Предназначенный судьбой

      Поступление в старшую школу — грандиозное событие для каждого подростка. Ты наконец-то можешь носить имя старшеклассника и иметь определённую власть над младшими. Я же не стала исключением. Ещё со времён средней школы я мечтала быть старшеклассницей, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы поступить именно в то учебное заведение, в котором учился мой друг детства — Чон Чонгук. И, пожалуй, несложно догадаться, почему девушка, думающая поступать в одну школу, вдруг резко поменяла свой выбор… Любовь была всему виной.       Пусть мы и виделись минимум четыре раза на неделе, я хотела быть к нему ещё ближе и проводить больше времени вместе. Подростковые гормоны бушевали в моей крови, а маленькое сердечко быстро-быстро билось, ударяясь о грудную клетку всякий раз, когда я видела своего друга. Он был прекрасен! Это низко — оценивать человека только по его внешности, но я ничего не могла с собой поделать. Я влюбилась. Влюбилась так сильно, что не могла оторвать от него взгляда, когда мы были наедине, не могла не смотреть ему вслед из окна лоджии, когда он покидал мой дом, поднимая голову вверх и махая рукой на прощание. Я желала видеть его прекрасную улыбку, слышать его голос и вдыхать аромат его парфюма каждый день.       Начать стоит с того, что мы с Чонгуком с самого детства были неразлучны: вместе играли, вместе шутили, порой даже спали вместе. Это было в порядке вещей. Я действительно считала его своим самым лучшим другом до того момента, пока одно столкновение не перевернуло весь мой мир с ног на голову. Однажды, по стечению обстоятельств, Чон оказался непозволительно близко к моему лицу, и мы едва соприкоснулись губами. А случилось это так…

***

      На дворе стояло начало апреля. Было уже достаточно поздно на тот момент, около одиннадцати часов вечера, но сейчас мы с семьёй были за городом, арендуя средних размеров дом вместе с семьёй Чон. Вечернее застолье затянулось, и я, пленённая любопытством посмотреть на здешние причуды природы, быстренько оделась и выскочила на улицу, пока не видели взрослые, а Гук был отвлечён на что-то другое, поэтому не заметил моего отсутствия.       На улице было прохладно, поэтому на мне были надеты тёплая курточка и шерстяной шарф, в который я куталась и прятала в нём кончик своего носа. Лёгкий прохладный ветерок нежно ласкал открытые участки моей кожи и в то же время заставлял содрогаться при каждом дуновении. Он был лёгок, невесом, быстрее птицы… Я медленно прикрыла глаза перед новым дуновением, а после резко открыла их, лицезрев цветение сакуры. Ради этого мы и приехали сюда, потому что благодаря стараниям хозяев данная местность была засажена мелкопильчатой вишней и каждую весну можно было наблюдать это прекрасное явление природы.       Это было волшебно. Я даже не в силах передать всех эмоций, охвативших меня в тот момент. Потеряв грань между реальностью и грандиозными мечтами на будущее, я начала кружиться, словно в танце, широко расставив руки в стороны. Я чувствовала себя вольной птицей, парящей по воздуху. Нежные розовые лепестки, летящие на меня сверху, словно капли дождя или хлопья снега, задевали кожу, даря приятные прикосновения, которые не сравнились бы по нежности с самым дорогим шёлком. Я была ещё таким ребёнком, ведь мне было всего двенадцать…       Неожиданно я услышала приближающиеся шаги. Резко остановившись, я повернулась к нарушителю моего спокойствия, коим оказался Чонгук, видимо, тоже решивший проветриться перед сном. Я тепло ему улыбнулась и отошла к одной из вишен, поднимая взгляд вверх, смотря на пушистую крону молодого деревца.       — В городе они цветут не так красиво, — начал говорить Чон, подойдя ко мне ближе со спины и тоже посмотрев наверх. — Что ты делала: танцевала или опять предавалась мечтам о прекрасном принце на белом коне, пока никто не видит?       — Да уж, лучше на коне, чем на палке, — ответила я, широко улыбнувшись, заслышав, как Гук засмеялся.       — А как насчёт белого велосипеда? — спросил мальчишка, лукаво улыбаясь, явно подкалывая и дружески издеваясь надо мной и моими мечтами.       — Перестань, — обиженно пробурчала я, кидая на него недовольный грустный взгляд. — Все девочки мечтают об этом. Ничего ты не понимаешь!       — Ну, в конце концов, я ведь не девочка, — пожал плечами Чонгук и подошёл ко мне ещё ближе, чтобы положить руки на плечи и приободрить, как вдруг я резко развернулась к нему, не ожидая, что он окажется непозволительно близко, и мы соприкоснулись кончиками носов.       Застыв на месте, мы простояли так с минуту, смотря друг другу в глаза и стремительно краснея, но не смея отстраниться. В этот момент я впервые посмотрела в его глаза так пристально и тут же утонула в них. Настолько они были красивы и бездонны, что невозможно описать словами.       — П-прости, — выдохнул Гук, смущаясь, как вдруг резко дёрнулся вперёд, прикасаясь к моим губам своими, когда нас окликнула моя мама. Но, быстро сообразив, парнишка всё же отпрянул, пока взрослые ничего не увидели, и, помахав рукой, мол, «это было случайно, а теперь пошли», схватил меня за руку и потащил обратно в дом.

***

      Именно в тот момент, когда он прикоснулся к моим губам, у меня внутри как будто что-то щёлкнуло. Мы были детьми, но тогда я впервые посмотрела на него не как на друга, а как на мужчину. И пусть я не сразу поняла, что со мной случилось, но всё же после осознание снизошло до меня. Я действительно полюбила.       С того дня прошло практически пять лет, а в моём сердце по-прежнему горит огонь любви к Чонгуку. И сегодня был мой первый учебный день в старшей школе, хотя на самом-то деле многие ученики уже четыре дня как посещали занятия. Угадайте, кто такой счастливчик, который прогадал удивительным образом с расписанием и все эти четыре дня просидел дома? Конечно же я. И если бы не Чонгук, то я бы ещё добрую неделю дома просидела. Хорошо, что он заглянул к нам вчера домой и удивился тому, почему я ещё в школу не хожу. Ох, и попало мне от родителей, зато после мы очень хорошо поужинали и посмеялись над сложившейся ситуацией. Ведь всякое в жизни бывает.       Объятая предстоящим походом в новую школу и волнением, я не могла спокойно спать этой ночью и потому с постели поднялась достаточно рано. Проделав все необходимые утренние процедуры, я собрала волосы в причёску и надела школьную форму, которая очень хорошо смотрелась на мне и сидела по фигуре, как влитая. Прокрутившись добрые полчаса у зеркала, я сходила на кухню, сделала себе парочку бутербродов и, упаковав, сложила их в сумку.       Еда есть, учебники есть, Чонгук на подходе, а мама кричит вдогонку пожелания удачного дня. Обуваюсь, утепляюсь, хватаю сумку и выхожу на улицу, вдыхая свежий утренний воздух, обдающий прохладой моё лицо, а после отправляюсь на место встречи, предвкушая первый учебный день.       Как и ожидалось, я пришла раньше положенного времени, но Чон был уже на месте и ожидал меня, прислонившись к стволу высокого раскидистого дуба. Я была удивлена, но не подала виду, подходя к нему ближе и тепло улыбаясь.       — Доброе утро, — я крепче сжала пальцами ручку сумки, висевшей на плече, дабы не выдавать своего волнения, которое всегда приходило ко мне, когда я была рядом с Чонгуком.       — Доброе, — с улыбкой поприветствовал меня Чон, отталкиваясь от опоры, и мы двинулись с места в сторону школы. — Волнуешься?       — Немного, — отвечаю я, поправляя выбившуюся прядь волос за ушко. — Если бы ты учился в моём классе, то мне было бы спокойнее.       — Я старше тебя на год, поэтому мы не можем быть одноклассниками. Но я могу забегать к тебе в перерывы, если у меня будет появляться такая возможность, — это предложение меня полностью устраивало, и я кивнула головой, соглашаясь.       Оставшуюся дорогу мы шли либо молча, либо перекидываясь парочкой шуток для поднятия настроения. Но всё же я благодарна своему другу за то, что он не только довёл меня до школы, но и до класса проводил, оставляя меня на дальнейшее попечение классного руководителя.       Не буду рассказывать, как прошло знакомство с одноклассниками, но замечу, что меня приняли весьма радушно и тепло. Я даже, кажется, нашла себе подругу, которая оказалась очень приветливой и хорошей девушкой, однако я не хотела спешить.       Стоит заметить, что школьная жизнь — это не только множество интересных событий и приключений, но и настоящая скукота, которая в особенности преобладала во времена уроков по тому предмету, который был мне непонятен. И таким предметом для меня всегда была алгебра. Вроде не так уж и сложно, но понимания её нет. Ведь мои отношения с алгеброй, представляющей собой кучу формул, графиков, функций сложения, умножения, вычитания и прочего, сводились на твёрдое «нет», пока мне не «разжуют» подробно что, куда, почему, зачем и как. Из-за этого я клевала носом в тетрадь и прослушала большую часть теоретического материала. Спасибо новоиспеченной подруге, которая сидела рядом со мной и изредка тормошила меня, дабы я не сложила голову на парту окончательно. Ведь за сон на уроке ещё никого по головке не гладили.       Уроков было немного сегодня, а завтра уже выходной, поэтому я решила задержаться и получше изучить школьную территорию. И поскольку с Чонгуком сегодня мы больше не пересекались, я решила попросить свою одноклассницу помочь мне освоиться. Юджин (а именно так звали мою одноклассницу-подругу) с радостью согласилась мне помочь в этом деле и показать, что и где располагается.       В целом мы быстро проскочили по всем этажам, останавливаясь у последней двери, табличка на которой гласила «Библиотека».       — Добрый день, тётушка Ким, — поприветствовала Юджин приятную женщину-библиотекаря, которая, как только мы вошли в помещение, поглядела на нас с улыбкой из-под толстых стёкол очков.       — Здравствуйте, девушки. Никак уроки прогуливаете? — старческие губы изогнулись в лёгкой усмешке, а глаза блеснули укоризной, однако взгляд тётушки тут же смягчился, когда мы с Юджин отрицательно замотали головой.       — Нет-нет, что вы! У нас сегодня их было немного, и они уже закончились, — улыбнулась я женщине, а после с интересом стала разглядывать большое помещение, походящее на огромный бальный зал, который почему-то был заставлен стеллажами со стоящим на их полках бессчетным количеством книг.       — Новенькая, значит. Пришла познакомиться или же сразу что-нибудь взять почитать? А может, и то, и другое? — спросила тётушка Ким, поднимаясь из-за своего рабочего стола и подходя к нам с Юджин.       — Полагаю, что последний вариант, — отвечаю я и киваю головой, когда библиотекарь делает мне жест рукой следовать за ней.       Побродив последующие полчаса среди стеллажей, я взяла три методички по алгебре, чтобы позаниматься в выходные дома и разобрать сегодняшний материал, который я, естественно, благополучно продремала и прослушала. И пусть я не любила эту школьную дисциплину, я твёрдо настроилась позаниматься завтра и всё разобрать и понять.       На этом изучение библиотеки закончилось, и, попрощавшись с тётушкой Ким, мы с Юджин направились дальше осматривать оставшуюся территорию школы. И поскольку с изучением четырёхэтажного учебного корпуса было покончено, мы вышли на улицу поглядеть, как проходит игра на футбольном поле, и понаблюдать за её развитием.       Две команды по одиннадцать человек бились за право завладеть мячом и забить мяч во вражеские ворота. Правила просты, и вживую наблюдать достаточно интересно за молодыми парнями-школьниками, потому мы с Юджин присели на лавочку под деревом, которая стояла недалеко от того самого поля, на котором проходила игра.       — Вот этот парень устроил драку после церемонии поступления, — девушка указала пальцем на одного из парней, а после показала на другого, — а вот этот настоящий компьютерный гений, а вот он, — она ткнула на парня, который только что забил гол, — принц нашей школы.       Вообразите моё удивление, когда я увидела сходство между Чонгуком и «принцем школы». Нет. Это и был Чонгук во всей своей красе. Вспотевший, тяжело дышавший, но чрезвычайно довольный своим достижением, которое принесло очко его команде.       От непередаваемого шока я просидела с открытым ртом около двух минут, пока взгляд любимых глаз не устремился на меня. Заметил, чёрт! Я чувствовала, как предательским румянцем наливаются мои щёки, и потому поспешила отвернуться, сделав вид, что ищу что-то в своей школьной сумке, когда Чон двинулся в нашу сторону. Нет, конечно, он невообразимо хорош и прекрасен, но я никак не была готова к тому, что мой друг — главный красавчик школы.       — Ты пришла на игру посмотреть, Сонхи? — его хрипловатый от долгого бега, но до безумия довольный голос пробудил у меня в груди стаю бабочек, а табун мурашек так некстати пробежался по спине.       — О, так вы знакомы? — я повернулась на удивлённый вопрос Юджин и утвердительно кивнула головой, уже собираясь объяснить всё на словах, как меня перебили:       — Мы друзья, — с широкой улыбкой проговорил Чон, слыша зовущие его голоса сокомандников. — Сонхи, подожди окончания игры, ладно? А потом мы вместе пойдём домой.       Он не стал дожидаться ответа, махнул нам рукой и быстрым шагом направился обратно в центр поля. Но после его слов мне было очень неловко чувствовать на себе испытывающий взгляд одноклассницы. А ещё мне было очень больно. Где-то там. Глубоко внутри. Там, где так отчаянно билось моё сердце.

***

      — А потом… Эй, ты вообще меня слушаешь? — раздражение промелькнуло в голосе Чонгука, и он резко дёрнул меня за руку, призывая остановиться, когда я уже было ступила на пешеходный переход на запрещённый сигнал светофора. — Странная какая-то сегодня. В чём дело? Обидел кто?       Отрицательно качаю головой, опуская взгляд на сухой асфальт, который стелился под моими ногами и на котором заходящее солнце вырисовывало различные тени деревьев, пешеходов, проезжающих мимо машин и сооружений.       Мы просто друзья, да. Чонгук всё верно сказал, но почему-то боль осознания безответной любви очень сильно душила меня сейчас. Так хотелось плакать от того безумия, которое медленно, но уверено окутывало меня с ног до головы. Так хотелось убежать от этой любви. Ах, если бы можно было вырвать это глупое сердце, что полюбило этого парня.       — Вот и что мне с тобой делать? — Гук осторожно сцепил свои пальцы на моём запястье крепким кольцом, отчего щёки вспыхнули румянцем, и я поспешила отвернуть лицо от своего друга, прикрывшись от него стеной густых волос.       Мы шли молча и неторопливо, и я даже не заметила, как на горизонте показался знакомый многоэтажный дом, в котором я жила вместе с родителями. Что больше всего меня смущало, так это то, что Чон так и не отпустил моё запястье, а, кажется, к концу пути даже сжал его сильнее, будто бы не хотел отпускать. И вот когда мы подошли к углу многоэтажки, он остановился и повернулся ко мне лицом.       — Только не натвори глупостей, ладно? — сказал он, посмотрев на мою опущенную голову сверху вниз. — Иди домой, выпей чаю и ложись спать. Завтра сделаешь уроки и сходим погулять, идёт? Хэй, я серьёзно.       Устав слушать моё молчание, он легко дёрнул меня за руку, и я от неожиданности покачнулась, утыкаясь носом в грудь Чона, который даже подошёл ближе, ещё и обнимая меня свободной рукой в районе плеч. Его тёплое дыхание щекотало макушку, а сам он казался таким уютным и располагающим к себе, что я расслабилась и прикрыла глаза.       — Что бы там ни было, у тебя всё получится, — сказал он, отпуская меня и тихо вздыхая. — Я в тебя верю. Правда.       — Спасибо, — я натянуто улыбнулась, поудобнее перехватывая сумку, и направилась в нужную мне сторону.       Уже подойдя к главному входу в многоэтажку, я задержалась на пороге, оборачиваясь назад. Чон всё ещё стоял на месте и пристально смотрел на меня, видимо, дожидаясь, когда я зайду. Этот жест с его стороны поселил в моей груди частичку надежды, которая согревала меня и невольно заставила улыбнуться. Я помахала ему рукой на прощание и получила ответный жест, мол, «я позвоню тебе утром».

***

      Ужин с родителями прошёл в тихой семейной атмосфере и немного придал мне сил, поэтому после я всё-таки села за уроки, потратив на них весь вечер, но при этом я так и не сделала ненавистную мне алгебру, даже несмотря на наличие методичек, где всё подробно было расписано. И кто её придумал вообще?!       Зло захлопывая учебники и тетради, я очень расстроилась, а на часах к тому времени уже было двенадцать ночи. Вздохнув, я поднялась с насиженного места, приятно потягиваясь и разминая затёкшие мышцы, а потом отправилась делать водные процедуры.       Тёплая ванная успокоила и привела мои мысли в порядок, но после я заснула не сразу. Ещё добрые часа два музыка скрашивала моё одиночество, а все мои думы занимал Чонгук. Если честно, то я не могла понять до конца, повезло мне с тем, что Чон являлся моим другом и я имела возможность хотя бы говорить с ним, или же напротив? С одной стороны, было здорово, что я могла видеть его чаще остальных, но с другой — это было невыносимо. Невыносимо находиться рядом с любимым человеком и не иметь возможности к нему прикоснуться так, как хочется именно тебе. Это было так несправедливо. Правы люди, которые говорят, что дружбы между женщиной и мужчиной не существует. Конечно, бывают исключения, но в моём случае их не предвиделось.