Сильнее своих желаний

Стелла Вариант.       Сознание возвращалось ко мне какими-то отрывками. Вначале была жуткая тошнота, помню, как меня рвало, и кто-то поддерживал мою голову, чтобы не захлебнулась собственной блевотиной. Потом снова темнота. Очнулась от раскалывающей череп головной боли, кричала, мне в рот залили горькую жидкость и держали за руки, пока опять не впала в забытье. Кто это был? Не знаю… Лиц не помню, образы размытые. Первым осознанным ощущением был запах. Свежий запах леса и моря. Напомнило проект торгового центра, который мы с группой сдавали на втором курсе: там в качестве фильтров были предложены новые модели с аналогичным ароматом. Может, мне это все приснилось? Сейчас Кейс толкнет меня и угрожающе прошипит, что мы опаздываем, а я проспала очередную лекцию. И не было никакого вторжения, не было мальчика, которого я тащила на плечах… Пацан? Мелкий пацан, раненный ежом… Что с ним? Я открыла глаза и удивилась четкости представшей передо мной картины. Просторная комната, бежевого цвета драпировка на одной из стен, косвенно указывающая на наличие окна, яркие лампы в круглой оболочке на потолке, мягкая постель, ощущение легкости и комфорта. Попробовала пошевелить рукой, и тут же сбоку раздался тоненький писк. Рядом со мной странное устройство: трубки, монитор и прозрачная капсула с жидкостью, где бесшумно лопались пузырьки воздуха. Что это? Пара трубок подведена к руке – как раз к той, в которую попал осколок. Помню, что крови было много, но сейчас из-за плотной повязки нельзя понять, насколько все серьезно. Ниже повязки в вену воткнуты иглы и трубки. Эта хрень из капсулы поступает в мой организм? Второй рукой откинула покрывало и заметила, что вместо привычной одежды на мне серый балахон из мягкого тонкого материала. Ткань? Не может быть. Необычно и… удобно? Но в то же время смущающе противно. Чувство, что тебя завернули во флаг Федерации. Еще одна отвратительная вещь – катетер. Я попыталась подняться, но от резкого движения прибор запищал громче, и через пару секунд в комнату вбежали двое в серебристых костюмах.       — Она очнулась! – раздался глухой голос из-под маски.       Он подошел к прибору и пару секунд всматривался в цифры.       — Удивительно! – второй хлопнул в ладоши. – Не зря я не поставил капельницу в список на уничтожение!       — Вы меня слышите? – спросил первый, наклонившись вплотную к моему лицу.       Я кивнула.       — Замечательно! – опять проявил энтузиазм второй.       — Сколько пальцев? – первый ткнул мне под нос свою пятерню.       — Пять, – попыталась сказать, но скорее прохрипела я.       — Она нас понимает, – сделал вывод первый.       — Где я? – надеюсь, и они меня понимают. – Кто вы?       — Вы в медцентре, – радостно возвестил второй. – Я и мой коллега – лекари. Вам очень повезло! Если бы не я – точнее, не моя предусмотрительность, – вам бы ничто не смогло помочь! Вот как чувствовал, что эта рухлядь нам еще понадобится.       — Что со мной?       — Глубокая резаная рана, заражение крови, легкая контузия…       Заражение крови? Как? Подобных мне с момента проявления Дара накачивают такими вакцинами, что у любых вредоносных организмов шансы выжить равны нулю.       — Ох, и озадачили вы нас… – сморщил лоб второй. – Впервые сталкиваюсь с подобным неприятием элик…       — Тихо! – оборвал его первый и обратился ко мне: – Как вы себя чувствуете? Что-нибудь болит?       — Вроде нет, – осторожно ответила я и для наглядности активно пошевелила конечностями, что спровоцировало очередной громкий писк прибора.       Ничего не поняла… В каком медцентре я очутилась? На Федерацию не похоже. К кому же тогда я попала?       — Речевой аппарат в норме, – возвестил первый. – Сознание активно работает, судя по датчикам. Думаю, вполне можно докладывать о дееспособности пострадавшей.       Это они обо мне? Появилось дикое желание сымитировать глубокий обморок, но вряд ли я обману их приборы – а чем мне может грозить ложь, еще неизвестно.       — Хотите поесть? – спросил второй. – Сегодня неплохие блюда в меню.       На эту фразу мой желудок отреагировал громким урчанием. Вроде чувство голода есть, но инстинкт говорил повременить с дегустацией местной пищи. Покачала головой и попросила стакан воды. Пока пила, обдумывала свое положение. Я потеряла сознание во время взрыва. Кто или что было этому причиной, пока непонятно, но очнулась я в совершенно незнакомом месте. Это Империя или Союзники? Надо признать, и у тех, и у других есть мотивы меня лечить. И если они попытались залечить мои раны, то им наверняка известно о Даре. Надо молчать! Пусть списывают все на врожденные дефекты! Нельзя, чтобы они узнали, что я…       — Мы доложили, что вы пришли в себя, – голос первого стал более официальным. – И через несколько минут сюда прибудет особа для разговора.       Черт возьми! Да они время даром не теряют!       — Если почувствуете ухудшение самочувствия, – добавил второй, – сразу говорите.       Я кивнула. Кто же хочет со мной встретиться? И как получить ответы на свои вопросы, не раскрывая при этом карт? С этими мыслями я прикрыла глаза, пряча беспокойство от посторонних лиц. Эти двое медиков точно ничего не решают. Все будет зависеть от загадочной особы, которую я увижу с минуты на минуту.       — Я была одна? – рискнула все же осторожно спросить.       — Нет, – кратко ответил первый, вытаскивая иглы из вен и отсоединяя трубки.       — Нам еще мальчика принесли вместе с вами, – добавил второй, за что получил неодобрительный взгляд коллеги.       — Он жив?       — Вполне, и показатели его состояния удовлетворительные, – ограничился сухими словами первый.       — Если не считать транса, из которого мы пока так и не смогли его вывести, – признался второй.       — Он все еще в трансе?! – вырвалось у меня.       — Все еще? – первый заинтересованно посмотрел на меня. – Знаете, что с ним случилось?       Вот идиотка! Осторожнее надо быть со словами. Пришлось соврать, что не знаю, мол, раз уж я успела прийти в себя, то и мальчик должен был очнуться. Второй попытался было еще что-то спросить, но в этот момент в комнату вошел высокий широкоплечий мужчина средних лет в форме. Он не из простых. Скорее всего, из высшего офицерского состава. К отцу часто приходили такие люди – строгие, деловые, они экономили слова и движения, а точности их действий мог бы позавидовать робот.       Не глядя на меня, мужчина попросил медиков принести стул. Второй тут же вышел, но не вернулся. Вместо него стул принесли двое других и остались стоять рядом с первым. Жаль, второй был мне более симпатичен.       — Уверены, что она готова к разговору? – спросил мужчина у первого, снова не удостоив меня вниманием.       Казалось, что даже будь я при смерти, от моего состояния ничего не зависело – только от заключения врача. Надо будет, этот человек и от мертвого добьется ответов. Мне стало страшно.       — Вы можете говорить? – все же спросил у меня первый.       Пришлось кивнуть и постараться взять себя в руки.       А потом был странный и жуткий разговор. Этот человек, Кор Леонис, заявлял такое, что в голове не укладывалось. Совершенно незнакомое мне королевство Люцис, куда якобы я попала, полное незнание о существовании Империи и Федерации, фантастическая карта мира Эос: хоть и похожа, но совершенно не та… Во мне крепло чувство, что меня пытаются свести с ума и таким способом отрывают от реальности. Я не верила в чужой мир. Но мой собеседник точно так же не верил мне. Или делал вид, попутно не скрывая угроз. Зачем им это? Да и кому – "им"? Слишком запутанно и сложно для простой студентки архитектурного. Или я что-то не знаю? Отвечала я односложно, стараясь ничего не скрывать, но и много не рассказывать. Накатывала усталость, соображать перед ответами становилось труднее, а дознаватель все чаще стал поглядывать на наручный браслет. У него там часы? А я даже не спросила, сколько времени провалялась без сознания…       От очередной попытки мысленно собраться меня отвлекло лицо седовласого мужчины с бородой. Отвлекло и напугало. Больше своей неожиданностью, чем самим фактом изображения во всю стену. Лекторы в университете часто пользовались подобными мини-проекторами с двусторонней связью; удивляло только, что такие вещи разрешены в медцентрах – это противоречило врачебной тайне. По крайней мере, у нас целители не всегда начинали лечение, если существовала вероятность наблюдения за пациентом. В некоторых случаях срочная помощь – довольно… хм… интимный процесс. А в этом месте все наоборот. Еще одна попытка запутать мое сознание? И если Кору Леонису, ставя под сомнение большинство его фраз, я не до конца верила, то этот человек, представившийся главой королевства Люцис, сказал абсолютно абсурдную вещь. Я из параллельного мира?! Они серьезно думают, что я в это поверю? Не знаю, к каким экспериментаторам я попала, но мой мозг пока еще может мыслить адекватно. Король Люциса пригласил меня завтра на аудиенцию, и, хоть звучало это вполне дружелюбно, я догадывалась, что у меня просто не будет выбора. Значит, игра в фантастическую сказку продолжится?       Больше с расспросами ко мне не приставали. Маршал быстро покинул палату, сообщив, что в середине дня за мной придут. Первый вколол мне незнакомую жидкость и показал кнопку вызова на случай, если мне станет плохо. К приборам не стал подсоединять – уже хорошо. Думала, что двое останутся на ночь, чтобы караулить меня, но они вышли следом за первым, приглушив свет. Я осталась в одиночестве. Глаза вскоре начали слипаться – мне явно ввели снотворное, но какое-то легкое или медленно действующее. Превозмогая слабость, я свесила ноги с кровати и попыталась встать. При первой попытке колени задрожали, и мне чудом удалось не упасть на пол. Вторая оказалась более удачной, и, с расставленными в стороны руками, я медленно, балансируя словно на жгуте, добралась до драпировки. Отодвинув ее, выглянула в окно. Не знаю, что я там ожидала увидеть: диковинные растения, мистических зверей, необычную землю – все же слова про параллельный мир смущали меня, – но передо мной предстал обычный мегаполис. Была ночь или поздний вечер, огни города светились приятным мягким светом. Никаких сверхъярких неоновых вывесок, чем так любила злоупотреблять Федерация, ни мрачных красноватых уличных ламп столицы Аэрды, ни голубого свечения окон Меланхолии – визитной карточки главного города Союзников. Простой бело-желтый свет. Слишком простой для того, чтобы поверить в параллельность вселенных. Я подняла голову, чтобы взглянуть на ночное небо, и застыла. Это было не мое небо. И это был не мой мир.

***

      Утром ощущение паники от безысходности происходящего слегка притупилось. По крайней мере, до тех пор, пока в голову не стали лезть очередные безумные мысли. Что со мной теперь будет? И с мальчиком? Отправят на опыты? Будут держать взаперти всю жизнь? Или просто уничтожат ради собственной безопасности?       Пока я размышляла над мрачными перспективами, один из вчерашних помощников первого вкатил тележку с едой. Ничего необычного – напиток, овощи, кусок белого мяса. Надеюсь, это съедобно. Есть уже хотелось настолько, что было плевать, как мой организм отреагирует на чужемирные продукты. Вот только сначала…       — Можно мне в туалет? – краснея, попросила я.       Помощник кивнул и помог встать, сказав следовать за ним. За дверью находились мужчины в форме, похожей на ту, что была на маршале. Значит, без охраны меня все-таки не оставили. Один из них последовал за мной и помощником. Пока мы шли в уборную, я оглядывалась по сторонам. Обычная больница с врачами и пациентами. Некоторые из последних провожали меня удивленными взглядами, но в большинстве своем просто не обращали внимания. Впрочем, это обычное дело – у каждого свое горе. Я, как ни старалась вглядываться в надписи на дверях коридора, не смогла понять, где именно лежит мальчик. Добраться бы до него – и желательно незаметно, – чтобы вывести из транса. Бедный ребенок...       — Вот туалет, – помощник остановился перед дверью. – Там вы сможете найти и одноразовые средства гигиены.       Справив нужду, умывшись и кое-как приведя в порядок спутанные волосы, я вернулась в палату и приступила к завтраку. Вопреки опасениям, еда ничем не отличалась от той, что я ела в своем мире. И это немного примирило меня с ситуацией.       — Я ненадолго, только отдам одежду… – услышала я голос из-за приоткрытой двери.       Вошел парень. Не в форме, не врач и даже не помощник. Новое лицо в моем окружении, и снова непонятно, чего ожидать, о чем молчать.       — Привет, Стелла, – он улыбнулся открыто, но как-то виновато. – Тебе лучше?       Знает мое имя, значит, с большой долей вероятности осведомлен и о моем положении. Я же не знаю о нем ничего.       — Кто вы? – я встала и в упор посмотрела на него.       Он на секунду отвел взгляд.       — Прости, – парень протянул мне руку. – Меня зовут Ноктис.       С задержкой, но я пожала его ладонь – теплое и твердое рукопожатие. Вряд ли старше меня, но держится уверенно и, что озадачивает, дружелюбно. Впрочем, стоит ли доверять первому впечатлению?       — Я принес одежду, – парень протянул мне пакет. – Надеюсь, подойдет.       Еще бы, кто пустит меня к королю в сером балахоне? Я заглянула в пакет и потрогала рукой содержимое – ткань.       — А где моя?       Парень смутился.       — Она… Ее забрали для исследований. Очень необычно, знаешь… Ну, для нас, – он взъерошил и без того торчащие в беспорядке темные волосы. – И она испорчена немного… Пришлось разрезать, чтобы…       Я вздохнула. Что еще "испорчено"? Мой браслет? Кулон матери? Увижу ли я когда-нибудь эти вещи? Я присела на кровать, отложив пакет. Парень, поразмыслив пару секунд, примостился на противоположный край. Чего ждет? Не рассчитывает, надеюсь, на то, что я стану при нем переодеваться!       — Я тебя нашел, – сказал он. – Я и мои друзья.       Вот как! Благодарить его за спасение жизни или проклинать за предстоящие перспективы? Я пока молчала.       — У нас все сложно, – продолжил парень. – И тоже есть своя… Свои враги, – я заметила оговорку. – А такие, как ты и мальчик… С этим Люцис сталкивается впервые.       — Я тоже впервые попадаю в чужой мир, – съязвила я. – Еще и в качестве подопытной зверушки.       Парень вскинул голову, и глаза его блеснули злостью. На секунду мне стало не по себе – все же следует вести себя более осторожно.       — Извини, – поспешила я сгладить свой тон. – Нервы.       — Тебе не следует просить прощения, – твердо ответил парень. – И не считай себя подопытной. Твой организм не такой…       — А какой? – перебила его я.       Он колебался, сразу видно.       — Я не лекарь и точно не знаю, но ты довольно необычная, хотя на первый взгляд и не отличаешься от нас. Взять хотя бы то, что на тебя не действует ни зелье, ни эликсир.       Зелье? Так у нас называли жидкость, вызывающую галлюцинации и эйфорию и которой любила злоупотреблять золотая молодежь Университета союзного объединения. Я такую гадость не решалась пробовать, да и денег на нее свободных не было.       — Пока мы везли тебя в Инсомнию, несколько штук извели, а ты не исцелилась.       Так это лекарство?       — Что такое зелье? – уточнила я.       Вместо ответа парень достал из внутреннего кармана сосуд с искрящейся зеленой субстанцией и небольшой нож. При виде лезвия я невольно отшатнулась, за что была награждена укоризненным взглядом. Парень полоснул по руке ножом, и меня впервые затошнило. Странно это. Ни на площади, когда солдаты Империи расстреливали людей и буквально давили их своими машинами, ни в магазине техники, когда брат случайно включил бензопилу и отрезал себе руку, даже получая собственные увечья, я не испытывала отвращения или страха. Зато сейчас, глядя на совершенно не глубокий порез и маленькую алую каплю, медленно стекающую по бледной коже, меня практически выворачивало наизнанку. В горле сразу пересохло, а единственным желанием, отдававшим в виски пульсирующей болью, было прикоснуться к ране, зажать ее в руке и как можно быстрее передать поток чистой заживляющей энергии. Ни разу за всю мою жизнь Дар не проявлялся с такой силой. Как в замедленной съемке я видела лопнувший в руке парня сосуд, окутавшее его зеленое свечение, а после – совершенно здоровую кисть руки.       — Вот это – лечение зельем, – голос звучал словно вдалеке. – Ультраликсир гораздо сильнее, но на тебя и он не подействовал.       — Ваше Высочество?! – в палату вбежал один из охранников.       — Я еще не закончил, – довольно высокомерно заявил парень.       Охранник многозначительно посмотрел на пятнышко крови на покрывале и осколки сосуда, но возразить не рискнул, вернувшись на пост.       — Ваше Высочество? – медленно повторила я слова охранника. – Ноктис…       Парень сначала отвернулся, потом поднялся, выпрямил спину и слегка поклонился. Походило на некий ритуал.       — Ноктис Люцис Кэлум, – глухо произнес он, – к вашим услугам.       Я молчала. Слишком много высокопоставленных особ вокруг. А может, это как раз закономерность – меня нашел принц, поэтому мною заинтересовался король и перепоручил главе службы безопасности. Чувствую себя мышью, которая угодила в клетку к тиграм. Эти есть не будут – я им на один зуб, – а вот развлечься могут. Как оказалось, и зелье их меня не спасет. Черт возьми, как им это удалось? Ни у Федерации с Союзниками, ни у Империи, сколько бы щадящих или смертельно опасных экспериментов те не проводили, еще ни разу не получилось отделить свойства Дара от целителя. Ведь для многих это стало бы выгодой. А здесь, в параллельном мире, кажется, без проблем используют то, что у нас есть только у избранных. Правда, я называла их проклятыми.       — Тебя никто не обидит, не бойся, – принц снова сел, теперь уже ближе. – Ни тебя, ни мальчика.       Мальчик в трансе, а я даже не знаю, где он, чтобы помочь.       — Как он? – спросила я.       — Без изменений, – с сожалением ответил парень.       — Я… – надо попытаться, – я могу его увидеть?       — Конечно! – принц улыбнулся. – Пожалуйста, не считай себя пленницей.       Ага, Ваше Высочество, скажите это своему отцу и той страже за дверью! Но вообще, Ноктис вел себя не так, как другие. Сомневаюсь, что это такая тактика; хотя, может, у принца свои мотивы. В любом случае, это небольшой шанс.       — Ноктис, – я схватила парня за руку, слегка опасаясь его реакции на такую дерзость, – отведи меня к нему. Сейчас. Пожалуйста.       Светлые глаза принца потемнели, и я зажмурилась, ожидая ответа.