Тихий час

Ночь. Дождь. Дым от сигареты. В даль уводят следы… А, нет-нет. Меня не в ту сторону уносит. Но ночь и дождь присутствуют. И вот в этой мрачной атмосфере, в два часа утра к нам в квартиру постучались. Я остался сидеть у Оли, ей тяжело одной переносить смерть сестры. Ну, Наташа просто пропала… Хотя кто возвращался? Мы переглянулись. Я медленно, беззвучно направился к двери. Оля шмыгнула на кухню. На всякий пожарный она достала нож. И вот, сестренка тоже у дверей. Она легко наклонилась, заглянула в глазок. Блеснула молния. Не знаю, что Оля увидела… Её как током шандарахнуло. Взвизгнув, девушка отскочила в сторону. Я тоже заглянул. Нервно дернулся. Прям, пересъемка «Звонка»! У дверей стоит девочка. Вся в крови. И пристально смотрит, как будто на меня. Не скоро удалось понять, что это… Вы уже угадали? Да-да. Это Наташа! Сколько мы еще стояли в ступоре? Может, призрак? Может, зомби? Может, я дебил? Нужно срочно открыть дверь! Ее нужно впустить в квартиру! Так, куда я положил ключи? Они напрочь вылетели из моей головы! Оля тоже суетится. Она тоже не помнит. Вот так вместе и мотаемся по коридору. Шок все еще не прошел. Ага, твари! Я вас нашел! А ну вылезайте из кармана! Оу… Они же меня не слышат… И вот уже Наташа, мокрая и плачущая, стоит в комнате. Оля убежала за полотенцем. Я пытаюсь успокоить младшую сестру. - Что, что случилось? - Я… Не знаю!.. Мне что-то вкололи… И попытались убить… Я очнулась… Я их ударила… - она всхлипывает почти после каждого слова. Наверное, доза была слишком мала, раз сестренка вовремя проснулась, – Их было… Двое… На столе… Лежали шприцы… Я выбежала из здания… И попыталась… Найти знакомые улицы… Оно очень далеко… Я не помню, где… - хм, как-то не правдоподобно. Наверное, она действительно плохо помнит. Глаза, например, мутные и дергаются. Ей нужно поспать. Я легко приобнял сестру, – Ну ладно, успокойся. Ты дома, все в порядке, – она вся дрожит. Наконец то, Оль! Давай, разотри ее, а я помогу уложить. Так мирно выглядит… Понятно, почему её так часто сравнивают с ангелом… Мы всю ночь не спали – оберегали сон Наташи. Она изредка всхлипывала, но вроде бы всё нормально. На утро повели ее к следователю. Оля осталась, а я опомнился и побежал в университет. Слушаю лекцию. Слушаю лекцию. Слушаю... Какой-то мудак в розовом пытается мне что-то сказать. Отвянь, я с педиками не разговариваю. Сколько там еще ждать? А не пойти ли мне в общежитие, поесть? Черт… По пути домой меня перехватывает Альфред и тащит в квартиру, при этом тараторя что-то на английском. Нет, чувак. Я тебя не понимаю. Никак не понимаю. Вообще не понимаю. Переключи себя на русский. Настоятельно советую, а в противном случае ударю. Очень сильно ударю. Поверь, умею. Вот я уже там. Вот все на меня вылупились… А, да! - Хорошая новость, Наташа вернулась, – отцепляясь от Ала торжественно объявил я. Это поразило цепную реакцию, состоящую из вопросов «Чё, правда?!». А Яо побледнел. Его брат зарезался после того как… Кхм… «Вернулся». Но я за Наташку не волнуюсь. Она сильная и у нее есть причина жить. - Расскажи подробнее, – потребовал британец. Я зевнул. Мне что, больше нечем заняться, кроме как рассказывать вам о похождениях моей сестры? Ну да, не чем. - Хм… Она пришла в два часа ночи, вся заплаканная и в крови. Она сказала, что ей что-то вкололи и попытались убить, но доза оказалась слишком мала и Наташа очнулась. По её словам, она обоих их ударила и выбежала из здания. Бросилась искать знакомые улицы, что бы вернуться домой. Путь не запомнила. - Слишком театрализовано… Нужно будет ее прове… - Сука! Ты мою сестру подозреваешь?! Я не выдержал, подошел к Керкланду почти вплотную и вмазал в челюсть. Артур не ожидал такого. Грохнулся на пол. - Ты хочешь сказать мне, что моя сестренка врет? – тихо, вкрадчиво, и при этом, широко улыбаясь, переспросил я. Вопрос был встречен тишиной. Артур бросил на меня гневный взор из-под черных, как тучи бровей. Я прям писатель, а? - Да, Брагинский. Я ее подозреваю. И это вполне обоснованно, – Керкланд поднялся. Я уже готов был треснуть нахала еще раз. Еще одно слово… Вот еще одно слово против моей сестренки и я его впечатаю в стенку. - Чем? – я улыбнулся. - А тебе кажется эта история правдоподобной? – англичанин торжествовал. Ибо рассказ действительно немного лишен логики. - И что же в ней плохого? – улыбка превращается в оскал. - Зачем им обычная московская школьница? Зачем они ее кололи? Так, что бы для виду полежала? - Может, они хотели с помощью нее шантажировать… Дедушку, например? Не такой уж он и ненужный в этом мире человек, – я все еще улыбаюсь, но это и улыбкой то не назовешь. - И… И кто же он? – Артур нервничает. Он, наконец-то, почувствовал страх. - Он начальник полиции. Это так, к слову. Вполне вероятно, что это был не маньяк, а просто два дебила. Им, может, хотелось с помощью Наташи выкупить свои уголовные дела. - Тоже правдоподобно, – наконец то согласился бровастый. Конфликт разрешен. Но я никогда не забуду этого ему. Как-нибудь нужно будет отомстить. - Ару ка, я предлагаю, всем упокоится и попить чай. Вчера заезжали мои родственники из Пекина и привезли с собой отличный чай. Никто не против, ару? – попытался разрядить нервную обстановку Яо. Он что, с собой принес, что ли? М-да… Я угадал. Как только подавляющее большинство согласилось, азиат порылся в сумке и вытащил небольшую красную коробочку. Артур офигел, тоже ведь, типа, специалист в этой области. Он, наверное, всё-таки наркоман. И в итоге я оказался в мирной и спокойной обстановке… А, БЛЯ! А-а-а! Нет! Я позеленел. Щаз блевану. ОПЯТЬ! Педики ебаные! НЕ СОСИТЕСЬ У МЕНЯ НА ГЛАЗАХ! Видать, не только я тут нормальный. Примерно половина находящихся в комнате выпучила глаза и отвернулась. … … Гил, только не говори, что ты… Чувак! Ты сделал мой день. Гилберт обмотал этих двоих клейкой лентой. Прямо на уровне рта. При этом еще и смеялся в полный голос. Да будите вы вместе на всегда, голубки! Дальше я просто ржал. Фильм ужасов, ага. Ебвашумать, представьте, что ЭТО встало. Вот так в обнимку и встало. Бля… Людвиг зашвырнул в старшего троло-брата стулом. Франциск же помог им отмотаться. С пониманием, блин, к ситуации подошел. Все вновь расселись по местам. Кое-кто все еще не отошел от только что увиденного. Ал требует повторить, ибо не заснял на камеру. В него летит чашка. Идиллия. - Ну что ж, начнем наше заседание, – увернулся от самодельной бомбы американец. Он сделал серьезное лицо и поправил очки, – И так, пока нам известно, что жертвами становятся только парни. Мертвы около пяти, – парень многозначительно посмотрел на нас, – Ваши варианты, господа. - Ну что же, раз никто не хочет высказаться, то начну я, – Артур поднялся с места, – У меня есть гипотеза, что убийца не один. Например – Торис был убит колко-режущим предметом, но он никуда не пропадал, как большинство. Нам известно (Из новостей) что маньяк орудует в этом районе. Судя по данным экспертизы (А эта информация на самом деле из интернета) только Ториса зарезали небольшим ножом. Кортиком, клинком, а может даже лезвием бритвы. - Мой дорогой, твои сведения немного ошибочны. Одного из моих друзей убили этим же способом. И не пропадал он, а прятался у меня от своей девушки. - Поздравляю, Франц! – довольно воскликнул Гилберт, – Ты теперь тоже в списке подозреваемых. Француз удивленно на него посмотрел. Затем тяжело вздохнул и отвернулся. - Я мало знаю о Лорейн… Лотре… Лаире… Торисе, ару. Но Леон рассказывал мне, что все убитые были… Людьми нестандартной ориентации. - Братиш, ты следующий… - довольно прошипел Гил. Людвиг промолчал. От Фелечиано вряд ли что-либо добьешься. Осталось только мне рассказать. - Ну а что? Все были зарезаны в темных переулках, а Торя – в университете. У меня все, – я театрально развел руками. М-да уж, надо было посерьезнее к этому подойти. Обидно даже, что я сказал меньше всех.