Неделимые.

— Ты же знаешь, что они проверяют, да? — Грустно спросил Стайлз у друга.       Скотт явно занервничал и опустил голову. Он молчал, тогда Стилински сам сказал диагноз. Шатен знал, что с ним происходит, что происходит внутри его головы. Парень знал все последствия болезни и понимал, что для него все кончено. Кареглазый не хотел страдать слабоумием, а потом просто умереть. — Стайлз, если у тебя это найдут, мы что-нибудь придумаем. Я что-нибудь придумаю. Я уверен, Лив мне поможет.       Парни обнялись и заплакали, чувствуя боль друг друга. Мелисса и шериф стояли за стеклом и смотрели на сыновей. Вдруг в комнату вбегает Оливия, вся в слезах. Она хотела к Стайлзу, хотела обнять его и понять, что все это сон, но Джон обнял ее. Девушка прижалась к нему и заплакала еще сильнее. Если сейчас они что-то обнаружат, то она найдет способ вылечить друга. Флоренц взяла себя в руки и подошла к стеклу.       Стилински увидел ее и сдавленно улыбнулся, показывая, что с ним будет все в порядке. Оба плакали, но парень быстро утер слезы и лег, а школьница отошла от стекла и оперлась на стену. Врач начал что-то говорить парню и включать машину. Вдруг рыжей резко стало плохо и она выбежала из комнаты, держась за рот, чтобы не закричать.       Было больно до невозможности, как будто твое тело пронизывают тысячи игл. Зеленоглазая забежала в палату Стайлза и упала на пол. Француженка начала кашлять, что-то мешало ей дышать. Школьница залезла рукой в рот и вытащила оттуда муху. Глаза вмиг стали оранжевого цвета. На пол упала слеза, затем еще одна, и еще одна.       А Стайлз лежал и прислушивался к звукам. Они медленно сводили с ума, но образ рыжей девушки не давал парню покоя. Феникс сказал, что если шатен умрет, то это конец для них обоих. Голос в голове практически захватил Стилински, у него уже не было сил бороться. Он не мог отгадать загадку, но вдруг осознание пришло. — Тень! Что? — Мы уничтожим их, Стайлз, их всех. Я тебе обещаю. Та девушка, которая Феникс, не позволит никому тебя тронуть, а это значит, я бессмертный. Прощай, Стайлз. — Прости. Прости меня, Лив… Я должен был тебе сказать, что… — Он не успел договорить, так как его захватила тьма.       В этот миг Скотт и Дерек услышали сразу два пронзительно громких крика, точнее, был крик и рев. Оборотни переглянулись, и через секунду произошел небольшой взрыв, который вызвал в больнице беспорядок. Они решили осмотреться, а потом вдруг поняли все. Все, что сейчас происходит, из-за Стайлза.       Ногицунэ медленно завязывал шнурки и смотрел на всеобщую панику. Ему нравилась проделка, которую он совершил. Также он улыбался, чувствую рядом энергию Феникса, которая защищала Стилински. Аура огненной птицы лежала на плечах парня, и это так веселило духа. Он повернулся и увидел мать Киры. Ногицунэ стал медленно приближаться к ней, при этом улыбаясь. — Ты же знаешь меня? Тогда ты помнишь, что меня не остановит твой выбор хозяина. Даже если это невинный мальчик. — Ты нам угрожаешь? — Сзади женщины появились Они, и она сказала: — Вот теперь угрожаю. — Мы не боимся твоих маленьких светлячков. Ведь так, Оливия?       Рыжая в это время пыталась отдышаться, стоя около двери. Она узнала эту женщину, но не узнала своего друга. Он был таким же, но аура и тон свидетельствовали о другом. Девушка закусила губу от безысходности, ведь дух выбрал Стайлза по двум причинам. Первая: из-за ритуала двери в его тело были открыты, а второе: он был под защитой сильного и бессмертного существа. — Что эта девушка может сделать мне? Взять его! — Они повиновались и пошли на парня, но тот лишь взглянул на Флоренц и улыбнулся.       Зеленоглазая быстро подошла к ниндзя и проткнула его огненной рукой, уничтожая светлячка в груди. Второй воин хотел ранить ее мечом, но она его перехватила и расплавила. Из ее глаз градом катились слезы, но Лив не могла дать им тронуть его. Инстинкт не позволит, ее тело и силы будут защищать Стилински.       Женщина хмыкнула, увидев силу девушки и наглую ухмылку Ногицунэ, и нажала кнопку в лифте. Перед закрытием двери кицунэ сказала фразу, на которую дух улыбнулся и сделал шаг вперед. Парень провел рукой по волосам рыжей и вдохнул ее запах. Француженка брезгливо отвернулась, но признавала, что тело не хочет его отталкивать, потому что чувствует Стайлза. — Что ты с ним сделал? Что?! — Кричала она на духа, пока он наматывал ее пряди волос на палец. — Он сейчас типа спит. Ты так великолепна. Из-за того что я в его теле, то чувствую привязанность к тебе. Он даже не подозревает, какая между вами связь. Феникс не сказал, кто ты такая? Не сказал, насколько ты особенная? — О чем ты? Я обычный носитель духа Феникса. — Обычный?! Ха-ха-ха! Вот насмешила. — Вдруг он резко прижимает ее к стене и говорит на ухо. — Твоя душа скоро превратится в прах. Сгорит и превратится в горстку пепла. И когда из горки пепла, в которую превратилась твоя душа, вдруг робко начнут проглядываться еще неоперившиеся крылья той самой чудо-птицы, которую люди привыкли величать Фениксом, ты переродишься! Ты станешь новым Фениксом! — Я ничего не понимаю! Отойди от меня!       Дух поднял глаза и взглянул на ее лицо. Связь со Стайлзом была сильна, поэтому тело не слушалось Лив. Ногицунэ улыбнулся и положил руку на лицо девушки. По коже обоих пробежал мурашки, и парень сам удивился, ведь тело мальчишки тоже реагировало на нее, причем очень сильно. — Оливия. Ты теперь принадлежишь мне. Я одержу победу в этой войн… — Их прервал чей-то голос. — Извините, молодые люди, но это не место обниматься и вообще все должны покинуть помещение… — Полицейский не договорил, ведь Ногицунэ проткнул его скальпелем прямо в сердце. — Правосудие свершилось. Он нам помешал. — Правосудие? Это ты называешь правосудием? — Лив почти срывается на крик. — Отнимать чужие жизни у невинных людей ты считаешь правильным и справедливым? Кто дал тебе такое право? — Никто. Это моя игра, а значит, я придумываю правила. Твоя человеческая личность мне мешает. Посиди пока немного со Стайлзом во тьме! — Парень щелкнул пальцами, и ее глаза поменяли цвет, а она сама стала безвольной куклой.

***

Что? Где я? Что он со мной сделал? — Думала девушка, вставая с земли.       Она была в какой-то белой комнате с решетками. Вдруг на глаза ей попался Стилински, который пытался битой пробить стену. Лив не знала, что ей тогда двигало, но она подбежала к нему и обняла со спины, остановив его очередной удар. Стайлз застыл на месте, боясь повернуться, но приятный запах выдавал ее с потрохами. — Стайлз… Я так рада тебе видеть, хотя ситуация очень плачевная. — Лив! Я хотел тебе сказать, что… — Взглянув в ее зеленые глаза, парень оторопел. — Лив…       Он произносит ее имя лишь раз, просто выдыхает его. Кто бы мог подумать, что единственный слог способен превратить тело Лив в танцующее пламя. Вдруг шатен берет ее теплыми ладонями за лицо, проводит пальцами по бровям. На одно чудесное мгновение его большой палец замирает на нижней губе девушки. У его кожи привкус корицы. — Промелькнуло в голове рыжей. — Ты… веришь мне? Ты же ненавидишь меня, да? Я принес тебе столько боли, ты должна меня ненавидеть. — Стайлз, Стайлз, эх ты! — Недалеко от них появился Ногицунэ в образе Стайлза. — Зачем ты делаешь больно тем, кто тебя любит? Они ведь беззащитны из-за любви к тебе. Ведь так, Оливия? Скажи ему, что твое тело сейчас находиться под властью темного духа из-за Стайлза. Скажи ему это. — Нет! Ни за что! Он ни в чем не виноват! — Как ты его защищаешь! Давай так. Если ты сейчас признаешься ему в своих истинных чувствах, то я никого не убью сегодня. А если нет, то первым на очереди будет Скотт, который легко повелся на мою уловку. Даю тебе десять секунд. — Дух начал медленно загибать пальцы. — Что? Не смей! Черт! — Когда осталось три пальца, девушка обратилась к шатену. — Я люблю тебя, но больше, чем друга, и если я тебе не нравлюсь, всё хорошо, потому что я всё равно буду заботиться о тебе. — Ногицунэ улыбнулся и подошел к ней.       Она уже проиграла битву, сначала он захватил ее тело, а теперь и разум. Рыжая последний раз улыбнулась кареглазому и пропала вместе с темным духом, а он просто стоял и смотрел, как девушка, которая ему очень дорога, пропадала на глазах. Стилински отошел от шока и в отчаянии закричал что есть мочи в пустоту: — Не смей! Причинишь ей боль, и я лично убью тебя, Ногицунэ. Лив… Я хочу ответить тебе и тоже честно сказать о своих чувствах. Лив! Черт!