На таких не женятся

Паркер знала непреложное правило: в дамскую сумочку должно помещаться пиво. Вещмешок, отданный Роаном, отлично подходил на эту роль и гармонировал с платьем, только гремела Кэсс, идя по улице, вовсе не пивом: шуршание картонных упаковок и звякание стекла угнетали. Но должны были спасти две жизни. Кэсс оттянула ворот бесформенной куртки, осторожно скосила глаза на пропитанную кровью повязку на бицепсе: рваная рана уже не отдавала острой болью, лишь ныла, кровь запекалась, но это значило лишь то, что ей нужно торопиться — обеззаразить и зашить руку нужно было раньше, чем она осядет в иступленной усталости на улице. В переулках квартала аффракционеров Кэсс, в мужской куртке на плечах и серебряном платье, была сбежавшей с бала принцессой. На празднике оставила хрустальную туфельку и визитку, на случай, если принц совсем тупой. По дороге также затерялся кусок кожи с руки и моральный компас. Ситуация такая: некогда быть новичком. Паркер сквозь стон удобнее перехватила мешок и поспешила обратно к «Крестам». Несмотря на то, что чувствовала сейчас она себя увереннее, чем в четырнадцать, шастая по заброшкам, новые навыки применять при случае не хотелось. Но закон Мерфи сработал против нее. Курившие у ларька трое мужчин имели хорошее зрение и уже заприметили мелкую девчонку. — Красавица, заблудилась? Уставшая паника прокатилась по костям. — Нет, но спасибо за беспокойство, — корявая улыбка промелькнула на лице и исчезла, Паркер поспешила дальше. — Погоди, давай, мы тебя проводим, — один из мужчин в два шага обогнал Кэсс, встал перед ней, вынуждая снова подчиненно улыбнуться, чтобы не вызвать агрессии. А что она могла? Ударить по коленям? Может быть, но двое уже приближались со спины, а с собой у нее не было ни пистолета, ни ножа. К тому же, уже почти член фракции, Кэсс все еще была девчонкой, сбить с ног которую можно было чихом. Против троих рослых мужчин могла помочь только дипломатия. — Спасибо еще раз, но я уже почти пришла. Парни, дайте пройти, — мозг отказывался работать, нервное напряжение вечера забрало все силы. Ей нужно было отнести лекарства Эрику. И самой подлататься. Снова. — Да ладно, неужели ты будешь против нашей очаровательной компании? — глаза мужчины опасно блеснули. Он был высоким, в темноте Паркер даже не различала лица. Кэсс понимала, что ситуация опасная, но мужчины скорее дразнились: вопреки стереотипам, в квартале афракционеров не было опасно. Не опаснее, чем в других. Это было не гетто, где Паркер внедрялась во фронт Свободы. Так почему, побывав в немыслимых ситуациях, болтая с семьей наркоторговцев в Прайде, получив несколько ударов от Виктора в темных коридорах бесстрашия, она должна бояться этих подвыпивших работяг? Но она боялась. Хоть и приготовилась, если ситуация так развернется, драться до смерти. — Куколка, не бойся, — подошедший сзади развернул ее к себе за руку, заглядывая в лицо. Благо, за здоровую руку. — Мы тебя не обидим. — Я в этом не сомневаюсь, — уверенно кивнула Паркер. — Вы выглядите такими надежными. Может и правда проводите меня? Девушке одной ночью небезопасно ходить, я всякое слышала. Натянутая улыбка и звонкий голос скрывали готовое к яростную прыжку тело, а психологический хлипкий трюк был последней надеждой на спокойный остаток вечера. Паркер с наивным вызовом посмотрела мужчине в глаза и вдруг лицо его изменилось. Он странно посмотрел на Кэсс, отошел на шаг, шепнул что-то на ухо товарищу. Тот замялся, тоже оглядел Паркер с ног до головы, передал шепотом информацию третьему. Атмосфера изменилась. — Да, конечно, проводим, — азарт пропал с их лиц, Кэсс настороженно огляделась, но мужчины успокоились и помрачнели — в ее сторону больше не испускалось флюидов опасности. — Пойдем, — один из них подтолкнул девчонку в спину, они зашагали к Крестам. Усталость сработала на руку: Паркер молчала. Не испортила хрупкое равновесие миллиардом подколок и вопросов, тупо смотрела перед собой и шагала по гравию. Неожиданный и необъяснимый эскорт и правда довел ее до дверей Крестов. Затем мужчины развернулись и просто ушли в темноту, оставляя Кэсс наедине с натянутыми нервами и недоумением. Город смыкался вокруг нее, Паркер в три затяга выкурила сигарету и скрылась за дверью. Недостатка в спектре эмоций она сегодня не испытывала. Еще три часа назад Кэсс вальсировала, стуча каблуками по зеркальному паркету, теперь же доставала шприц с антибиотиками из вещмешка, чтобы привести в чувства раненого лидера в комнате над баром. Кажется, к контрастам пора привыкать. *** — Эрик, дай мудрый совет. — Паркер сосредоточилась на моменте, не время было думать о прошлом. — Что мне делать с рукопашкой? Лидер вывернул руль вправо, выехал на край парковки перед зданием, где разворачивалось действо, персонажами или пешками которого им предстояло стать. — Выразись так, чтобы я не задавал уточняющих вопросов. — Он бросил многозначительный взгляд на Кэсс. Она должна привыкать говорить по существу. По крайней мере в моменты, когда не произносит тысячу слов в минуту. — Хорошо. — Паркер вздохнула, сосредоточилась. Мотор заглох. Фантомная боль сломанных ребер сквозь вату обезболивающего волной прошлась по груди. — Я знаю, что неплоха в рукопашном бою, я доказала это, вырубив помощника Винсента, — крохотная довольная улыбка поцеловала девчонку в уголок губ. Лидер тихо хмыкнул. — Но понимаю, что с подготовленным превосходящим по силе противником, как сам Винни, не справлюсь. На какой ступени подготовки я с такими данными пойду нахер? Кэсс осознавала, что рейтинг курсантов значит многое, но не все. И как бы она не пыталась доказать свою состоятельность, как бойца, догадывалась, что ее могут распределить в координаторы или методологи. Даже в политику — путь был только через специальные отряды. Управлять фракцией войнов мог только воин. Но Кэсс понимала, что как бы ни старалась, в итоге важен результат. Приготовилась к приговору. Но на первой ответной фразе Эрика брови ее взметнулись вверх, а надежда вперемешку с облегчением заставили губы растянуться в широкой улыбке. — Если будешь умнее, ни на какой. — Пожал плечами лидер. — Силовым структурам нужны сильные солдаты с навыками, но нужны и те, кто будет ими управлять. — Многозначительная, смешливая улыбка в одних глазах была понята Паркер правильно. — Несмотря на то, что мы не в эрудиции, на задании без мозгов не выжить. — Мужчина положил руки на руль, оглядел парковку за лобовым стеклом. — Ставь на сильные стороны. — Он перевел взгляд на Паркер, без слов говоря, что тут ничего не поделаешь больше. Но она все делала правильно с самого начала. — Но с другой стороны… — усмешка тронула губы лидера, Кэсс проглотила вдох: когда Эрик в редкие моменты был… теплым? Нежным, спокойным, не собранным, рядом становилось тяжело дышать. Как когда он помогал ей раздеться, мыл голову или болтал о своей инициации под текилой… этот человек-скала наполнялся сам и распространял вокруг себя особую энергетику. Казалось, все у них будет хорошо. — Есть такая поговорка: у хорошего бойца в схватке есть пистолет. Если отняли пистолет, у него есть нож. Если потерял нож, есть миллион подручных средств: песок, палки, все, что под руку попадется. Но если у него не осталось ничего из вышеперечисленного и он вступает в схватку на кулаках… это плохой боец. Кэсс рассмеялась колокольчиком, утонувшим в кожаной обивке сидений. Фривольно, но без задней мысли на эмоциях хлопнула лидера по плечу, поправила разрез на платье. Нахмурилась, когда в миг заметила взявшееся ниоткуда напряжение Эрика. Даже огляделась. — Выходи, жди снаружи. — Лишь сухо бросил он. Кэсс с беспокойством оглядела мужчину: интуиция подвела? За углом ждет опасность, а она ничего не заметила? Но почему тогда Эрик просит ее выйти, пока вставляет в ухо связной наушник на волне со Свеггером и Джейд? — Все в порядке? — Паркер участливо заглянула лидеру в глаза, но тот не встретился с ней взглядом. — Да. Иди, покури, — Эрик лишь достал из бардачка пачку сигарет, бросил Паркер на колени и дал понять без слов или взглядом, что не потерпит промедлений. Кэсс закатила глаза, но возражать не стала, как и терять возможность: они давно перешагнули порог для того, чтобы устраивать глупые проверки. Паркер с удовольствием затянулась табаком, ежась от прохладных сумерек, выкинула поведение лидера из головы. Он тоже человек. Не всегда им угрожает опасность. Мало ли, пукнуть хочется. *** Эрик вышел через две сигареты, поправляя наушник в ухе. — Никак не мог успокоить стояк? Паркер не слышала разговора, но знала, что на линии их прикрывают Свеггер и Джейд. — Заткнитесь, — сухо бросил Эрик. Лидер протянул наушник Паркер тоже, взамен взял у нее сигарету, затянулся. Паркер поздоровалась с ребятами на проводе, покосилась на командира. — Все нормально? — Нормально. — Мужчина поправил воротник пиджака, выбросил сигарету, посмотрел на Паркер. — Нормально, — еще раз, но уже мягче добавил он и коротко улыбнулся, успокаивая Паркер. Эрик понимал: она имела право быть подозрительной и нервничать — без надобности не стоило заставлять девчонку быть наготове и оглядываться. — На девять часов Джоанна. — Приглушенно зазвучало в ухе. Кэсс посмотрела на лидера, затем обернулась, пытаясь понять, как на земле расположен невидимый циферблат и куда смотреть, но Эрик взял ее за запястье и развернул к себе прежде, чем Паркер заметила приближающуюся фигуру. Мужчина посмотрел ей в глаза. Кэсс увидела там пляшущего чертенка. — Сделай вид, что тебе нравится, — дернул Кэсс на себя и поцеловал. Паркер выдохнула от неожиданности: на трезвую голову это ощущалось совсем иначе. Голова пошла кругом, но язык действовал сам по себе. В момент она даже потеряла ориентацию в пространстве: Эрик наклонил ее, как в танцевальном па, не разрывая горячего поцелуя. Влажный вкус табака казался мечтой гурмана. Женщина прошла мимо дальше на парковку, Эрик поставил тяжело дышащую Кэсс обратно на ноги. Она усмехнулась. — Сделать вид? Лидер, ты не настолько плох, — она подмигнула мужчине, поправляя помаду. Игра в кошки-мышки сейчас была обусловлена тем, чтобы их на вечере, особенно Паркер, не воспринимали всерьез, но Кэсс подозревала, что сыграть эту роль можно было и другим способом. И выбранный Эриком, на грани дозволенного, ее веселил. — А девчонка молодец, — хрипло рассмеялся Свеггер в наушнике. — Эрик, у тебя, кажется, появился достойный партнер. Лидер покачал головой с улыбкой, подал Паркер локоть. — Лидер, ты что творишь с неофиткой, проказник! — Джейд же, напротив, не разделяла энтузиазма Свеггера, хоть и говорила несерьезно. — Это был единственный способ отвлечь внимание? Ты никогда так не делал. — Но у нас никогда и не было таких неофиток, — Паркер могла поклясться, что «услышала», как Свеггер играет бровями. Кэсс в эту минуту чувствовала себя в своей тарелке. С напарниками на связи, с предвкушением элегантного, но опасного задания, с таким мужчиной рядом… напарником. С таким напарником рядом. Все казалось правильным. — Ну, что, будем стоять тут и целоваться или пойдем и наведем шороху? — она взглянула снизу вверх на Эрика, смешливо бросила вызов: действительно, что это мы тут делаем? Никто же не понимает, что, правда? — Моего поцелуя на ночь тебе недостаточно для того, чтобы считать вечер удачным? — Лидер принял вызов, беря девушку под руку. Любому заданию не помешает капелька веселья. — Лидер, ты не настолько плох, но и не на столько хорош. — Паркер картинно отбросила волосы за спину. — Что может быть лучшим заключением вечера, чем подковерные политические игры? Мужчина хмыкнул, согласно кивнул. Посмотрел на Кэсс проницательно, заглянул в душу и улыбнулся. — Ты права. Но Паркер, — он остановился у стеклянных дверей, посмотрел на девушку серьезно, — сегодня у тебя задание: не отсвечивать. — Для этого меня надо было одеть скромнее, — Кэсс с улыбкой поджала губы, кивая на серебряное платье с разрезом до самого бедра, но Эрик отрицательно покачал головой. Взял ее за предплечья, наклонил голову, привлекая все внимание Кэсс. — Ты не поняла. Тебя должны запомнить только лишь как мою очаровательную спутницу, а не личность. Хихикай, улыбайся, но не запоминайся своим остроумием. Не запоминайся как Кэсс Паркер. — Мужчина отпустил ее руки, поправил рукава рубашки, взглянул исподлобья. — Если в будущем судьба забросит тебя в разведку, это пригодится. — Играть симпатичный аксессуар? — Кэсс вскинула брови, улыбнулась уголком губ. Встала лицом к стеклянным дверям, выдохнула, собираясь с мыслями. — Стереотип, но ладно. — Стереотипы спасут тебе жизнь. — Лидер ответил спокойно, встал рядом с ней перед дверьми. Они смотрели на отражения друг друга в прозрачном стекле, но разговаривали напрямую. Как и всегда. Только напрямую, без уловок. — Я же играю роль молодого лидера, опьяненного властью, который злится из-за прозвища «вечно второй». — Он хмыкнул, обернувшись к Кэсс. Она тоже посмотрела на лидера, повернув голову. — Который враждует с Фором и из амбиций у него — лишь показать себя. — Кэсс вскинула брови, Эрик улыбнулся тепло, со знанием дела. — Но когда люди смотрят на этот образ, куда проще делать то, что нужно, не привлекая внимания. Он был прав. Паркер, переваривая информацию, покачала головой, посмотрела на мыски туфель. Вернула любопытный взгляд на мужчину. — И как тебе в этой роли? — Ей было интересно. Она бы не поверила в сказку о том, что у лидера попросту нет гордости. — Какого это, не показывать все, на что ты способен? Почему тебя это не задевает, когда про тебя думают хуже, чем есть на самом деле? Эрик выдержал паузу. Задумался. Затем ответил. — Потому что те, кто должен, знают. Знают меня. — Он посмотрел на Кэсс твердо, уверенно, так, что она почувствовала поддержку. — Остальное не имеет значения. Ничего, ты еще проработаешь свою жажду власти. — Он тихо хохотнул, отрыл перед Паркер наконец дверь. — А пока — слушайся меня. — Он снова подал ей локоть и прижал руку Кэсс к себе в чуть более интимном, чем джентльменском жесте. — Я буду знать, какая ты на самом деле. *** Я осторожно присела на кровать, держа наготове шприц с каким-то антибиотиком, который сказал купить Эрик. Лидер выглядел неважно: видимых повреждений не было, кроме кошмарного вывиха плеча, который я, потея от напряжения, вправляла мужчине под его точные инструкции прямо у разбитой машины. Взрывное устройство, оторвавшее колесо, было не таким мощным, как когда нас выкинуло из джипа на задании. Господи прости, всего сутки назад. Но точечным. Машину повело в кювет и мы врезались в дерево: роскошный довоенный автомобиль Эрика хоть и спас нас крепкой кабиной, был безнадежно помят. В прострации, сидя у колес джипа напротив мужчины с неестественно вывернутой рукой, я могла лишь думать о том, как жалко будет потерять такой роскошный кожаный салон, в котором мне было так уютно. Таких ведь уже не делают. Руку жгло огнем, но в обморок я не падала: Эрик был прав. Тот позорный раз, когда я лишилась чувств в погоне за подругой и эрудитом из тоннелей в день воинской славы, я уже не собиралась переживать — опыта хватало. От новой информации мозг не был в шоке. Я уже получала порез по касательной от пули. Кстати, кажется, я была весьма удачливой, раз уже второй раз отделывалась только этим. Взрыв в машине и аварию тоже уже переживала. Однако, не оказывалась под открытым огнем. Эту часть лидер взял на себя: высунулся из-за машины и выпустил несколько пуль по направлению, откуда стреляли. Кажется, стрелок был один, судя по размеренным выстрелам. И после контратаки все стихло. Мы сидели на земле в парадных костюмах, грязные и напряженные, еще с три минуты, проверяя, правда ли все стихло. Затем Эрик попросил вправить ему плечо. Я и сама помнила некоторые детали этой процедуры, однако мозг напрягать не пришлось: Эрик сам рассказал поэтапно, что делать. А вот в физическом плане мне пришлось попотеть: рука болела, хоть я и понимала, что повреждение поверхностное. Видя, как бицепс мой кровоточит, Эрик ножом отрезал полоску от подола моего же платья и помог затянуть порез. Ворочать тяжелую, весом, кажется, в десять кило, руку лидера под разными углами, прежде чем вставить в сустав, было кошмарно тяжело: от удара, хоть я и была пристегнута ремнем безопасности, ребра снова ныли — не помогала даже лошадиная доза обезболивающего, влитая в меня через капельницу после учебного задания. Но я справилась. В самый болезненный момент лидер шумно выдохнул, но не закричал: по лбу его струился пот и я могла только догадываться, как ему больно. Наладонник лидера остался в машине, залезать обратно и искать его было опасно, надо было убираться с места происшествия как можно быстрее. Подогретый адреналином мой мозг выдал отличный вариант. Я сориентировалась достаточно быстро и сообразила, что ближе, чем до бесстрашия или ближайшего фракционного здания от объездной дороге, по которой мы возвращались, был район аффракционеров. И Кресты. И Роан, который мог помочь связаться с фракцией, приютить и дать лекарства. Лидер на мой план только удивленно усмехнулся и согласился. По пути Эрика несколько раз повело в сторону и вырвало: налицо было сильное сотрясение мозга. Он не был пристегнут и крепко приложился об окно при ударе головой. Я же, держась за ту часть сознания, которая не ахреневала еще от количества травм в теле и боли, уперто вела нас к цели. Роан был идеальным гостепреимным хозяином в этой ситуации: без особых вопросов проводил нас в верхнюю комнату, дал мне куртку и деньги, когда Эрик перечислил нужные лекарства, а сам остался довправлять своими сильными руками вывих лидера. Сейчас Эрика уже не тошнило. Он полулежал на кровати, бледный, но с ясным взглядом. Я вколола ему в плечо нечто из банки с труднопроизносимым названием, а затем мужчина сам осмотрел мою руку. — Понадобятся швы. — До завтра дотяну? — я с отвращением покосилась на руку. — Дотянешь, но лучше сейчас. Все взяла? — Да, вот, — я достала из вещмешка антисептик, упаковку с хирургическими иглами и нитью. — Можно просто перевязать и подождать до больничного крыла, если хочешь, это не критично, — повернув еще раз мое предплечье к себе, осматривая рану, сказал Эрик. — Я видела, ты хорошая швея, так что давай не рисковать все-таки, — я улыбнулась, по спине у меня забегали мурашки, когда его горячая рука обхватила мою выше локтя. — Или швей? В общем, шей, — я нервно хмыкнула, видя, как его большая ладонь смыкается кольцом на моем, как мне казалось, увеличившимся за последнее время бицепсе, однако его большой палец с мизинцем все еще могли сомкнуться вокруг него. Я встрепенулась, пытаясь сбросить наваждение. В маленькой комнате, где помещались лишь кровать и шкаф, горела одна единственная лампа, создавая совершенно ненужную интимную атмосферу. Я постаралась занять руки. Потому что рядом с Эриком нервозность отступала, я почувствовала, как по телу разливается слабость, но я должна быть собранной. Я поставила лампу ближе, сама протерла порез антисептиком, зашипев от кошмарного щипания, но через секунду оно прошло. Я вдохнула и забыла выдохнуть, когда увидела, что Эрик, севший на кровати, наклонился ко мне и дул на щипавшую рану. Я против воли улыбнулась. — Спасибо, — промямлила заплетающимся от усталости языком, протянула лидеру запакованный набор «швеи». Он принялся за дело, несмотря на головокружение, которое было заметно даже мне. — Есть идеи, что и почему вообще произошло? Я впервые с момента аварии подняла тему контекста. До этого было важнее решить насущные вопросы, вроде выживания. Однако ситуация вырисовывалась странная. Машину лидера подорвали наверняка заранее заложенным устройством. Но сделали это в определенном месте, где ситуацию контролировал человек. Все казалось подготовленным, однако это было не совсем так, если присмотреться. Снайпер, хотя лучше его обозвать просто стрелком, стрелял не из винтовки, и не издалека, раз Эрик смог его снять в кромешной тьме и всего за пару выстрелов. Снял, потому что от машины до железнодорожных путей мы добрались без проблем. И почему только один человек? Это было явно покушение, но будто бы плохо спланированное. Оставались вопросы: зачем и кто. — Пока рабочих гипотез нет, — тихо ответил Эрик, сосредоточенно зашивая мне руку. Он был так близко, что я кожей ощущала его дыхание. Делал свою работу аккуратно и бережно, я лишь слегка морщилась от покалывания. — Есть четкое ощущение, что мы собрали почти все пазлы, чтобы понять картину, но чего-то не хватает, — размышлял он. — Обычно слишком много хаоса означает последовательный план, который ты просто не видишь целиком. — Он сделал третий стежок и потянул нитку слишком сильно, я вздрогнула, Эрик положил горячую ладонь мне на спину, успокаивая. — Что мы имели до этого: разработку эрудицией совместно с прайдом чипов. Активизировавшийся фронт свободы, который с помощью Теи хотел заложить бомбу в центре города. Судя по реакции Леона, он об этом не знал и был весьма раздосадован. — Весьма, — я аж хрюкнула от ироничного приуменьшения, инстинктивно потерла горло, которое три часа назад сжимала рука Леона. Эрик заметил мой жест, вздохнул с усмешкой, положил опять ладонь мне на голую спину под платьем и повел вверх, до трапеций и шеи, в смешном расслабляющем жесте чуть ее помял, как бы сбрасывая неприятный фантом своим прикосновением, за что я была ему благодарна. — На вечере мы узнали, что главная тема элиты сегодня — предстоящее голосование о законопроекте об отслеживании и электронном учете всех аффракционеров. — Да, это обсуждали вообще все с тех или иных сторон, — я задумчиво закивала, погружаясь в размышления вместе с Эриком, чтобы отвлечься от уколов иголкой и жжения затягивающейся раны. — И расстановка сил, как всегда, стандартная. — Не совсем. Искренность в этот раз, судя по разговорам, не воздерживается. Она «за». — Она была «за» еще два года назад, — буркнула я, но не раздраженно, а уже, скорее, скептично. В новом мире, где я оказалась, даже произошедшее с сестрой, уже воспринималось не как личное, а как часть политической игры. Обязано было так восприниматься. — Но несмотря на все, это же полный бред: уровень преступности нужно регулировать иначе, чем пересчет и отслеживание, как скота, целой части населения. Это полнейшая дискриминация, Отречение не должно этого допустить. Неприятно было осознавать, что в этой ситуации я ставлю на человечность того, у кого она отсутствует. Но в политике Маркуса Итона нельзя было назвать идиотом. — Не допустит, — согласился Эрик, делая последний стежок и затягивая узел. — Но мотивы происходящего до сих пор не понятны. Без нужной детали все эти факты выглядят как набор случайностей. — И что же делать? Я сосредоточилась на вопросе, обернувшись к мужчине. Не могла думать о том, что завязав узел, он прикоснулся влажными губами к моей коже, зубами обрывая нитку. — Надо идти за деньгами. В глобальном смысле. Они всегда приводят к ответу. — Эрик многозначительно посмотрел на меня и я с усталым смешком согласилась. — Та самая вишенка на торте. Кто бы мог подумать, да? Эрик тихо рассмеялся и тут же упал на подушки, держась за больную голову. Но веселье не покидало его взгляд, он игриво скосил на меня глаза. — Леон в сравнении не кажется тебе уже таким страшным? Я хрипло хохотнула, поперхнувшись возмущением и иронией. — Ты об этом безобидном котенке? Я забыла, что он меня душил, уже через десять минут после этого. — Но ты ему понравилась, — с ехидным смешком Эрик повернулся на бок, ложась на здоровое плечо. Я лишь обреченно вздохнула, но не без улыбки. — Это значит лишь одно: я провалила задание. Я запомнилась. *** Кэсс и правда ощущала себя принцессой. Только при входе в зал на двадцатом этаже небоскреба, на их пару не направили софиты и не представили гостям: они с Эриком проскользнули в рассеянную толпу и присоединились к торжеству органично. Лидер, пройдя несколько шагов вглубь зала, тут же увлек Паркер в медленный вальс, присоединившись к нескольким парам. Кэсс удивленно вскинула брови, но Эрик улыбнулся: — Чтобы ты законно все рассмотрела и расслабилась, а не вертела головой. Паркер смущенно хихикнула, но была благодарна. Оперлась на широкие плечи мужчины и следовала в танце за ним: как и на дне воинской славы, он уверенно вел в вальсе, а Паркер лишь чувствовала крепкие руки, защищающие ее от всего остального мира. Взгляд Кэсс бегал по информационному шуму вокруг с бешеной скоростью. Самым необычным был дресс-код. Здесь никто не соблюдал цвета фракций. Отдавая дань довоенным временам, люди наряжались во что пожелает душа. Она видела Джоану в синем, пару людей из искренности, чьи лица были знакомы по газетам, в красном, некоторые сочетали в необычных вечерних нарядах и вовсе несколько цветов. Начищенный до блеска паркет, потолки, высотой шесть метров, сцена с музыкантами, играющими ненавязчивые классические мотивы, столы с закусками и баром по периметру, зеркала на стенах вместо окон — день воинской славы элита праздновала со стилем и благородным размахом. Пахло цветами и корицей, Паркер частью сознания хотела остаться здесь навсегда. — Итак, план, — Эрик дождался, когда они закончат второй круг, чтобы Паркер не отвлекалась на декор и наряды гостей. Знал, что она может быть собранной сразу, как хороший исполнитель, но у них было время для более комфортного привыкания. — Основное — когда объявится Леон, ты с ним отойдешь поговорить и расскажешь про Тею. Джейд со Свеггером за ним потом проследят. Косвенно — будем, — лидер сделал паузу, — но Паркер, я буду, а ты стоишь рядом… — И хихикаю, да, — понимающе кивнула Кэсс. — Именно, — довольно улыбнулся Лидер. — Буду разговаривать с гостями. Выясню, какие настроения сейчас витают, может из обрывков разговоров сможем картину составить происходящего. — Поняла, — еще раз кивнула Кэсс и неосознанно чуть сжала предплечья мужчины, будто проверяя их связь. Связь была крепкой. И все происходящее и происходившее до, казалось чрезмерно правильным. Даже то, что они не обсуждали крышу с текилой. Этого будто не требовалось. Не требовалось ничего выяснять: они взяли то, что между ними и превратили в нечто, понятное без слов, осязаемое, в то, во что можно верить и чему доверять. Они доверяли друг другу. Сейчас больше ничего не было нужно. Музыка с очередным танцем закончилась, гости зааплодировали, Кэсс бегло оглядела толпу в поисках Леона. Но заметила вышедшего из-за спин гостей лишь высокого седовласого мужчину, направляющегося прямиком к ним. — Эрик, какая встреча! — Он раскинул руки в радостном жесте, но взгляд у него, как и у всех здесь присутствующих, был непростой. Многослойный. — Познакомь со своей спутницей! Паркер кожей ощутила, что для Эрика эта встреча была неожиданной, хоть внешне он этого никак не показал. — Кэссиди Паркер, мой секретарь, — кивнул он не нее, на секунду пересекшись с Кэсс тем самым взглядом. — Френсис Маршалл. Паркер сделала болезненное усилие памяти. — Главнокомандующий Прайда, — кивнула она, протянув руку мужчине. — Приятно познакомиться, — он сжал ее ладонь и посмотрел в глаза с насмешкой, будто знал все ее грязные секреты. Кэсс про себя чертыхнулась, несмотря на успокаивающее поглаживание руки Эрика по пояснице. Они хотели узнать ответы, но тушили ветром огонь. И пожар был неизбежен.