Frontier

Стоило им обогнуть покосившийся домик, как перед ними как на ладони открылся пологий зелёный холм, у подножия которого расположился небольшой городок. На первый взгляд он казался довольно милым и опрятным, хотя Фелисити не могла назвать этот комплекс деревянных домов в два-три этажа даже селом, не говоря уже о гордом звании города, таким ничтожным он выглядел после привычных ей огромных стеклянных зданий, причудливыми формами стремившихся в небо её мира. Здешнее небо, к слову, казалось как будто каким-то более голубым, а трава уж точно была зеленее. Трава! Да девушка в жизни не видала столько зелени за раз, даже на картинках! Она даже несколько раз останавливалась во время спуска, просто чтобы присесть на корточки и погладить свободной левой рукой мягкую и такую настоящую траву; вторую руку она всё так же держала в кармане толстовки. При ближайшем рассмотрении город оказался не таким уж милым и чистым. Улицы были полны каких-то объедков и прочего мусора. По улицам вышагивали пьяные в лёжку гуляки, возвращающиеся из таверны. Шли молча. Всё такой же таинственный проводник, назвавшийся Себастьяном, старательно выбирал улочки поуже и потемнее, чтобы, видимо, не привлекать внимания. Фелисити не могла не отдать ему должное: её розовые волосы наверняка были бы заметны всем в округе достаточно далеко, чтобы просто их не заметить. Да и наряд её тоже вряд ли был похож на средневековый прикид. Чего только стоили бриджи, на которых в полумраке чуть светились салатовые полосы по бокам. К счастью, путь и правда предстоял недолгий, и уже очень скоро, преодолев всего парочку особенно грязных улочек окраины города, они через заднюю дверь попали в такой же домик, как и все остальные здесь: деревянный и немного покосившийся. Хотя, подпираемый с двух сторон недружелюбными фасадами чумазых соседей, он казался каким-то немного более чистым, словно хозяева отчаянно пытались поддерживать в нем порядок, что среди окружающего бедлама казалось просто-напросто невозможным. Внутри их встретил узенький коридор, который после вышел в просторную прихожую с вытертым ковром в центре. Теперь дом начинал приобретать какой-то свой шарм. Даже хотя район явно не отличался богатством, чья-то заботливая рука явно старалась содержать всё в порядке и сдержанной роскоши. По стенам между окнами, дверями и настенными лампами висели какие-то небольшие картины, а наверх уходила массивная дубовая лестница. Откуда-то словно издалека доносились едва слышная весёлая музыка и смех. Они стали подниматься по лестнице, добрая половина ступеней которой громко скрипела, словно бы приветствуя их. Себастьяна это явно ни капельки не смущало, а вот Фелисити старалась ступать как можно аккуратнее и морщилась от каждого скрипа. Поднимаясь по лестнице, она нерешительно скользила рукой по перилам, всё ещё не до конца уверенная в реальности происходящего. Хотя дом и выглядел приветливым и безопасным, всё здесь выглядело таким старым и новым одновременно, что становилось как-то неуютно. Второй этаж оказался ничем иным как библиотекой. Всюду были высокие шкафчики с пергаментными свитками и рукописными книгами, и Фелисити даже невольно приоткрыла рот от изумления: она и бумажные-то книги видела не очень часто, а уж о рукописях вообще слышала разве что на уроках истории. Здесь располагалась пара столов для письма и чтения, куда они и направились. — Как вы узнали, что я там? — вдруг спросила Фелисити, когда они уселись, и даже удивилась тому, что такой простой и очевидный вопрос не приходил ей в голову раньше. — У нас есть... Свои источники, — уклончиво ответил Себастьян, и улыбнулся, — и они не любят, когда о них говорят... Однако именно благодаря им мы и находим заблудшие души. — То есть у вас тут много попаданцев? — "Попаданцев"? Это любопытный термин, могу я сказать... Нет, их не очень много, а таких, как ты, я и вовсе на своем веку ещё не встречал. Почему ты прячешь свою руку? — он приподнял брови и кивнул на её руку, по-прежнему засунутую в карман толстовки. — Она... Эм... Сломана? — Хм... У нас тут есть хороший врач, думаю, она могла бы... — Нет-нет-нет, вы не поняли... — перебила его Фелисити. — Она не... так сломана. Смотрите. Девушка вынула правую руку из кармана и, закатав рукав повыше, вытянула перед сона столе. Первым, что бросалось в глаза, было то, что вся рука была металлической. Она была солнечно-желтой, с оранжевыми вставками. Выглядело достаточно эффектно, но немного не по времени. Совсем чуть-чуть, всего каких-то пару тысячелетий вперёд. Впрочем, наверное, о таком лучше не распинаться. Здесь наверняка есть более жёсткие методы борьбы с умалишенными, чем их запирание в особом учреждении. Себастьян подался вперёд, доставая из кармана потёртый уже монокль часовщика с латунным корпусом. Он принялся разглядывать руку с явным восторгом: этот человек явно давно не видел ничего хотя бы наполовину такого же продвинутого. — Просто и элегантно, — пробормотал он, покачивая головой, когда Фелисити повернула руку ладонью вверх и подвигала оранжевыми металлическими пальцами. — Так что же случилось с этой красавицей? — произнёс он, поднимая взгляд, и у девушки по спине пробежали мурашки, потому что она никогда особо не воспринимала свою руку какой-то отдельной вещью, механизмом, подобным, автомобилю. А Себастьян звучал сейчас как заядлый автолюбитель, принимающий сломанную машину в автосервисе. — Она... Эм... Я не знаю... Она должна выполнять много всяких функций типа выхода в Сеть и всего прочего, но с моего первого перемещения перестала действовать. Может, там надо какое подключение вроде вай-фая, от которого у меня просто нет пароля, чёрт знает, но теперь это просто... Рука... — она пожала плечами. По лицу Себастьяна было понятно, что она только что обозначила очень много новых для него понятий, но она не могла сформулировать это всё иначе. — Как она должна подключаться? — после небольшой паузы спросил он. — Просто... Подключаться. Не знаю. Виртуально. Ммм... Без проводов. — Без проводов? — удивился он и чуть не уронил свой монокль. "Из какого он такого мира, где ничего не слышали о беспроводной связи?" – подумала она и нахмурилась. Надо будет обязательно всё разузнать. Старая библиотека навевала немного странные чувства, и ей иногда казалось, что за ней наблюдают, но когда она смотрела по сторонам, вокруг обнаруживались лишь громадные стеллажи. — Очень занимательная вещь эта твоя рука, знаешь ли. Вот что я могу тебе посоветовать... Если ты когда-нибудь попадешь в мой мир, Моуан, то обязательно найди одного моего друга. Скажи ему, что тебя послал Себастьян, и он для тебя что угодно сделает. Может, он даже разберется, как работает эта штука... Напомни мне потом рассказать об этом поподробнее... Девушка кивнула, и вдруг услышала, как предательски зарокотало в её животе. Она не ела уже как минимум сутки, и ей как-то было не очень до мыслей о перекусе, но теперь становилось достаточно очевидно, что есть хочется очень и очень сильно. — Ох, совсем забыл! Думаю, стоит попросить, чтобы принесли что-нибудь тебе поесть. Перемещения очень истощают, не правда ли? Подожди здесь... — с этими словами он поднялся с места и поспешил вниз по лестнице. Нельзя было не отметить, что для своего возраста он был более чем бодрым и шустрым. А теперь, когда она сидела тут одна, ей стало ещё неуютнее, и она смущенно поёжилась. Ощущение слежки как будто усилилось, но, посмотрев по сторонам, Фелисити опять так и не увидела ничего подозрительного. Если задуматься обо всём, что произошло за последние сутки, то на самом деле можно было сделать вывод, что перемещения и правда здорово истощают. В последнее время она, кажется, жила исключительно на адреналине, а теперь, оказавшись в том, что казалось безопасностью, она поняла, что довольно сильно устала и замучилась. Ноги очень болели, да и руки тоже - по крайней мере та, что была из мяса и костей, - и в висках, в общем-то, уже начинало неприятно покалывать. Она бы хотела вновь очутиться дома, в теплой мягкой кроватке, однако это сейчас казалось самой недостижимой целью из вообще возможных. По крайней мере, сейчас, когда у неё было так много вопросов и так мало ответов. Когда никогда в жизни не ел полностью натуральную еду, весь приём пищи превращается в сумасшедший вкусовой аттракцион. Какая-то еда кажется слишком пресной, какая-то – наоборот, а что-то на вкус и вовсе оказывается совершенно не таким, как она всегда думала. Однако обед бы хоть и довольно простым, но, наверное, самым вкусным в её жизни. Во всяком случае, именно так ей показалось. — Так ты чувствуешь, где они находятся? Разрывы? — начал разговор Себастьян, когда с едой было покончено. — Что? А... Ну, да... Я думаю, да. Типа того. — Как это происходит? — Я не знаю... Это сложно описать. Когда я достаточно близко, я чувствую себя так, будто меня что-то зовёт и тянет за собой. Ну да, наверное, как-то так, — она пожала плечами и, подумав, добавила: — Но сейчас я ничего не чувствую. Теперь она даже как-то ужаснулась от сказанного. Она ничего не чувствует. Это означает, что она здесь может застрять до тех пор, пока не найдёт новый проход. А если она не сможет? Неужели ей придётся провести тут так всю жизнь? Просто прятаться, потому что она не может высунуться на улицу при своём внешнем виде? Должно быть, это как-то отразилось на её лице, потому что Себастьян положил ладонь на её сложенные на столе руки и успокаивающе сжал: — Не волнуйся. Я уверен, ты найдешь путь домой. — Вы... Собирались рассказать мне о мирах, — бесцветным голосом произнесла девушка. — Да-да, я уже почти собрался приступить к этой части... — поднявшись со стула, он подошёл к одному из шкафов и извлек с полки массивный том с пергаментными страницами. Он положил книгу на стол перед девушкой и помог её открыть. Внутри она была исписана мелким аккуратным почерком на каком-то совершенно нечитаемом языке. То и дело там мелькали красивые и загадочные иллюстрации. Себастьян открыл фолиант на одном из разворотов. Там был изображен портал, Фелисити сразу его узнала, только он был много больше тех, с которыми она уже сталкивалась. Из портала на глазах пораженной толпы выходили какие-то гигантского роста фигуры. — Существует легенда, — начал Себастьян, пока девушка рассматривала картину, дивясь тому, насколько же детально и точно всё изображено. — В этом мире её уже в основном рассказывают детям на ночь; впрочем, некоторые народы всерьёз верят в это и, думаю, не зря. Легенда гласит, что когда-то давным-давно в одном из первых ещё городов этого мира, средь бела дня, прямо посреди центральной площади, вдруг возник сияющий водоворот. Из него вышло четыре высоких существа, каждый своего особого внешнего вида. Они были огромны, выше даже известных тогда великанов. Это были Хранители, что соединили четыре мира между собой. Люди, разумеется, посчитали их богами и захотели поклоняться им, однако, коротко поведав о каких-то ещё трёх Мирах, трое из Хранителей ушли. Четвёртый же скрылся от назойливых людей, и никого из них никогда больше не видели. Закончив повествование, Себастьян перевернул ещё несколько страниц книги. Теперь там была картина мужчины, этакого обычного героя из любого мифа. Фелисити уже начинала ощущать, как потихоньку разбухает её мозг. Легенды... Хранители... Это казалось настолько глупо... — Разумеется, появлялись смельчаки, вызывавшиеся найти мистических Хранителей. Случалось это в самые отчаянные времена. Иногда они возвращались едва живыми, иногда даже приводили кого-то, несомненно сумасшедшего - теперь-то мы точно знаем, что это были выходцы из других Миров, оказавшиеся не в то время не в том месте - однако чаще всего они просто не возвращались. Есть также задокументированные попытки открыть переходы между мирами. Ходят слухи, что на самом деле алхимики не пытались превратить любое вещество в золото, а хотели открыть вход туда, откуда пришли Хранители. Очень многие верили, что там можно найти небывалые сокровища... Так, где это тут у нас... Себастьян стал листать книгу почти до самого конца. Там было несколько листов, исписанных другим почерком, однако всё оставалось таким же нечитаемым. — Вот. Здесь говорится, что всё чаще переходы открываются просто так где ни попадя, и через них проходят случайные люди... Многие, кто, как и я, изучают историю Миров, опасаются, что границы между ними истончаются из-за всех этих переходов... Однако некоторые люди всё равно до сих пор грезят найти эти двери, и потому охотятся на всех, кто может им в этом помочь... — На таких, как я, да? — впервые за весь рассказ проговорила Фелисити. Она понимала это ещё, может быть, даже до того, как совершила свой первый переход, но теперь это стало ясно совершенно чётко. Это было как какой-то своеобразный инстинкт: она не знала, зачем, но чувствовала, что нужно прятаться и вести себя потише, и это чувство её просто-напросто преследовало. — Так что это за миры? — нарушила воцарившуюся вдруг неловкую тишину девушка. Её, само собой, волновало, что её кто-то может преследовать, но это не было чем-то новым, так что ни к чему сдабривать этот момент драматизмом. В конце концов, если что, то у неё есть железная рука. Не то чтобы она была приспособлена для драк, но по крайней мере этого возможные преследователи могут не ожидать. — Ах да, Миры! — Себастьян, казалось, с радостью ухватился за эту ниточку разговора и достал с полки ещё несколько книг, на этот раз куда менее толстых. Когда он открыл их, оказалось, что они были гораздо проще по убранству, и иллюстрации в них были уже не цветные. Более всего все они напоминали дневники, исписанные чьим-то убористым непонятным почерком. Себастьян положил перед девушкой первую книгу, и она увидела там иллюстрацию большого мегаполиса с высоченными небоскребами из стекла и стали, стремившихся в небо, в котором то тут, то там были рассыпаны местные летательные аппараты - бороздившие небо верхних уровней города дорогие автомобили. Фелисити узнала это место. Это был центр одной из столиц, только, наверное, чуть более старый, чем она помнила, и на иллюстрации явно был её родной мир. Если бы кто-нибудь знал, как ей хотелось попасть домой... — Это Темпорисиа. Твой мир, я так понимаю. Не думаю, что мне стоит что-то рассказывать о нём что-то, ты и так знаешь всё лучше меня. В этих книжках собраны все известные знания обо всех Мирах, но, как видишь, их очень немного... Перейдем к следующему. Это Моуан. Мой мир, — он положил новую книгу поверх остальных. На картинке был город, где по улице сновали повозки на пару, а люди ходили в старинных нарядах. — Он считается вторым по развитию после твоего. Люди там освоили силу пара и применяют его везде, где это возможно. Занимательно, правда? Он очень отличен от твоего мира, и всё же в чём-то неуловимо схож. Если тебе и смогут где-то помочь с твоей рукой, то именно там. Себастьян говорил о своём мире с нескрываемой гордостью, и Фелисити даже немного прониклась его словами. Должно быть, там ужасно интересно, и если уж она за несколько дней успела соскучиться по дому, то каково же ему? Как давно он здесь - десять лет, двадцать? У него же наверняка была семья, возможно, жена и дети... — Ладно, что тут у нас... Ах да. Террарум... — он положил очередную книгу, с изображением малопримечательного городка с автомобилями и не очень высокими многоквартирными домами. Там Фелисити уже тоже, похоже, была. — Он считается почти самым неразвитым миром. Там есть какие-то свои технологии, да, но люди там как-то... Живут сегодняшним днём. Они не гонятся за прогрессом и знаниями и вообще живут для себя. Иногда их даже считают самым малоразвитым миром, хотя мне кажется, что чего-то они всё же могут стоить... И четвертый, последний, мир Лабари. В нём мы с тобой находимся сейчас. Здесь много магии и всяких созданий, которые в других мирах считают разве что мифами... Например, феи и кентавры. Говорят, в наших краях водятся даже драконы, но кроме слухов я ничего не слышал... Себастьян замолчал, чтобы перевести дух, подумать, всё ли он рассказал и дать Фелисити немного обработать полученную информацию. Затем, видимо, решив, что рассказал достаточно для поверхностного ознакомления и предотвращения культурного шока, он собрал книги и пошёл расставлять их по местам. Фелисити покрутила головой по сторонам, надеясь рассматриванием библиотеки разгрузить голову. Она поняла в общих чертах, что есть четыре мира, находящихся в разных стадиях развития. И что ей придется как-то между ними скакать. Правда, пока что оставалось неясно, что ей делать дальше. За одним из книжных шкафов с глухим шлепком упала на пол книга, и девушка насторожилась. Себастьян тем временем уже выходил с противоположной от источника звука стороны, так что это явно был кто-то ещё. И действительно: должно быть, поняв, что её рассекретили, из-за шкафа вышла девушка. Всё её округлое лицо было красным от смущения, и на этом фоне замечательно вырисовывались большие зелёные глаза; обрамляла же её личико шапка густых тёмных кудряшек. Выглядела она очень молодо, и просто пожирала Фелисити любопытным взглядом. — О, Алисия... Ты что, подслушивала там? — с небольшой толикой какого-то отеческого укора поинтересовался Себастьян. Вместо ответа Алисия кивнула, не отрывая взгляд от Фелисити, и, если честно, её было нетрудно понять, учитывая то, как, должно быть, странно выглядела для них уроженка мира далекого будущего. После Себастьян представил девушек друг другу. Когда эта формальность была соблюдена, а Алисия села рядом с ними за стол, Фелисити почему-то неожиданно резко почувствовала какую-то пустоту внутри. Она была невообразимо чужой для этого мира, и совершенно не представляла, что делать. — Эй... Не волнуйся, — девушка вздрогнула и подняла взгляд. Алисия смотрела на неё и успокаивающе улыбалась. Почему-то теперь создалось ощущение, что она может быть старше, чем выглядит. Потянувшись вперёд, Алисия положила ладонь на лежащую на столе руку Фелисити и ободряюще сжала её. Не то чтобы стало легче, но это была хоть какая-то поддержка. А затем Алисия продолжила говорить, словно бы точно знала, о чём их гостья из будущего думает прямо сейчас: — Не волнуйся, ты не задержишься здесь надолго. Скоро ты почувствуешь новый разлом и отправишься дальше.