Попугайчик

      - Проходи, располагайся, - Любомир пропустил омегу в квартиру, - есть во что переодеться?       - Да.       - Тогда прими горячий душ и заодно согреешься, а я пока придумаю что-нибудь перекусить. Ванная там, - показал омега вглубь коридора, а сам направился через дверь слева на кухню.       Пока следователь орудовал на кухне, Кеша помылся и переоделся в серую футболку и зеленые шорты и сам направился на кухню к хозяину. Любомир стоял у газовой плиты, расположенной, как и весь кухонный гарнитур, слева от окна, обращённого во двор. В кастрюльке кипели макароны. Кеша присел лицом к окну за стол, расположенный по правой стене от окна. Тем временем Любомир закончил приготовление и отлил воду из кастрюли. Затем омега потянулся за тарелками, и на несколько секунд рука вынырнула из рукава, этого хватило Кеше, чтобы разглядеть шрамы, оставшиеся на руке от сигаретных ожогов.       Любомир разложил еду по тарелкам и поставил одну перед гостем, а другую на место напротив.       - Можешь добавить сахара, - поставил омега сахарницу и сам сел на место.       - Любомир Святославович, почему вы так добры ко мне? Это как-то связано с Мамоновым? Тот шрам на вашей руке? - поинтересовался Кеша, - простите, я случайно увидел.       - Ты прав, если я могу помочь, я не позволю разрушить ему еще одну жизнь, - омега опустил взгляд в тарелку.       - Вы тоже были? - Кеша не смог выговорить в слух "шлюхой".       - Нет, - оборвал вопрос следователь,- проституцией я не занимался. Давно дело было. Тогда Организацией управлял Мамонов-старший, а Александр был вконец охуевшим мажором. Мне было шестнадцать. Я пошел с другом в клуб, там мы и познакомились с Александром и компанией его дружков-прихвостней. А потом он вызвался нас подвезти. Как же наивны мы были, согласились, не подумав о том, что может за этим последовать. Нас насиловали до утра, я Александру, наверное, очень приглянулся, мне он уделил особое внимание. - Любомир закатал рукава, продемонстрировав на обеих руках шрамы: ряды точек от сигаретных ожогов от запястья до локтя. - А потом нас просто выкинули, выжил только я. Я пробовал судиться честно, но дело начало поворачиваться так, словно я сам хотел всего этого и мне это нравилось, такое своеобразное БДСМ, и вообще мы с другом два наркомана и помер он от передоза, а я тут пытаюсь оболгать честного человека. – Вилка в руке омеги дрогнула. – Я тебе, наверное, аппетит испортил.       - Скорее, это я вам порчу своим лицом.       - Не такой уж у тебя и страшный шрам, я и пострашнее видал, главное, что ты живым остался. Давай есть, а то остынет, - приступил к еде Любомир.       - Любомир Святославович?       - Просто Любомир, мне только 33, - следователь оборвал омегу на полуслове.       - Любомир, - Прокофьев одобрительно улыбнулся, - я знаю, что еще рано, но я бы хотел поспать, просто привык много спать в больнице и очень устал.       - Сейчас постелю тебе на диване.       После раннего ужина Иннокентий разместился на диване в гостиной, в которой располагалась старая советская стенка и толстозадый телевизор, произведенный не только в прошлом веке, но и тысячелетии, зато пружинный диван выглядел почти новым. Омега лег, повернувшись лицом к спинке дивана и тут же уснул. Впервые за долгое время юноша почувствовал себя в полной безопасности.

***

Конец декабря.       Был конец рабочего дня. За окном гудела улица. Сам следователь сидел в своем кабинете, разбирая стопки бумаг. В офисе полиции почти никого не было. В центре кабинета стоял простой письменный стол, находившийся там еще со времен СССР. Вдоль стен располагались шкафы, занимая большую часть пространства.       Тут в дверь постучали и, не дождавшись ответа, в помещение зашел высокий красивый альфа, лет за 30. Его черные волосы были заплетены в короткий хвост, а серые, иногда кажущиеся черными, глаза прошлись по пространству помещения и остановились на хозяине кабинета. Мужчина был одет в черный, расстегнутый плащ, доходивший ему до колена. Под плащом скрывался черный костюм, поверх белой рубашки. Образ завершал черный галстук-бабочка.       - Вы кто? – омега оторвал взгляд от бумаг, - дежурный о вас не предупредил. Вы что-то хотели?       - Я так сильно изменился, Любомир? – альфа посмотрел прямо в глаза мужчине.       - Воронцов? - удивился омега, и в тоже время в его взгляде читалось: «Увидел привидение», - давно не виделись. Очень давно.       - Как-то не было времени, - в тоне альфы это не звучало оправданием, каждым словом он излучал уверенность.       - Чтобы позвонить, много времени не нужно, - обиженно сказал омега.       - Прости.       - Ты бросил меня одного, - в голосе все еще звучала старая обида.       - Не время для сантиментов, я по делу, - не дожидаясь приглашения, альфа уселся напротив следователя.