Предназначенный судьбой

      — Почему ты выбрал меня, Булочка? — спросила я, крепче сжимая руку парня, когда мы не спеша шли под ручку по парку, исследуя многочисленные тропинки и дорожки. — В твоей жизни ведь так много девушек.       — Я не выбирал, Сонхи, — улыбнулся мне Чимин, останавливаясь и поворачиваясь ко мне. — Всё сердце решило. И выбора я не делал.       Мужские пальцы осторожно подцепили прядь моих волос и неспешно заправили её за ушко, отчего я невольно смутилась и поджала губы, опуская взор своих глаз вниз. Готова поспорить, что со стороны сие действо смотрелось крайне мило и обворожительно, только очень жаль, что я не могла этого видеть, зато могла прекрасно это чувствовать и ощущать. Любила? Нет. Увы, я пока не могла прочувствовать в груди это чувство по отношению к Чимину, однако симпатия к нему росла с каждой минутой, что не могло оставить моё сердце равнодушным.       — Ты не голодна? — на прозвучавший вопрос я ответила лёгкой улыбкой и покачиванием головы. — Есть идеи, куда пойти?       — Я бы на пляж съездила, — сказала я, понимая, что это навряд ли нам удастся провернуть сегодня, но, к моему удивлению, Чимин крепче сжал мою руку и потянул в сторону машины, на которой, судя по всему, решил приехать и на которой я уже имела счастье покататься. — Ты что, серьёзно?       — Я после верну тебя прямиком домой в целости и сохранности, — пообещал мне Пак, а я уже мысленно предполагала, сколько по времени нам придётся ехать до нужного пляжа, ведь конкретно я не знала, какой именно предпочтёт молодой человек.       Но уже очень скоро мы пересекали автостраду, мчась навстречу морю, ветру и свободе. Громкая музыка, включающая в себе хиты и новинки к-попа, звучала из колонок и распространялась на весь салон, а мы с Паком, словно дети, подпевали, и я ещё успевала сидя пританцовывать. Поток тёплого воздуха, отдающий прохладой, проникал сквозь открытые окна, бил по ушам и ерошил волосы. Дыхание схватывало, сердце бешено колотилось, а автомобиль спокойно мчался вперёд на скорости 170 км/ч. Спасибо Чимину за то, что он не рискнул показать мне все способности своей крутой машинки, иначе бы я послала его куда подальше. Даже такая скорость была великовата для меня, любящей прогулки пешком или езду на простом городском автобусе, который едет со скоростью километров пятьдесят в час, а то и меньше, учитывая забитость трафика на дорогах в вечернее время.       Я не знаю, сколько мы ехали, но когда мы уже подъезжали, то сбавили свой пыл, потому как у меня немного охрип голос, да и танцевать я устала, а Чимин просто сосредоточился на дороге, изредка поглядывая в зеркало заднего вида.       — Может, теперь ты хочешь есть? — спросил Пак с улыбкой, уменьшая громкость музыки и немного прикрывая окна.       — Хочу, — я довольно улыбнулась и потянулась, будто кошка, пробудившаяся от долгого сна, лежащая на мягком уютном диване, свернувшись калачиком. — Например, курочку или мороженое?       — Думаю, мы сможем где-нибудь прикупить еды, — Пак остановил машину, заняв одно из мест на платной парковке, а после повернулся ко мне, подавляя тихий смешок. — На твоей голове можно настоящее гнёздышко свить.       — Молчал бы. Лучше на свою шевелюру погляди, — цокнула я языком, усмехаясь и разражаясь хохотом, когда Чимин посмотрелся в зеркало и выдал шокированное «О Боже ты мой!».       В итоге, откопав в бардачке машины какую-то расчёску, мы привели волосы в порядок и покинули машину, отправляясь в ближайший магазин и закусочную, где можно было прикупить вкусной курочки в панировке и напитки, а также всего остального, по большей части вредного, но вкусного.       — Сейчас поедим и свалимся где-нибудь под деревом, как овощи на грядке, — смеясь, сказала я, подхватывая Чимина под руку и улыбаясь уже склоняющемуся к горизонту солнцу.       — Почему как овощи? — спросил молодой человек, а после сам же решил ответить на свой вопрос: — Потому что мы сейчас наедимся до отвала и нам будет лень даже встать?       — А ты сообразительный, — я подмигнула и, выпустив руку молодого человека, понеслась вперёд, радуясь наконец тому, что в кои-то веки меня вывезли из душного пыльного города пусть и не совсем, но хоть на какую-то природу.       Мы пришли на пляж и с удовольствием присели на поваленный ствол дерева, видимо, принесённого сюда с целью заменить лавочку. На удивление, народу на пляже практически не было, а если люди и были, то единицы, которым до нас не было никакого дела.       Спокойно поев курочки, мы разговорились о детстве, о том, что случилось после, но в итоге-то оказалось, что ничего особенного не случилось. Учёба, дом, тренировки, прочие дела. Между тем я не заметила даже, когда успела пересесть на колени Пака, находясь вполоборота к нему и смотря прямо в глаза.       — Я знаю, что ты не любишь меня, Сонхи, — начал Чимин, заметно сникнув, и его голос стал ниже. — Почему ты сейчас здесь?       — Чимин, я же уже говорила, что… — я резко замолчала, сталкиваясь глазами с требовательным взглядом, который ясно давал понять, что нужен именно ответ, а не очередная отговорка. — Я хочу попробовать начать всё сначала. С чистого листа.       — Ты же понимаешь, что значит быть девушкой, так ведь? — спросил Пак, а я едва ли сдержала в себе порыв оттолкнуть его от себя.       — Ты… хочешь сказать, что тебе нужен от меня лишь секс? — я боялась спрашивать, но, судя по тому, каким тоном был задан предыдущий вопрос, я не нашла никакого другого оправдания тому, что могло прозвучать. Это низко и подло: признаваться девушке в любви, а после использовать её только в качестве подстилки…       — Ни в коем случае, — покачал головой Чимин, и, кажется, он даже немного разозлился и огорчился, услышав от меня подобное. — Я говорю о том, что у нас обоих появятся особые обязательства, и готов тебе их озвучить, если интересно.       Я слабо кивнула, понимая, что всё-таки в голове молодого человека преобладают добросовестные мотивы, учитывая тот факт, с какой серьёзностью он произносил каждое слово.       — Во-первых, говорить друг другу только правду, — начал Пак, покрепче обвив мою талию своей рукой и немного подтянув ближе к себе, не позволяя мне съехать с его колен вбок. — Во-вторых, прислушиваться друг к другу и постараться спокойно выслушивать выводы и мнения на тот или иной счёт. Могут быть расхождения, ты и сама прекрасно понимаешь это. В-третьих, пожалуйста, никогда не прячь чувства в себе и не пытайся решить проблемы самостоятельно. Что-то не получается или что-то нужно — скажи. Мы будем разбираться вместе, идёт?       Выслушав три «правила», я согласно кивнула, понимая, что в этом Чимин прав, и отчасти я даже была поражена тому, как серьёзно он относится к нашим отношениям, которые вот-вот зародились и теперь готовились к прохождению испытаний на прочность.       — И ещё… — я замерла, выжидая следующих слов, которые не заставили себя ждать: — Я очень ревнив, Сонхи. И временами, не исключаю даже этого, я могу быть в ярости. Я никогда не позволю себе поднять руку на девушку, и тебе нечего бояться, клянусь. Просто прими это к сведению, ладно? У меня бывают моменты, когда мне очень тяжело совладать с собой.       Я понимающе кивнула, а после осторожно склонила голову, укладывая её на плечо Чимина и прикрывая глаза. Вот так сразу всё решили без возникновения необходимых обстоятельств. А главное, в спокойной обстановке.       Шум разбивающихся о берег волн убаюкивал, слабый ветер холодил кожу, но в душе было настолько тепло, что я ни о чём более не могла думать. Аромат кожи Чимина был сладок и приятен, поэтому я, не думая, с улыбкой уткнулась носом в его шею, принюхиваясь, чем, кажется, смутила молодого человека, крепче стиснувшего меня в своих объятиях. Моим телом овладела необъяснимая лёгкость, словно я растворялась в тепле Чимина подобно льду от ярких согревающих солнечных лучей, подобно струйке дыма, рассеивающейся и растворяющейся в воздухе. То состояние, когда ничего не хотелось, разве что только одного: чтобы этот миг никогда не заканчивался и длился вечность.       Медленно отстранившись, я посмотрела в притягательные тёмные глаза, тянущие меня в самую глубину любящей меня души. Они были бездонны и так красивы, что я залюбовалась, не замечая за собой этого. Молодой человек также не отводил от меня своего взора, наблюдая.       Я нервно сглотнула ком встрявшего поперёк горла воздуха и невольно разомкнула губы, чтобы вдохнуть немного больше кислорода в лёгкие, вот только ими тут же завладели губы Чимина, нежно целуя. Осторожно сминая своими мягкими губами мои губы, Пак действовал предельно медленно и неспешно, позволяя и мне, и себе прочувствовать всю ту гармонию и тепло поцелуя, которую и положено ощущать влюблённым. Я не была влюблена, но, кажется, медленно и постепенно влюблялась, не в силах остановить неведомое притяжение.       — Я люблю тебя, — прошептал молодой человек, прерывая поцелуй и соприкасая наши лбы.       Наши глаза встретились, и я поняла, что отныне потеряна для этого мира. Мне не хотелось больше никуда. Существовал только этот миг и этот юноша. Чимин… Господи… Я и правда сейчас благодарила Бога за то, что мне повстречался такой понимающий и замечательный человек.       — Сонхи… — обеспокоенный шёпот и тепло чужих подушечек пальцев коснулись моей щеки, стирая ещё тёплую влагу неожиданно хлынувших из глаз слёз. Я и не заметила, как начала плакать от всех тех мыслей и чувств, которые охватили меня в этот момент с головой. — Сонхи…       Я напряжённо выдохнула и отрицательно замотала головой, пытаясь уверить, что всё в порядке. Но какое там в порядке, когда в груди началась настоящая буря положительных эмоций, когда сердце так отчаянно и стремительно забилось о грудную клетку, просясь на свободу, когда я впервые за долгое время ощутила то счастье, тепло и уют, которых мне не хватало долгое время? Словно птенец, наконец обретающий возможность взлететь высоко в небеса и познать всю красоту земли и жизни.       — Если тебе это необходимо, то стоит выплакаться, — Чимин вздохнул, крепче притягивая меня к себе и успокаивающе поглаживая по волосам. — Я рядом. Всё хорошо.

***

      Я не помню, что было после, но очевидно, что я уснула, потому как когда я открыла глаза, то сидела я уже не на коленях Чимина, а на сиденье автомобиля, пристёгнутая ремнями безопасности. За окном уже было достаточно темно, и я даже толком не могла предположить, который сейчас был час. Голова болела, и в глазах осталось немного неприятное чувство от слёз. Я села поудобнее, когда услышала спокойный голос Пака, сидящего за рулём:       — Проснулась? — голос был спокоен, словно сталь, и я понимала почему, ведь сейчас молодой человек был сосредоточен на дороге и, судя по всему, достаточно устал за сегодня, просто не показывал этого, а ехать нам было ещё достаточно долго. Думаю, что порядка получаса, если не больше.       — Да… Долго я спала? — спросила я несколько охрипшим голосом и откинулась удобней на спинку сиденья, отводя глаза к окну, рассматривая мелькающие за ним пейзажи.       — Порядка двух часов. Я не стал тебя будить. Да и ты так сладко спала, что тревожить в случае чего тоже не хотелось, поэтому ещё полтора часа я выжидал, пока ты немного поспишь, но там уже и домой пора было, но ты так и не проснулась, соня, — на последнем слове Пак едва заметно улыбнулся уголками губ, а после, отвлекаясь на навигатор, набрал адрес моего дома, чем удивил меня: спустя столько лет он всё ещё помнил, где я живу…       Какое-то время мы ехали в полной тишине, и я загрустила. Ночь всегда вгоняла меня в тоску. Идеальное время для того, чтобы подумать о смысле жизни и немного предаться депрессии. Вот только грустить мне не хотели давать, поскольку Чимин легонько поинтересовался, не буду ли я против музыки, на что я дала отрицательный ответ, и в салоне тут же заиграла зажигательная мелодия. Ну разве я могла устоять? Я тут же почувствовала прилив энергии и взбодрилась, кажется, что смотря на меня, взбодрился и сам Чимин. Его рука потянулась к рычагу коробки передач, переключая скорость, а нога сильнее надавила на педаль газа, и машина, повинуясь зову, поехала быстрее, рассекая бесконечные просторы заасфальтированных дорог. Lamborghini ловко обгоняла попутные машины, плавно перестраиваясь с одной полосы движения на другую, и это дало мне понять, что Пак весьма опытно водит автомобиль, ведь он ни разу не усомнился во время дороги в своих действиях, возможностях и возможностях своей машины.

***

      — Ох, неужели всё? — с досадой поинтересовалась я, когда автомобиль остановился на обочине недалеко от моего дома.       — К сожалению. Я тоже не хотел бы, чтобы этот день заканчивался, но сама понимаешь, — я посмотрела на Чимина, замечая усталость на его лице, которую он старался скрыть за своей улыбкой, а мне ужасно не хотелось отпускать парня домой в таком состоянии.       — Зайдёшь ко мне? — спросила я напрямую, заметно смущаясь от своих слов, но и не только я смутилась, замечая румянец на щеках молодого человека. — Я серьёзно. Пожалуйста, пойдём. Ты устал. Я не отпущу тебя домой в таком состоянии. Переночуешь у меня, а завтра с утра поедешь домой… Чимин…       Парень закусил губу и вздохнул, опуская взгляд на руль автомобиля, пока я продолжала внимательно и пристально смотреть на него, ожидая ответа, желательно положительного.       — Булочка?..       — Уверена? — Пак повернулся ко мне, а я лишь согласно закивала, видя, что он сдаётся.       — Подземная парковка в той стороне… — я указала рукой, куда ехать, и морально стала готовиться к приёму гостя в своём доме. Странно было думать, что это не Чонгук, а совершенно другой человек. Мне не было страшно, просто… это было неожиданно и несколько непривычно, но, как правило, обратно уже не повернёшь…