Жить для... (Часть 1)

- Мы тут, Андрюха, озаботились вопросом, о чем это ты говорил? Чему это он у тебя научился за четыре месяца? – спросил Кир, как только мы вошли. На этот раз мы вернулись вовсе не в гостиную, а в комнату на втором этаже, в которой я ни разу не был. Она была необычная, пятиугольной с эркером. В ней совсем не было традиционной мебели. Первым мне бросился в глаза шелковый ковер с изящным рисунком. На вскидку - иранский. Коленям было очень приятно на нем стоять. Я прополз на средину комнаты, как мне велел Андрей и замер. Огляделся. По полу были разбросаны подушки разных размеров и форм. Пара пуфиков и низкая оттоманка в углу, небольшой деревянный столик с изразцами и конечно же лежанка, низкая, но широкая, застеленная шелковым покрывалом. На стенах – обои, но я так давно таких не видел! Это был натуральный шелк и одному Богу известно, сколько стоили такие обои. Окно было огромным, но с витражным стеклом, которое плохо пропускало свет с улицы, но зато давало цветные блики на полу и стенах. По стенам, тут и там висели канделябры с настоящими свечами. И самый главный атрибут - большой, потрясающе красивый кальян в дальнем углу комнаты. К нему уже видать не в первый раз присосался Кирилл. В отличие от меня он явно чувствовал себя здесь достаточно привычно. Андрей дернул шнур у двери и что-то сказал появившемуся работнику. Через несколько секунд появилась Марина, вкатила столик с фруктами и выпивкой. Хозяин прошел вглубь комнаты, налил себе что-то в стакан и уселся на оттоманку. Я поневоле залюбовался. Он был красив, расслаблен и соблазнителен. Я подумал, что горжусь тем, что принадлежу ему. Он весьма уместно смотрелся в интерьере - в халате и шлепках на босу ногу - но куда ему до меня. Я вписывался вообще очень естественно - обнаженный раб в ошейнике на коленях. После первого глотка Хозяин щелкнул пальцами, подзывая меня к себе. Я моментально оказался у его ног, замер съежившись. После клеймения я чувствовал себя рядом с ним как-то по-новому, более спокойно что ли. Будто домой вернулся. Присутствие посторонних казалось ненужным и неправильным. Мне хотелось попросить Хозяина увести меня куда-нибудь. Нет, дело было не в неловкости, а скорее просто в невозможности расслабиться, отдаться своим слабостям, желаниям, необходимость так или иначе играть на публику. Я замечал странные взгляды - гости меня вроде как и жалели и любопытствовали. И эти ненужные мне эмоции заставляли напрягаться и отвлекаться от своей роли. - Да ты присядь, Серег, чего ты мечешься, расслабься. Сергей Алексеевич, наконец, определился с выбором выпивки и тоже уселся. Видимо он не был любителем кальяна, но выпить ему было просто необходимо. Он явно нервничал и переживал о чем-то. Андрей снова щелкнул пальцами и я перевел взгляд на него. Правильно, не отвлекаться. Моя задача - внимательно отслеживать, что он хочет и выполнять это. В этот раз я понял с одного жеста – зубами снял с него шлепки и принялся вылизывать ноги. С облегчением, с глубоким внутренним удовлетворением прижался языком к стопе. Суетиться нельзя, надо работать тщательно, правильно. Я старался. И только через некоторое время заметил, что наступила какая-то неестественная тишина. В недоумении поднял голову – вдруг я что-то не так делаю? Даже испугался. Нет, все было так. Просто, кажется, друзья моего Хозяина немного обалдели. Разум мне не отказывал. Я понимал, что для них мое поведение наверное не очень привычно смотрится, но я уже давно к этому привык и твердо знал свою роль. Что ж, они хотели узнать, чему я учился - пусть смотрят. Я, тщательно вылизав ноги хозяина, пососав каждый его палец позволил себе двинулся чуть наверх. Поднял взгляд - можно? - Подожди, может мои друзья тоже захотят. Я покорно опустил голову. Жду приказа. - И что, мне тоже ноги вылижет? - в голосе Кирилла насмешка и отвращение одновременно. Или мне кажется? Но я знаю, что должны быть. - А ты хочешь? В воздухе опять повисла тишина. Я, не поднимая головы, не мог точно сказать, почему, но мне было неинтересно. Я слушал себя, мое состояние было сейчас значительно важнее. Внутри меня ничего не колыхалось. Почти. - Нет, пожалуй, нет. Это наверное будет чересчур. - Вообще-то, он это сделает, если я прикажу. Я верно говорю, Влад? Тебе не придет в голову ослушаться? Я с недоумением на него посмотрел. Я же только что ему поклялся, и часа не прошло. И я держал свои мысли, эмоции, инстинкты в жесточайшей узде. У меня не отшибло память, я не оторвался от реальности. И я собирался выполнить любой приказ Хозяина, чего бы он не пожелал. Я помнил, что уже не раз обещал ему это, но сейчас появилось какое-то новое чувство, будто рамки совсем исчезли. Я все еще не мог представить себе полета его фантазии, но теперь это было уже неважно. Я хотел слушаться, я знал, что его задания будут трудными и я забыл, заставил себя забыть половину русских слов, означающих мое сопротивление - "гордость", "возмущение", "невозможно".... - Нет, Господин, я никогда Вас не ослушаюсь. - Я понял, Андрей...., - Кирилл снова попытался вмешаться. - Покажи себя, - приказал Господин. Я отползаю чуть назад, выгибаюсь пластично. - Андрей, не надо.... Это голос Сергея Алексеевича. Я стараюсь его не слушать. Он может выбить меня из правильного настроя, из покорности, из осознания себя тем, кто я есть. Я не зря учился танцевать, двигаться я умею. Сейчас моя задача – соблазнить, чтобы меня даже натурал захотел, вывернуться наизнанку, бесстыдно показать всего себя и снаружи и изнутри. Обнимаю себя руками, глажу по телу, прихватываю соски - колечки очень кстати. За них я могу тянуть, крутить и получать свою боль с возбуждением. Мой член моментально реагирует, встает колом, но его я коснуться не смею, мне нельзя. Я гнусь, широко расставив ноги бесстыдно демонстрирую все, что у меня есть, стараюсь. Был бы пилон - я бы на нем извернулся.... Под конец облизываю пальцы и поворачиваюсь к зрителям спиной. Высоко задрав зад, широко раздвигаю руками ягодицы, демонстрируя готовность, приглашая. Внутри меня все бьется, жаждет. Вставляю в анус пальцы, не сдерживая пошлый стон. Два пальца одной руки, два - другой, начинаю тянуть, разрывая себя пополам. Дышу глубоко, натужно, тело жаждет использования, но совсем не факт, что моя готовность нужна Хозяину. Я уже готов плакать от желания. Мелькает мысль, что Хозяин просто хочет показать, насколько я доступен, насколько готов. И от осознания того, что мне, скорее всего, ничего не светит окончательно теряю голову. Слышу шумные вздохи. Ловлю ошалелые взгляды. - Ты, Серег, просто не знаешь, от чего отказываешься. Хочешь? - Ты с ума сошел, Андрей. У меня жена и ребенок.... И вообще.... Его голос дрожит. Кажется мне или он меня хочет? - Андрей, - это голос Кирилла, - я могу понять, какого черта ты с ним..., но мы, черт возьми.... Нас-то зачем? Так. Хочешь трахать его - трахай, но не втравливай нас в это. - То есть, ты считаешь, что вы оба - белые и пушистые? И вас, ягнят таких, злой дядя Андрей развращает и плохому учит? И совсем-совсем вы ни причем? И то, что вы оба сейчас слюной исходите - это, типа, мне приглючилось? - Нет, Андрей, конечно нет, но, трахать человека, который тебе дорог.... - Он не человек. Где вы тут сейчас видите человека? Он - вещь и только что сам это признал. Я, знаешь ли, четыре месяца ему это в голову вбивал и до него наконец дошло. Так что у меня сегодня праздник. И я хотел отпраздновать. И поделиться с вами, моими самыми близкими друзьями, этой радостью. А вы как-то совсем меня не поддерживаете, - в голосе Андрея звучало наигранное сожаление, - Ну скажи, Кир, почему я не могу поделиться с тобой своей собственностью? Деньгами могу, а рабом нет? - Потому что другу твоя... собственность не нужна - голос Кира уже злой, он явно на что-то рассердился. А я стоял и думал, что если они откажутся, мне может попасть за то, что не смог их соблазнить. Это действительно моя вина. И, в подтверждение моих мыслей, Хозяин встал, подошел ко мне и дернул за ошейник. - Что ж, видать ты плохо старался, раз мои друзья тебя не хотят. Сергей, похоже, тоже понял, к чему все катится, но в отличие от меня, его это взволновало. - Эй, Андрюх. Постой, не надо на нем отыгрываться. Ну, ты же должен понимать..., что он вполне.... Он старался.... Просто мы не... готовы. - Вот и я говорю. Старался, но плохо. И за это сам знаешь, что бывает. Я проследил взглядом за Хозяином. Он снова дернул за звонок и снова что-то приказал служащему. Прикрыл глаза. Не вываливаться, не уплывать из настроя.... Держать себя в руках. Я плохо старался. Мне стыдно - Господа меня не захотели. Муть в голове от возбуждения почти не позволяла нормально оценивать обстановку. Но я смог, понял - вина стала последней каплей. Вина сделала желание невыносимым. Вина - ненормальная, на пустом месте - потребовала действий Хозяина. Она потребовала своего - наказания, агрессии, боли, и проникновения - жестокого и неотвратимого. Я с трудом удерживался, чтобы не начать просить. - Да, Господин. Я заслуживаю наказание, Господин. Простите. - Видишь, Серег, какой послушный, понимающий. Мне пришлось много потрудиться, чтобы сделать себе такого. Зато теперь мы с ним хотим одного и того же. Полное взаимопонимание. Я с нетерпением, откровенно терся задницей о собственные пятки, теряя контроль, совсем не думая, на что сейчас похож. Хотел так, что казалось сейчас сорвусь, нарушу правила. Руки дрожали от желания прикоснуться к себе, хоть как-то облегчить состояние. Хозяин не торопился мне помочь. Ему нравилось смотреть, как его раб растекается лужей от возбуждения. Вошел служащий, поставил около входа высокое кашпо. Это из тренажерки. В нем Хозяин хранил стеки, палки и прочий длинный ударный инструмент для наказаний. Выбрав длинную гибкую палку, хозяин подошел ко мне, провел ее концом по моему заду, намекая на ожидающую меня экзекуцию. Одна мысль об этом вызвала новый приступ горячечного желания. Палка вдруг уткнулась мне в шею, слегка надавила и я наклонился, подставил тело под удары. Андрей придавил мою голову к полу, поставил на нее ногу для большего удобства. От первого удара я только вздрогнул. - Ты, Серег, говоришь, что он вам дорог. Но на самом деле ты врешь. Изображать дружбу и быть другом - это совсем разные вещи. Вы "дружили" потому что каждому из вас было выгодно находиться рядом с ним. Он - феерический, талантливый, смелый до наглости был слишком популярен, слишком всем нравился. Второй удар - только выдыхаю шумно, мелькает мысль, что могу кончить, вот просто потому что бьет. - Разве ж такому говорят, что он неправ? Разве, Кир, ты стал бы рисковать своей репутацией ради пришибленного ботаника? Боялся? Он ведь тогда полшколы мог против тебя настроить. А ты никогда не был дураком. И молчал в тряпочку. Третий удар оказался сильнее, злее, но я умел терпеть. - Ладно, ты Серег, иногда пытался его остановить. Я помню как ты мягко журил его после того, как он очередной раз отделывал меня. И конечно я помню, как вы мне помогли. Я не настолько неблагодарная свинья, чтобы это забыть. Помогли, чтобы обеспечить игрушкой своего неугомонного приятеля. И не врите мне что вы ничего не знали. Может и не присутствовали, но знать - точно знали. Такое не скроешь. Очередной удар. Я никогда не думал, что мои бывшие приятели догадывались о моих тайных пристрастиях. Но, черт возьми, действительно, разве ж шило в мешке утаишь? Я вдруг понял - не только мои ближайшие друзья - все знали, что я чморю Знаменского. Все молчали. Еще удар. Хорошо, больно, правильно. Так сильно и весомо. Я благодарен Хозяину. - А я влюбился. Вот в это вот феерически-жестокое создание. И да, постепенно я стал по-другому относиться к своему положению, к его издевательствам. И сейчас я на него совершенно не обижен. Я получил что хотел. И да, вроде бы обижаться поздно. Только вот не говори мне Серег, что он вам дорог. Это вранье меня бесит. И еще удар, такой сильный, что я не выдерживаю, вскрикиваю. И кончаю. Нога Андрея отпускает мою голову. Мое тело сотрясается от оргазма. Я шепчу: - Спасибо, спасибо, Хозяин. Спасибо.... И понимаю, наконец простую истину - он никогда не обижался на меня за мои выверты, он никогда не хотел мстить. Он обижался на ребят, которые совсем неправильно себя вели. Нет, чтобы вломить мне тогда, чтобы мозги прочистились. Не хотели променять удобного "друга" на неудобного "ботаника". Пассивность, наплевательское отношение - вот что его бесило больше всего. Я понял, Хозяин, понял тебя. Андрей отошел, снова уселся на оттоманку. - Знаешь Серег, даже сейчас вы не захотели ему помочь. Уже зная, что я его за это могу наказать, зная, что он может и даже хочет подставить свою дырку, через свои интересы вы перешагнуть ради него не смогли.