В погоне за новой жизнью

Она сидела в прохладной, темной каюте, где единственным источником света и тепла была тусклая догоравшая свеча, которую она могла потушить одним щелчком пальцев, а, когда нужно было, тушила одной только мыслью. Скрутившись калачиком, она обхватила руками колени и сидела на полу, облокотившись о кровать, ведь только так и здесь она чувствовала себя хоть в какой-то безопасности. Она уже неделю не испытывала чувств и эмоций, а её всё время запутанные мысли уже стали для нее обыденным делом. Послышался стук в дверь. Он всегда периодически звучал, но она никак на него не реагировала, а голос, который она слышала там, за стеной, доносился до нее слабо разборчивым эхом, который будто звучал где-то снаружи, далеко от мира, в котором она сейчас находилась. Но когда она чувствовала присутствие этого голоса, внутри нее все же что-то срабатывало: что-то, напонимающее еле заметный проблеск надежды. –Сэм, открой, пожалуйста, — буквально молил высокий смуглый парень, стоящий за дверью. Он пытался говорить как можно нежно и ласково, чтобы не испугать ее. Он приходил сюда каждый день утром, в обед и вечером. Зная, что она выходит из каюты только ночью, когда все спят, он приносил ей еду и воду и оставлял у двери, но она даже не притрагивалась к ним. В первые дни, когда случилось то, что перевернуло весь ее мир с ног на голову, она все время молчала. Конечно, она еще не до конца все осознавала, поэтому изредка от нее можно было что-то услышать. Но когда они захватили корабль народа Огня и стали передвигаться на нем, она изменилась. Все видели и знали, что ей здесь было находиться больнее всех. В первый же день она закрылась и больше не выходила, разве что ночью, пытаясь не попасться никому на глаза. В первые дни на судне, она скрывала боль за агрессией. Когда он приходил к её каюте, чтобы поговорить, она кричала на него через стену, приказывая уйти и оставить ее одну. Эти крики сопровождались ударами по стене, полу, столу и звуками чего-то разбивающегося. Она не могла себя контролировать. Затем она успокоилась. Она перестала разговаривать и хоть как-то реагировать на окружающий мир. Она окончательно закрыла себя за семью печатями. Единственная мысль, которая хоть как-то его успокаивала, это то, что каждое утро со склада пропадали некоторые продукты. Это означало, что она продолжает жить. Дюк сказал, что как-то ночью он видел ее на нижней палубе в свете луны. Она стояла и смотрела на небо, а затем, услышав какие-то посторонние шорохи, тут же убежала и скрылась в своей каюте, где создала собственную отдельную экосистему. И сейчас она молчала, не отвечая на просьбу парня. Он безнадежно выдохнул и зашагал прочь, осознавая, что ей просто нужно дать время, чтобы вернуться к нормальной жизни. События последних дней сказались на ней гораздо больше, чем на всех остальных. Парню нужно было поговорить с ней, ведь он ничего не знает ни про ее магию, ни, может, про нее саму? Что, если она врала ему все это время? Врала им всем, а они так наивно и по-детски поверили ее убедительной игре. Но в то, что она лгала мог бы поверить кто угодно, но не он. Он знал её слишком хорошо, хоть и знакомы они относительно недавно. Они стали слишком близкими друзьями для того, чтобы даже на мгновение подумать, что эта дружба могла быть построена на лжи. –Как она? — поинтересовалась его сестра, только заприметив брата. По его взгляду она поняла, что всё стоит она месте. Она попыталась подбаривающе улыбнуться, но ей удалось выдавить лишь кислую еле заметную улыбочку. Парень не заметил этого, ведь был увлечен другими мыслями. Тогда она попыталась его подбодрить: –С ней все будет хорошо, слышишь? –уверенно настояла она, положив руку ему на плечо, –Она сильнее, чем сама думает. Как бы девушка не пыталась поверить в то, что она говорит, ей все равно было трудно удерживать эту надежду. Особенно сейчас, когда они все узнали ужасающий секрет их близкой подруги. Она — маг Огня! Да как они вообще могли позволить себя обмануть?! А что если она все же не на их стороне? Но парню удалось доказать обратное всем сомневающимся. Ведь именно она несколько раз жертвовала собой ради них, она пострадала больше их всех, она всегда была с ними честна, а её секрет — это единственное исключение. Она всегда боролась на их стороне и все время помогала. Она не может быть предательницей. Воин молчал, не отвечая на слова поддержки сестры. Сейчас у него есть другие заботы, такие как составление плана действий вместе с отцом и другими воинами племени Воды. Сейчас он пойдет и с головой погрузится в это, лишь бы не думать о ней. А затем вечером он снова придет к ней и постарается поговорить, ведь единственное, что ему сейчас нужно, — это услышать ее голос.

***

Сокка приходил ко мне каждый день, два или три раза, я уже сбивалась со счета. Он что-то говорил, но я его не слышала. Или не пыталась услышать, ведь я потеряла все жизненные силы. Сейчас я существую отдельно от этого мира, постоянно находясь в темной каюте без единого проблеска света, поражаясь тому, как эта каюта похожа на мою жизнь сейчас. Такая же темная и почти пустая, освещаемая единственным источником света, который и сам скоро погаснет. А что будет потом, никто не знает. И если бы кто-нибудь знал, как сильно я боюсь этого «потом». Как бы я хотела остановить время, а лучше вернуться в прошлое и многое исправить. Но это невозможно, как и то, что я когда-либо смогу себя простить. Со мной происходят странные вещи. Я настолько давно не слышала своего голоса, что стала забывать, как он звучит. Только благодаря Сокке, который приходил каждый день, я все еще помнила свое имя. Но мое состояние оставляло желать лучшего: это была та стадия депрессии, когда ты чувствуешь, что скоро ты потеряешь самого себя, но тебе очень трудно что-либо с этим сделать. Закрываясь от внешнего мира, я не только пытаюсь не навредить ему, но и защищаю саму себя от новых событий, потому что все они рано или поздно становятся нескидаемым грузом на душе. Из-за отсутствия аппетита, я стала терять вес, что так же отражалось на моем физическом здоровье. С наступлением ночи шум в голове стихал, и я вновь приходила в себя. Возможно, так было потому, что всё и все вокруг засыпало и как-будто замирало на некоторое время. В этот момент я немного оживала и выходила из каюты, блуждая по коридорам. Я часто выходила на нижнюю палубу и смотрела на небо. Звезды и луна сияли так ярко, как-будто полыхали холодным белым огнем. Но это был не тот огонь, которого боится все человечество. Это пламя манило и казалось дружелюбным. Когда я выходила на палубу, то старалась смотреть только на небо, не оглядываясь по сторонам, потому что это место напоминало мне о том, что я хотела бы навсегда забыть. На точно такой же палубе на другом корабле я пела песни с дядей Айро и другими матросами. Здесь я наблюдала за тренировками Зуко — человека, с которым мне больше не хотелось существовать на одной планете. Кажется, именно здесь я в него влюбилась, еще не осознавая этого. Это был тот самый бесполезный вид любви — влюбленность. Это окрыляющее чувство постоянной эйфории, которую невозможно сдерживать, и она так и хлещет из тебя стремительным фонтаном. Но потом эти чувства разрываются на тысячи мелкий кусочков — жалких обрывков — от которых больше никогда не будет толку. Это ли называют разбитым сердцем? Упираясь руками, я попыталась подняться. Слабость еще большими объятиями окутала меня — и я, шатаясь, сделала пару не стойких шагов в сторону. Бросив взгляд в угол каюты, я глянула на слабо разборчивые в темноте очертания зеленых тканей, валяющихся на полу. Это было то самое платье, что мне подарил дядя Айро. Я хотела его выбросить, но не смогла, убеждая себя в том, что это все-таки подарок не от Зуко, и поэтому я не могу так просто от него избавиться. Единственное, о чем я жалею, — это то, что теперь на этом прекрасном наряде, у самого подола платья, остались следы от горения. В порыве отчаяния, я подожгла его, но вовремя потушила. Настолько вовремя, что когда придет время, я смогу его немного поправить и надеть заново. Но не думаю, что это будет скоро. Тяжело перетаскивая ноги по полу, я подошла к массивной железной двери. Отпререв замок, я схватилась горячей рукой о холодную железную ручку двери и потянула ее вниз, толкая вперед дверь. Я научилась делать это настолько бесшумно, что мне иногда казалось, что я оглохла, ведь не слышала ничего, кроме наполняющей пространство тишины. В лицо подул легкий сквозняк, и я сделала невесомый вдох, шагая прочь из комнаты. Прежде чем закрыть за собой дверь, я глянула на слабо горящую свечку, и от одного моего желания она потухла, оставив за собой небольшой след из дыма, который поднялся вверх и растворился в воздухе, словно это была пелена тумана в моих глазах в день битвы в подземельях Ба Синг Се. Я бродила по мрачным пустым коридорам, не держа никакой цели. Мне не нужна была ни вода, ни еда. Наверное, я просто устала. Устала сидеть взаперти, отстранившись от окружающих. Но я ничего не могла с собой поделать, потому что боялась. Я боялась выйти и посмотреть в глаза друзьям, ведь меня пугало то, что я могла в них увидеть. Я боялась и ненавидела эту неизвестность, в которую я сама же себя и загнала. Да, должно быть, я вышла из комнаты просто потому, что мне надоело там все время быть. Я сама себя заперла на сотню замков, потеряв от них ключи. И теперь мне нужно было найти лишь один ключ — тот, что откроет все замки и выпустит меня наружу. Я предполагала, кто мог бы стать этим ключом, но этот вариант был одновременно самым лучшим и самым худшим. В моем воображении коридоры, по которым я шла, казались то шире, то уже, когда я поворачивала направо, мне казалось, что я иду налево. Я начала слышать какие-то странные посторонние звуки, но эти галлюцинации не пугали меня, а только интриговали. Что вообще наша команда делает на этом корабле? Ответ прост: это было единственное наше спасение. После поражения в Ба Синг Се царя было снято с трона — и нам всем пришлось бежать. Первые пару дней мы переночевали на улице. Нас приняли воины племени Воды с отцом Сокки и Катары Хакодой в качестве вождя, и мы два дня кочевали с ними в палатках. Вместе с нами был и царь Земли, но вскоре он покинул нас, отправившись в одиночное путешествие на своем медведе. Понимая, что после захвата столицы Царства Земли за нами будет слежка и спокойно залечь на одном месте нам не дадут, мы начали искать решение проблемы. Самое разумное и безумное решение пришло, конечно же, в голове Сокке. Он предложил «присоединиться к армии Страны Огня», а именно захватить их корабль. Для большей убедительсти, мы утопили корабли племени Воды, оставив от них лишь жалкие обломки. Этим мы организовали себе такого рода алиби: разрушенные корабли означают, что армия трагически погибла, а значит, нас не будут искать. Пока мы жили в лагере и каждый вечер грелись у костра, я хоть как-то контактировала с людьми. На большое удивление, меня никто не расспрашивал за магию, а уж тем более не обвинял. Возможно, они просто сами еще не смирились со всей этой ситуацией, и самое худшее было еще впереди, но прошла уже неделя на корабле, а того самого разговора еще не было. Конечно же потому, что я не пускала никого к себе. Согласившись на сумасшедшую и, безусловно, опасную идею Сокки, мы принялись воплощать его план в жизнь. Поздно ночью мы напали на один из кораблей народа Огня. Захватить его оказалось проще простого: весь экипаж на нем — это полнейшие олухи. Сокка даже немного разочаровался. А вот мне было все равно, я даже была рада тому, что мне не пришлось вновь использовать магию при ребятах, чтобы лишний раз не напоминать им об этом и не обращать на это их внимания. На корабле я столкнулась с новой проблемой — воспоминаниями. Так как это судно было точь в точь как корабль Зуко, меня накрыло новой волной апатии, которая быстро переросла в депрессию, из которой я все еще не вышла. И как бы усердно я не пыталась найти отличия этого корабля от того, я находила только все больше и больше бессмысленных воспоминаний, которые ранили меня изнутри. Так мы дошли до настоящего времени, и сейчас я продолжала блуждать по темным коридорам, в которых резко затихли все звуки, и голова как-будто наполнилась воздухом, что аж уши заложило. Я несколько раз прошлась туда и обратно, и наконец поднялась наверх, в комнату управления. До этого я сюда еще не заходила. И сразу воспоминания: именно тут я играла в Пай-шо с дядей Айро и Джо, изредка поглядывая на кипящего над картой Зуко. В комнате было очень темно, и я зажгла в руке пламя, чтобы залить пространство хоть каким-то тусклый светом. В глазах вновь появлялись галлюцинации, и мне показалось, что за столом сидит компания солдат-матросов, с Джо и Айро посередине. Перед глазами промелькнуло знакомое худое лицо. Могу поклясться, это был Ли. Я крепко закрыла глаза и затрясла головой. Открыв их, я больше никого не увидела. Я вновь осталась наедине сама с собой. Я решила пройти через комнату и выйти на верхнюю палубу, чтобы подышать свежим воздухом, ведь я буквально задыхалась в этой комнате. Подойдя к столу посреди комнаты, я, подсвечивая рукой с огнем, провела по нему кончиками пальцев. Вдруг я дотронулась до листа бумаги. Присмотревшись, я поняла что это была карта. Я начала изучать ее, с интересом разглядывая. –Аккуратно, не сожги карту, или я никогда не поймаю Аватара, — раздраженно сказал голос прямо передо мной. Я подняла испуганный взгляд и увидела перед собой недовольного Зуко. Такого, каким я его запомнила с корабля, даже с той же нелепой прической. –Т… Тебя здесь нет, — заикаясь, еле выдавила я. Я боялась пошевелиться, и что-то внутри меня мешало мне нормально дышать. –Правильно, — спокойно согласился принц. Его вид начал меняться у меня на глазах: волосы вновь стали такими, какими были у него в день нашей последней встречи. И глаза. Глаза его тоже изменились. В них появился непривычный жадный блеск, который я не могла растолковать, — Ведь я больше не в бегах. Я дома, там, где и должен быть. А ты, — он громко и со злобой рассмеялся, — Ты такая жалкая, маленькая и наивная девочка. Мне даже немного жалко тебя. Ты такая глупая, Сэм. –Замолчи! — воскликнула я, и направила огонь, который держала в руке, освещая комнату, прямо на это противное видение. Зуко растворился в воздухе вместе с пламенем, и я пробежала сквозь дым прямо к выходу на верхнюю палубу. Тут меня встретили прохладный ветер и свет ночного неба. Я тяжело дышала, а по щеке предательски текла одинокая слеза. Одна моя мысль — и эта соленая капля исчезла, превратившись в пар. Я подошла к перегородке и положила обе руки на холодный металл, все еще не приходя в себя. Я неделю брожу по ночам, но такие видения у меня впервые, и я действительно перепугалась. Пытаясь переключиться, я глянула вниз. Там виднелась нижняя палуба, освещенная лунный светом. Я вспомнила, как в день первой встречи с Зуко, мы спасались от него с Аангом и спрыгнули с точно такой же палубы. Еще раз посмотрев вниз, я удивилась, как нам это удалось. Ну да, Аанг — маг Воздуха, в чем вопрос? Безумная идея появилась в моей голове, и тело само исполняло движения, и я не могла взять над собой контроль. Я перелезла через перегородку и держалась наверху. Мне оставалось только отпустить руки, и я упаду прямиком вниз. Но я не чувствовала ни капли страха, как-будто знала, что всё будет в порядке. Я оттолкнулась, отпустила руки и… Прыгнула. Я летела не больше трех секунд, и очень маневрено приземлилась на нижнюю палубу, смягчив падение огненным потоком, словно магией Воздуха. Я не могла до конца поверить, что это сработало. Но это все была правда: я оказалась на нижней палубе, целая и невредимая. Такой прилив адреналина принес мне немного жизненных сил, и я была невероятно довольна собой. На нижней палубе было прекрасно, как это всегда бывает ночью. Небо было звездное, и луна светила ярче обычного. Я говорила с ней каждый день, но сегодня мне было нечего сказать. Я подошла к краю борта и глянула на воду, которая сверкала под ясным ночным небом. Я бы не сказала, что волны были небольшими, но шум, который они порождали, не раздражал слух, а наоборот доводил до состояния умиротворения и спокойствия. Я вдруг вспомнила Катару и её прекрасную магию Воды. Мне нравилось наблюдать за девушкой во время путешествия: то, как умело она управляла водой, завораживало меня, и я тайком изучала эти движения, сама не знаю зачем. Я ненадолго застыла, глядя на воду, а затем пришла в себя. Встав в боевую позицию, в которую обычно стает Катара, я решила попробовать повторить ее движения. Воображая, будто это вода, я управляла огненным потоком, но выглядело это, как настоящая магия Воды. Пламя так плавно переливалось в моих руках, и я впервые ощутила приятное чувство магии. Когда я закончила, то вернула огненный поток обратно в море, как-будто это была вода. Я впервые за долгое время столкнулась с таким прекрасным чувством во время колдовства. Это было нечто необычное и невозможное, но такое, что хочется повторить это вновь. –Как ты это сделала? — позади послышался удивленный голос Сокки, — Это было похоже на магию Воды. Я застыла, боясь повернуться и глянуть на парня, хотя-бы чтобы убедиться, что это не галлюцинации. Но этот Сокка был реальным. Я чувствовала, что он стоит у меня за спиной и слышала его приближающиеся шаги, хотя он шел очень тихо и осторожно, как-будто боялся, что я убегу. Я сделала глубокий вдох и развернулась к парню, который оказался слишком близко ко мне, чего я не ожидала и поэтому испуганно отстранилась, сделав резкий, но неуверенный шаг в сторону. –Так как ты это сделала? — повторился парень. Я глянула ему в глаза, осознавая, что он не отводит от меня взгляда. При свете луны его обычно голубые глаза сверкали необычайным блеском, но их цвет был темно-синим, словно штормящее море. В этом взгляде была настойчивость, с которой Сокка ждал от меня ответа. Я тихонько прокашлялась, чтобы хоть что-то сказать: –Я не знаю, — неуверенно ответила я, –Это выходит само собой. Я просто делаю то, что приходит мне в голову, и это выходит. –Это же настоящий дар! — восхитился Сокка, — А ты его от нас прятала! Почему? Я немного помедлила с ответом, а затем немного резковато произнесла: –А ты, борец против всей Страны Огня, принял бы меня тогда на Южном Полюсе, если бы я призналась? Это был провокационный вопрос, и я знала, что у Сокки нет на него ответа, поэтому парень задумался. –Вот видишь, –выдохнула я, развернулась к морю, облокотившись вперед на борт, и смотрела вдаль, ожидая, что всё-таки скажет Сокка. Спустя пару мгновений он все же нашел слова: –Ну, а потом? — вдруг спросил он, и я рассчитывала на этот вопрос, — Уже не на Южном Полюсе, а когда мы все узнали друг друга поближе. Можно же было сказать! –Когда? — я вновь повернулась к парню, — Когда я все время неожиданно возвращалась к вам и так же неожиданно исчезала? Или на Северном Полюсе, когда ты обвинял меня из-за отношений с Зуко? –Не вспоминай его больше, — грубо перебил меня Сокка. Он вдруг нахмурился, и я понимала, какую ненависть он испытует к принцу, по большей мере из-за того, что тот причинил мне боль. –Или, может, когда мы искали учителя магии Земли для Аанга, и у нас было море других забот? –продолжила я, — А может, когда на нас нападали, и мы еле добрались до Ба Синг Се? Или уже в самом городе, когда вокруг нас плелись целые заговоры? Не думаю, что нашлось бы подходящее время! –я закончила на повышенных тонах вновь повернулась к морю, давая Сокке время подумать. Его много не потребовалась: теплая рука обняла меня и притянула к себе. Я старалась не смотреть на Сокку пару мгновений, ведь чувствовала, что могу вновь заплакать. –Все случилось, как должно было случиться, –успокаивающе произнес он, — Теперь мы все знаем и понимаем тебя. Ты наша подруга, и ты нужна нам всем просто такой, какая есть. Даже, если ты всего-навсего владеешь магией вражеского народа. Как здорово ты обвела нас всех вокруг пальца! — в последней фразе Сокки не было ни капли упрека, только восхищение. –Скорее, я обвела вокруг пальца саму себя… — расстоенно протянула я. –Как давно ты скрываешь магию? — поинтересовался парень. –С тринадцати лет, — легко ответила я. –То есть уже два года? — уточнил Сокка. –Почти три, мне ведь скоро шестнадцать, — поправила я. –Подожди! — вдруг завопил воин, –Мы даже не знаем когда у тебя день рождения! –Лучше вам этого и не знать, –отмахнулась я, пытаясь избежать ответа. –Это еще почему? — недоумевал парень. –Вам не будет особо приятен этот день, –все еще не признавалась я. –Я не понимаю, — протянул Сокка, а своим щенячим взглядом без слов уговаривал меня сказать ему. –Мне исполнится шестнадцать в день падения кометы, — быстро сказала я и резко выдохнула. На лице парня было то ли удивление, то ли шок, я вообще не понимала этого выражения. –Мне… Мне не послышалось? — переспросил он, не веря своим ушам. –Нет, –твердо ответила я. –Так это же здорово! — вдруг выпалил Сокка. –И что тут здоровского? — иронично спросила я. –На твой день рождения будут самые крутые спецэффекты! — пытался найти плюсы парень, но у него не очень-то вышло. –Ага, и сотни тысяч смертей, если Аанг не остановит Лорда Огня раньше этого, — без надежды протянула я, — Кстати, как он? –Без изменений, — грустно сообщил Сокка, –Катара делает все возможное, но он не приходит в себя. Не знаю, что нам делать, если он не проснется хотя-бы до Затмения. –Прорвемся, –поддержала я парня, сама не веря в свои слова. Мы ненадолго замолчали и оба смотрели на необъятное море. Поднялся небольшой ветер — и волны немного усилились. –Катара сказала, что ты очень сильна, — вдруг начал Сокка, — Ты уничтожила армию Дай Ли одним ударом. Катара сказала, что она впервые видела магию Огня такой мощи. А еще она рассказала, как ты держала Зуко в огненной клетке, даже не двигая руками, как-будто ты делаешь это взглядом или даже мыслью. Как такое вообще возможно? –Я всегда знала, что моя магия особенная. С самого детства, когда мы с родителями открыли во мне этот дар, — отвечала я, — Я могла случайно поджечь все вокруг, и из-за этого часто возникали проблемы. Но я научилась брать контроль над своими силами. До того, как я потеряла обоих родителей, я в основном не училась ничему, только делала так, как мне казалось нужным. И это всегда работало. Потом я осталась одна и мне нужно было выживать, поэтому я училась всему с одной целью — спастись. Но когда мой путь вывел меня из Страны Огня, я столкнулась с новой проблемой — страхом. Не моим, конечно, нет, я никогда не боялась огня. Но люди боялись меня. А те, кто на первый взгляд, казалось, не чувствовали страха, а бросали злобные угрозы, все равно в глубине души побаивались меня. Ха, ведь я в один момент могу сжечь целую деревню! — я невольно засмеялась, а затем заприметила озадаченное лицо Сокки, –Расслабься, я научилась прощать раньше, чем ненавидеть, и не стала бы мстить невинному народу Огня за смерть родителей. –Ладно, — собрался с мыслями Сокка, –Ты говоришь, что твоя магия особенная. В чем заключается ее особенность? –Я могу поглощать в себя огонь, могу выдавать потоки пламени, на которые не способны и десять самых лучших солдат. Я могу создавать искусственную видимость огня… –Как это? — нетерпеливо перебил меня Сокка. –А вот так, — сказав это, я легонько провела рукой по воздуху– и правый рукав Сокки загорелся ярким пламенем. Ужас на лице Сокки исчез в тот момент, когда он понял, что этот огонь его не обжигает. –Я… Ничего не чувствую, — шокировано произнес он. –Так и должно быть, ведь этот огонь создан только для того, чтобы напугать, а не ранить, — объяснила я, –Поверь, очень часто этого вполне достаточно. –Хорошо, а что еще ты умеешь? — нетерпеливо и с назревающим интересом спросил парень. –Ну, например, это, — я приблизила ладони одна к другой так, будто я держу в них воду. Затем силой мысли я зажгла в них огонь, и под действием моего воображения, это пламя танцевало у меня в руках, превращаясь в очертания зверей, птиц, растений и даже людей. Радуясь восхищению на лице Сокки, я осознала, как приятно кого-то удивлять. –Это восхитительно! — воскликнул парень, — Я бы никогда не подумал, что это вообще возможно. –Это только вершина айсберга, — сказала я, — Думаю, я способна на намного большее, чем красивые фокусы с огнем. –Например, копировать магию Воды? — осторожно поинтересовался Сокка, возвращая нас к тому, с чего начался этот разговор. –Или Воздуха, — добавила я. –С Водой еще как-то понятно, потому что я сам это видел, но Воздух! Как это может сработать? — не понимал парень. –Так же, как я тебе только что показала. Холодный огонь не имеет своей температуры, но сохраняет свою силу и энергию, поэтому если пустить такой поток, то… –Получится действие магии Воздуха, — закончил за меня Сокка, — Это поразительно! Но разве это возможно? –Не могу быть точно уверена, — протянула я, вспонимая свой прыжок с верхней палубы, — Но однажды можно попробовать. –Ты — настоящее чудо и по праву можешь называться величайшим магом Огня, как у Катары с Водой или у Тоф с Землей, — убеждал меня Сокка. Я захихикала. Сокка был очень милым, и я впервые видела, чтобы он настолько сильно кем-то восхищался. –Почему ты смеешься? — немного обижено спросил он. –Просто ты очень мило выглядишь, — честно призналась я и улыбнулась. Сокка немного оробел и повернулся к морю, от чего моя улыбка стала еще шире. Наступило недолгое молчание, неловкое для Сокки. –Эй, –начала я, — Хочешь, расскажу один секрет? Этим я заинтересовала воина, и он глянул на меня. Я протянула к нему ладонь, и в ней зажегся небольшой огонек, который немного подрос прямо у меня в руке и стал похож на маленького огненного человечка. Он приветливо мне улыбнулся, а когда заметил Сокку, то испуганно пробежал по моей руке аж на плечо и спрятался за шеей, от чего я почувствовала там приятное тепло. –Эй, Пикс, не бойся, выходи, — нежно сказала я человечку, –Это наш друг. Его зовут Сокка. Он любитель мяса и насмешек, –я посмотрела в глаза парню: — Сокка, это Пикс. Я создала его, когда мне было десять лет. Я чувствовала себя очень одинокой и потеряной, мне нужен был кто-то рядом. Сокка не находил слов, поэтому я взяла инициативу в свои руки: –Протяни ладонь, — сказала я. –Это ты мне? — переспросил Сокка. –Нет, Лорду Огня, вон он за тобой стоит, — по-дружески съязвила я. Я поднесла свою ладонь ближе к себе, — Пикс, спускайся, — человечек послушно спрыгнул с моего плеча мне на руку. Я поднесла его к Сокке: –Просто протяни ладонь, и он сам к тебе придет, — уверяла его я, и парень, побаиваясь, все же протянул руку. Пикс спрыгнул ему на ладонь и помахал оттуда. –Он такой теплый, — удивился Сокка, — И очень приятный. –Он довольно долго заменял мне друга, –выдохнула я, –Он до сих пор остается им. Человечек довольно запрыгал на ладони Сокки. Затем он остановился, зевнул и устало потянулся, а дальше помахал нам на прощание и растворился в воздухе. –Он сам исчез? — недоумевал Сокка. –Конечно, я ведь его посреди ночи разбудила, а ведь он почти живой, — улыбнулась я, –А ведь сейчас и вправду поздно. Я зевнула и потянулась точно так же, как это только что сделал маленький огненный человечек. –А вы с ним похожи, — заметил Сокка. –Конечно, –согласилась я, –Ведь он –часть меня. –Это невероятно, — в очередной раз восхитился парень. –В мире много невероятных вещей, главное–научиться их распознавать, –произнесла я, а затем добавила, — Хотя, тогда есть риск, что они перестанут быть такими невероятными. Мы еще некоторое время побыли на палубе, говоря на разные темы и наслаждаясь компанией друг друга. Мы оба понимали, насколько хороших друзей мы нашли друг в друге. Эта ночь стала одним из самых памятных событий, и я никогда не забуду, как впервые полностью открыла свою магию кому-то другому. Возвращаясь назад, Сокка провел меня до каюты: –В девять мы обычно завтракаем, ты придешь? — поинтересовался он напоследок. –Не могу пропустить такое событие, — радостно улыбнулась я и пожелала парню спокойной ночи, аккуратно закрыв за собой дверь. Решив переодеться в ночную одежду, я случайно запуталась в кулоне, который висел у меня на шее, все время спрятаный под одеждой. На нем как всегда было изображено четыре стихии вместе, а надпись гласила, что мы все — единый народ. Так может, моя магия не случайна и то, что я уже несколько лет называю проклятьем, на самом деле является настоящим даром? Засыпая, я думала обо всем, что произошло, а во сне я стояла на все той же нижней палубе вместе с Соккой, и мы славно болтали о всякой ерунде, такой привычной для нас двоих. Я наконец поняла, что именно Сокка стал тем, ключом, который я искала. Он открыл все двери, за которыми я скрывалась, и выпустил меня в реальный мир, сохранив в целости мой внутренний…