Monster

Чонин входит в особое помещение, освещённое синим неоном. Оно было выделено для некого ресторана, в котором его команда проводит совещания каждую неделю. Бэкхен настоял на том, чтобы они там собирались на ужин, где могли бы обсудить текущие дела и все имеющиеся вопросы. Они проводят их уже в течение года, что помогает избежать разногласий, недомолвок, а еще решить все вопросы и внести предложения. Обычно все члены команды присутствуют на этом ужине, исключения бывают только когда кого-то нет в городе. И, конечно же, Крис и Тао обычно не присутствуют на нем, ведь они заправляют казино в других странах, поэтому собираться каждую неделю они не могут. Каю эти собрания кажутся чем-то вроде семейного ужина, ведь каждого члена своей команды он считает частью своей семьи. Именно поэтому они так сильны и их бизнес процветает. Все недоброжелатели знают, что если они хотят заполучить их бизнес или избавиться от кого-то из парней, то придется убирать всех разом, иначе за ними придут. А расправу за убийство кого-то из команды даже представить страшно. Но команда Кая была вполне адекватная и было понимание реальности, так сказать. Они также старались не переходить дорогу слишком влиятельным людям. Со здравомыслящими, сильными людьми всегда можно договориться. Тех же, кто из себя мало что представлял и не шел на сделки или же слишком много из себя мнил, разговор был короткий. Причем Кай предпочитал искоренять сразу всех, кто мог бы захотеть отомстить. Чонин входит в зал, где уже сидели Чанель, Лей, Дио, Минсок, Чен, Сухо и самый главный Бэкхен. Никто не знает почему, но этот омега всегда сидел во главе длинного стола. Если честно, то Кай и не возражал. Так даже правильнее, ведь именно Бэк собирает их всех как глава семьи и заботится об организационных моментах, том, что они будут есть и пить. Когда Кай входит, все видят, что он не в лучшем расположении духа. Он садится где-то с краю рядом с Лэем. Кай смотрит на свою пустую тарелку, а после окидывает взглядом стол, который просто ломится от еды. — Не переживай, в этот раз курочки хватит на всех, — сразу обратился Бэк к Чонину. Лидер до сих пор ничего не отвечает, задумчиво смотря на еду на столе. — А мы тут как раз говорили о той игре с мэром, — Бэк по прежнему пытается его вывести на разговор. — Да, я тоже хотел обсудить это, — Кай наконец пошел на контакт. — У нас в недвижимости скоро прибудет, нам нужно придумать, как удачнее вложить деньги в новый бизнес. Есть идеи, какими плохими делами мы еще не занялись? Лидер спрашивал словно с сарказмом, оглядывая всех присутствующих за столом. — Ну, мы можем устраивать там детские праздники, а детям не докладывать мороженого, будем экономить, тем самым большие бабки зашибать, — не отрываясь от поедания краба, говорит Чанёль. — Или мы там откроем концертный зал, где ты будешь один шутки шутить и аншлаги собирать, — Явно не в настроении огрызается Кай. — Нужны реальные предложения. — Как на счет того, чтобы клуб открыть на первом этаже? — Задумчиво спрашивает Минсок. — А на цокольном этаже можно бои организовывать, только уже не петушиные, — Лей предложил то, что было более всего от него ожидаемо. — Еще одно казино открывать не рентабельно, кому-то нужны этажи для чего-то еще? Чен, ты вроде хотел автосалон открывать? Можно либо под аренду или продажу легального авто, принимать угнанные, как ты и хотел. Верхние этажи, понятное дело, займет отель, так как здание прямо у пляжа и это самый разумный способ использования. Поэтому пока мы не решили, что будем делать с ним, принимаются предложения. После этого Чонин встает и направляется к выходу, не поучаствовав полноценно в "семейном" ужине. Все члены команды непонимающе смотрят вслед лидеру, потому что обычно он более дружелюбный и общительный со своей командой. Поэтому такое поведение настораживает Бэкхена и он следует за Каем. Бэк догоняет его в коридоре и дергает за рукав пиджака. Чонин бросает тяжелый, усталый взгляд на парня, давая понять, что разговаривать он сейчас не очень настроен. — Курочка была недостаточно острая? — У меня нет аппетита, — Чонин быстро ответил и собирался продолжить путь. — Все прошло не так как ты ожидал? — омега понимает, что подобием шуток его сейчас на разговор не вывести. Кай все-таки останавливается и смотрит на друга немного уставшим взглядом. Он прижимается спиной к стенке и смотрит куда-то в потолок. — Я не сдержался, у него был период и я просто, я...— Чонин смотрит на свои руки, словно они все в крови. — Я не ищу себе оправданий, но я не знаю, что делать дальше. — Я не буду спрашивать тебя о чувствах к нему, потому что, думаю, ты и сам еще не определился. Но ты пробовал с ним разговаривать? — Нет, я хотел, но я не очень силен в разговорах по душам. — Не надо каких-то особых, можно ведь просто хотя бы поговорить и наладить контакт. Хотя бы узнать, кто он и откуда, чем занимался. — Мне Минсок расскажет, когда посчитает, что время пришло. — Зачем тебе чужие информаторы, когда можно узнать все из первых рук? — Людям свойственно врать, а информация Мина не врет. — Ну так уж мы устроены, Чонин, иногда нужно разговаривать и выслушивать ложь. Не мне же тебя жизни учить. — Бэк, я не хочу это обсуждать, наверное, мне просто нужно время все обдумать самому. Чонин наконец покидает коридор и вздыхает с облегчением, ведь ему больше не надо оправдываться перед другом за то, чего он сам не понимает. Кай поднимается на самый верх, он направляется в свой офис, чтобы хоть где-то морально отдохнуть. Так как их зал для подобных ужинов находится на нижних этажах, прямо над основным рестораном, чтобы попасть в кабинет, ему приходится использовать два лифта. Один лифт общий, на нем можно добраться до последнего этажа, доступного для посетителей. Второй же находится на том же этаже, только воспользоваться им можно исключительно по отпечатку пальца. В запретную секцию могут войти только члены команды Кая и наиболее проверенный обслуживающий персонал. Сейчас он направляется в место, где его никто не будет трогать. Он планирует напиться, чтобы не думать о том, что происходит в его жизни. Он прислоняет палец к панели, она неприятно пищит и открывает дверь в офис. Кай проходит к своему заветному шкафчику в котором стоит по-настоящему элитный алкоголь. Конечно, он может напиться где угодно, в его заведении есть алкоголь везде. В барах казино, в баре концертного зала, в собственном ресторане. Но он считает это алкоголем низшего уровня, который подойдет для посетителей отеля и казино. Ему же сейчас хочется напиться без похмелья, без головных болей на утро. Чистый, на сколько это возможно, виски-его любимый алкоголь. Лидер открывает шкафчик и достает одну из бутылок. Дальше он берет бокал и проходит к столу. Кай с легкостью вытаскивает стеклянную крышку и уже готовится налить, но тут звонит телефон. Он с недовольным лицом ставит бутылку на стол, засунув крышку обратно в горлышко и нехотя проводит по экрану, принимая вызов. — Слушаю. — Пришел мэр с охраной, говорит, доставил бумаги по тому делу. Нужно подписать и принять здание. — Какого хрена он так быстро подготовился? Чтобы оформить эти документы, нужна хотя бы неделя. — Можно сделать все, когда ты мэр города и у тебя есть деньги. — Это правда. Ладно, пускай его и скажи, чтобы ко мне отправили Сухо, мне будет нужна его подпись на документах. — Он сказал, что вы сможете подписать при одном условии: Нужно чтобы тот омега, на которого вы играли, тоже присутствовал. — Какого хрена? — Чонин возмущался ровно две секунды. — Ладно, без разницы, я его приведу. На этих словах альфа отключает телефон и бросает его на стол. Несколько секунд, подперев голову рукой, он задумчиво смотрит в одну точку. Кай продумывает варианты, зачем ему понадобилось на подписании присутствие Сехуна. Он его приведет, ведь это, кажется, обещает быть чем-то интересным. С другой стороны, он думает о сохранности омеги. Либо мэр решил сделать что-то с мальчишкой, либо просто хочет убедиться, что его золтоце не тронули. После размышлений он встает из-за стола и выходит из помещения. Теперь он направляется к комнате, где находится Сехун. Кай немного нервничает, потому что ему сейчас снова предстоит встретиться с парнем и его реакцию предугадать нельзя. Но Кай надеется, что он не станет бросаться с кулаками и что он не покалечил сам себя. Потому что в номере есть много всего, что могло бы стать орудием убийства. Он не хочет признаваться самому себе, но смерти Сехуна сейчас он бы точно не желал. Кай заходит в номер и видит, что Сехун сидит на полу возле больших окон и наблюдает за происходящим на улице. На столе слева стоят пустые тарелки, что означает, что теперь парень ест и не боится, что ему подмешают что-то в еду. Возможно, теперь он доверяет больше, чем прежде. Эта мысль необъяснима радует Чонина. Он не хочет запугивать парня вероятностью, что его отравят или подмешают наркотик. И тем более он не хочет запугивать его пистолетом. Чонин ловит себя на мимолетной мысли, что хочет, чтобы Сехун просто мирно сидел, смотрел в окно, ел вкусную еду, пил хороший алкоголь и наслаждался жизнью. Подвергать опасности не хочется совсем. Но вопреки своим мыслям и желанию, ему придется привести парня на встречу. — Ты теперь ешь? — Уж простите, что объедаю, но пока у меня не в планах умирать. Надеюсь, мое содержание в этой тюрьме не слишком дорого обходится? А то вы ведь не можете взять деньги с налогов на содержание такого пленного. — Я рад, что в твоих планах смерть не стоит на первых позициях, — Кай произнес это как-то холодно. Сехун ничего не ответил и наконец-то повернулся к Чонину. Он с подозрением смотрит на лидера, словно пытаясь понять, что ему нужно и какие будут его дальнейшие действия. Возможно, сейчас Кай не кажется ему таким уж холодным и отрешенным, как когда он его видел в последний раз. Но Сехун явно не из тех омег, которых погладь один раз по головке и он замурчит. Именно поэтому Кай всегда чувствует это напряжение, недоверие, проверку и какую-то ненависть между ними. И судя по тому, что Сехун все еще не разговаривает, он из тех людей, что не бросаются словами на ветер, лишь бы что сказать. Он не склочная скандальная омега. Он тот, кто взвешивает и обдумывает, что сказать перед тем, как хоть что-то произнести. А может просто до сих пор боится Кая. Но для лидера это было скорее большим плюсом. Он точно не лучшим образом относится к тем, кто постоянно трещит и их слова словно пыль, ничего не значат. В своем окружении Кай не терпит тех, кто постоянно трещит о неважных мелочах, перемывает кости и ноет. Наверное, это одна из сторон, которые Чонина в Сехуне привлекали. — Мэр хочет тебя видеть опять, он сейчас тут. — Решил меня все-таки отдать ему, так как уже получил от меня то, что хотел? — Если бы я хотел от тебя избавиться, я бы сделал это уже давно, мне нет никакого смысла держать рядом то, что мне не нужно. — Значит я тебе нужен для чего-то? — Возможно, — Чонин не хочет смотреть на Сехуна, для него признание подобного было немного смущающим. — Какую еще выгоду от меня ты планируешь получить? Опять будешь отправлять ко мне альф? Или придумал что-то новенькое? — А что, на этот раз ты им дашься? Может быть мэру? — с интересом спрашивает Кай. — Я им всем глотки перегрызу, если не найду что-то поострее, чем можно вскрыть глотки. — А меня ты просил не останавливаться, — усмехнулся Чонин. На это глаза Сехуна увеличиваются, он хочет что-то ответить, но вместо этого прикусывает нижнюю губу, хмурит брови, посмотрев вниз, и отворачивается к окну. — Не сравнивай, у меня был период, это не одно и то же. И вообще не вспоминай об этом. Видя смущенное лицо парня, которое тот пытается скрыть за ненавистью, Кай и вправду решает не продолжать. Хотя хотел напомнить, что тот был под наркотиком, который по ощущениям сравним как раз с желанием во время периода. Но тогда он так же яростно защищал свою честь и не дался другому альфе. Но с Чонином даже когда эффект почти прошел было ощущение, что он поддавался и особо не сопротивлялся. Все это можно было не озвучивать, Кай и так понимает это. Но то, что парень все еще хочет сохранить честь и лицо, нравится лидеру. Кажется, эту крепость так легко не взять. Чонин подходит ближе к Сехуну, становясь позади парня. Он видит, как омега напрягся, поэтому какое-то время не прикасается к нему. Кай просто стоит позади и вдыхает запах омеги. Спустя несколько секунд он наклоняется ближе к шее, чтобы еще сильнее ощущать особый аромат. На какое-то время он даже забывается и закрывает глаза, погружаясь в свои мысли. — Я могу тебя не приводить туда, он проиграл и честно должен закрыть сделку. Мне интересно, почему он хочет оформить все в твоем присутствии. Никак не пойму, его с тобой что-то связывает или у него просто внезапно проснулся к тебе интерес. Я хочу знать, что он от тебя хочет и как далеко он зайдет. Сехун до сих пор не шелохнулся, кажется, даже боялся дышать, когда позади него так близко стоял Чонин. Но показывать свои слабости парнишка не любит, поэтому с довольно решительным лицом поворачивается к альфе и смотрит прямо в глаза. — Лично меня с ним ничего не связывает, возможно, он что-то знает обо мне. Но если тебе интересно посмотреть, как он еще раз ударит меня или, может, что поинтереснее, то я пойду. После этих слов Кай разворачивается и направляется к выходу, не пытаясь контролировать и держать в зоне видимости омегу. Он не думает о том, что Сехун может убить его, как только они выйдут из номера, в попытке сбежать. Не то чтобы парень смирился, но, кажется, он вливается в происходящее. Даже не смотря на то, что одно только нахождение тут постоянно подвергает его жизнь опасности. Во всяком случае, Чонин не наблюдал каких-то серьёзных попыток сбежать или навредить лидеру. Хотя, возможно, он просто пытается усыпить бдительность, чтобы провернуть это более безболезненно и успешно . Они поднимаются на лифте выше. Сехун тут уже не первый раз, поэтому он не осматривает холл, по которому они идут до кабинета. Кай прикладывает палец к сканеру и дверь открывается. Там их уже ожидают. Мэр сидит в кресле, напротив стола, позади него стоит охранник и человек в очках, телосложением явно не напоминающий защитника. Глаза мэра сразу приковывает Сехун, идущий позади и застегивающий пуговицу на пиджаке. За столом ждет Сухо в сопровождении пяти охранников. Да, это особенность их финансовой головы, он всегда ходит с большим количеством охраны. Даже на одного охранника мэра он предпочитает брать минимум пятерых. И это не считая того, что Чонин тоже будет тут. А ведь как известно в их кругах, Кай отличный стрелок. И даже то, что они находятся в своих владениях, как правило, не обнадеживает Сухо. Пять самых проверенных охранников — это его минимальный набор. Сам Кай вполне мог объяснить такую осторожность. Ведь Сухо их глава в плане распоряжения денег, оформления документов и в вопросах владения недвижимостью. Можно сказать, он занимается всей технической частью бизнеса. Поэтому в перестрелки, переговоры, разрешение проблем он не ввязывается. На нем, так сказать, держится все и он вполне обоснованно считает, что должен беречь себя ради общего дела. На самом деле, лидер считает так же, лучше пусть ходит с армией охраны, зато все будут спать спокойней. Лидер проходит за стол, не поприветствовав мэра поклоном, как раньше. После выходки пару дней назад их отношения ухудшились, теперь чувствовалось это напряжение между ними. Поэтому Кай просто проходит к столу, взглядом что-то спрашивая у Сухо, на что тот кивает положительно. Сехун следует за альфой, исподлобья бросив взгляд на мэра. Он встает слева от Кая, продолжая пристально смотреть в глаза альфе напротив. Омега чувствует сильную защиту, так как пятеро просто огромных альф-охранников стоят позади. Сехун чувствовал себя защищенным как никогда, даже не смотря на то, что он все еще технически был купленной омегой для борделя. Его прибывание тут скорее как пленника, или даже товара, которым хочет завладеть кто-то еще. Но вопреки всему здравому смыслу и фактам, он чувствовал, будто он часть команды и его будут защищать так же, как лидера. — Ты быстро подготовил документы, — пронзая острым взглядом мэра, начал Кай. — Долго или умеючи? — расплывается в отвратительно ехидной улыбке полноватый мужчина. — Тогда давай бумаги, Сухо проверит. Тот стройный мужчина, что стоял рядом с Мэром, кладет папку на стол. Сам же Мэр смотрит на Сехуна. Сухо берет документы, первым открыв договор и начинает бегло читать. — Губа заживает, да? Мэр наконец-то обращается к Сехуну, чего так ждал Кай. Ему было интересно, для чего же тот хотел видеть омегу опять. Но Сехун не реагирует на его слова и просто продолжает как-то презрительно смотреть в глаза наглому альфе. — Знаешь, мое предложение все еще в силе, я все еще хочу забрать тебя. Ты же не хочешь провести всю жизнь в заточении здесь? — А чем у тебя лучше? — Сехун как-то странно вежлив с тем, кто угрожал и ударил его несколько дней назад. — Я узнал, что Кай пытается тебя продавать альфам, но я слышал, ты отбиваешься от всех этих ублюдков. Чонин поворачивается, чтобы видеть лицо Сехуна, ему было интересно, что сам омега ответит мэру. — В том числе и от того, что сидит сейчас передо мной, — Сехун держал руки за спиной и максимально спокойно отвечал мэру. — Не забывайся, мальчишка. Я могу сделать с тобой все, что захочу. — Не можешь, если бы мог, давно бы уже сделал. Даже не знаю, я тут как пленник или же под охраной от таких как ты. Охранники делают вид, что они даже не слышат происходящего, а Сухо старается как можно скорее просмотреть документы, так как обстановка накаляется. Он хочет скорее закончить эту встречу, так как обычно старался избегать конфликтных ситуаций. — Ты думаешь, такой как Кай станет тебя защищать? Ох, мальчик мой, ты совершенно не знаешь его. Он тот, кто не брезгует убивать невиновных своими руками, красть последние деньги в своем казино, расправляться с семьями своих должников и такой список можно продолжать еще очень долго. Он не герой, который забрал тебя под свое крыло и теперь оберегает. Если бы я тобой не заинтересовался, он бы тебя уже привязал к кровати и отдал на оргию альфам. Что, вероятнее всего, он с тобой и сделает. Либо сделает личным секс-рабом. — А я не против, — с еле заметной ухмылкой ответил Сехун. — Что? — Я не против трахаться с ним, — после этого заявления даже Сухо оторвался от документов и удивленно посмотрел на омегу. — У него отличный член, а знал бы ты, как я просил, чтобы он дал мне кончить. С ним я даже не сопротивляюсь и делаю все, что он хочет. Разве ты сможешь дать мне такой охренительный секс, как то, что у нас с Каем? Зачем мне старый извращенец, когда меня так классно удовлетворяет Кай? Ему можно все, что ты там себе нафантазировал сделать со мной. Можешь засыпать ночами и только представлять, что все это я делаю с ним, а может даже больше. От удивления даже Чонин приподнимает брови и приоткрывает рот. Охранники вместе с Сухо так же смотрят на самодовольного парнишку. Кай не знает, почему омега рассказал все это, потому что хотел разозлить мэра или действительно думал так. Лидер переводит взгляд на мужчину напротив и видит лицо полное ненависти. Мужчина сжимает ручки кресла и явно пытается прожечь дырку в черепушке Сехуна. — Ты не понимаешь, он с тобой наиграется и выкинет или продаст кому-то, как только ты ему надоешь. Ты для него просто тело, вещь, то с чем можно позабавляться на время. — Ну так а ты-то чем лучше? — в голосе Сехуна чувствуется какое-то напряжение, словно его распирает от злости или обиды. — Тогда на прощание я попрошу у него пушку с одним патроном для тебя. Мэр подскакивает с кресла, очевидно, еле сдерживая себя от того, чтобы не нанести новых увечий омеге. Охранники дергаются с места, давая понять, что еще одно движение и они отреагируют. Мужчину заметно трясет от злости, похоже, в этот раз он действительно старался быть максимально вежливым, чтобы заполучить Сехуна. Спустя несколько секунд Чонин встал из-за стола и загородил собой омегу. Он не хочет, чтобы Сехуну опять прилетело по лицу за его дерзость. А руку на Кая уж точно не посмеет поднять. — Ты действительно спишь с ним? — Голос мэра дрожит. — Я не стану перед тобой отчитываться, с кем я провожу время. Но касательно Сехуна скажу, что это он мой, а тебе придется забыть о нем и найти кого-то еще, с кем ты будешь воплощать все свои фантазии. Этого я тебе точно не отдам. И как ты говорил, я не примерный мальчик, я сделал слишком много плохого. И раз уж я пока что не раскаялся и не уверовал в бога, я все еще могу разорвать глотку голыми руками, если мне кто-то переходит дорогу. И прикрою разорванное тело кучей денег и сядет невиновный, а не я. Все как всегда. Чонин решительно смотрит на мэра сверху вниз, держа руки в карманах. Обстановка накалилась до предела. Казалось, сейчас может начаться что-то с фатальными последствиями. — Я нашел в договоре несколько спорных пунктов, мне надо обсудить с юристами, — напряжение разрядил Сухо. — После того, как я все решу, наши юристы встретятся и мы обсудим договор еще раз. После этих слов мэр еще раз взглядом, словно ставит жирную запятую в этом разговоре, давая понять, что они не закончили, направляется к выходу. Один из охранников также идет к двери, чтобы открыть ее и выпустить мужчин. Кай поворачивается к Сехуну и старается оставаться максимально невозмутимым. Они смотрят друг на друга несколько секунд, каждый пытается найти ответы на свои вопросы. Было ли сказанное просто попыткой вывести мэра из себя и закрыть вопрос с выкупом. Или же это были настоящие мысли и чувства друг друга. Когда мэр покинул помещение в сопровождении одного охранника, Сухо подходит к Каю. Он не знает, что можно в данной ситуации сказать Чонину, ведь он не привык участвовать в подобных перепалках. — Мне нужно еще раз внимательно посмотреть документы. Через пару дней я дам тебе ответ и в этот раз наши юристы встретятся с его представителями, и мы подпишем документы. — Хорошо, я понял, пусть твои ребята отведут Сехуна в восемьдесят восьмой. Наверняка Сухо хочет задать вопросы, но по напряженному лицу Кая было понятно, что этого лучше не делать. Поэтому вопросы больше не задает никто. Даже Сехун, пристально наблюдающий за лицом лидера. Когда омега проходит мимо Чонина, чтобы его отвели в номер, он чувствует прикосновение к ладони. Сехун скорее инстинктивно оборачивается, но видит лишь спину Чонина. После чего, более не задерживаясь, направляется на выход, сжимая ладонь, к которой только что прикоснулся Кай. После того, как в помещении не осталось никого, лидер устало садится в кресло, трет переносицу и смотрит на бокал, который он оставил на столе. Теперь желание напиться было еще сильнее, поэтому Кай не отказывает себе и наливает все тот же любимый виски и опрокидывает первый бокал.