Последний Обскур

      За оставшееся утро Гермиона так и не сомкнула глаз. В голове мельтешили мысли, а образы, которые появлялись перед её взором каждый раз, когда девушка прикрывала глаза, заставляли подскакивать на кровати и прокручивать события минувшего вечера. Она вспоминала Волан-де-Морта: его красные, точно кровь глаза, его лицо, обтянутое тонкой бледной кожей. Он походил на ходячий труп. Гермиона вспоминала семью Малфоев: сурового отца, грубого сына и отчаявшуюся мать. При мыслях о Нарциссе в душе Гермионы зарождалась зависть: она могла поспорить с кем-угодно, что её мать никогда не переживала бы о ней так, как Нарцисса о Драко. Гермиона думала о Снейпе. Мужчина выглядел жутко уставшим и скучающим от происходящего вокруг, будто бы знал, что ожидает его и всех окружающих. Грейнджер пыталась заставить себя думать о родителях, однако с каждой попыткой получалось всё хуже: будто воспоминания постепенно исчезали, а может это Гермиона так яростно хотела от них избавиться. Как бы то ни было, девушка корила себя за это.       Спустя несколько часов раздался стук в дверь. Девушка не успела ответить, как дверь отворилась. На пороге комнаты стоял Северус Снейп. Он выглядел немного лучше, чем прежде. Кожа мужчины приобрела более живой оттенок, волосы казались не такими сальными, а выражение его лица стало более спокойным.       — Доброе утро, мисс Грейнджер, — произнес он, проходя вглубь комнаты, взмахом руки убирая шторы с высоких окон, давая утреннему свету проникнуть в помещение. — Сегодня вас ждёт весьма насыщенный день, но перед этим мне нужно ввести вас в курс дела, — Он присел в кресло рядом с небольшим журнальным столиком, жестом приглашая Гермиону присоединиться. — Будет куда удобнее, если вы присядете.       От этих слов Гермиона подскочила с кровати, понимая, как вероятно невежливо это было с её стороны. Она хотела было обуться, но не обнаружила свои кеды там, где оставила их. На месте, где она ранее оставила свою обувь, стояли аккуратные туфли с небольшим каблуком. Она взглянула на Снейпа, который выжидающе смотрел на неё. Девушка просунула ноги в обувь, накинула мантию, которую до этого нашла в шкафу, и подошла ближе к Снейпу.       — Вижу, вы нашли в шкафу мантию, которую домовики так любезно оставили для вас. Однако пока что она вам не понадобится, — достав волшебную палочку из кармана, Снейп что-то пробормотал, направив палочку на Гермиону. Мантия, которая была на ней, тотчас же поменялась на другую. — Присаживайтесь.       Девушка оглядела себя и присела на край второго кресла. Теперь их разделял лишь журнальный столик.       — Прошлая мне нравилась больше, — едва слышно произнесла Гермиона, потупив взгляд.       Северус Снейп грустно усмехнулся.       — Вы сможете носить её лишь после того, как выполните данное вам задание, мисс Грейнджер, — Гермиона подняла взгляд на мужчину. — Вероятно, у вас есть вопросы.       Гермионе нравился Северус Снейп. Из всех людей, которых она узнала за последние двенадцать часов, он был единственным, кому, казалось бы, было не всё равно на неё.       — Кто я? — спросила она, понимая, что вопрос звучал довольно глупо. — Я помню, что сказал мне Лорд Волан-де-Морт, однако это не дало мне полного понимания.       — Мир, который вы знаете, мисс Грейнджер, совсем не такой, каким вы привыкли его видеть.       — Это по-прежнему не даёт никаких ответов, ведь…       — Вокруг вас, — перебил мужчина, — всю жизнь витала магия. Магия была всегда и везде, как бы вы не хотели этого избегать. Неужели вы не замечали?       — Я замечала лишь то, что приношу вред всем, с кем нахожусь рядом, — девушка снова опустила глаза, рассматривая свои туфли. Она ненавидела такую обувь.       — В нашем мире, магическом мире, вы сможете научиться контролировать свою силу, — Снейп медленно встал и подошел к окну. — Это лишь вопрос времени.       Гермиона вздохнула. Даже сейчас она не могла получить ответ на свой вопрос.       — Я помогу вам, но без вашего сотрудничества ничего не получится, — продолжил Снейп. — Вы отличаетесь от других волшебников. Ваша сила не была реализована тогда, когда требовалось. Могу предположить, что из-за этого вас держали дома практически как в тюрьме.       Гермиона вздрогнула:       — Вы следили за мной?       Северус Снейп оглянулся через плечо.       — Я думаю, вы сами знаете ответ, мисс Грейнджер, — мужчина потер руку, будто бы успокаивая боль. — У нас мало времени, поезд скоро отбывает, а впереди столько дел. Мы встретимся с вами только в Хогвартсе, поэтому возьмите, — широкими шагами он снова приблизился к девушке, протянув ей неболбшой флакон с белой, будто бы молоко, жидкостью. Гермиона колебалась, но все же приняла непонятную для себя вещь. — Принимайте это сразу же, как только откроете глаза. Ежедневно.       — Что это? — Гермиона открыла флакон, понюхав. Жидкость пахла странно, но довольно приятно. Девушка почувствовала нотки лаванды и жасмина, которые едва ли перекрывали отчётливый запах перечной мяты.       — Успокаивающий отвар. — тихо ответил Снейп, будто бы боясь, что его услышат. — Вам лучше не пренебрегать им, иначе навредите себе. Я буду выдавать вам его порционно. Злоупотреблять также не стоит.       — Куда я отправляюсь? — голос Гермионы отдался эхом в пустой комнате. Северус Снейп ушёл, оставив Гермиону одну наедине с оставшимися вопросами.       Девушка поднесла флакон ко рту и, секунду поколебавшись, выпила его. Внутри мгновенно стало тепло.

***

      До прихода Нарциссы Малфой Гермиона так и просидела в кресле, раздумывая о словах, сказанных Снейпом.       «Мир, который вы знаете, мисс Грейнджер, совсем не такой, каким вы привыкли его видеть»       Забавно было осознавать, что всё, что она прочитала, не соответствует действительности. Всё можно просто взять и перечеркнуть. Теперь придется учиться заново, иначе ей не выжить. Гермиона не понимала почему, но отчего-то она чувствовала, что ждет её что-то плохое. Она не могла понять данного чувства, потому что мир магии был для нее вымышленным буквально день назад. Сейчас же она сидит в поместье, наполненном волшебниками, которые то и дело вытворяют своими палочками такое, что ей могло только сниться.       Нарцисса Малфой вывела Гермиону из комнаты и молча провела через толпу Пожирателей Смерти, не показывая своим видом, что они общались прежде. На девушку были направлены взгляды всех, кто находится в новой для неё комнате: чьи-то насмешливые, чьи-то презрительные и даже беспокойные.       Взгляд Драко Малфоя, который стоял поодаль от всех, не выражал ни единой эмоции. Сегодня он выглядел иначе: белая рубашка сменилась чёрной, а под глазами залегли глубокие впадины. «Наверное, он тоже не спал», — пронеслось в голове у Гермионы, но она спешно отвела взгляд, так как холодные серые глаза уставились на неё.       Нарцисса слегка взяла девушку под руку, проведя к камину, каких Гермиона раньше не видела. Драко стал рядом с ними, взяв при этом в руку порох, что стоял в мешке прямо в камине. Гермиона Грейнджер не успела ничего понять, как всё тело нагрелось так, будто бы она попала в самое пекло пожара. Она услышала, что Малфой-младший сказал что-то, но не смогла разобрать, что именно, закашлявшись от пороха, который мгновенно застелил все перед глазами.       Спустя несколько мучительных для девушки секунд, они оказались посреди нового помещения, которое напоминало лавку на окраине города, в который она с родителями ездила в детстве. Гермиона пошатнулась, так как внезапное перемещение вызвало у неё жуткую головную боль, но цепкая хватка Малфоя не дала ей сдвинуться с места. Он тут же отпустил руку и направился к выходу из лавки, на ходу бросив:       — Встретимся в поезде.       На месте, за которое он её удержал, будто остался холодный отпечаток. Гермиона потерла руку.       — Где мы? — спросила она Нарциссу.       — Косой Переулок, — ответила та, взяв Гермиону под руку, — мы купим тебе всё, что понадобится для обучения в школе.       Косой Переулок выглядел удивительно: дорога, выложенная булыжником, была настолько извилиста, что казалось, будто просто пройдя по ней получишь ощущения не хуже, чем после аттракционов, а пестрые сверкающие витрины не давали отвести от себя взгляд, так и завлекая зайти и поглазеть на товары.       Нарцисса Малфой, не отпуская руку девушки, направилась вперед. Гермиона с восторгом оглядывала людей вокруг: яркие мантии, забавные шапки и бесконечные улыбки на лицах детей. Это было так чудесно и волшебно, что невольная улыбка появилась на лице девушки.       — И это далеко не всё, — произнесла Нарцисса Малфой с лёгкой усмешкой на губах. — Ты будешь в восторге.       — Миссис Малфой, о какой школе вы говорили? — спросила Гермиона, ожидая, что в очередной раз её вопрос останется без ответа, но к удивлению девушки, женщина ответила:       — Школа чародейства и волшебства Хогвартс. Все волшебники обучаются здесь с детства.       — Но я далеко не ребёнок.       — Верно подмечено, Гермиона, — Нарцисса сбавила шаг. — Именно поэтому процесс твоего обучения, вероятно, будет проходить иначе. Я не знаю, сможешь ли ты колдовать вовсе.       Гермиона усмехнулась:       — Вы единственная, кто за это время сказал мне что-то большее, чем то, что у меня есть какое-то задание.       — Мне нет смысла врать, — женщина остановилась возле лавки, которая носила название «Волшебные палочки от Олливандера». — Мы на одной стороне.       Лавка господина Олливандера не оправдала надежд Гермионы. Мало того, что находилась она в небольшом и весьма непримечательном здании, внутри всё выглядело куда более печально: все стены были заняты стеллажами с коробками, хаотично лежащими друг на друге; посреди комнаты стоял лишь один стул для посетителей, да и сама лавка была слишком маленькой. Мистер Олливандер появился мгновенно, но улыбка с его лица тотчас же сползла, как только взгляд маленьких голубых глаз наткнулся на Нарциссу. Лицо женщины так же стало гораздо жёстче. Без единой эмоции она произнесла:       — Мой муж приходил к вам недавно, у нас заказ.       Олливандер кивнул и скрылся внутри своей коморки, выйдя оттуда через пару мгновений. Он протянул Гермионе коробку, открыв которую, она увидела внутри волшебную палочку.       — Виноградная лоза, десять дюймов, — произнес Олливандер, поглядывая на Гермиону с подозрением, — десять дюймов и три четверти, если быть точнее. Внутри — сердечная жила дра…       — Нам подходит, — перебила Нарцисса, — заказ уже оплачен, я полагаю?       — Миссис Малфой, — с нажимом произнёс старик, — палочка должна выбрать волшебника, кроме того, вам не кажется, что…       — Мистер Олливандер, мы благодарны за вашу помощь, но в советах не нуждаемся. Всего хорошего.       Гермиона не успела сказать ни слова, как Нарцисса вывела её из лавки и лицо её мгновенно смягчилось.       — Самое важное позади, осталось немного.       Покупки в остальных лавках завершились без приключений. Нарцисса купила Гермионе несколько мантий, котелок, а также набор учебников. Грейнджер постоянно прокручивала в голове слова Олливандера о том, что палочка должна выбрать волшебника, но её была сделана на заказ. Вероятно, Нарцисса это и имела в виду, когда сказала, что Гермиона не сможет колдовать. Это была просто бутафория.       Гермионе было досадно от того, что даже в другом мире, мире волшебников, с ней что-то не так.       Нарцисса Малфой проводила её на платформу, где уже ожидал поезд.       — Послушай, Гермиона, — произнесла женщина, взяв девушку за обе руки. — Не ввязывайся в компании, держись рядом с Драко. Теперь ты — племянница Люциуса. Если тебе понадобится помощь, обратись к Снейпу, — она вздохнула. — Я не могу сказать тебе всего, но будь осторожна. И выбери правильный путь.       Нарцисса Малфой резко отпустила руки девушки, слабо улыбнулась, едва подняв краешки губ, и трансгрессировала, оставив Гермиону в одиночестве на платформе рядом с поездом, который ждал только её.       Как только Гермиона зашла в поезд, он сдвинулся с места. Девушка смотрела вслед удаляющейся платформе, погружаясь в свои мысли.       Гермиона Грейнджер чувствовала, что поезд везет её не просто в школу волшебства и чародейства, а в новую жизнь. Отчего-то ей казалось, что с этого момента её жизнь не будет как прежде, и девушка не понимала, как относиться к этому. Она не любила свою прежнюю жизнь, но что ей принесет будущее — непонятно.       Гермиона потеряла счет времени, так как пейзажи за окном завораживали. Она так бы и простояла, если бы громкий женский голос не вырвал её из оцепенения:       — Тележка со сладостями! — на нее катилась довольно большая тележка, которая была наполнена различными яркими, но неизвестными для Гермионы конфетами. — Девушка, отойдите с прохода! — прикрикнула на нее женщина, которая, казалось сейчас раздавит её своей тележкой.       Гермиона двинулась вглубь поезда, но быстро поняла, что так не получится избежать столкновения. Когда тележка остановилась, Гермиона, сделав еще пару шагов, вошла в ближайшее купе.       На неё уставилось две пары глаз.       — Извините, просто тележка…       — Ничего, бывает! — перебил ей парень, широко улыбаясь. Его рыжие волосы спадали на лоб, едва не закрывая глаза полностью. — Я Рон, кстати, Рон Уизли. А это Гарри, — он указал на парня, сидящего напротив, который с любопытством смотрел на внезапную гостью из-под своих круглых очков.       — Я Гермиона, — произнесла девушка, выглядывая в окно купе, в ожидании тележки, которая откроет путь к её прежнему месту. — Грейнджер. Гермиона Грейнджер.       — Присаживайся, у нас много места, — наконец произнес Поттер, рукой показывая на свободное место рядом с собой, — мы тебя не съедим, — улыбнулся он.       Гермиона улыбнулась ему в ответ:       — Спасибо.       — Ты новенькая? — спросил Рон, с любопытством разглядывая девушку. — У тебя нет мантии факультета.       Гермиона колебалась. Она не знала, что ответить. Да, она новенькая. Но как объяснить дальше?       — Да, — произнесла она. Две испытывающих пары глаз уставились на неё, ожидая продолжения. — Я племянница…       Не успела она закончить, как дверь в купе отворилась. Драко Малфой стоял на пороге входа в купе, не делая ни шага вперед. Его ледяной взгляд осмотрел Гарри и Рона и остановился на Гермионе. Ей казалось, что только своим взглядом он её сейчас испепелит на этом самом месте, где она сидит. Девушка подскочила.       — Мне кажется, ты потерялась, — сквозь зубы процедил он, хватая её за локоть и поднимая с сидения купе.       — А мне кажется, это ты потерялся, Малфой! — Гарри подскочил со своего места, достав из кармана волшебную палочку. Его примеру последовал Рон. — Отпусти её.       — А то что, Поттер? — усмехнулся Малфой, делая шаг вперед и одновременно закрывая Гермиону своей спиной. — Пожалуешься своей мамочке с папочкой? Или может крестному? — Грейнджер видела, как рука Гарри сжимается на волшебной палочке, Драко же оставался спокойным, словно скала. — Ой, извини, я забыл, что они сдохли.       — Экспелиар…       — Протего! — воскликнул Малфой, отражая заклинание Поттера. Гермиона только заметила, что в руке у Малфоя всё это время была волшебная палочка.       Палочка Гарри отлетела в сторону и упала на пол. Уизли кинулся её поднимать, а Поттер, сжав кулаки, смотрел на Малфоя. Лицо его исказилось от ярости и гнева.       — Иди куда шёл, Малфой. И оставь Гермиону в покое.       Малфой усмехнулся, одной рукой выталкивая Гермиону за пределы купе.       — Я не оставлю свою кузину с такими кретинами как вы.       Малфой закрыл купе и, резко схватив Гермиону за руку, повел вглубь поезда. Они шли недолго, но даже за это время рука Грейнджер начала ныть от такой цепкой хватки. Малфой открыл купе, толкнул туда Гермиону и сам приземлился напротив, пронзая девушку взглядом.       Как же ему хотелось в тот момент накричать на неё, о том, что она безмозглая блядская дура, которая лезет туда, куда ей лезть нельзя. Как же хотелось показать, что ей, мерзкой грязнокровке, не место на этом поезде и не место рядом с ним. Но он смотрел на это потерянное лицо с огромными карими глазами, которые, казалось, прямо в этот момент нальются слезами, на эту лохматую копну волос и понимал, что её демон может взорваться в любой момент.       — Веди себя сдержанно, Драко, — произнес отец, смотря на сына. — Нельзя допустить того, чтобы она показала всем, кто она есть на самом деле. Не так рано.       — Как я по-твоему должен это сделать, отец?       — Это твоё поручение, а не моё, Драко. Ты и решай. Ты знаешь, что будет в случае провала, — глаза Люциуса Малфоя были еще более холодными, чем Драко.       — Зачем ты это сделал? — тихий голос девушки вырвал Малфоя из пучины воспоминаний. Она смотрела на него исподлобья, то и дело отводя взгляд в сторону.       — Ты не должна водиться с ними, Грейнджер, — ответил Драко. — И не я тот, кто должен тебе это объяснять, — он откинулся на спинку сидения, тяжело вдохнув.       Как же он устал.       — Почему?       Малфой приоткрыл глаза.       — Потому что я так сказал.       Гермиона хотела было возразить, но взглянув на парня, решила промолчать. Он снова устало приоткрыл глаза, потирая складку между бровей, словно пытаясь спастись от головной боли. Девушка сжала в кармане пергамент, который прошлой ночью передала ей Нарцисса. Она была уверена, что он понадобится ему, но как понять когда?       — Не думай меня жалеть, грязнокровка, — снова подал голос Малфой.       Грейнджер вновь не ответила. Девушка приблизилась к окну, и остаток пути они провели молча.

***

      В Хогвартс они прибыли поздно вечером. Гермиона еще никогда не видела таких замков, как этот. Он был настолько огромен, что казалось, туда может поместиться вся Англия. Малфой держал её за локоть, не давая отойти.       — Новая подружка, Малфой? — воскликнул парень, приблизившийся к ним. — А я-то думал, куда ты от нас убежал! Пэнси вся извелась! — хохотнул он.       — Иди нахер, Блейз, — ответил Малфой, отодвигая Гермиону подальше от мулата.       — Чего так грубо? — похоже, Блейзу было весело. — Как же зовут прекрасную незнакомку?       Забини подошел ближе к Гермионе, взяв ее за другой локоть, подражая Малфою.       — Гермиона, — стушевавшись ответила девушка       — Отъебись, Блейз, — Малфой дернул Гермиону на себя, вырывая из цепкой хватки друга. — Не до тебя сейчас. Поговорим в гостиной.       Драко ускорился, из-за чего Гермионе пришлось практически бежать за ним. Девушка успела только обернуться на Блейза, который махал ей вслед, широко улыбаясь.       — С ним мне тоже нельзя водиться? — с усмешкой спросила она. — Не очень хочется провести год с молчаливым грубияном.       Драко не ответил, а лишь сильнее сжал локоть Гермионы, ни капли не думая о том, что ей может быть больно.       Внутри замка им пришлось разделиться. Малфой направился прямиком в Большой Зал, оставив Гермиону среди детей в коридоре замка, посреди которого находилась огромная лестница. Грейнджер с любопытством рассматривала замок изнутри. Здесь было еще интереснее, чем снаружи. Её удивил тот факт, что говорящие картины, которые так рьяно рвались ее оскорбить в Малфой-Мэноре, в Хогварсте только смотрели на будущих студентов и улыбались, периодически давая советы по учебе и желая хорошего учебного года. Она думала, что вероятно, она смотрится забавно среди детей, которые только пришли в школу. Она была выше их, поэтому значительно выделялась. На неё глазели без какого-либо стеснения, периодически перешептываясь.       — Добрый вечер, студенты, — нарушил тишину громкий женский голос. На самом верху лестницы стояла женщина. Её темные, местами седые, волосы были собраны в тугой пучок. Она смотрела на студентов сверху вниз через свои квадратные очки. — Меня зовут Минерва МакГонагалл. Я — заместитель директора школы чародейства и волшебства Хогвартс. Сейчас вы пройдете процедуру распределения на факультеты: Гриффиндор, Когтевран, Пуффендуй и Слизерин. Прошу за мной.       В тот момент Гермионе казалось, будто все знают, что их ждет, одна лишь она ступает в Большой Зал в полном неведении.       Войдя в Большой Зал, Гермиона Грейнджер подумала, что прямо в этот момент находится в сказке. Несмотря на всё то, что происходило с ней за последний день, волшебный потолок поразил её больше всего. Он выглядел точно, как небо, которое она видела совсем недавно. На секунду ей подумалось, что у замка нет крыши вовсе. Толпа студентов подтолкнула её дальше, что вырвало Гермиону из шока. Проходя вдоль столов в Большом Зале, она искала глазами Драко, но первый, кто ей попался, был Рон. Он подскочил с места и приветливо помахал Гермионе. Гарри последовал примеру друга. Гермиона улыбнулась и помахала им в ответ.       «Может хотя бы здесь у меня будут друзья», — пронеслось у неё в голове, и девушка улыбнулась своим мыслям.       Началась церемония распределения, которую Гермиона почти прослушала, продолжая рассматривать Большой Зал. Грейнджер опомнилась лишь тогда, когда прозвучало её имя.       В зале наступила тишина. Нечасто в Хогвартс приходит студент в таком возрасте. Гермиона только сейчас заметила за преподавательским столом Северуса Снейпа, который, поймав взгляд Гермионы, коротко кивнул ей. Девушка прошла к Распределяющей Шляпе.       — Какой интересный экземпляр, — произнесла шляпа, заставив Гермиону вздрогнуть. — Как ты столько прожила? — девушка молчала, не желая вступать в разговор. — Что ж, ладно… Я вижу большой ум, отвагу и самоотверженность. — Гермиона замерла. — Гриффиндор! — наконец прокричала шляпа.       Зал взорвался овациями. Пока директор школы Альбус Дамблдор произносил речь, студенты факультета Гриффиндор встречали девушку ободряющими хлопками и речами. Рон подбежал к ней и усадил рядом:       — Мы так рады, что ты с нами!       Гермиона Грейнджер не знала, что сказать, потому что ледяной взгляд серых глаз впился в нее. Драко Малфой был очень зол.       — Недолго она была твоей, Малфой! — засмеялся Забини, хлопнув слизеринца по плечу.       — Блять, — прошипел Малфой, — теперь это будет трудно.