Хроники Хогвартса: возвращение Тома

      С каждым разом мне нравится проводить время с Гарри всё больше потому, что он мне никогда не отказывает, а это очень приятно. Наверное, парень делает так из-за любви, а я в ответ забочусь о ранах, которые могут быть смертельными. Таких практически не оставляю, а другие пусть заживают сами.       Вчера мы очень славно повеселились. Настолько, что я был обескуражен во время занятий.       — Что с тобой? — спрашивал Драко.       — Ничего, — ответил ему, а сам мысленно прокрутил, как опять завладею Гарри.       Раньше мне казалось, что парень невыносимый, что я его ненавижу, но гриффиндорец своей отвагой в постели доказал, что с ним намного лучше. Поэтому теперь мне сложно отказаться от Поттера, но в определенный момент я всё же выберу свое место под солнцем и позволю ему умирать, как как-то бросали умирать последних шлюшек. Я впущу в него змею и заставлю свою крошку растягивать его из середины, пока не лопнет, или же сойдет с ума от боли, а тогда мне надоест играть с сломанным солдатиком.       Но пока я опять переношу Гарри в наше место, не ожидая пробития заветного часа, когда Малфой и его дружки соберутся посмотреть на то, как я трахаю Поттера потому, что мне хочется отыметь его, чтобы никто не видел. Из-за того, что слизеринцы смотрят постоянно приходится закрывать Гарри рот, чтобы он не взболтнул ничего лишнего. Он уже как-то раз начал. Так потом пришлось стирать память чуть не всему Слизерину. Хорошо, что его слов толком никто не понял.Панси подумала, что Гарри меня игриво называет Реддлом и разнесла эту весть быстрее молнии, а я же решил, что не должно быть напоминания об этом, а то Волан-де-Морту может не понравится, поэтому пришлось стирать всем память. К сожалению, процедура занимает очень много времени, поэтому я очень устал, а дальше все было как-то понятно.       Вот сейчас пытаюсь трахнуть Гарри стоя, как мне нравится, а не исполняя пожелания Малфоя и его друзей, но Поттер упорно вырывается.       Он так любит ломаться перед тем, как подчиниться, что сильнее заводит.       — Что опять? — спрашиваю улыбаясь.       Конечно, парень опять начинает заливать мне о том, что я должен его уважать.       — Шлюх не уважают!        — Хочешь сказать, что я шлюха? — очень обидчиво смотрит на меня Гарри.       Слышу, что всё мысли о любви ко мне, но я в неё не верю потому, что за красивыми словами всегда припрятано что-то ещё.       Конечно, парень ещё дальше убегает от меня и заявляет о своих правах.       — Так ты со мной только из-за того, что я даю тебе всё то, что ты хочешь?       — Так и я даю тебе то, что ты хочешь. Только ты не можешь этого признать. Наверное, тебе с детства нравится быть униженным, поэтому ты ищешь кого-то, кто позволит себя мальчиком-что-выжил! — уверяю я.       А он чего-то закипает. Даже бьет в лицо. Я не ожидаю такого, поэтому Гарри легко разбивает мне губу, но наказывать его не собираюсь потому, что мне то этого становится ещё смешнее потому, что прав.       — Задел за живое? — дальше язвлю.       Гарри опять поднимает на меня руку, но теперь я перехватываю её и очень больно заламываю за спиной.       — Не очень выгодное положение, да? — спрашиваю его, пока вторая рука лапает круглые ягодицы.       Эти движения заставляют Гарри стонать от боли.       — Видишь, я вчера высек тебя до крови. Нормальный человек вопил от боли, а ты только тихонечко постанываешь! — закидаю ему.       — Бывало и похуже, — оправдывается Гарри.       Хотя я ощущаю, что боль приносит не только страх и чувство унижения, но и что-то приятное. Наверное, поэтому постоянно отказывает мне, чтобы я хорошенько им занялся. Сейчас знаю, что он меня хочет, поэтому спускаю штаны, открывая для взора прекрасную картинку кровоточащих следов порки.       — Нет, не надо! — умоляет Гарри.       — Но ты же хочешь, — говорю я.       На этот раз даже готов поработать своим языком, чтобы подготовить почву, но парень чего-то выкручивается, хотя стоять так не очень удобно: приходится держатся за стену только одной рукой.       — Ты меня каждый раз заставляешь хотеть, делая очень неприличные вещи, что на самом деле не должны существовать… — движения моего языка заставляют брюнета закрыть от наслаждения глаза. — Но ты пристал ко мне потому, что только я один позволяю тебе делать со мной разные штуки, да и я обхожусь тебе бесплатно.       — Я могу положить под себя любого! — уверяю Гарри, вставляя в него пальцы, чтобы потом было легче войти, но гриффиндорец продолжает, очень удивляя меня.       — Докажи, — бросает мне вызов очень тихо. — Трахни передо мной Драко Малфоя и тогда я позволю к себе прикасаться без возражений, а если нет, тебе придется обо мне забыть!       Такого заманчивого предложения я давно не получал, но не подозревал, что на него сможет отважится Гарри, но всё же мне очень нравится этот азарт. И ради того, чтобы доказать, что я на что-то способен я готов подождать. В эту ночь Драко станет шлюхой, а Гарри будет наблюдать и наслаждаться зрелищем. Я в себе вполне уверен, потому что Тому Дамблдору никто не откажет.