Одна на семерых.

Кира

      — Куда мы идём? — спрашиваю я «типичного менеджера», когда мы покидаем офис.       — Как куда? Домой. В твой новый дом, — ответил он и поспешил вперед. — Поторопись, а то плетёшься позади.       — Бегу я, бегу. Можно по-медленней? Я не успеваю! — мое дыхание сбилось. — И чего мы так торопимся?       Мы забежали за угол дома, а там эвакуатор уже пристроился к машине, и по реакции и крикам менеджера я поняла, что транспорт принадлежит ему. Теперь ясно, почему мы так спешили. Он отвоевал свою машину, и, сев в нее, мы отправились в мою тюрьму на ближайшие месяцы.       Пока мы ехали, мне удалось с ним разговориться и узнать много интересного о нём. Он оказался довольно открытым человеком, который любит поболтать. И на этих благоприятных нотках я у него выпросила ту самую папку, которую дал директор. Он немного помялся, но всё же согласился.       — Она лежит за тобой на заднем сидении, — сдавшись, бросил менеджер мне.       Я расстегнула ремень и согнулась в три погибели, чтобы достать её, отчего вызвала удивление и шок в глазах менеджера.       — Это же опасно! Быстро сядь и пристегнись, — дёргает меня он за край футболки.       — Ещё чуть-чуть, ещё немного. Всё! Достала, — села обратно я на место и пристегнулась.       — Не надо так больше делать, это же опасно, — он все еще был в шоке от моего поступка.       — Почему? Ты же за рулём, а не я, — подметила я.       — С тобой нет смысла спорить, — менеджер качает головой.       — Я и не спорила, — улыбаюсь. — Так, что тут у нас, — я открыла папку — там была практически вся моя биография. И откуда у них столько информации? В тот момент, когда я перелистывала листы и читала все, что им удалось разузнать обо мне, менеджер включил радио, и я узнала знакомые голоса:       «Мы вернулись после небольшой паузы, и напоминаю вам, что сегодня у нас в гостях группа BTS. Поприветствуйте, ребята, новых слушателей!».       Я застыла так, словно меня сбросили с небес на землю. За этот промежуток времени пока мы ехали, я немного забылась. Из моей головы вылетело то, куда я направляюсь. Эти голоса вернули меня в реальность.       — А ребята стараются, — с улыбкой говорит менеджер. — Скоро ты с ними познакомишься.       — Прям мечтаю, — уткнулась я лбом в стекло.       — Кстати, они о тебе ничего не знают. Так что это будет небольшой сюрприз. Они хорошие парни. Не волнуйся, сразу же поладите, — поспешил успокоить меня он.       — И за какие заслуги им такой презент в виде девушки? — скептично поинтересовалась я.       — Они выиграли на «МАМА», поэтому директор решил их поздравить таким образом. О, мы почти на месте, — он заставил меня перевести взгляд в окно.       — Я буду жить здесь? — недоумевала я.       — Нет. Мы сначала заедем в торговый центр, тебе же нужно прикупить вещи, — объяснил он.       — Я совсем забыла в этой суете про свой багаж, — я вспомнила о своих вещах, о маленькой квартирке, которая мне понравилась, и стало совсем грустно.       — И не вспоминай. Тебе всё равно не разрешено его брать с собой, — неожиданно удивил меня менеджер.       — А как же телефон? Мне нужно связываться с родителями, они же волнуются, — я напряглась. Такой поворот событий мне не нравился.       — Не беспокойся. Тебе разрешено связываться с ними для того, чтобы они панику не поднимали, а то ещё в розыск подадут. И там уже кто знает, во что всё выльется. Всё, давай не будем о плохом, тем более мы подъехали, — менеджер решил закончить разговор на этой ноте.       Он расстегнул ремень безопасности, вышел из машины и стал выжидающе поглядывать на меня, ведь я всё еще сидела на месте и смотрела в одну точку. «Значит, хотите сделать из меня куколку, чтобы я понравилась этим айдолам? Что ж, да будет по вашему», — с такими мыслями я покинула машину и уверенной походкой направилась ко входу в торговый центр.       Наши покупки начались с платьев. Я перемерила более сотни платьев, пока менеджер все-таки не решил, что этого достаточно. Он выбрал всего три платья, что вывело меня из себя.       — Зачем примерять сотню, если покупать всего три платья? — озвучила я свои мысли, недовольно проворчав и осматривая оставшиеся платья.       — Потому что эти тебе больше всего идут, — беззаботно улыбаясь, ответил он.       — Я не уйду отсюда, пока ты не купишь мне еще. По крайней мере, штук десять! — раздраженно проговорила я, едва не топнув ногой.       — А ваша девушка права! Она столько перемерила и останется лишь с тремя платьями… Немного нечестно, — решила влезть консультант. Конечно, это ведь её прибыль. На слова девушки менеджер лишь рассмеялся и покачал головой в знак согласия. Я победно усмехнулась и пошла выбирать из уже примеренных платьев еще несколько.       В итоге, ему пришлось купить мне целых двадцать платьев: да, эта девушка-консультант знает свое дело. Раз уж они решили прихорошить меня перед встречей с парнями, так пусть выкладываются по полной.       Подобная ситуация встречалась чуть ли не в каждом бутике: сначала менеджер заставлял меня примерять множество вещей, выбирая лишь несколько; после я закатывала истерику и отказывалась вообще что-либо покупать или примерять; а ему с уговорами консультантов приходилось покупать мне всё, на что я показывала указательным пальчиком с новеньким маникюром.       Когда мы вышли из последнего бутика, бедолага уже еле тащил на себе все мои покупки, а я лишь радостно размахивала новенькой сумочкой от кого-то очень известного. Честно, я даже не смотрела на бренды, лишь на ценники. Да и если бы обратила внимание на них, вряд ли бы это что-то мне сказало.       — Я надеюсь, тебе больше ничего не надо? — запыхавшись и еле поспевая за мной, проговорил он.       — Менеджер, а я ведь даже не знаю твоего имени! — вдруг воскликнула я, резко тормозя, отчего парень врезался в мою спину и почти все пакеты полетели на землю.       — Прости, — виновато улыбнулась я, смотря, как он, тяжело вздохнув, собирает вновь их, стараясь не упустить ни один.       — Тебе незачем знать мое имя, мы больше не будем пересекаться, — отчеканил он, стараясь удержать все покупки.       — Ну ладно, — безразлично пожала я плечами. — Давай заедем покушаем. После шоппинга я очень устала и проголодалась, — я начала строить глаза, как у кота из Шрека, и надувать губки.       — Что? Я и так истратил свою шестимесячную зарплату! Поешь уже дома! — недовольно проворчал он, ставя покупки возле машины и отрывая багажник.       — Вы думаете, там есть хоть немножко еды? — всё еще дула губки я, но, не увидев никакой реакции, села в машину и громко хлопнула дверцей. Менеджер уложил часть покупок в багажник, часть — на заднее сидение, и молча опустился на место водителя.       — Ладно, заедем покушаем, но я могу себе позволить только токпокки у уличных продавцов. Я все деньги потратил, — тихонько проговорил парень. Мне стало его жаль, ведь это не он меня купил, он лишь выполнял поручение директора.       — Токпокки — это очень вкусно, — довольно улыбнулась я, чем вызвала улыбку облегчения на его лице.       — Тогда поехали, я знаю хорошее местечко, — мы сели в машину и свернули в небольшой переулок. Проехав немного, мы достигли места, где возле перевозной кухни стояла пожилая женщина, и её еле освещали уличные фонари. Я быстро расстегнула ремень безопасности и выскочила из машины.       Как вы думаете, почему я поменяла дорогой ужин на уличные токпокки? Может показаться, что из-за жалости к менеджеру, но это не так. Я давно мечтала об этом дне, когда подойду к прилавку с горячими токпокки и попробую их на вкус. Я всегда смотрела, как главные герои дорамы уплетают их за обе щеки, восхищаясь вкусом, говоря, что они освежают. Теперь и моя очередь пришла испытать их на себе.       Запыхавшись, я подбежала к женщине и поздоровалась. Она посмотрела на меня странно, но при этом улыбнулась. Наверное, разглядела мои глаза, которые горели при виде её токпокки. Она наколола одну штуку на шпильку и протянула мне, а я удивилась её доброте ко мне. Всё же я иностранка, а она из старшего поколения, которое совсем не привыкло общаться с чужестранцами.       Я взялась обеими руками за эту тонкую шпажку и поблагодарила её. Только я хотела попробовать его на вкус, как из моих рук вырвали этот золотой кусочек — возле меня стоял менеджер и жевал мой драгоценный кусочек, приговаривая: «Освежает». Я уставилась на него со злостью.       — Что? — удивленно спросил, дожевывая.       — Ты что, издеваешься?! — выкрикнула я на всю улицу на русском. — Смерти захотел? — перешла на корейский. Я невольно посмотрела на тётушку, а она округлила глаза от моего поведения, и мне стало стыдно. Я извинилась перед ней, а на менеджера косилась недовольно.       — Не обижайся, я же пошутил. Держи, — он наколол токпокки и протянул мне. Я взяла и всё же попробовала, закинув его полностью в рот. Первые ощущения — это лёгкая острота, но потом стал раскрываться вкус красного перца, огромного количества красного перца. Я чувствовала, как краснеет моё лицо, жар переполняет меня, а выплюнуть не вариант: все же на меня смотрит тётушка. Я проглотила его и схватила рядом стоящую бутылку воды, присосалась к ней и ещё долго не отпускала.       — Освежает? Как это вообще есть возможно? — иду по улице в сторону машины.       — Ты же сказала, что вкусно, так почему сейчас возмущаешься?       — Не хотела обидеть тётушку. Всё же она вкладывала в них душу. А то, что для меня это слишком остро, это уже мои проблемы, — объяснила я.       — О-о-о, — протяжно произнёс менеджер, — какие мы вежливые, — он открыл мне дверь, и я села, пристегнув ремень. Всю оставшуюся дорогу я чувствовала себя собакой: открыв окно, я высунула язык, охлаждая его. В какой-то момент всё прошло, но я так и не закрыла окно, вдыхая ароматы ночного Сеула и слушая ритм его жизни. Мы проезжали мимо многих людей: кто-то ругался, а кто-то мирился; где-то ходили парочки, наслаждаясь прекрасной ночной погодой; а кто-то создавал прекрасную музыку на улице. Город живёт на своей волне и со своим ритмом, а мне оставалось только влиться в него и наслаждаться, хотя возможно ли это?       — О чём задумалась? — посмотрел на меня менеджер.       — Все так счастливы. Смогу ли я стать такой же счастливой? Гулять беззаботно по улице и наслаждаться ритмом города, — печально смотрела я в окно. Вдруг машина стала прижиматься к обочине, и я посмотрела на менеджера.       Он выдал для меня неожиданную фразу:       — Пошли, насладимся ночным Сеулом.       Я улыбнулась и выскочила из машины, а менеджер вышел за мной, набросив мне что-то на плечи.       — Надень. Тебя не должны знать и не должны запомнить.       Я надела толстовку и накинула капюшон, который полностью прикрывал моё лицо и скрывал светлые волосы. Мы слились с толпой, и я стала частью этого большого города. Я услышала музыку, которая доносилась из переулка. Свернув в него, мы вышли на другую улицу, и басы ударили мне в уши. Я посмотрела на собравшуюся толпу и пошла к ней, но менеджер приостановил меня, взявшись за моё запястье.       — Что такое? — посмотрела я на него. — Я хочу посмотреть, что там, — он, возможно, боялся меня потерять среди этого многочисленного народа. Но я утешила его не сладкой для меня фразой: — Мне всё равно некуда идти.       И он ослабил свою руку, а я смогла уйти в толпу и скрыться там. Музыка всё громче отзывалась в моих ушах, а крики народа добавляли шума. Я смогла пробраться в центр и увидела группу из трёх парней. Они танцевали довольно на профессиональном уровне. Я заворожённо смотрела на них: они высокие и в форме, а лица как у айдолов. Один из них был в маске, но его глаза говорили о его красоте. В какие-то моменты они подходили к зрителям так, что можно было разглядеть их ближе, но мне был интереснее всех тот парень, который скрывал своё лицо за чёрной маской.       Когда они закончили своё представление и стали пробираться сквозь толпу, девочки-подростки не желали их отпускать, и им приходилось идти напролом. В этой толпе меня толкнули, и я приземлилась пятой точкой на асфальт, наклонив голову вперёд. Но вдруг воцарилась тишина. Я не поняла, почему стало так тихо и подняла голову: напротив меня стояли три парня, а я перегородила им путь. Во главе был парень в маске. Он протянул мне руку, и я неловко взяла её, но он резко потянул её на себя, и я подалась вперёд. Капюшон спал с моей головы, открывая лицо, и все сразу же зашептались. Я, опустив голову, смотрела по сторонам, пока все же не взглянула вперёд: он всё ещё держал мою руку, а я смотрела ему в глаза, в единственное, что не скрывалось за его черной маской. Но он явно не ожидал, что я окажусь иностранкой.       Мы смотрели друг на друга, а толпа не сводила с нас глаз и шепталась за нашими спинами. Меня резко выдернула рука из этой толпы, но парень в маске не хотел меня отпускать: его хватка неохотно разжалась, рука скользнула вдоль моей ладошки, цепляясь за край моих пальцев. И всё же мы отпустили друг друга, а я скрылась в толпе. Снова прозвучали крики их поклонниц, пока незнакомая мне рука вела прочь. Я не могла рассмотреть ее обладателя, пока мы не вышли из толпы.