Молодость не знает сомнений

      Чхве Мёнджу провожала взглядом многочисленные дома, пролетающие перед её стеклянными глазами. Рядом с ней на заднем сидении такси сидел Хосок. Всего несколько минут назад они кричали друг на друга, как сумасшедшие, а теперь его рука покоилась у неё на коленях, крепко сжимая её руку в знак поддержки.       Вернувшись в Сеул, девушка первым делом направилась в подвал, но никого там не застала, кроме Чона, посапывающего в душной, пропахшей перегаром комнате. Узнав от друзей, что произошло с Наён, Хосок решил, что сам сядет за руль, но его подруга оказалась против такой затеи, отчего они сильно поругались.       Когда Хосок и Мёнджу поднялись на нужный этаж больницы и увидели топчущихся друзей, внутри девушки всё оборвалось. Если все в сборе, значит с Наён всё действительно плохо. Хосок встретился взглядом с Хесон, и та тут же вскочила с места, будто именно его и ждала. Её взволнованный вид пугал его, и он был бы рад не думать обо всём этом, но не мог, как и не мог прийти в себя после выпитого. - Господи, О Хесон, а с тобой-то что? – Чуть ли не взвизгнула Джу, когда увидела подругу, и все удивлённо покосились в её сторону. – Почему ты такая бледная и худая? - Я в норме. А что с твоими глазами, ты вообще там не спала? – девушки крепко обнялись. – Я так рада, что ты вернулась. - Расскажите толком, что с Хо Наён? – не выдержал Чон.       Пока друзья обсуждали произошедшее и заглядывали в окошко палаты подруги, у кровати которой вся в слезах сидела её мама с младшей дочерью, Чимин сверлил взглядом Намджуна. Он сидела рядом с Боми, положив руку ей на плечо, медленно поглаживая. Как только парень встал, Пак поспешил занять его место, но Боми тут же окликнула Джуна и пошла с ним к автомату за кофе. Чимин проводил взглядом две удаляющиеся фигуры и прикусил язык. Его подруга ведёт себя так весь вечер, даже не взглянула ни разу в его сторону, а когда он оказывается рядом, тут же сбегает и начинает разговор с другими.       Мёнджу же старалась ни с кем не общаться, хоть друзья сильно соскучились и пытались её разговорить, беспокоясь о её самочувствии. Девушка отвечала им кивками головы или с трудом воспроизведённой улыбкой, боясь, что у неё вырвется всхлип прямо здесь, у всех на глазах, и она не сможет остановиться. Ей было больно видеть Мин Юнги, а он вёл себя, как обычно, даже обнял её при встрече, и, как ей показалось, чуть сильней сжал её в своих объятиях.       Когда дверь палаты открылась, и мама Наён вышла в коридор, Хосок тут же оказался возле неё. - Это Ваша вина, - громко начал он, - из-за Вас она пострадала. Неужели Вы не знали, что этим всё кончится? Вместо того, чтобы защитить своих дочерей, Вы позволили ему навредить им! - Эй, успокойся, - все поднялись на ноги, пытаясь угомонить разбушевавшегося парня. - Имей уважение, придурок, - Мин Юнги встал между Чоном и женщиной, плечи которой вновь сотрясались от подавляемых слёз. – У тебя что, мозги заспиртованы? – Мин ткнул младшего пальцем в лоб. Он вывел маму Хо Наён на лестничную площадку и ещё долго о чём-то с ней говорил. А друзья про себя отметили, что отчасти Хосок был прав. И Юнги, и Хосок не раз предлагали матери Наён помощь, так как их семьи могли себе это позволить, но она всегда отказывалась, ссылаясь на то, что её сын ещё просто недостаточно зрел.       У Мёнджу больше не было сил усидеть на месте от ощущения собственной никчёмности и беспомощности. Юнги был настолько близко, но настолько далеко. И как она могла когда-то его отвергнуть, отказаться от самого прекрасного на свете парня? Но в то время она не знала, как много он будет значить для неё в будущем.       Ким Намджун беззаботно болтал о чём-то с Боми в конце коридора, а Джу так хотелось поговорить с ним. Когда они были наедине, девушку окутывало какое-то особенное чувство, чувство защищённости и безмятежности. Наконец, Ким заметил её взгляд и, улыбнувшись, жестом позвал её к себе. Она, не скрывая радости, тут же помчалась к нему. - Эй, почему у тебя такой скучающий вид? – Юн Боми легонько приобняла подругу за талию. - Утомилась в дороге, - быстро нашлась та, не раскрывая того, как плакала каждую ночь вдали от дома. - Тебе стоит пойти домой, необязательно оставаться здесь на всю ночь. - Может, выйдем немного подышать? – предложил Намджун, но Боми отрицательно замотала головой. - Идите без меня, я весь день на ногах, посидеть хочу.       Оказавшись на улице, Мёнджу вздрогнула и обняла себя за плечи: молочная кожа моментально покрылась мурашками. - Ты чего? – покосился на неё Намджун, когда она забралась на парапет. - Прохладно.       Парень зажал в зубах сигарету и стянул с себя толстовку. Он помог подруге одеться, сам её застегнул до самого подбородка и бережно натянул рукава так, что они прикрывали холодные пальцы. - Готово, - звонко оповестил он и слегка задел пальцем кончик носа Мёнджу, отчего она еле слышно хмыкнула и задумчиво улыбнулась. - Что? – удивлённо спросил парень. - Я просто подумала, что жалко будет отдавать тебя какой-то девушке. Вот будь ты моим парнем…       Ким Намджун звонко рассмеялся. - Хочешь пересечь со мной черту дружбы? Так вот, что у тебя в голове. Я могу ни с кем не встречаться, если тебе так хочется, - шутливо сказал он, но что-то в его словах было откровенным. - С тобой всё в порядке? – лицо Мёнджу стало серьёзным. – Тревожит что-то? - Что со мной может быть не так? – с улыбкой ответил ей друг. - Ты всегда отшучиваешься, когда тебе плохо, и я стала замечать это всё чаще.       Намджун опустил голову и тяжело вздохнул, будто решался совершить какой-то важный поступок. - Мёнджу, я… он поднял на неё особенный взгляд светло-карих глаз, и где-то внутри девушки закрался страх. – Я хотел сказать тебе, - пауза, - одеваться теплее, вечера уже не такие безобидные. - Х-хорошо, - Мёнджу старалась придать голосу бодрость, но ей казалось, что парень хотел сказать ей вовсе не это. - Ким Намджун! – друзья повернулись на голос. Это был Юнги. При виде его, сердце девушки зашлось в бешеном ритме, и она тут же спрыгнула с ограды, когда парень начал приближаться к ним. - И ты здесь, - небрежно отметил он присутствие подруги, поравнявшись. – Я повсюду искал тебя, - сказал он Джуну, похлопав его по плечу. - Я пойду внутрь, - робко сказала Мёнджу, поймав на себе взволнованный взгляд Намджуна. - Хорошо, - он кивнул, - встретимся там.       Девушка стремительно пересекала площадку, надеясь поскорее скрыться в стенах здания. Ноги отказывались её держать, а из глаз сами собой текли слёзы. Она боялась, что Юнги мог слышать их разговор. - К чему такая срочность? – Ким полез в карман за второй сигаретой. – Тяжёлый выпал день? - Дай-ка одну, - Юнги протянулся к пачке и ловкими пальцами выудил оттуда «болеутоляющее». - Ты же бросил, - парень удивлённо наблюдал за действиями друга. - К чёрту всё, - ответил тот, затягиваясь, - мне просто это нужно.       Намджун лишь понимающе кивнул. Ему было интересно, с какого момента Мин был здесь. - Ты же знаешь, что не можешь так с ней поступить, - Джун перевёл на него непонимающий взгляд, - рассказать о своих чувствах. - Вот как, - усмехнулся он, но чувствовал, как внутри всё закипает. - Лучше храни всё в секрете. Разве ты не понимаешь, что это будет давить на неё? Если она узнает, то будет чувствовать перед тобой вину. - Предлагаешь мне молчать, как ты? Хватит трусить, Юнги, - глаза Мина не смогли скрыть растерянности, - тебе давно пора признаться ей. Раньше я был на твоей стороне, но я больше не буду сторонним наблюдателем, я не хочу видеть, как ты продолжаешь делать её несчастной.       Юнги крепко сжал кулаки, его руки тряслись от напряжения и злости. Они оба знали, что этот момент когда-то наступит, но смутно могли себе это представить. Выдержав суровый взгляд друга, Намджун достал две сигареты, спрятал их за ухо, а полупустую пачку вложил в его руку. - Они тебе пригодятся, - сказал он и направился к остальным.       Когда на улице совсем стемнело, было решено, что оставаться под дверью палаты такой толпой просто бессмысленно. Только Чонгук и Боми остались коротать ночь в больничном коридоре.       Невыспавшийся, уставший и голодный Ким Тэхён чертыхался весь путь до Сеула. Дорога казалась ему бесконечной. Бросив друзьям короткое приветствие, он замер перед палатой Хо Наён. Сердце билось бешено от пробежки и одолевавшего его долгое время волнения.       Девушка сидела на кушетке, обняв колени. Она никак не отреагировала на звук открывшейся двери, только медленно повернула голову, когда Ким подошёл ближе. Её глаза были крупными, а брови приподняты, словно в удивлении, будто Тэхён был ей незнаком. Но когда их взгляды встретились, её брови сдвинулись над переносицей, а губы дрогнули в немой мольбе. Парню захотелось закричать от того, сколько боли он увидел в её глазах. Ему было так жаль, что это произошло, он был так зол на себя, что был далеко, будто мог что-то изменить. Наён опустила голову на колени и смотрела куда-то сквозь него. От этого Тэхёну стало не по себе, и он даже побоялся заговорить. - Все так переполошились, - еле слышно прошептали её бесцветные губы, а её рука опустилась вниз, пока не встретилась с рукой парня. - Мы все за тебя испугались. Я… очень испугался, - тихо ответил он, сжав её тонкие пальцы, а затем понёс её руку к губам и поцеловал. Ему хотелось искупить перед ней свою вину, отдать всю свою нежность через эти прикосновения, заслужить у совести прощения. - Ты говорил, что так можно заживить раны, что это поможет, но как вылечить, если ранили сюда? - Наён легонько постукивала в области сердца. – Как вылечить Чиён, которая видела своего озверевшего брата? Лицо её было искажено гримасой боли. Она не плакала, но дышала тяжело и громко, а Тэхён присел на край кровати и аккуратно облокотил её голову о свою грудь. Он крепко обнимал её, будто закрывая от внешнего мира, и что-то долго ласково шептал, пока она цеплялась за его одежду, давая выход эмоциям. В его тёплых объятиях Хо Наён чувствовала себя в безопасности, чувствуя утешительные поцелуи парня на своих щеках, висках, на лбу. Он без остановки повторял: «Плачь, девочка, плачь, я никуда не уйду, я буду с тобой». И она плакала, плакала навзрыд, как ребёнок, задыхаясь от слёз, пока, наконец, не уснула.