Научи меня любить...

Солнце нависало над скалой, с которой когда-то упали скелеты, накидывая едва заметную тень на половину прибрежья. Небо было чистым, за исключением уголка, где размазались два одиноких белых облачка. Инк, сидя под деревом, опять что-то вырисовывал на бумаге. Скелет иногда передвигал ноги, вороша песок. Видимо, идеи всё не шли ему в голову и мозг не хотел функционировать. Не выдержав больше, Инк вздохнул и встал из-под дерева, оставив свой рисунок на земле. На листке и вправду не было ничего необычного: грани небольшого куба были красиво обведёны, а его стороны закрашены различными стилями в виде кружочков и линий. — Что-то я совсем не могу картину вообразить, — разочарованно сказал парень, оглянувшись на лист бумаги, — Получается как-то мрачно и несерьёзно. Казалось, что в ответ на слова Инка, рисунок только больше помрачнел. Но всё же остался лежать около корней. Эррора в зоне видимости не было. Может быть его отсутствие так напрягало Инка? Заставляло волноваться? Скелет чуть тряхнул головой, отгоняя совершенно лишние мысли. И, как будто в помощь ему, пришел теплый ветер, пытаясь шевельнуть длинный шарф, раскинувшийся через плече. Инк ускорил шаг, направляясь в палатку. — Эррор? — спросил парень у тишины, заглядывая внутрь. Атмосфера внутри была по-прежнему невыносимой и душной. Творец сделал задумчивое лицо и повернулся спиной к своему небольшому строению. « Куда он мог пойти? » Инк окинул взглядом сначала одну, потом другую часть берега. К сожалению, сейчас никто не сидел на песке и не разглядывал синие волны с белыми пузырьками. « Думаю, он бы сказал, если бы ушел далеко… — предположил Художник, пытаясь выровнять дыхание. » Внезапно, из леса послышался треск веток. Скелет, как по команде, обернулся в сторону звука. « Это близко! Эррор! — мгновенно пришло в голову парню. » Творец бросился на звук, пробегая мимо палатки, в лес. Оказалось, что путь был действительно очень мал и от силы составлял сто метров. — Эррор! — Инк выскочил из-за дерева, ожидая увидеть бойню и драку, ну… или как Эррора связали по рукам и ногам, заклеив рот. Но вокруг всё было в порядке, за исключением того, что Ошибка испуганно замер на месте. (если бы у него были волосы, то он бы, наверно, лишился их от испуга) — Ты чего пугаешь??? — наконец-то проснулся Глючный, пошатнувшись, — Нельзя спокойно выйти? Тебя тишина что ли с ума свела? — А я… — Художник растерянно оглянул деревья и попытался найти самую простую отговорку, но ничего толкового не пришло в голову, — Я… просто хотел…гм… хотел полюбопытствовать, чем это ты тут… занимаешься? Инк попытался улыбнуться, но вышло это кривовато. Эррор немного насторожился. « Неужели волновался? — пришла неуверенная мысль в голову Оши, но быстро улетучилась, — Да не, бред. » — Что ж, — Глючный вздохнул и сделал шаг в сторону, демонстрируя своё недоделанное творение, — Тада-дам! Это… гамак. Самый обыкновенный из всех необыкновенных. И усмехнулся, прислонившись спиной к дереву. — А… так вот оно что, — едва заметно выдохнул Творец, — А ветками ты тут трещал? Оши, услышав от Инка про ветки, заметно скривился и отвел взгляд. — Д-да я тут место от них очищал… Просто, на пляже жарко, а про палатку вообще молчу. Вот и решил в лесу устроиться, а тут эти… кусты. Хорошо, что Художнику не выпала возможность увидеть это яростное сражение с ветками, бьющими Эррора по лицу. И надо же, Инк только треск услышал, раз не спросил про громкие ругательства. Глючный оттолкнулся спиной от ствола и опять принял стойку, в которой было легче управлять нитями. Парень быстро и сосредоточенно зашевелил пальцами и начал ловко наматывать гамак. Инк уже было хотел медленно развернуться и незаметно раствориться между деревьев, как Эррор его вновь окликнул. — Инк, слушай, ты ведь пойдешь со мной сегодня в глубь леса? Там есть, цветы, пух которых я тебе показывал. Творец почесал подбородок. — Оу, конечно же схожу! Эррор молча отвернулся, продолжая заниматься своим делом. Мысли переполняли голову. « У него так же всё пульсирует внутри, когда я рядом? » « Почему я чувствую то, чего раньше у меня не было никогда? » Решение напрашивалось само собой: « Сегодня же скажу ему про то, что чувствую.» Улыбаться совсем не хотелось, ведь Глючный не знал, как Инк отреагирует на это… Впрочем, не важно. Главное, что он скажет ему! * * * Облака наплывали на небо сами собой, провожая солнце и возвещая наступление вечера. — Думаю, уже можно идти! — счастливо улыбнулся Инк, — А то не успеем прийти обратно. — Да, — немного поразмыслил парень, — Именно ночью цветы можно хорошо запечатлеть, так что пойдём Возражений у Художника не нашлось, поэтому он молча направился следом за Эррором в лес. Глючный в точности выбрал место своей бывшей тропинки, где ранее упал. Дорожка была едва видна, но скелет шел стойко и уверенно. Лес и природа менялись на глазах по-разному, превращаясь то в кустарниковый низкий лес, то в могучий ельник. Немного погодя, Эррор с Инком вышли на поляну с яблоней. Творец не успел и восторженно открыть рот, как Глючный потащил его дальше, бормоча себе под нос что-то про критическую потерю времени. Ещё немного побродив, они наконец-то пришли в пункт назначения, а на улице уже как раз было темно. — Ух ты… — Инк восторженно раскрыл рот, оглядывая узорчатую кору деревьев и странное свечение около их подножия, — Это же просто волшебно, Эррор! Тот лишь ухмыльнулся и сделал несколько шагов в сторону ближайшего цветка. — Они очень странные, — весело начал Эроор, — Это папоротник, подсолнух и тюльпан вместе! Инк тут же подбежал к нему. — Надо же! И цвет такой… несвойственный тюльпану! Со стороны они, наверное, выглядели, как сумасшедшие ученые, которые пытаются ощупать и осмотреть всё подряд. Точнее, Инк пытался, а Эррор с искорками в глазах наблюдал за его движениями. — Знаешь, не важно, как они выглядят, — чуть слышно прошептал Эррор, дотрагиваясь до бутона, — Важно, какие они внутри… Рука его немного дрогнула, а глаза внимательно следили за реакцией Инка. Еще одно ловкое движение пальцев, и скелет без труда вскрыл цветной бутон. Зрачки-фигурки Инка расширились, и в них отразилась яркая желтая вспышка. Творец открыл рот, в попытке что-то сказать, но Эррор, предварительно убедившись, что гаптофобия сейчас является самой последней проблемой в списке, приложил свою ладонь ко рту скелета. Когда Художник перестал пытаться заговорить, парень снял руку. Пух медленно и плавно поднимался в небеса, но Глючный смотрел совсем не на него. « Самое время сказать, — торкнуло внутри у скелета. » Вдох… — Инк, знаешь… — Оши сделал паузу, чтобы парень обернулся на него, — Я последнее время совсем себя не узнаю и… чувствую, как внутри зарождаю новые чувства и ощущения. Когда ты рядом, душе почему-то становится тесно… Парень отвернулся от Инка, и продолжил: — Мне кажется, что ты научил меня любить. Выдох… Но в ответ он услышал лишь тишину, стало холодно. Или это мурашки? На мгновение показалось, что Инк вовсе не стоит рядом, но нет… он всё ещё был тут. Оши повернулся обратно к нему. Инк замер, как статуя. Лицо его испуганно вытянулось, глаза блестели, а рот был приоткрыт, как будто в попытке бесшумного крика. — Нет… — одними губами прошептал Творец, — Нет… нет…нет… Я не… не… не могу… На уголках его глаз заблестели слезы. Инк сделал два медленных шага назад, не сводя испуганных глаз с Эррора. Слеза капнула на темную траву, растворившись. И парень осторожно развернулся в сторону тропинки и ринулся… …бежать. Эррор сел там, где и стоял. Внутри защипало.