Ты - (не)моя муза

Следующие пара дней для Антона пролетели мгновенно, он даже не успевал за событиями. Вот он с отцом едет в какое-то кафе, где они сидят до самого позднего вечера, не думая ни о чем; обсуждают учебу Антона, его увлечения, да даже повседневные глупые занятия. Отец рассказывает о новой работе, о городе, в котором он теперь живет. Какие-то нелепые, но до ужаса смешные истории, по которым Антон так сильно соскучился. Искренний смех, вкусная еда, теплая и уютная атмосфера – этот вечер, казалось, был бесконечным, но в то же время часы летели неумолимо, оставляя за собой лишь сладкие воспоминания. Антону не хотелось, чтобы это когда-либо вообще заканчивалось. И вот, на следующий день папа зовет его на какое-то китайское представление, приехавшее в их город с особенной программой. Да Антону плевать на самом деле, что там за программа, он просто хочет как можно больше времени провести с родным человеком. С человеком, который всегда его понимал, никогда не осуждал его необычайную страсть к рисованию, поддерживал в любых начинаниях, даже если они оказывались действительно неудачными; его отец всегда давал дельные советы, вставлял в разговоры настолько мудрые фразы, что Антон поражался – да откуда его родитель столько всего знает? Мама Антона знала, с кем проводит время ее сын, и вовсе не была против. Она прекрасно понимала, что парень нуждается в отце, в разговоре с ним. Они всегда были практически лучшими друзьями, так что она знала, что, разведясь два года назад, нанесла сильнейший удар по несформировавшейся на тот момент психике сына, так что от этого удара его жизнь раскололась на «до» и «после». Но время, как это принято всемирным законом подлости, течет невыносимо медленно и тягуче тогда, когда этого не нужно, а когда ты хочешь им насладиться – сверкает пятками, не успеваешь ты и опомниться, и весело машет тебе ручкой напоследок. На самом деле, его отец приехал в город из-за старой работы, где понадобились какие-то его документы – Антон не стал вдаваться в подробности; эта тема вообще мало его интересовала. И уже сегодня у его папы был обратный рейс. Когда Антон проводил своего отца и взял с него обещание видеться не так редко (по крайней мере, не раз в пару лет), на него неожиданно нашло озарение. За проведенное с отцом время парень и думать забыл о предстоящем дне рождении своей матери. В этом году он хотел сделать какой-то особенный подарок (причины тому, на самом деле, особой не было), но денег у него было… хм, да даже если б он разбил копилку и распотрошил все свои тайники, он максимум наскреб бы на чупа-чупс (с игрушкой, разумеется, он же не бомж какой-нибудь). Парень стал думать, где можно откопать деньги за очень короткий срок. В голову ему пришла наибанальнейшая идея: заработать. Вот только где? Единственное, что он умел – рисовать и, ну, раздавать листовки, наверное. Не то чтобы он когда-либо пробовал, но это, вроде как, нетрудно. Вот только от такой работы много денег не получишь, это он прекрасно осознавал, так что стал думать над второй своей особенностью. На следующий день после школы парень оделся теплее, чем того требовала погода – он был ужасным мерзляком (с его-то комплекцией это совсем неудивительно), взял все нужные предметы для рисования (даже свой старый мольберт откопал на чердаке, пока мама была на работе) и отправился на поиски людного места, где можно было бы подзаработать рисованием. И хоть единственное, что он малевал в последнее время, было портретом его учителя английского, парень искренне надеялся, что не утратил навыки рисования пейзажей. Вот только парень не учел один важный нюанс – не так-то просто в каком-нибудь парке приткнуться в уголок и просто рисовать, потому что это, блин, совсем не просто! Первым местом, которое он выбрал, стала небольшая площадка возле памятника в их парке. Недалеко были посажены несколько елей, которые разрослись так густо, что спящего между ними настоящего бомжа Антон заметил лишь тогда, когда тот максимально вежливо попросил его отвернуться, чтобы справить свою нужду. От доносящегося до Антона запаха парню стало не по себе. Он быстро собрал свои монатки и поспешил ретироваться. Вторым местом оказался небольшой сквер недалеко от того же парка. Там были продавцы бессмысленных игрушек, хот-догов, мороженого, был даже газетный киоск. Вполне банально и предсказуемо. Людей, проходящих по тому скверу, в это время дня было огромное количество, так что парень, ни на секунду не сомневаясь (но на всякий случай всё же проверив выбранное место на наличие всяких подозрительных объектов и нежелательных наблюдателей за его творчеством), приземлился на принесенный с собою маленький стульчик и стал раскладывать свои вещи. Только спустя пару минут он заметил, как на него надвигается толпа разгневанных продавцов всей той ненужной фигни, которая продавалась здесь, крича о том, что они потом и кровью выбивали себе местечко в этом сквере: -Ты чё, молокосос, думал, что здесь всё так просто?! Да я коляску свою продал, чтобы сидеть на этом бордюре и просить милостыню у проходящих! Антон, кстати, искренне удивился этой гневной тираде от человека, который буквально пару минут назад действительно протягивал стакан для мелочи, сидя рядом с картонкой, на которой красовалась надпись маркером: «Помогите ветерану войны, кто чем может!» Ноги у него, к слову, пару минут назад тоже не было, вот только сейчас это не мешало ему на обеих своих здоровых конечностях бежать за Антоном, который уже уловил всю фишку, так что так же спешно покинул этот сквер. Что ж, а это оказалось действительно не так просто, - успевал думать парень, уворачиваясь от скомканных салфеток, которые летели в него от продавщицы, грозившейся засунуть их ему в… ну, короче, не самое приятное место. Парень выбегает на небольшую площадь, заранее прикидывая, стоит ли вообще пытаться здесь засесть, как врезается в кого-то. -Твою мать! В смысле, Вашу. В смысле… блин, Арсений Сергеевич! – говорит он, шумно выдыхая и благодаря всевышние силы за то, что он врезался именно в учителя, а не в кого-нибудь из того злосчастного сквера. -И тебе здравствуй, Шастун, - усмехается в ответ учитель, разглядывая запыхавшегося ученика, - ты какое-то неподходящее место для марафона выбрал, - отмечает он. -Угу, это я уже понял, - фыркает в ответ Антон, все еще пытаясь отдышаться. -Расскажешь? – дергает бровями Арсений Сергеевич, мастерски скрывая рвущийся наружу смех. -Да я тут заработать пытался… Долгая, в общем, история. -Так и я никуда не тороплюсь. Больше скажу – я тут в кафе собирался, можешь составить мне компанию и заодно все рассказать. Антон пожал плечами – он понимал, что шанс заработать уличным рисованием предельно мал, так что попить кофе он посчитал вполне себе хорошей идеей (ну, идея-то может и хорошая, но денег у него все равно нет. Хоть посидит, отдохнет). Когда они зашли в находящееся неподалеку кафе, Арсений тут же заказал себе кофе и десерт, даже не заглядывая в меню. Антон понял, что его учитель здесь бывает довольно часто, чего он не мог сказать о себе, так что для приличия от меню не отказался. -Сначала заказывай, потом расскажешь, - кивает ему учитель, заметив, что Антон отодвинул книжку подальше от себя. -Да у меня это, ну, денег нет, - смущенно ответил он. Арсений Сергеевич усмехнулся: -Я сегодня добрый, заказывай. Поняв, что за него хотят заплатить, Антон чуть не подпрыгнул на месте, потому что был ужасно голодным, но все же он понимал, что это не совсем нормально, когда за подростка платит взрослый мужчина, так что он смутился еще больше, вежливо отказавшись. -Да заказывай, я же сам предложил, - фыркает Арсений Сергеевич, - иначе я сделаю это сам. А потом еще и с ложечки тебя кормить буду. Не заставляй меня этого делать. Антон закатил глаза, но все же выбрал себе самое дешевое блюдо и кофе, без которого он жизни не представлял. -Итак, каким там образом ты заработать хотел? – вернул разговор в прежнее русло учитель, когда заказ был сделан. -Рисованием, - подумав, что нет никакого смысла скрывать, ответил Антон. -Ага, так и думал, - кивнул учитель в ответ, - а перед тем, как писать картину, ты разминаешься пятнадцатиминутным забегом, так? -Почти. Недобровольно, но да, сегодня все так и было. Знаете ли, не так уж и легко просто сидеть на улице и рисовать, и в то же время оставаться нетронутым злыми и мстительными продавцами газет и хот-догов. А, еще оставаться необосанным незнакомыми людьми без определенного места жительства. Ну, это, пожалуй, самое трудное. Арсений уже не скрывает своего смеха. Как этот парень вообще находит такие приключения на свою голову? -А деньги-то тебе зачем понадобились? -Хотел сделать подарок матери на день рождения. Но, видимо, не получится. -Так, стой, ты ведь художник? Почему тебе просто не нарисовать подарок? -Потому что этот трюк работал только первые шестнадцать лет моей жизни, - пожал плечами Антон, - в этом году я решил сделать что-то особенное. -Что ж, похвально. В этот момент к их столику подошла официантка, расставляя тарелки и чашки на их столе. После непродолжительной паузы Арсения Сергеевича словно осенило: -У меня идея! Антон заинтересованно на него посмотрел. Учитель в этот момент действительно выглядел так, словно придумал что-то гениальное. -Если уж ты действительно хочешь заработать своим рисованием, то рисуй. -Что? – не понял Антон, - Прямо сейчас? Здесь? -Да хоть когда и хоть где. Главное, принеси мне потом свою картину. А я ее у тебя куплю. Антон свел брови на переносице, удивившись и смутившись от этого предложения. Повисла неловкая пауза, после которой Антон решил спросить: -Зачем Вы это делаете? Арсений Сергеевич вскинул брови в непонимании. -Платите за меня сначала тут, в кафе, потом решаете заплатить за рисунок. Я ведь вел себя отвратительно. Что на утро после вечеринки, что на Вашем последнем уроке… -Антон, - прерывает его Арсений с серьезным видом, - прекрати. Я просто хочу помочь. Без всякого подтекста. -То есть Вы готовы заплатить за любой мой рисунок? Арсений Сергеевич кивает. -Даже если он получится ужасным? -Он не получится ужасным, - подмигивает учитель Антону, - я ведь уже видел тебя в деле.