Сердце Чародейки

      Итак, время пришло…       На все у меня ушел месяц подготовки, несколько вылазок в магмир на поиски Воскрешающего камня, но теперь этот прохладный, гладкий и отмеченный символами Даров артефакт я именовал только Сердцем. Ведь после многочисленных и безрезультатных часов поиска, простое:       — Акцио Сердце Чародейки! — безнадежно выкрикнутое мной в ночное небо и эхом отраженное в глуши чащобы, смогло возыметь действие и призвать ко мне долгожданный и вожделенный предмет.       Отыскать путь к полуразрушенной арке так же было непросто. Зимний пейзаж, снег… Но кровная магия, столь ненавистная современным магическим обществом, помогла мне и в этом. И вот я здесь…       Непроглядная темень Запретного леса, звездное небо над головой, и сияющий диск царицы ночи, которая одаривала окружающий мир потусторонним, таинственным свечением, околдовывая и очаровывая, внушая постороннему наблюдателю трепет и восхищение, ощущение чего-то неизведанного и мистического…       О, Мерлин, как долго и тщательно я пытался высчитать это «мгновение возможности». Не знаю, что будет со мной, если я просчитался, ведь права на ошибку у меня нет…       Все сведения, что стали мне известны из книги и сна, я записал, перепроверил и заучил. Ничего не должно отвлекать меня или пойти не так. Я отыскал ритуал призыва стихий и их соединения, руны, и все остальное, что могло еще пригодиться. Зелья, припасы и даже одежда для меня и Сева. Я верил в успех своей затеи, иначе нечего было и начинать. Что ж, пора…

***

      Достаю ритуальный нож Блэков, сделанный из рога единорога, отданного добровольно, и делаю первый надрез. Сегодня мне предстояло знатное кровопускание, оттого и нож этот отыскал, он сам мог мгновенно заживлять раны, если приложить к порезу его плоской стороной, не оставляя рубцов и шрамов, независимо от количества разрезов.       Кольцо стихий начинало все быстрей вращаться, сам портал стал слегка светиться и я поспешил нажать необходимые руны, щедро пачкая их своей кровью. Бесконечно тянущееся ожидание… Тревога, граничащая с паникой — а вдруг… Но вот, наконец, локальный ураган, в который превратились все стихии, словно прорвал пространство и устремился в центр портала, открывая проход для меня. Спешу за ним, не задумываясь о последствиях и возможной опасности.       Единственный шаг, и я оказываюсь на знакомом берегу озера, посреди зимнего леса. Огромная луна, что казалась нереально большой, россыпь мерцающих звезд, и глубокая даль ночного неба… Пейзаж, от которого захватывало дух, ничего более величественного и великолепного мне не доводилось видеть… Почему-то именно сейчас красота этого края и небывалое ощущение единения со всем сущим, даровало доселе неведанное мне чувство, чувство правильности происходящего, словно я всю свою жизнь шел именно к этому месту и именно к этому мигу. Странное, но в то же время, потрясающее переживание…       Более не теряя времени, которого и так было немного, я прошел к воде, прошипел необходимую фразу и поспешил по образовавшемуся проходу. Треск ледяных глыб и бурное возмущение воды звучало зловеще в тишине этого волшебного места, но уже ничего не имело значения, еще немного и я буду у цели…       Наконец появились ступени, что вели в Замок. Я уже перешел на бег, и только грохот обрушившихся волн и скрежет льдин, заставил замедлить шаг и оглянуться. Это было настоящее безумие: ледяная бездна, которая не желала успокаиваться. Словно ураган, который привел меня сюда, покорил водоем своей властью и не желал униматься, превращая спокойное озеро в штормовое море, волны которого все выше поднимались к стенам Замка Ворона, и если я не поспешу, то смогу и сам изведать гостеприимство этих ледяных и обезумевших вод.       Больше не оборачиваясь и не задумываясь об опасности, я практически взлетаю на последние ступени и уже со смотровой площадки окидываю прощальным взглядом безумие природы и магической мощи. Не знаю, что послужило причиной, но магия словно концентрировалась в этом месте. К сожалению, мне так и не удалось отыскать даже крохотного упоминания о подобном, нигде не говорилось о том, что в полнолуние возможно сотворить нечто невозможное и сакральное. Конечно, логично предположить, будто эти знания настолько древние, что были потеряны в веках, или… Да без разницы!!! Это сейчас не важно, я просто должен успеть…       Вызываю Люмос и спешу в подвальную часть. Двери сами открывались, пропуская меня в нужном направлении, Замок словно сам вел меня, не позволяя сбиться с шага или потеряться в лабиринте его коридоров. Это во сне мое путешествие затянулось на несколько мгновений, а в реальности: переходы, залы, лестницы, потайные проходы… А ведь снаружи здание казалось обманчиво компактным.       И вот, наконец, знакомая дверь. Я замер на мгновение, вслушиваясь в исступление, которое творилось за стенами, мощь происходящего ощущалась даже через каменную кладку. Сила пугала, и самое удивительное — с каждой секундой атмосфера нагнеталась все больше и больше, словно кто-то неведомый скручивал огромную пружину, которая вот-вот распрямится обратно, сметая на своем пути все.       С помощью Темпуса узнал время, у меня сталось полчаса! Больше не обращая внимания ни на что, быстрым движением вновь резанул по ладони и приложил ее к запертой двери. Глухой щелчок, и она открывается, впуская меня в темное помещение, а стоило сделать шаг, как магическая вспышка разорвала мрак. От яркого и непривычного света я ослеп, но секундная слабость прошла, и мне удалось рассмотреть Алтарь…       Огромный, дымчато-белый лунный камень, с прекрасным, нетронутым временем растительным орнаментом и довольно большим углублением на горизонтальной поверхности, от которого отходили тонкие и многочисленные канавки, что вплетались в орнамент и терялись в нем. Примерно дюймов пятьдесят в высоту и размером с хороший письменный стол, он таинственно переливался всеми оттенками лунного света, местами кристально-чистые или молочно-белые глубины клубились туманом, рождая неопознанные образы и видения. Он был великолепен, но я прекрасно осознавал его предназначение.       В свободное время, не занятое поисками и работой, я пытался разузнать и понять, что необходимо сделать для возвращения любимого из мира эфемерного в материальный. Тонны информации, немыслимое количество книг, свитков и пергаментов… Я буквально поселился в библиотеке на Гриммо, дома уже практически не появлялся. На работу все же приходилось идти, но специфика оной позволяла хоть немного отдохнуть и урвать часик для сна, а потом все по новой…       Мне было сказано, что нет определенного ритуала, для каждого он свой, в зависимости от желаемого результата, правда какие тут могут быть варианты? Хотя… Разные причины приводят к смерти, следовательно, и разные обряды должны возвращать к жизни. Только дело в том, что в моем случае все усложняется давностью произошедшего. Любимому просто некуда было возвращаться. Да, в праздники, когда концентрации магии и возможностей, помноженных на мое неистовое желание, достаточно для временного результата, но сейчас…       У меня есть Сердце Чародейки, как основополагающая самого ритуала, мой заветный Уголек, который является магическим якорем для Снейпа в этом мире, а моя кровь послужит материалом для телесного воплощения, ну, это если все звезды сойдутся, как любит говаривать Николас.       Конечно есть парочка черномагических ритуалов для создания искусственного сосуда, вместилища человеческой души, только это не наш путь. Том Риддл — яркий пример…       Но, изучая магию призыва стихии в библиотеке Блэков, я отыскал один очень необычный текст. То ли легенда, то ли просто поэма, но только когда в мои руки попал этот старый свиток — слегка истлевший, с выцветшим от времени чернилами и пахнувший древностью, — мне показалась, что это наша история, написанная о нас: обо мне и Северусе. А когда я дочитал этот немыслимый манускрипт до конца, то и решение пришло само собой.       Больше я не стал откладывать задуманное. Или у меня выйдет, или мне больше уже ничего и не суждено. Настал час истины…       Я быстро разделся, поблизости расположил все прихваченные с собой зелья, аккуратно сложил наши вещи, бережно опустил Сердце и Уголек в чашу-углубление Алтаря, самое ценное, что есть у меня в этом мире, а после взял ритуальный нож и заговорил, обращаясь к Смерти:       — Госпожа, услышь мою просьбу!!! Моя кровь, моя сила, моя душа — все это твое… Я ребенок твой, заблудший и потерявший свой свет! Дар, дарованный нашей прародительницей, способен вернуть ЕГО… Позволь этому случиться… — и я легко, еле прикасаясь к коже, вскрыл себе вены сначала на одной, а потом и на другой руке. Нож упал на каменный пол, звук был звонким и бьющимся, ценный раритет разлетелся на мелкие радужные осколки.       А потом я протянул обе руки к чаше и взял в окровавленные ладони оба артефакта. Темно-красная, практически бордовая, она щедро вытекала из моего тела. Наверное, жутковатое зрелище: мерцающий лунный камень, голый человек, весь в потоках собственной крови, и пульсирующий огонь в его руках… Боль, слабость, страх, но ни капли сомнения…       Стоило крови попасть в чашу, как она моментально растекалась в разные стороны, по многочисленным канавкам, расписывая туманный камень красными узорами, оживляя его и делая теплым. Еще какое-то время я наблюдал за происходящим, а потом губы сами зашептали:       — Теченье времени не может порой       Стереть из памяти образ родной.       Боль остаётся, её не унять,       Ночью приходит опять и опять.       Душе, которая так устала страдать,       Даруют право один раз загадать.       Вновь оказаться рядом с другой,       Самой родной во вселенной душой.       Я уже не видел ни Ритуального зала, ни Алтарь… Больше не было ни боли, ни чувства потери… Перед моим внутренним взором встал образ любимого, такой, каким я запомнил его в последний раз. Полночные глаза, смотрящие на меня с немыслимой нежностью и теплотой, ироничная улыбка на любимых и столь желанных губах, смоляная прядь, заправленная за ухо, и позволяющая с восторгом и восхищением любоваться его беззащитной шеей, разворотом острых плеч и трогательностью тонких ключиц. Почему-то именно они пробуждали желание оградить от всего… защитить… укрыть…       В этом мире смерти нет,       Бесконечно льётся свет.       У того, чей пройден путь       Забьется сердце вновь,       Если в нем жива любовь.       Слова, что отпечатались в самой глубине, слова, которые шептали не только мои губы, но и кричала душа, взывая к высшим силам, умоляя, выпрашивая, убеждая… Ведь иначе просто невозможно, ведь иначе просто не за чем…       Мы позабыли — это быль или сон.       Кого любили, кто любви был лишен.       Нам не напомнят, звезды молчат,       Пряча ответы в тонких лучах.       Любому смертному отмерен свой век,       Часов песочных завершается бег.       Кто их обратно перевернет,       Жизни биение новой вдохнет.       Я видел наше прошлое… Нашу первую встречу, все наши столкновения, нашу борьбу… Вновь смог увидеть его глаза, когда он предостерегающе взглянул на меня в ночь гибели Дамблдора, услышал ненависть и отчаянье в своих словах, когда обзывал его трусом и предателем, когда заставил его отступить в присутствии всей школы и… как затухал огонь его жизни в этих бездонных глазах, которые умели затмевать звезды и метать молнии, глаза, в которых я утонул, так и не отыскав себя в других…       В этом мире смерти нет,       Бесконечно льётся свет.       У того, чей пройден путь       Забьется сердце вновь,       Если в нем жива любовь.       И даже после того, как покинул нас, он помог мне, позволив примириться с этим миром, примириться с собой, успокоил мою мятежную, измученную и одинокую душу. Он пришел и спас меня от меня самого: от моей ненависти, страхов, отчаянья и моего стремления к саморазрушению. Он всегда приходил, когда был мне нужен… Всегда…       В этом мире смерти нет,       Бесконечно льётся свет.       У того, чей пройден путь       Забьется сердце вновь,       Если в нем жива любовь…       В этом мире смерти нет…       Я все повторял и повторял, как мантру… Северус… Единственный… А холод все сильней сковывал мое тело и завладевал им, но душа все так же страстно творила молитву за того, кто стал дороже жизни…       Силы покинули меня полностью, мозг отдаленно зафиксировал, что я уже не стою, а плавно соскальзываю на холодный каменный пол, только это уже не трогало, меня уже ничего не интересовало. Тело осталось где-то там, а я сам парил в белой мгле, ища путь к тому, ради которого я пошел на этот безумный поступок.       Вдали, где-то внизу, продолжалось буйство силы, которой вторило биение моего сердца, что все замедлялось, а я с удивлением отсчитывал его слабеющий стук… Один, два, три, четыре… пять… шесть… И тишина, оглушающая и противоестественная… Бело-серая мгла и безмерная, мертвая тишина…       — Ну, здравствуй, Наследник… Что-то ты зачастил, тебе так не кажется? — тихий, журчащий, но совершенно безэмоциональный голос. Я попытался вглядеться в марево, но так ничего и не увидел.       — Приветствую тебя, Серая Госпожа…       — Какие же вы люди нетерпеливые, вам всегда хочется всего и сразу… Зачем? Зачем ты пришел сюда? Зачем просишь о нем? Почему не отпустишь? Вы такие разные, но… Вот и она ушла… Дай!!! — строгий окрик заставил меня вздрогнуть, но я протянул обе руки вперед, мои пальцы все так же судорожно сжимали обжигающий Уголек и ледяное каменное Сердце, которые так и не смогли соединиться и воскресить…       Предо мной проявился образ женской фигуры в сером балахоне, капюшон которого надежно прятал в своих глубинах лицо Повелительницы Грани. Мне были видны только маленькие бледные кисти, выглядывающие из длинных и широких рукавов. Она нетерпеливо выхватила Сердце, сжала его в своей руке и прижала к груди…       — Столь щедрый дар, столь сильное желание помочь и так безжалостно попранная вера… Вы не достойны ее дара, но она решила иначе, а я обещала, только ведь никто не запрещал мне проверить, действительно ли ты в состоянии оценить и понять… Смотри, мальчишка: если пожелаешь, любая из этих реальностей может быть твоей… — и меня окружили видения…       В первой  — у меня большая дружная семья: родители, брат и даже бабушки с дедушками, все так зефирно и сахарно, словно на рождественской открытке… Во второй — я великий герой, который смог пережить все потери и обрел свою мечту: любящую жену, троих прекрасных детей, успешную карьеру, уважение… В третьей — не было бессмысленных смертей… Четвертая… Пятая… Шестая… Но роднило их одно: ни в одной из них мне не суждено было узнать тепло любимых рук моего зельевара, ни в одной из реальностей я так и не изведал того небывалого чувства единения не только тел, но и душ, того полета и желания навсегда раствориться в любимом человеке, стать кровью в его венах, стать песчинкой под его ногами, и ни в одном из вариантов я так и не смог ощутить, как это — стать вселенной для такого невообразимого и многогранного человека, как это — суметь доказать и заставить поверить, что он — единственное возможное для тебя счастье… Здесь было все: слава, богатство, любовь, власть, счастье, но не было одного — не было НАС!!!       Северус Снейп тенью проходил через все мои жизненные пути, но ни на одном из них так и не стал для меня тем, кем был, тем, кто смог воссоздать меня, возродить и подарить любовь — чувство, которое способно сжечь дотла и дать расправить крылья, которое способно заставить творить невозможное и мечтать о единственном: о крепких руках на плечах и взволнованном: «Люблю…» у самых губ…       Зачем?! Да потому что просто немыслимо жить и не изведать всего этого… Без НЕГО невозможно!!!       — Нет! Нет! Нет!!! Только он, только с ним, только для него!!! Иначе все это не имеет смысла! Северус!!! — я не помнил себя от отчаянья… Немыслимая мука, скорбь и холод, холод, холод…       — В этом мире смерти нет,       Бесконечно льётся свет.       У того, чей пройден путь       Забьется сердце вновь,       Если в нем жива любовь…       Из самих глубин моей души вырвались строки, которым, наверное, и не место в этом Нечто, но они — это единственное, что не давало мне сойти с ума. А возможно уже и поздно, возможно я уже давно утратил свой рассудок? Только это не имеет совершенно никакого значения… Только ОН!!!       — Да будет так, Наследник! Возьми… — и в мою ладонь опустился прежде мертвый камень; он мерцал всеми оттенками лунного света и как только соприкоснулся с пылающим сгустком, что так и пульсировал в моей руке, то поглотил его, наполняясь жизненной силой и энергией колдовского огня. И я стал обладателем Пламенного Сердца, которому под силу отогреть самую застывшую и потерявшую надежду душу, и вернуть утраченное. Сердце моей любви…       — До скорой встречи, Наследник… — и одинокая, призрачная фигура стала удаляться, растворяясь в туманной мгле.       — Она помнит свое обещание! — выкрикнул я ей в спину, она замерла, и тихий печальный голос разлился в пространстве:       — Я знаю… — и Серая Госпожа продолжила свой путь в никуда.

***

      Сжимаю в руке долгожданный подарок, зажмуриваюсь и пытаюсь осмыслить произошедшее. Но резкая боль и злой окрик заставляют меня прийти в себя.       — Малолетний придурок, ты что это удумал?! А ну, приходи в себя быстро!!! — этот голос, столь долгожданный и необходимый, заставляет меня, превозмогая ужасную слабость, все же приоткрыть глаза и вглядеться в любимое лицо.       — Мне уже скоро тридцать, Сев… — и не могу сдержать блаженную улыбку, а потом разжимаю окровавленные пальцы и шепчу: — Это твое, любимый, возьми…       Он бережно берет ожившее Сердце Чародейки, шепчет незнакомое мне заклятие и вешает на свою шею подвеску.       — Поттер, какой же ты все-таки Поттер…       — И я люблю тебя, Северус…       — Люблю… — у самых моих губ, и нежный поцелуй, о котором я так давно мечтал…