Причуды

      Хорошее существо демоном не назовут. Так я решила для себя. В принципе, и «мрачный жнец» звучит не лучше. Однако с ними я более-менее разобралась, по крайней мере представляю, что от этих существ ожидать. Как же тогда быть с демоном? Уилл отказался отвечать на мои вопросы, объявив, что это существо не достойно того, чтобы его обсуждать. Но при этом он со всей строгостью запретил мне подходить как к демону, так и к его господину графу Фантомхайву. Ведь неосторожность может стоить мне не только жизни, но и бессмертной души. Это очень напугало меня. Я вспомнила тот отблеск красных глаз и внезапный страх, возникший в моём сознании. Не хотелось бы мне, чтобы этот Себастьян Микаэлис узнал о моей тайне. Кто знает, как он на это отреагирует. И как же мне всё-таки повезло, что Уилл оказался рядом. Уж кто-кто, а он сделает всё, лишь бы демон не «распоясался» на территории его работы. Меня это обрадовало, хотя я не представляла, как это можно реализовать. Жнецы, как люди, спят по ночам, им нужно отдыхать. И только я подумала, что никто не будет защищён от демона ночью, пока Уилл спит, как и здесь всё устроилось. Джокер решил подселить новенького артиста Блэка в палатку к Сьюту. А это означало посильный контроль за всеми передвижениями этого опасного элемента. Насколько я понимаю, коса смерти жнеца — ещё какой весомый аргумент против демона.       Однако и с этим всё-таки мне было не по себе. Во-первых, находясь в этом цирке, я всё время искала хоть какие-то следы пребывания здесь детей, но так их и не нашла. Во-вторых, помимо этого начали возникать мистические существа и доверенные лица королевы. В-третьих, не нравилась мне одна особенность циркачей: первый состав жил как бы отдельно от остальных. У них был свой круг интересов, и они частенько разговаривали о каком-то отце. Однако это было так тихо, что только целенаправленно подслушав, можно было что-то разобрать. А уж спрашивать об этом точно было подозрительно. Нет, нужно было доставать информацию по-другому. Возможно даже загрести жар чужими руками. Например, понаблюдать за Цепным Псом королевы. Интересно, как он станет действовать? Надеюсь, что не прикажет демону пытать встречных-поперечных, дабы добыть информацию… Бр-р, страшно.       Вечер я встретила в палатке первой помощи. Сегодня было всё спокойно, не считая того, что с утра приняли новичков. Потому у меня выдалось свободное время. В общем-то я планировала в этот вечер немного разговорить дока, но как-то не вышло. Он чётко и ясно сказал, чтобы я шла отдыхать, а сам засел за доработку протезов. Вот уж фанат своего дела. При том, я заметила, если он сидит за этим занятием, то уходит в себя, и совершенно не слышит, что вокруг происходит. Так, если демон сзади подкрадётся, поминай, как звали. Интересно, а я так же увлекаюсь, когда что-то делаю? Наверно подобное за мной есть. Например, если я глубоко в своих мыслях, то ничего вокруг не слышу. Наверно я тоже лёгкая добыча.       С этими мыслями я дошла до палатки номер девять, где жил Уилл, и от недавнего времени господин Микаэлис. Сейчас мне точно было известно, что последний травит анекдоты в столовой. Уилл же за ним там наблюдает. Потому в палатке не должно быть абсолютно никого. Я вошла внутрь и осмотрелась. Всё как обычно, из мебели двухъярусная кровать и парочка ящиков. Единственное что, так было темновато, масляная лампа была хорошо прикручена.       — Сьют, ты здесь? — спросила я. Да, надо быть осторожной.       Нет, его не было. И мне не стоило здесь находиться без разрешения. Потому нужно было высматривать всякое очень быстро. Вошла-вышла. А то ещё кто случайно застанет меня в палатке без хозяев, подумают что-то плохое. А мне ещё здесь жить, для этого нужен благочестивый образ. Я быстро прошлась по палатке, ничего примечательного: одежда, вещи, бельё. И стоило сюда приходить и рисковать?       Я засобиралась на выход, но тут мне на глаза попалась книга, или точнее папка-регистратор. Она мирно покоилась на нижнем ярусе кровати. Я уже видела такую. Это список Уилла, точнее списки тех, кто должен умереть! Возможно они прольют свет на те нерешённые дела, что занимают мою голову. Не зря же он таскает их с собой, хотя и работает здесь как человек. Обманывает. Точно.       Я огляделась и быстро кинулась к заветной папке, но только наклонилась над кроватью, как услышала такой угрожающий щелчок. Я вздрогнула и тут же уселась на кровать, прямо на папку. Молодец-молодец. Теперь-то как быть?       — Ну, и что ты здесь делаешь?       Я подняла голову, Уилл стоял в двух шагах от меня. Его очки поблескивали в свете лампы. Клянусь, это было так угрожающе, что я не сразу поняла, как нужно поступить.       — Я спросил, что ты здесь делаешь? — снова произнёс он, и я опустила голову. — Ну!       Моё сердце забилось как бешеное даже при мысли, что мне предстояло сделать. Но если я не сделаю этого, то он станет думать, что я пришла украсть его список душ. Это уж наверняка.       — Я думала сяду тебя подожду… — сказала я. — Н-но, кажется, впотьмах я села на что-то не то.       Я привстала и вынула из-под себя папку.       — Точно, какая-то книга…       — Это же нужно, сесть на такую важную вещь! — пробурчал Уилл.       — Прости, но в палатке так темно, — произнесла я и поднялась к нему навстречу.       — Так ты мне скажешь, что ты здесь делаешь и с какой целью?       Хм, не мужчина — лёд. И как он сам думает, с какой целью может прийти к нему дама, тем более, если она сидит на его постели. Вот загадка. Думай, Уилл, думай.       — Ты и правда не понимаешь? — произнесла я. — А ведь вчера ты говорил, что намного проницательнее, чем я думаю.       — Дело совсем не в этом, — ответил он и приблизил меня к себе. — Ты должна понимать, на что идёшь.       — Не волнуйся, понимаю, — сказала я, и мы поцеловались. В этот момент мне стало совершенно ясно, мы преступили барьер просто хороших отношений. Это не поцелуй-привязки, это поцелуй двух любовников. Чур меня! Что же я делаю?