Пора взрослеть, Кёя.

Каваллоне, шумно выдохнув, вылезает из машины, оглядывая здание. Ничего не изменилось, ничего не разрушено, значит, Кёя не так сильно злится на него. По крайней мере, в это Дино решил поверить, ведь "во всем нужно видеть хоть каплю хорошего". Хотя кто знает, может, как только он зайдет, то сразу же почувствует всю кару "Облака" Вонголы. Пока блондин идет к комнате Кёи, старается не паниковать и не волноваться, по сути, именно сейчас он и нарушил свое обещание. А оправдания Хибари может и не выслушать. И вот он уже стоит у двери, ведущей в комнату хранителя, представляя, как его на красивом японском посылают ко всем чертям, ну или сразу же запускают ему в лицо что-нибудь тяжелое. Тихо стучится в дверь... Двигаться ему все еще больно, ведь ему дали обезболивающее на определенное время, которое, по всей видимости, уже истекло, а в остальном была обычная перевязка, которая от всего дискомфорта, к великому несчастью Ханеумы, никак не избавляла. Но что поделать, раз уж так случилось. Блондину не впервой, ведь боль в боку можно и стерпеть, единственная заморочка — это ежедневная смена перевязки, но и это ничего по сравнению с тем, что грызло его изнутри. Чувство вины за то, что он не только не смог выполнить свое обещание, так еще и не сказал японцу ни слова о том, что задержится. Немного собравшись с мыслями, открывает дверь и заходит в помещение, закрывая все свои пути отступления на замок. Это, чтобы дать себе понять — бежать некуда, тем более, с ранением он уже далеко не убежит. — Кёя, — неуверенно зовет брюнета, не решаясь пройти в комнату, оставаясь у входа, — извини, я опоздал, — улыбнувшись в своей обычной манере, проговаривает, а передвигаться ему все же не так уж и легко. Но на слова Хибари никак не отреагировал, по крайней мере, так показалось блондину. На самом деле он вздрогнул, когда услышал голос Каваллоне. Он продолжает смотреть в окно, не смея повернуться. Почему-то за все время он уже успел, казалось бы, сойти с ума. Просто он не хотел оборачиваться, не хотел, чтобы блондин увидел его таким. Толика гордости в нем все еще продолжала разжигать огонь. — Кёя, ну не злись, — жалобно тянет гласные звуки, надеясь хоть как-то привлечь внимание "Облака" к себе: "Ну неужели ему настолько наплевать, что он просто даже не поинтересуется, почему я так долго пробыл на переговорах?!" "Дурак, как я могу на тебя злиться", — в мыслях произносит хранитель, но сказать вслух не может. Разворачивается к "Небу" лицом, заглядывая в шоколадного цвета глаза, читая в них некую вину и волнение. Кёя облегченно вздыхает и медленно подходит к итальянцу, почти вплотную, осторожно вдыхает его запах. Словно бы тот за одно мгновение сможет испариться, ускользнуть от брюнета. — Живой... — только и может произнести. — Живой? — переспрашивает Каваллоне, удивленно осматривая Кёю, отмечая, что тот выглядит, конечно, довольно-таки потрепанно. — Что ты имеешь ввиду? Это же... — начинает, но не успевает договорить, так как видит, что его уже никто не слушает. Глаза хранителя слипаются, и он уже чувствует, как начинает падать. Ханеуме хватает мгновения, чтобы сообразить, что происходит и в чем дело. Чтобы подхватить падающее тело и сразу же поднять на руки, прижимая к себе. — Тц, черт... — тихо шипит, понимая, что напрочь забыл о ранении. И только когда острая боль пронзает весь левый бок, когда болезненный электрический разряд проходится по телу, парализуя и не давая двигаться несколько секунд, он вспоминает, что врачи не просто посоветовали, а настоятельно порекомендовали не перенапрягаться и не давать своему телу лишние нагрузки. Только отдых и еще раз отдых, но разве можно думать о себе, когда твой любимый человек в таком состоянии? "Эх, потом схожу, и мне перевяжут. Сейчас еще и майка опять будет в крови", — мысленно негодует, стараясь не заострять внимание на своей боли, Дино доносит своего ученика до кровати и укладывает. Двигаться было по-прежнему тяжело, а болезненные ощущения совсем не давали даже вздохнуть по-человечески. Идти в свою комнату, переодеваться, а тем более мучиться с перевязкой ему совсем не хотелось, поэтому у него остался лишь один вариант. Чтобы лишний раз не передвигаться, он просто лег на кровать на спину рядом с Кёей, повернув голову к нему и всматриваясь в его лицо. И ведь итальянцу даже не верится, что из-за него Хибари даже не собирался идти спать. Да еще и ему успела служанка пожаловаться на грозного главу ДК. Ведь тот мало того, что не выходил из комнаты, так еще и отказывался от еды, что ему была предложена прислугой. "Вот ведь непослушный ребенок", — усмехается Каваллоне, смотря на бледное лицо хранителя. Но затем взгляд перемещает на себя, из-за чего замечает, что на светло-бежевой майке все же появились алые пятна в местах соприкосновения ткани с бинтами на ране. Понимая, что "встать и пойти на перевязку" сил у него явно не хватит, особенно на "подняться с кровати", он принимает решение остаться на месте. Не обращая внимание на тянущую боль, оставаясь лежать на спине, так и заснул. Последней мыслью было лишь то, что с утра ему нужно будет заставить своего любимого поесть, хотя бы немного. Природа только-только начала просыпаться от чар ночи. Молодой месяц отдал свое место алому, только появившемуся из-за горизонта солнцу. Ранее утро дает начало прекрасному субботнему дню, прогоняя ночную темень до наступления вечера. Солнце уже принялось купать в своих золотистых лучах все, что попадется тому. Шаловливые солнечные зайчики уже во всю прыгают по окнам домов, закрадываясь в уютные комнаты и бегая по помещениям. Они незатейливым образом выбирают своих жертв, чтобы пробудить их, просто светя именно на лица, заставляя жмуриться и прятать глаза в тени. Брюнет просыпается с неким трудом, совершенно не хотелось открывать глаза. Голова нещадно болела, поэтому все попытки вспомнить, что произошло, не увенчались успехом. "Я упал в обморок? Кто меня перенес?" — мысли продолжали медленно сменяться одна за другой, но ответа это не давало. До тех пор, пока взгляд не натыкается на мирно спящего рядом Дино. Но вдруг серо-голубые глаза в ужасе раскрываются, а вся дремота мигом исчезает. — Что с тобой? Эй, Дино... Да проснись ты! — голос на некоторых словах дрогнул, ощущение, словно у него начинается паника. — Ммх, — тихо простонав, Мустанг нехотя открывает глаза, ведь даже сквозь самый крепкий сон он услышит голос Кёи, которого он и замечает рядом с собой. "Что? Я же вчера ничего с ним не сделал, что на этот раз?" — надеясь, что на него не сильно злятся. — Кёя, что случилось? — чуть морщась от болезненных ощущений, Ханеума приподымается на локтях, внимательно осматривая брюнета. — Что с тобой? — как-то обеспокоенно проговаривает, не отрывая взгляда от засохшей крови на светлой майке блондина. — Тебя ранили?! — Ммм, да, я думал, что у меня сквозное, а оказалось, что из меня пришлось вытаскивать пулю, поэтому я так и задержался, — виновато улыбается Дино, внимательно смотря на своего ученика. — Не злись, пожалуйста. Да и не переживай, сейчас все нормально, — обнимает хранителя за шею одной рукой и тянет на себя, успевая коснуться губ любимого своими. От этого мимолетного поцелуя у него моментально повышается настроение. — Точно? — "Облако" хоть и позволяет ему такое творить с ним, но все так же беспокоясь, что ему совершенно не свойственно, отрывается от теплого тела. Он уже смирился с тем, что волнуется за это неуклюжее чудо и принял в себе эти чувства, поэтому с некой уверенностью заглядывает сейчас ему в глаза, цвета горячего шоколада. — Точно, — а Каваллоне все также солнечно улыбается, радуясь тому, что за него так переживают. — Не в первый раз же получаю ранение, — бросает взгляд на настенные часы. Шесть утра, еще так рано, но они и уснули в прошлый день намного раньше, чем обычно. — И часто тебя так? — аккуратно проводит по пятнам крови на футболке, не задевая самого ранения. Хотя бинты вместе с кровью за половину суток успели подсохнуть, отчего бок неприятно ноет, когда Дино хоть как-то двигается. — Нет... Не часто, но бывает, — задумчиво произносит. — Ничего, скоро все пройдет. — Ясно, — тяжело вздыхая, чуть ли не шепотом произносит Хибари. — И вообще, что это за забастовка была? — сразу же вспоминает горе-учитель про жалобу служанки. — Мне опять тебя самому кормить? — усмехнувшись, чуть посмеивается, вспоминая тот раз. — Мне было не до еды, как ты уже сам понял! — сразу же начал возмущаться, недовольно хмуря брови. — Ты обещал вернуться вечером, но так и не приехал, ты хоть знаешь, как я волновался?! — ему было даже обидно за то, что Дино его совсем не понимает, что выдавал один жест — сложенные на груди руки. — Ммм, вполне себе представляю, как... — виновато отводя взгляд, понимает, что все-таки сам он виноват в своей легкомысленности. Но затем снова смотрит на своего любимого ученика, притягивает к себе за ворот рубашки, целуя в губы, а после тихо, но уверенно проговаривая в них. — Я люблю тебя. — Я тоже, очень сильно, — этого ответа не ожидал ни Дино, ни Кёя, но оба были довольны. Мустанг не ожидал, что японец ему признается, ну а Хибари не ожидал, что скажет это вслух, что это произойдет так просто, хотя раньше он мог выдавливать из себя только какие-то междометия. Эти несколько слов давались ему так трудно, а сейчас просто, с такой легкостью слетели с его губ. Он прижимается к родному телу, в грудной клетке разливается такое приятное тепло, словно гора с плеч после признания. А его в это время аккуратно обнимают, несмотря на то, что любые телодвижения отзываются болью. — Кёя, а теперь живо в душ и приходи в столовую, — улыбаясь, старается проговорить слова как можно спокойнее. — Хорошо... — кивнув в знак согласия, заставляет себя отстраниться от блондина и уйти в душевую. В это время Ханеума с великим трудом поднимается с постели, понимая, что вчера ему было бы подняться гораздо легче. Но утренние слова заставляют прогнать предыдущие мысли и подумать об обратном. Зайдя к себе, кидает майку на кровать, лишь одев другую, но черную, чтобы кровь не была видна, если рана и будет кровоточить. Затем спускается на кухню, приготовив омлет, дожидается ГДК, пока тот примет душ и спустится в столовую. Он молча садится за стол и приступает к завтраку, в прочем, Дино решает последовать примеру, но остановившись на половине порции, понимает, что уже больше не может. Самочувствие стало хуже, даже кусок в горло не лезет больше. — Я пойду к нашим врачам на перевязку и за таблетками, — поднявшись из-за стола, проговаривает. — Чем днем займемся? — Не знаю. Лучше иди лечись, — как-то обеспокоенно смотрит, вспоминая то кровавое пятно на майке. — Ладно, тогда зайди в мой кабинет, там есть дверь возле шкафа, она ведет в комнату с домашним кинотеатром. Так что посмотри по полкам разные диски, если найдешь интересное что-нибудь, поставь... Я туда приду... Там, кстати, много книг в шкафу, ты увидишь. Но они на итальянском, можешь тоже что-нибудь взять, или просто возьми ноутбук и посмотри что-нибудь в интернете. В общем, там есть, чем заняться, — быстро произносит блондин и уходит из комнаты, морально готовясь к выслушиванию лекций врачей. — Ясно, — в пустоту отвечает, провожая взглядом Каваллоне. День начался довольно-таки неплохо, но чем он закончится, никто не знает. ___________________________________________________________ P.S. Всем большое спасибо за внимание. Надеюсь, я Вам еще не совсем надоела? В общем,хотелось бы заранее сказать, что осталось написать всего две-три главы и можно ставить статус "Завершен". На самом деле я хочу пригласить Вас в группу: http://vk.com/reg_and_pony Буду с нетерпением ждать Ваших оценок и отзывов)

С Уважением, Ваш Рег!