***
– Что за… Но договорить Питер не смог: скрежет деформирующегося металла стал невыносимо громким, и игнорировать его было уже невозможно. Но он должен был удержать вертолет или хотя бы вытащить людей, находящихся в нем. Времени на принятие решения оставалось все меньше. Не зная, куда сначала нестись, парень активировал в костюме систему телефонного сообщения. – Нэд, я на крыше монумента Вашингтона. Что у вас происходит? Я слышу что-то... Будто кувалду пытаются разбить о другую кувалду! – Тут... лифт... Боже мой, Пит... тьфу, Человек-па... тьфу...! В общем, он сейчас рухнет! Чем ты занят?! – Я чуть-чуть не успеваю, друг, уж прости! – заорал Питер в наушник, силясь хоть немного снизить скорость, с которой вертолет летел к земле, - кто остался в лифте?! Лифт! В нем есть люди?! Четвертая нить паутины, пятая, шестая, и вертолет замирает в полуметре от земли, едва отпружинивая вверх. Лопасти пропеллера остановились, склеенные намертво, и машина затихла, но грохот металла и будто бы треск толстенных нитей ни на секунду не прекратился.. – Лиз, Гвен и миссис Варн! Питер, из последних сил стараясь удержаться на монументе и не полететь вниз следом за вертолетом, едва смог справиться с приступом паники. Нельзя. Не сейчас. Внезапно на частоту костюма вклинилась новая линия, и голос, так хорошо знакомый голос... – Мать твою, Питер, что происходит?! Я велел тебе… – Здравствуйте, мистер Старк, рад слышать Вас на нашей волне, но у нас тут проблема, - пробормотал Нэд. – Ёб… – Паучок, спокойно! – крикнул Старк, – я буду через полчаса. – Нет! Не нужно! Я справлюсь! – Я не спрашиваю у тебя разрешения, – рявкнули в ответ. Питера начало трясти, но уже совсем не от волнения. Он чувствовал, как пульсирует сердце, горят огнем мышцы и как от сильной злости стучит жилка на правом виске. Ребенок. После того, что между ними было? После признаний Старка? И считать Питера Паркера до сих пор ребенком? Прошлое и настоящее смешались в неконтролируемый поток из раздражения и непонимания. – Нэд, оставь нас на пару минут, – и когда раздался звук отключающейся рации, Питер позволил себе вспылить, – Тони, какого хрена?! Я справлюсь! – Послушай меня, Пит, я не сомневаюсь в этом… – Ты считаешь меня ни на что не способным, ведь так? Маленьким пацаном, который метит в ряды первого эшелона? Так вот, ты ошибаешься, Тони Старк. Ты ошибаешься. – Чёрт возьми! Ты не понимаешь, о чём говоришь, во что ввязываешься! – Я не настолько безрассуден, как ты. Я знаю, что делаю. И я знаю, что мои близкие в опасности. Я не собираюсь отсиживаться в углу и рыдать, ожидая появления Железного человека! Хватит. Меня. Опекать, Тони. – Питер, я... Но Паркер прервал связь. Времени на раскисание не было – люди, находящиеся в башне могли в любой момент отправиться к праотцам. Стиснув зубы, парень сделал шаг с пирамидообразной макушки, но только для того, чтобы зацепиться за нее же паутиной и влететь в холл, обозначенный смотровой площадкой. И как раз вовремя: последний лифтовой канат едва не скрылся в черной, глубокой шахте. Ученики испуганно отшатнулись к окнам, расступаясь и освобождая дорогу Человеку-пауку. Питер услышал тихий возглас Нэда, что-то с пожеланиями удачи, произнесенными с невероятным ужасом в голосе. Но это все далеко, сейчас главное – злосчастный канат. Руки плотно ухватились за самый конец троса, ноги нашли преграду в виде стен. В последний момент парень поборол естественную силу тяжести и смог удержаться наверху, а не полететь вниз. Костюм затрещал. Питеру на момент показалось, что пол под его ногами рушится, и он сам падает в ту бездну, которая сейчас угрожала его товарищам. Руки свело невыносимой болью, а в спине что-то хрустнуло. Тяжеленная металлическая коробка грозилась свалиться вниз и утащить за собой еще парочку жизней. Вот только Питеру было нужно не это. – О, Человек-Паук! И ты здесь, – насмешливый голос раздался эхом над головами десятком испуганных учеников, наблюдавших как супергерой изо всех сил пытается спасти их друзей и одноклассников, – помнишь меня? Я Шокер. – Питер! Питер! – орал Старк в пустоту, но ответа не было, – Пятница, координаты… – Координаты Белого дома, сэр? Тони едва не застонал от своей тупости. – Именно оно. Полетели.6.
17 января 2017 г., 20:17
«Веди себя хорошо, иначе я отправлю письмо в Дейли Бьюгл, в котором расскажу, что Человек-паук во сне пускает слюни».
Питер нахмурился, затем коротко хохотнул и принялся строчить ответ. Как раз в этот момент автобус тряхнуло так, что телефон выпал из его рук, но парень ловко поймал тот уже возле пола. Нэд неодобрительно качнул головой, но увлечённый перепиской Паркер этого не заметил.
«Я бы посмотрел, как Железный человек отвечает на вопрос «а откуда вы знаете, как спит Человек-паук?» :D»
«Ты огромная заноза в заднице, ты в курсе?»
Парень едва смог сдержать улыбку, которая так и норовила расползтись на все лицо – хоть завязочки пришей, и набрал сообщение:
«Да, мне говорили об этом. Какую-то пару сотен раз.»
– Пит, да с кем ты так беспрерывно пишешься? – прищурилась Лиз, слегка пихая парня в плечо.
Её волосы сегодня были забраны в высокий конский хвост, лишь одна, будто бы неряшливая прядка, так и норовила выбиться из общей копны. Питер несколько секунд вспоминал свои чувства, которые вызывала Лиз в нём прежде, до встречи со Старком, но так и не смог даже близко сопоставить их с тем, как сильно его тянуло к плейбою-филантропу.
– Я… С Мэй, – не краснея соврал он и отправил сообщение.
Лиз расслабленно улыбнулась.
– Я уж подумала, ты завел себе подружку…
– Никаких подружек, Лиз, – усмехнулся он, примирительно поднимая ладони вверх, – только тётушка и другие родственники!
– Это радует, – подмигнула девушка и отвернулась к подруге-блондинке.
Лишь Нэд с подозрением косился на товарища.
– Что?
– Ничего-ничего… С тобой заговорила Лиз, а ты даже и ухом не повёл, – прищурился Лидс, – и вообще, радостный ты больно...
– Это проблема? Вот чёрт, да как я мог! – деланно возмутился Питер, но заметив хмурое лицо друга, рассмеялся, - ой, парень, забей. Все же хорошо? Мы почти приехали, посмотрим на Белый дом, ты залезешь на свой монумент! Дело в шляпе!
Нэду оставалось лишь кивнуть и вернуться к просмотру пейзажей за окном. Несмотря на прекрасное настроение друга, нехорошее предчувствие никак не хотело покидать его с самого утра.