усмехнулся. - Явно г-головой ударился или головой уд-дарился... Тьфу, разумом того.. помутился... Хочу выпить, настойку мне дайте, - Юнги встал и направился к полкам с какими-то пузырьками. Хосок сильным движением хвоста догнал и остановил, обняв со спины.       - Никакой настойки, теперь ты мой, - почти невесомый поцелуй в изгиб шеи и маг тихо выдохнув вырывается, поспешно покидая помещение, оставив Хосока одного.       - Теперь ты мой, - выдыхает в губы Минхёк, блуждая руками по спине. Мурашки табунами по телу, разум машет ручкой, потому что слишком хорошо и близко сейчас. - Только мой.       Наутро Юнги не понимает почему в постели один. Проплывая мимо зеркала останавливается и разглядывает яркие засосы на шее и груди, больше похожие на метки принадлежности. Смотрит на покусанные губы и прячет запылавшее лицо в ладони. Никогда наверное не привыкнет к этому. Хёк вернулся к вечеру, задумчивый и отстраненный. От ужина отказался. Молча лег спать. Юнги решил не спрашивать сейчас, но что-то такое внутри шептало, что не к добру то, что Минхёк скрыл.       После будущий маг часто видел Хёка со своим учителем, юный русал что-то доказывал, но пожилой маг молча прерывал поток слов взмахом ладони и тихо говорил что-то. Зеленоглазый опускал голову и закусывал тонкие губы. Молча кивал и плыл прочь, а Юнги так и оставался незамеченным. Он не спрашивал потом ничего, делал вид, что не знает куда отлучается Минхёк. Понимал, что рано или поздно тот все расскажет, не мог не сказать. Все это время невидимая пружина терпения сжималась, набирала силу. Отмазки Хёка, что просто родители позвали, на занятиях задержался или самое великолепная: "Я готовлю тебе сюрприз, родной, потерпи," - вызывали лишь глухое раздражение, которое давило на пружину еще больше.       Две недели спустя вернувшийся домой Юнги замер перед дверью. Что-то внутри кричало, просило не заходить, уйти отсюда подальше. Тряхнув головой, будущий темный маг отогнал эти мысли, ведь что с ним может случиться дома. Оказалось, кое-что может.       На скомканной постели Минхёк... Его Минхёк ласкает какого-то светловолосого парня. Тот нежно, сладко стонет, судорожно шепчет, просит еще, хватаясь тонкими пальцами за плечи. Тот улыбается, что-то говорит в покрасневшее ушко, рукой спускаясь ниже, лаская лазурную чешую тонкого гибкого хвоста.       Пружина лопнула.       Кулаки сжались, глаза, запомнившие каждое движение, закрылись. Злые слова смертельного заклинания против воли сорвались с губ. Недавно выученное, оно комком темной силы понеслось в сторону того, кого обещал беречь. Того, кто клялся любить и не забывать, что бы не произошло. И того, кто предал.       Два тела упали безжизненными куклами. Улыбки так и не сошли с лиц, любимые зеленые глаза лишь успели повернуться к двери.       Самого Юнги окутала черная дымка, он закричал, из глаз потекли алые слезы. Маг упал на пол, свернувшись клубочком, теряя сознание.       Пришел в себя в незнакомом месте, долго смотрел в потолок. Голос учителя заставил повернуть голову. Блеклым взглядом отметить то, как он резко постарел, осунулся.       - Ты закончил обучение. Прими мои поздравления. За убийство принца, пусть и не наследного, тебе ничего не будет. Никто, кроме меня не помнит о твоем существовании.       - Какая мне разница?.. Теперь уже ничего не важно. - Хрипло рассмеялся, вытирая слезы руками.       И он правда остался.       Не выходил никуда, но зато готовил еду, убирал разбросанные магом вещи и безостановочно болтал. Заполнял щемящую пустоту внутри своим трепом, улыбкой с ямочками и заботой.       Юнги отмахивался, ворчал, грозился выгнать, даже бил подушкой. Хосок лишь смеялся и посылал воздушные поцелуи.       Старые грабли маячили твердым деревом рукояти перед носом, Мин просто хочет их обойти. А для этого надо выкинуть причину из дома и из головы. Причину, имя которой Чон Хосок.       Чуть стоило об этом задуматься, как Юнги засматривался на темные волосы, облаком окружившие узкое лицо, оттеняющие яркие глаза. Стройную фигуру и гибкий хвост. Плавные движения танцора, тонкие запястья обманчиво хрупких рук. Засматривался и злился сам на себя. Надо выкинуть, но увязал все глубже, убаюканный приятным голосом и заботой.       Через неделю Юнги уже сам себе признавался, что не хочет никуда отпускать этого шумного и порой невыносимого русала. А тот ушел рано утром на следующий день, заставив Агуста пожалеть о минутной слабости. И разразиться руганью, глядя на оставленную сумку и чашку с морскими пони на столе.       - Ты вообще ушел или нет, конь контуженный?!       - Я вернулся, - раздалось с порога и нежные руки обвили талию, Хосок прижался со спины и положил голову на плечо. - Ты меня ждал?       - Больно надо, - слабо вырываясь бурчал Юнги, дернув плечом, на что получил поцелуй в ухо и совсем стушевался, покрываясь лёгким румянцем. Да, ждал. Но не признаваться же... Хосок и сам все знает.