Ты - (не)моя муза

До дня рождения мамы Антона оставалось четыре дня, но Антон не то чтобы придумал подарок – он даже не придумал, что нарисовать, чтобы продать картину учителю. Сроки поджимали, это выводило Антона из себя еще больше, чем отсутствие идеи. Он не мог думать под натиском обстоятельств – да кто вообще может выжать из себя вдохновение, когда на тебя давит время? Единственное, что так и порывался нарисовать (а точнее дорисовать) Антон – портрет учителя в его альбоме. Парень уже точно знал, в каких тонах будет написана картина, живо представлял себе эмоции учителя, которые он собирается перенести на бумагу, ярко представлял себе ситуацию… да он никогда в жизни ничего подобного не испытывал к картине. Как будто она – часть его души, которая так и рвется наружу. Парень не мог просто переступить через себя, потому что, хоть он боялся себе в этом признаться, он был вдохновлен красотой мужчины (который, на секундочку, на несколько лет старше него самого). Антона разрывали изнутри противоречивые чувства: он по-прежнему пытался убедить себя в высокомерии учителя, в том, что он – зазнавшийся, эгоцентричный, напыщенный, заносчивый, самоуверенный индюк (о да, до пятого класса Антон искренне верил, что индюк – самое настоящее оскорбление), и в какой-то момент парень ловил себя на том, что ему даже удалось убедить себя в собственных словах. Конечно, это было полнейшей глупостью. На самом деле, и это парень тоже прекрасно осознавал, Арсений Сергеевич – мягкий, добрый, внимательный, никогда не перебивающий, умеющий быть хорошим слушателем человек. И если недостатки учителя Антон буквально брал с неба, цепляясь за небольшие перепалки в классе, делая из них настоящую трагедию, то его достоинства были самыми что ни на есть настоящими, в которых он убеждался каждый раз, оставаясь с Арсением Сергеевичем наедине. И это разрывало парня еще больше. В его голове образ учителя становился идеальнее с каждым днем. Антон встряхнул головой, хватаясь пальцами за виски. Ему нужна идея для картины. Он не должен сейчас отвлекаться на ненужные глупости. Раньше, до того, как учитель английского пришел в их школу, Антону всегда было просто находить красоту в мелочах: нежные, хрупкие рассветы, которые он старался поймать каждое утро, сияющие закаты (и Антон на своих картинах настолько ярко показывал разницу между двумя этими явлениями, что его родители порой удивлялись этому аспекту его таланта), медленно падающие с неба капли дождя, оставшиеся после него же на асфальте лужи, обычные прохожие с зонтами, невзрачные, казалось бы, предметы их туалета (глупые маленькие сумочки, дешевые туфли, купленные в секонд-хэнде…), туман за окном, неправильно стоящая ваза на подоконнике – да всё, абсолютно всё, что видел парень, он старался запечатлеть. Он искренне верил, что красота есть во всем, в каждой мелочи, в каждой пылинке. И он на самом деле отказывался верить, что сейчас ему так трудно найти вдохновение для картины. За окном было его любимое время года – осень, а разве это не есть самая весомая причина рисовать, рисовать, рисовать? Золотые листья, падающие с замерзших деревьев. Сверкающие осколки тонкого льда на лужах, по которым уже успели пробежаться детишки с утра. Туманное утро с невероятно красивыми оттенками серого на небе. Быстро бегущие от сумасшедшего ветра тучи, которые словно и не понимают, зачем, но стараются скорее исчезнуть с небосклона, ведь никто не любит дождь. Ну почему же сейчас Антону так сложно просто взять и заняться тем, чем он занимается всю свою сознательную жизнь – перенести красоту природы на полотно? Антон падает головой на свой рабочий стол. Думай, думай, думай! -А, черт с ними, с предрассудками! – наконец приходит парень к понятному одному лишь ему умозаключению, после чего встает, открывает свой шкаф, достает из глубины альбом, раскрывает ту самую страницу с портретом… Неизвестно, сколько именно проходит минут или часов, прежде чем парень замечает, что за окном встает (!) солнце, а значит через час ему уже нужно идти на уроки. Остались какие-то крошечные незаконченные детали на портрете его учителя. Да это ведь займет совсем немного времени! Я только дорисую – и сразу в школу. Он осторожно ведет карандашом под глазами учителя, делая тень под ними ярче, потому что, он уже успел заметить, синяки под глазами Арсения Сергеевича – неотъемлемая часть его образа. Он также берется за задний план. Он не описывает никакие действия, лишь серый фон с виньеткой по краям. Сделав последние штрихи, парень ставит свою маленькую, но изящную подпись в нижнем правом углу, после чего откладывает альбом в сторону и вновь падает лицом на стол. В школу он в этот день так и не пошел. *** 16.40, от кого: Стася «Ты че в школу не пришел?!» Антон подрывается со стула и почти падает, вовремя успевая схватиться за край стола. Да, ему давно пора поменять оповещение смсок на телефоне. 16.42, от кого: Антон «Мама учила меня брать пример с отличниц в нашем классе. Я выбрал тебя.» 16.42, от кого: Стася «Нечестно, у меня была весомая причина!» 16.43, от кого: Антон «И какая же?» 16.43, от кого: Стася «Я позвоню?» 16.44, от кого: Антон «Что-то случилось? 16.45, от кого: Антон «Стася?» 16.53, от кого: Антон «Не заставляй меня напрягать фантазию и думать, что тебя украли/изнасиловали/отрубили пальцы, иначе ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ОТВЕЧАЕШЬ?» 17.01, от кого: Антон «Мне приехать?» Антон нервно вертит телефон в руках, порываясь уже накинуть на себя первую попавшуюся толстовку и выбежать из дома, но его прерывает телефонный звонок. Стася. -Какого черта?! – вместо приветствия начинает Антон, подпрыгивая со стула, на котором он сидел. -Успокойся, заботливый ты мой, я просто ела. Антон закатывает глаза. Ну кто бы сомневался. -Так почему тебя сегодня не было в школе? – спрашивает его Стася, разрушая повисшую тишину. -Проспал, - пожимает плечами парень, - всю ночь рисовал, под утро вырубился. Ничего особенного. -Ты прав, действительно, ничего особенного, - Стася сказала это таким тоном, будто ее и вовсе не интересовало, что там у Антона, - так вот, теперь послушай мою увлекательную историю. Антон сел на свою кровать, готовый выслушать очередную бессмыслицу от одноклассницы. -На уроки-то я не ходила, зато дополнительные по английскому посещала. Кстати, крутой портретик Арсения Сергеевича в тетради, я заценила! -Стой, ты что, видела?! -Ну еще бы. Я же и предложила надпись оставить, чтоб ты навыки свои совершенствовал. Арсений Сергеевич даже сомневался, сказал, что вообще не стоит трогать тетрадь. -Стася, твою ж за ногу, какого лешего?! -Антош, мне за тебя стыдно. Учишься в одиннадцатом классе, а материться так и не научился. А вообще, послушай уже, что я тут в себе вынашиваю! Тебе должно понравиться. -Ну? – нетерпеливым тоном спросил парень, решив, что чуть позже более красноречиво даст понять однокласснице, что чужие вещи трогать плохо. -Я когда к нему только подошла, дверь его кабинета была открыта, он говорил по телефону, я случайно разговор услышала… -Случайно, как же, - фыркнул Шастун. -Неважно! Так вот, он говорил на английском. И по разговору было очевидно, что его кто-то бросил. По телефону, представляешь?! Антон закатил глаза: -Ты действительно думала, что эта драма меня так заинтересует? -Нет, ты еще самого интересного не услышал. -Ну, удиви меня. -Того, с кем Арсений разговаривал, зовут… барабанная дробь! -Да не томи уже. -Калеб! Представляешь?! Это был парень! Глаза Антона округлились настолько, что, кажется, готовы были вот-вот выскользнуть из глазниц. -Подожди, ты уверена, что правильно все поняла? – переспрашивает Антон, не веря своим ушам. -Как еще можно понять фразу «That’s it? You’re breaking up with me?» * -Ну… -Да Антон, не тупи, очевидно же, что его бросили. -А чего ты так радуешься?! -Ну, я не за него. За него я уже погрустила. Я за тебя! -Чего?! -Ну, теперь ведь у тебя шанс появился! -Какого хрена, Стася?! -Да брось, я видела вас двоих в кафе недавно. Ты бы видел себя со стороны. Светился, словно у тебя лампочка вместо транхеи. Антон покраснел в этот миг. Что там эта сумасшедшая придумала себе?! Что Антон – парень! – каким-то магическим образом заинтересовался мужчиной? Да это же даже звучит как полнейший абсурд! -Во-первых, ничего я не светился, - догадался подать голос Антон, - а во-вторых, ты ж говорила, что у тебя самой на него планы? -Да брось, поищу себе кого-нибудь, кто не интересуется парнями. -Звучало так, словно ты гомофоб. -Неправда! В любом случае, ты мой намек понял: хватай, пока свободно. -Не сходи с ума. Он мне не нравится. Как и любые другие парни! -Ну да, я поняла. Но все равно не затягивай с этим делом, - говорит она, бросая трубку. Антон даже возмутиться в очередной раз не успевает. Его одноклассница последние пару месяцев жестко стоит на своем убеждении в том, что ее одноклассник по мальчикам. С чего уж она сделала такие выводы – непонятно. Она это, конечно, аргументировала тем, что Антон: а) в свои почти 18 ни разу не встречался с девушками (и даже не влюблялся); б) довольно часто залипает на парней; в) предпочитает мужские виды спорта («Ну это уж совсем бред!» - сказал ей Антон на этот факт). Но ведь это глупо, да? То, что я не встречался с девушками до нынешнего возраста, обязательно означает то, что они меня не привлекают? Нет ведь? Все это показывает лишь то, что я – неудачник. *Это все? Мы расстаемся? - перевод.