Квартира на четверых

Неделю спустя — Ну ты даешь, подруга. — удивлённо протянула Комиссарова, откусывая яблоко. — Катаешь, как сыр в масле и ещё чем-то недовольна. И Павлик в тебя влюбился, и миллион нашла, и Егорка вон как тебя глазами пожирает. — завистливо продолжила Юлия, не понимая сомнений Даши, которая была не уверена в чувствах хозяина отеля к ней. Рыжеволосая девушка понимала, что завидовать подруге не хорошо, но не могла с собой ничего поделать. Зависть — одна из отрицательных черт её характера, которая проявилась с самого детства. Она хорошо помнит, как жила в своём Мухосранске и завидовала соседским девочкам, когда их мамы покупали им игрушки или новую одежду. Глядя на них издалека, маленькая девочка мотала ножками из стороны в сторону, сидя на скамейке, и уже тогда пообещала себе, что когда вырастет она купит тысячу таких кукол. Юля выросла и мечта купить тысячу таких кукол перевоплотилась в желание зарабатывать кучу денег. Поработав продавщицей в маленьком магазинчике, Комиссарова накопила на билет до Москвы и уже через день её в родном посёлке не было. Причиной уезда из городского посёлка послужило не только желание зарабатывать много денег, но и дурная слава её матери. Бабки-сплетницы шептались, что Нинка, мать девочки, ребёнка нагуляла ребёнка на стороне, судя по её образу жизни. Комиссарова-старшая никогда не была примером идеальной матери, скорее наоборот — алкоголичка, гулявшая с мужиками-пьяницами по ночам, к тому же была азартным человеком, который просаживал последние деньги на еду за игральным столом. Юля никогда не ходила сытой, а потому выросла злой и обиженной на жизнь, а людей в посёлке обходила стороной и не с кем не общалась, за что бабульки, перемывающие всем в посёлке кости, называли её дикаркой. Уже тогда, после смерти матери, когда Комиссаровой ещё не достигла возраста совершеннолетия, они пророчили ей, что она вырастет белоручкой и повторит судьбу матери — сядет за бутылку, встретит как Нинка своего прЫнца за игральным столом, родит ему дочь и, спившись, помрёт. Отца у девочки как будто не было: он отсутствовал дома весь день, только под утро являлся домой, чтобы поспать, а потом снова днём уходил к своим друзьям-собутыльникам. Если мама иногда приходила домой трезвой и разговаривала с дочкой по душам, не раз говоря ей о том, что она — слабый человек, поэтому не может завязать с алкоголем, то отец совсем не участвовал в воспитании Юли. Единственное, что надо было Алексею — это были выпивка и деньги на выпивку, остальное его не волновала. Даже смерть жены его ни капельки не огорчила: он к ней ничего не чувствовал, а женился на Нине из-за своей матери, которая прожужжала ему все уши с женитьбой. Когда Юля пришла с ним попрощаться перед отъездом в гараж его друга, где он ночевал (Алексей проиграл в карты квартиру их семьи), он даже не узнал её. И в этом не было ничего удивительного: Алексей был занят азартными играми и алкоголем, а не дочерью, потому забыл, как выглядела его собственная дочь. Поэтому, когда Комиссарова покидала посёлок, её ничего тут не держало. Единственное, кому она была благодарна так это тёте Любе, которая приютила девушку у себя дома, когда отец оставил её без крыши над головой, и относилась к Комиссаровой, как к родной дочери. Они прощались, а Юля лила крокодильи слёзы, говоря, что никогда её не забудет. Незадолго до своей кончины мать сказала Юле такую вещь: «Чтобы обеспечить себе место под солнцем, надо идти напролом — по головам. Если не будешь упрямой, настойчивой и уверенной в себе — будет такая жизнь как у меня». Комиссарова до сих пор помнит, как в тот день мать сетовала на свою жизнь и ни в коем случае не хотела, что у её дочери была такая же. С этими словами в голове девушка сошла с перрона поезда и с гордо поднятой головой пошла искать себе место под солнцем. Пару ночей на вокзале, безуспешные попытки найти престижную работу и соседство с бомжами — вот, как прошли первые дни Юлии в Москве. Да-а-а, не так она представляла всё это. Поняв, что в актрисы её не ждут и надо устраиваться на любую работу, только б было на что покупать пищу, Комиссарова устроилась на работу горничной в отель «Элеон», там сразу завела знакомства и шустренько влилась в коллектив. Работать там было не сладко, но Юля понимала, что никто здесь терпеть тебя и твои выходки не будет, когда проработала только без году неделю. И на какой работе сладко? Везде пашут на тебе, да ещё попрекают, разве что места блатных — перекладывать бумажки и получать за это намного больше чем зарабатывает горничная в отеле. Проработав год в отеле, Юля уже знала как правильно опаздывать на работу, чтобы тебя не оштрафовали. Комиссарова каждый день носила Валентине Ивановне шоколадку. Та сначала стояла с недовольным лицом, отчитывая Юлю за опоздание, и вот тут в ход шла шоколадка: девушка аккуратно доставала её из кармана и протягивала начальнице. Валентина не без удовольствия про себя замечала, что это её любимый шоколад, выхватывала из рук горничной и бросала сладость в ящик стола, не забывая после сказать: «Только попробуй завтра опоздать». Так продолжалось до прихода Толстой. София Яновна, увидев однажды, как старшая горничная берёт взятки шоколадом лишила её премии, а Валентина после этого стала штрафовать тех, кто не вовремя приходил на работу. И тут как снег на голову приходит в отель Даша с женихом. Вся такая деловая, радостная, что скоро выходит замуж, но человечная, в отличие от других богатеньких дамочек. Комиссарова сразу это увидела, когда Канаева попросила, чтобы старшая горничная не ругала Юлю. Всё было бы хорошо у Даши, если бы её будущий муж не оказался брачным аферистом — забрал деньги из сейфа и поминай как звали. Комиссарова предложила пожить с ней, а устроиться на работу горничной к ним в отель. Казалось, что может быть хуже? И вдруг девушке начало везти: нашла миллион, хозяин отеля был явно к ней не равнодушен и ещё парнишка с рецепшена постоянно предлагал помощь, аргументируя это тем, что Даша новенькая. Тут хочешь-не хочешь станешь завидовать. — Юль, вот скажи, как бы ты реагировала, если Павел Аркадьевич признавался тебе в любви и вдруг из ванной выходит очередная… девушка. — Даше было очень странно слышать о том, что она катается как сыр в масле, учитывая то, что сама так не считала. Да влюбился в неё Павел, да нашла миллион, вроде бы понравилась Егору — разве счастье заключается в деньгах и сколько человек к тебе не равнодушно? — У богатых свои причуды. Может, его очередная пассия была запасным вариантом, если ты ему откажешь? — шутливо предположила Комиссарова. — Он, что, должен ждать, пока ты соизволишь с ним переспать? — Фу, как грубо, переспать. — А ты, что думала? Что ему другое нужно? Нет, он же вьётся возле тебя только для этого, дурья ты башка. — поражалась наивности подруги Юля. — Думаешь? — разочарованно спросила Канаева, всё ещё надеясь на отрицательный ответ Юли. И она понимала, что Комиссарова права. Все банальные комплименты, пошлые шуточки и тот факт, что ночи он проводит в постели с очередной девушкой, указывали на то, что она для Павла Аркадьевича значит не больше чем другие особы, просто Даша не прыгнула к нему в кровать по первому требованию. «И не прыгну» — твердо решила Канаева. А все его ухаживания надо расценивать, как-то, что он хочет заполучить её как приз в придуманных им соревнованиях. И когда темноволосая сломается под его требовательным взглядом, Павел наконец получит свой главный приз — Дашу. А что потом? Счастливая богатая жизнь вместе с Павлом Аркадьевичем? Ха, наивно предполагать то, чему никогда не сбыться, — она станет всего лишь очередной девушкой, которую он затащил в постель. — Уверена. — Юля самодовольно фыркнула. — Он в тебя влюблён, но, зная нашего Павлика, ты должна понимать, что он увлёкся тобой на время. Возможно, месяц вы спокойно поживёте вместе как муж и жена, а потом начнутся вечные ссоры, разборки, он не выдержит твоего несносного характера и выставит за порог. — то ли от обиды, то ли была уверена в своих словах Комиссарова. — Ты ещё полчаса сватала мне в мужья Павла Аркадьича, а теперь говоришь о том, что с ним не стоит связываться. Что случилось, Юля? — подозрительно посмотрела горничная на рыжую. Мнение о Павле у Юли поменялось кардинально. Ещё не давно она убеждала, что лучше прожить несчастной, зато богатой жизнью. А сейчас утверждала обратное. — Просто я беспокоюсь за тебя. — развеивала все подозрения Канаевой Юля. — Ты же знаешь, такие как Павлик не исправляются, потом будешь ныть о том, что он тебя не нравится и жалеть, что с ним связалась. Всё-таки выходить замуж надо за любимого человека, а не за его кошелёк. — ох, как нагло врала горничная. Сама бы выскочила за первого встречного, лишь бы кошелёк был пошире, но говорила это всё из своих соображений. — Юль, — пощупала лоб Комиссаровой Канаева, убедившись, что подруга не заболела. Из уст меркантильной и расчетливой девушки Даша точно не ожидала это услышать. — с тобой всё в порядке? — Да, а что такое? — косила под дурочку девушка. — Ты сегодня какая-то странная. — пытаясь отыскать в глазах Комиссаровой причину странного поведения, подозрительно сказала Даша. — Тебе показалось. — не так уверенно, как хотелось бы, прозвучали слова из уст Юлии. — Помоги мне. — с просьбой подошёл к девушке Егор, дождавшись момента, когда Даши не было дома. Комиссарова удивлённо распахнула глаза: не заболел ли Егорка? Просить помощи у неё, когда они не находятся в тёплых отношениях, было как минимум странно, ибо парень сам старался не пересекаться с ней в квартире и на работе. Первой мыслью девушки было «С какого я должна тебе помогать», но любопытство охватило её, прежде чем она сказала это вслух. — Чем? — после недолгого молчания заговорила Юля, горя желанием поскорее узнать то, зачем она ему понадобилась. «Неужели Канаева отказалась ему помогать?» — Помоги понравится Даше. — со всей серьёзностью попросил портье. Юля от неожиданности поперхнулась соком, который только что отпила. Но это было для того, что показать на сколько неожиданной оказалась его просьба. А потом девушка, не сдержавшись, расхохоталась будто услышала что-то поистине глупое. — Я серьёзно. — Почему я должна тебе помогать? — перестав смеяться, задала вопрос Юля. — Ты же лучше знаешь, что любит Даша, а что нет. — нашёл довод парень. — Допустим. А что мне за это будет? — включилась в диалог меркантильная Комиссарова. — Деньги? — неуверенно повёл бровей парень, спрашивая чего хочет девушка. — Деньги? Не смеши меня! У нас зарплата почти одинаковая. — рассмеялась Юлия, представляя, что будет сватать упрямую Канаеву с Егоркой за гроши. — Тогда, что? Чуть подумав, Юля ответила: — Настоящее свидание. Настало время удивляться адекватности просьбы Юли Егору.