Блёстки и Грязь

      Меттатон был невыносим.       Мелитта подумала так о своём родном брате ещё тогда, когда села к нему в машину. Он вёл машину слишком быстро, резко перестраиваясь из ряда в ряд и поворачивая в самый последний момент, не утруждая себя вообще таким глупым действом, как включение поворотников, на все крики и сигналы машин вытягивая в опущенное стекло руку с выставленным вперёд средним пальцем с длинным ногтём. При этом он ещё умудрялся с кем-то ругаться по телефону, пусть он и разговаривал в наушниках, и часто курить - так, что даже опущенное стекло не помогало. Ветер лишь трепал Мел волосы и в лицо ей лезли клубы сигаретного дыма, от которых некуда было деться. Кашляя, девушка только и думала об одном - когда же эта ужасная гонка закончится? От резких манёвров подташнивало, а колени уже ощутимо болели от многочасовой поездки в междугороднем автобусе фактически в одном положении. Хотелось принять душ и вытянуть ноги.       - Долго ли ещё ехать? - не выдержав, решила спросить Мел, на что Метт проигнорировал её вопрос, включив музыку и начиная самозабвенно подпевать солистке хриплым голосом, своим поступком ясно дав понять, что не собирается отвечать на вопросы сестры. Поэтому девушке ничего не оставалось, кроме как смириться с неизбежностью, и, стараясь не обращать внимание на ветер, запах табака и громкую музыку, пялиться в окно на слишком быстро мелькающие пейзажи Хотлэнда. Узкие улочки, яркие витрины дорогих магазинов, высоченные торговые центры, зелёные мазки деревьев парка, покосившиеся неприметные домики, которые спешно сменяли высоченные небоскрёбы с зеркальными панорамными окнами проносились перед глазами слишком быстро, сливаясь в одно очень яркое пятно - блестящее и манящее. Мама всегда говорила, что у Мелитты яркая фантазия, но сейчас девушка не могла ничего увидеть в этих мельтешащих пятнах, кроме как разноцветные блёстки, что рассыпались из баночки. Весь Хотлэнд был для неё набором баночек с блёстками.       Из раздумий её вывел резкий толчок вперёд, отчего Мелитта по инерции выставила руку, хватаясь за спинку водительского сиденья. Меттатон затормозил слишком резко, и, если бы не реакция девушки, то она бы точно разбила себе нос. Парень откинул с лица волосы, недовольно посмотрев на перепуганную сестру.       - Что смотришь так, приехали, вылезай и забирай сумки свои.       Потирая левое запястье, Мелитта вылезла из машины, стараясь как можно скорее вытащить из багажника сумку и чемодан, лишь бы лишний раз не слышать этот холодно-презрительный тон. Меттатон стоял рядом, постукивая длинными ногтями по крыше машины, внимательно смотря за тем, как Мелитта достаёт сначала сумку, потом чемодан. Наморщив нос, парень бросил сквозь зубы:       - Если хотя бы одна царапинка будет на машине, я не знаю, что я с тобой сделаю.       Руки Мел дрогнули от этих слов, и чемодан чудом не рухнул обратно в багажник. Она старалась не смотреть на брата, который, казалось, готов был взглядом её испепелить, поставив на асфальт чемодан и сумку, поправляя на плече лямки тяжелого рюкзака, смотря на дом, около которого остановился Меттатон. Многоэтажное здание, наверное этажей в двадцать пять, с панорамными окнами - в таком явно не маленькие комнатушки, в какой привыкла жить Мелитта, - у входа в которую росли маленькие кипарисы да прочие вечнозелёные кустарники. Мел задрала голову вверх, щурясь от ярких солнечных бликов на окнах. Вот уж точно одна из баночек с блёстками...       - Пошли давай, скорее, не хочу, чтобы тебя видели рядом со мной, - Меттатон ощутимо толкнул в спину Мел, отчего та снова пошатнулась, и, подхватив сумку и чемодан, покорно пошла вслед за Меттатоном, пересекая границу раскалённого уличного камня и очутившись в прохладном фойе здания.       За стойкой консьержа, отделанной светлым мрамором, послышалось какое-то шевеление, и менее чем через полминуты глазам девушки предстал растрёпанный парнишка чуть старше её, почему-то до ужаса напоминающий Мел кота, который на ходу одёргивал тёмно-алую форму, поправляя на голове форменную шапочку, расшитую золотыми нитками. Меттатон кинул парню ключи от машины, скрестив руки на груди, недовольно смотря на то, как парень, побледнев от страха, почти упал на колени, ловя эти ключи и роняя шапочку на мраморный черный пол.       - С в-в-возвращением, м-м-мистер М-м-м-майер, - заикаясь, быстро произнёс консьерж, поднимая с пола шапочку, прижимая к груди ключи от машины. - М-могу чем ещё п-п-помочь?       - Отгони машину, да чтобы не как в прошлый раз, а не то точно уволю тебя. Потом положи ключи на место, а не у себя в подсобке, да... И ещё, - Меттатон обернулся, смотря на сестру через плечо. - Помоги ей дотащить до квартиры ЭТО. И, бога ради, выдай ей дубликат ключей. Сами потом разберётесь, как сделать запасные.       Мелитта и парень посмотрели вслед Меттатону, который, цокая каблуками по мрамору, скрылся за колонной, судя по всему, ведущий в коридор к лифту. Парень тихо выругался сквозь зубы, оседая по стойке на пол, ненавистно смотря на ключи от машины в своей руке, после переводя взгляд на Мелитту.       - Что, очередная забава на пару неделек? Я хочу тебя предупредить, что ты долго не выдержишь рядом с ним. Многие от него бегут, как от огня. Да и, честно скажу, не выдержишь ты конкуренции с Анд... В общем, у него есть постоянная любовница, тоже того, из моделей. Шла бы ты отсюда по-хорошему, пока эта женственная сволочь своим каблуком твоё сердце не раскрошило себе на завтрак.       - Я не...       - Ой, умоляю, не пой песни про внеземную любовь, - парень горько усмехнулся, прокручивая ключи на указательном пальце, смотря на девушку. - Вообще странно как-то, потому что ты ну вообще не похожа на тех, кого он обычно таскает к себе.       - Я не его девушка, я его сестра, - тихо произнесла Мелитта, до ужаса желая стыдливо опустить глаза после всего, что было сказано консьержем про её брата. Тот сразу изменился в лице, шокировано и по новой оглядывая смущённую девушку.       - Ого... Ого, мать вашу! - выдохнул он, потрепав русую чёлку. - Ну, тогда это в корне меняет дело, - он поднялся с пола, снова одёрнув форму, положив шапочку на стойку, протянув девушке руку. - Меня зовут Бургерпентс.       - Мелитта, - девушка улыбнулась, пожимая руку в ответ. - Что, вот так прямо и зовут? Правда?       - Здесь свои законы, детка, - Бургерпентс усмехнулся, довольный тем, что нашёл себе нового собеседника. - Все зовут меня здесь именно так. Ты что, серьёзно сестра... - он кивнул в сторону, где стоял до этого Меттатон. Девушка кивнула в ответ.       - Охренеть. Ты хотя бы адекватно выглядишь! - парень толкнул легонько девушку в плечо. - Никогда бы не подумал, что у такой суки будет адекватный родственник.       Мел молчала, не зная, что ответь на это. Бургерпентс почесал затылок, смотря на ключи.       - Мне надо отогнать машину на стоянку, иначе это чудовище в образе красавицы сожрёт мою голову.       - Не сожрёт, калорийно, - подмигнула девушка, пытаясь ободрить новоявленного знакомого. Бургерпентс фыркнул в кулак, попросив девушку подождать его, уходя из фойе дома. Мел села на чемодан, подперев голову рукам, сдувая розовую прядь с лица. Надежды всё ещё не были оправданы. Что же она скажет Блуки, Шайрен и... и маме?

***

      Лифт медленно поднимался вверх, отсчитывая на электронном табло этажи - 10, 11,12... Мелитта смотрела то на табло, то на носки своих потрёпанных кед, гадая, что же её ожидает в квартире брата. Бургерпентс молчал, не найдя ободряющих слов, прислонившись плечом о стену лифта, поставив колено на чемодан девушки.       - Приехали, Мелитта, - бросил парень, когда лифт мягко прозвенел на этаже под номером "16", раскрывая двери. - Твои этажи - шестнадцать и семнадцать, пока я не знаю, где ты будешь жить, так что пока тебе придётся ходить через шестнадцатый, ключ от второго я отдам...       - Два этажа? - переспросила Мелитта, выходя из лифта в просторный коридор, оглядываясь по сторонам. Один из поворотов вел, скорее всего, на лестницу, второй... Второй вёл к единственной двери с номером "1693".       - Да, два этажа. Или ты думаешь, почему у меня так ключей мало висит? - хмыкнул Бургерпентс, идя к двери, поправив на плече сумку. - Тут у нас дом не для абы кого, у хозяев по два-три этажа бывает… Ну, или пустуют половину.       Мел пыталась переварить услышанное, стоя вместе с Бургерпентсом около двери. Тот открыл одним из ключей дверь, проходя внутрь квартиры, жестом призывая девушку идти за ним. Закрыв дверь за собой, она не смогла удержаться от соблазна рассмотреть первый этаж квартиры своего брата. Прихожая была в пастельно-бежевых тонах с мебелью, которая напоминала больше произведение искусства. Какие-то картины, которые смотрелись вроде бы просто, но Мел догадывалась, что стоили они явно больше, чем всё её обучение в колледже в Андерграунде, если бы она туда поступила.       - Я дальше не пойду, прости, - Бургерпентс поставил чемоданы рядом с винтажным комодом из светлого ореха, рядом с которым были разбросаны пары различных туфель на высоком каблуке. - Не хочется снова огребать за просто так.       Мелитта кивнула, и, поблагодарив нового знакомого, закрыла за ним дверь, скидывая потрёпанные кеды, проходя аккуратно вглубь квартиры.       Комната поражала великолепием. Огромная гостиная плавно переходила в кухню, где-то угадывались очертания лестницы, что вела на второй этаж. Непосредственно гостиная была выполнена в каком-то смешении стилей классицизма, ренессанса, рококо и даже каплю римского, напоминая Мел что-то из тех комнат императоров и королей, что она видела в учебниках по истории; кухня же наоборот была выполнена в стиле хай-тек с примесью лофта, но это резкое различие было даже приятным. Мел определённо нравилась такая эклетика.       Она запрокинула голову, засмотревшись на люстру, явно винтажную, как в реальность её привёл голос Меттатона:       - Надеюсь, ты ничего не трогала за то время, что ты тут находишься.       Мел вздрогнула, поворачиваясь к лестнице, смотря на то, как её брат, поправляя шёлковый розовый халат, спускался по лестнице, недовольно хмуря брови и делая глоток какого-то розоватого напитка из вытянутого фужера. Для полного комплекта ему явно не хватало домашних тапочек на каблуке и с опушкой, хотя Мел была уверена, что у него и такое есть.       - Пошли, покажу тебе твою комнату. И заодно слушай внимательно, - Метт прошёл мимо девушки, жестом показывая ей следовать за ним. - Никаких друзей в моей квартире, никаких своевольностей. Без надобности на второй этаж даже заходить не смей. Ванна у тебя будет рядом с твоей комнатой, не заблудишься, да и лишний раз пересекаться не будем. Я не беру с тебя за проживание и за еду, но взамен я требую соблюдать эти правила. Не лезь в мою жизнь, старайся вообще не показываться вместе со мной на людях, и забудь о такой вещи как "семейные разговоры". Ты поняла?       - Да, брат, - Мелитта произнесла это ровным тоном, подумав про себя, что в его-то жизнь ей точно лезть не хочется.       - Умница, - усмехнулся Меттатон, открывая Мелитте дверь, пропуская в комнату. - Все свои вещи затащишь сама. Меня мало волнует, что ты будешь делать тут, но постарайся не заляпать стены.       - Я... Я хотя бы в гостиной могу находиться? - решила осведомиться Мел, поворачиваясь к брату. Тот задумался, прислонившись плечом к дверному косяку, сделав ещё небольшой глоток напитка.       - Только когда у меня в квартире никого нет. Из тех, кто не должен ничего знать о тебе, - бросил он наконец.       "О, как щедро!" - подумала девушка, кивнув, соглашаясь с условиями Меттатона. Тот выдавил из себя подобие елейной улыбки и снова отправился на второй этаж своей респектабельной квартиры. Мел прошла внутрь своей новой комнаты, сев на мягкий диван, осматриваясь.       Светлая комната, куда больше, чем её комнатка в родном Андерграунде. Наверное, она когда-то служила Меттатону гардеробной, потому как на ковре были заметны полоски от перегородок мебели. Стены окрашены в цвет шампанского, где-то остались наклейки в виде розовых звёзд в блёстках, как и на зеркале, что было длиною от пола до потолка. Мебели было по минимуму, но оно же и на руку Мелитте - будет куда поставить мольберт. Незатейливая комната в спокойном, не отвлекающем общем тоне, идеально для художника. И идеально ещё и то, что тут тихо...       Слово услышав её мысли, сверху послышалась музыка, что сотрясала басами стены, и хриплый голос Меттатона, что подпевал певице, обещая, что выйдет замуж за мрак и больше никогда не будет плакать.       Мел вздохнула, отправляясь за вещами в прихожую.

***

      Вечер девушка провела за нехитрыми делами – она разобрала сумку и чемодан, разложила вещи на те места, на которых первоначально хотела бы их видеть, и, наконец, исполнила свою мечту – приняла душ и смогла удобно улечься на мягком диване с ноутбуком на бедрах. Лэптоп ловил какой-то сигнал вай-фая, разумеется, запароленный, но Мел не стала бы подниматься наверх и спрашивать Меттатона о том, его ли это интернет и какой пароль. В конце концов, это может подождать и до утра.       Есть особо не хотелось, Мелитта была более чем сыта всеми пережитыми событиями за весь день. Она позвонила маме, без подробностей рассказав ей о том, что она уже обживает комнату в квартире Меттатона, а на вопрос мамы, всё ли у неё с братом в порядке, покривила душой, сообщив слишком наигранно-радостным голосом, что всё в порядке. Мама, скорее всего, поняла, потому как вздохнула и пожелала своей дочке спокойных снов.       Музыка этажом выше смолкла часа три назад, а когда Мел выключала воду в душе, то ей показалось, что она слышала приглушённый цокот каблуков и характерный хлопок двери. Ну, даже если он и ушёл, погоды это девушке всё равно не делает. В конце концов, она может спокойно отдохнуть в тишине, без вокальной партии самовлюблённого братца.       Проснувшись на следующий день в полдень, девушка решила, что лучше заранее купить все необходимые принадлежности для учёбы, чем покупать всё сломя голову в последний день. Помимо тетрадей и ручек ей нужно было много чего из художественных принадлежностей. Благо хоть складной мольберт она взяла из дома. Учитывая то, что Хотлэнд был для неё совершенно неизведанной территорией, Мелитта решила спросить Меттатона о том, где тут хоть что-то, отдаленно напоминающее тот магазин, который ей нужен. Хотя, конечно, он больше по модным бутикам.       Выйдя из комнаты, Мел поняла, что она до сих пор одна дома. Разведав обстановку на первом этаже и даже аккуратно поднявшись на середину лестницы, вслушиваясь в звенящую тишину, Мел решила, что лучше позавтракать и расспросить про окрестные магазины хотя бы того же самого Бургерпентса. Сообразив, где чего находится у Меттатона и отвоевав свою чашку кофе у кофемашины, Мел наскоро собрала волосы в небрежный пучок, надев на себя короткие шорты и свободную простую футболку, памятуя о вчерашней жаре. Схватив неизменный тканевый рюкзачок в звёздочку, Мел закрыла дверь на два оборота и спустилась вниз.       Бургерпентс скучал, гоняя туда-сюда по мрамору стойки пачку сигарет, которую он, заслышав шаги, мигом смахнул себе под ноги и расслабился, как только увидел Мел, которая помахала ему рукой, подходя к стойке.       - Собираешься на прогулку? – Бургерпентс улыбнулся, щурясь от солнца и от этого становясь ещё больше похожим на кота.       - Ну, и да, и нет. Мне нужно купить много чего к учёбе, я и решила не тянуть до последнего дня, - Мел заправила выбившуюся малиновую прядь за ухо. – Я бы хотела спросить, не знаешь ли ты тут магазинов, в которых можно купить это? – она достала из кармана шорт список и показала его парню.

***

      Бургерпентс сказал, что это недалеко. Объяснив, как дойти до ближайшего торгового центра, в котором есть магазин с художественными принадлежностями, парень мягко пояснил, что «лучше возьми такси». Но Мел решила, что раз недалеко, то она и пешком дойдёт. Где-то на четверти пути она уже начала думать, что идея взять такси была не такой уж и глупой и расточительной. Послеполуденное солнце сильно грело, и идти пешком без возможности спрятаться в тень было бы самоубийством. Мел, поборов своё смущение, спросила у проходящей мимо женщины, на каком именно маршруте отсюда можно доехать до торгового центра. Женщина, критично осмотрев ту с ног до головы и поджав губы, с брезгливым выражением лица объяснила Мелитте, где здесь остановка и на чём можно добраться, на благодарность девушки пробубнив себе что-то под нос из серии «провинциальные нищенки».       Не теряя решимости даже после таких слов, Мел нашла остановку, к своей радости заметив, что она находится в тени, и, дождавшись миниатюрного автобуса, отправилась в путь, попросив водителя сказать ей, на какой остановке ей выходить. Водитель травил какие-то байки для новенькой девушки, что села рядом с ним, рассказывая о каких-то золотых цветах и о деревне, что не так далеко от Хотлэнда. Мел сначала слушала внимательно, но постепенно рассказы водителя становились всё более и более бессвязными, и Мел окончательно потеряла суть рассказов, просто смотря в окно на улицы города и прохожих. Вероятно, что из элитного района они выехали, так как помпезности тут поубавилось, да и люди выглядели куда проще в плане одежды и причёсок. Мел насчитала порядком пятнадцати остановок, и на шестнадцатой странный водитель сказал ей, что надо выходить. Мел поблагодарила, выходя из автобуса, растерянно озираясь по сторонам.       Неподалёку стояла небольшая толпа подростков примерно её возраста, которые громко смеялись, что-то обсуждая между собой. Мел постеснялась спрашивать дорогу до торгового центра у них, попытавшись найти путь сама, доставая из кармана шорт смятую бумагу в клетку, на которой Бургерпентс коряво нарисовал схему её пути, не менее корявым почерком что-то подписав, видимо, в пояснение к импровизированной карте.       Наконец почерк был понят и после непродолжительных блужданий по узеньким улочкам, найден был и сам торговый центр, при виде которого Мел испытала глубокое облегчение.       Оказавшись внутри и изучив карту с расположением магазинов на этажах, девушка быстро сориентировалась и вскоре восторженно смотрела на изобилие красок, карандашей, скетчбуков и других материалов, необходимых в рисовании. Взяв кое-как себя в руки и то и дело мысленно одёргивая себя, дабы не накупить ничего лишнего, Мелитта взяла только самое необходимое из довольно-таки большого списка – акварель, набор кистей, пару карандашей с мягким и твёрдым грифелем да пару акварельных планшетов. Всё это вместе с тетрадями она довольно свалила в кучу на кассе, доставая из рюкзачка карту, уже раздумывая, за чем она придёт сюда в следующий раз.       Улыбчивая девушка на кассе попросила ввести Мелитту пин-код, тем самым выведя её из мыслей о холстах и наборе акриловой краски. Набрав на клавиатуре нехитрый набор цифр, Мел меньше всего ожидала услышать это:       - Отказ в проведении операции.       Девушка недовольно нахмурила брови, смотря на карту, потом на кассиршу.       - Кхм… Давайте ещё раз попробуем? Может, что-то просто не прошло? – предложила Мелитта. Девушка кивнула, снова проводя картой через считывающее устройство и предлагая ввести Мел пин-код снова. Пока Мел набирала дрожащей рукой цифры, за ней встали в очередь как раз те самые подростки, которых Мел видела около остановки. Две девчонки из этой толпы перешёптывались между собой, рассматривая Мел. От такого соседства и пристальных взглядов девушке становилось ещё более неуютно, и она мысленно молила только о том, чтобы поскорее прошла оплата, и эти девчонки с ярко выкрашенными волосами прекратили её разглядывать…       Одна из девушек с кислотно-зелёными волосами засмеялась звонко именно в тот момент, когда кассирша снова повторила, что прошёл отказ в платеже.       - Может быть, у вас размагнитилась карта, или же просто недостаточно средств на счёте?       - Нет, этого быть не может, - покачала головой Мелитта, чувствуя, как щёки заливает румянец. Ситуация, и без того неловкая, казалась девушке просто катастрофической из-за того, что рядом стояли люди, которые видели всё это, а так же смеющиеся девчонки.       Бросив девушке, что придётся делать отмену покупки, Мел забрала свою карту и быстрым шагом направилась к банкомату, который она видела не так далеко от магазина. Вставив карту и набрав пин-код, девушка нажала на кнопку «проверка баланса», нетерпеливо постукивая ногтями по панели банкомата, пока тот трудолюбиво шумел, выполняя операцию.       На балансе карты была символическая сумма, которая осталась после того, как Мелитта купила по карте билет из Андерграунда в Хотлэнд. Но ведь мама говорила, что перевела ей деньги ещё вчерашним утром, как только её дочь вышла из дома к автобусной станции…       Кусая губы, лишь бы не разрыдаться от обиды и всей неприятной ситуации в целом, Мелитта забрала карту, понуро выходя из торгового центра и плетясь до автобусной остановки. Мысли о том, насколько это было позорно, не покидали её до тех пор, пока она не села в автобус и не передала последнюю мелочь из кошелёчка за проезд. Теперь стыд уступил место панике, которая услужливо шептала Мелитте о том, что до начала учебного года остаётся четыре дня, а у неё ни гроша на карте и в кармане, и ничего не куплено для того, чтобы вообще учиться. Мелитта то и дело доставала телефон из кармана рюкзака, смотря на экран, и убирала его обратно. Желания звонить в транспорте маме и выяснять, в чём дело и почему не пришли деньги, не было. Поэтому, как только девушка вышла на той же остановке, на какой пару часов назад и села, то тут же позвонила маме, перебегая дорогу по пешеходному переходу на мигающий зелёный для пешеходов.       Мама взяла трубку не сразу. Запыхавшись от бега и жары, Мел не стала рассказывать маме всю правду, а просто сказала, что приехала, проверила баланс и обнаружила, что тот почти что нулевой. На что мама сказала, что в банке, через который она переводила деньги, предупреждал о возможных задержках при переводе, но она не думала, что настолько задержится, ведь прошло уже полутора суток.       Мел слушала это, неторопливо подходя к дому, вздохнув в трубку. Возвращаться в квартиру Меттатона ей почему-то ой как не хотелось.       - Солнышко, если не придут деньги до утра, попроси у брата, - голос мамы звучал ласково и успокаивающе, но Мелитту передёрнуло от подобной перспективы. Она живо представила себе реакцию Меттатона на подобного рода просьбу.       - Хорошо, мам. Ладно, не буду тебя отвлекать, тем более я подошла к дому, - девушка снова запрокинула голову, рассматривая блики солнца на панорамных окнах, что уже постепенно меняло свой цвет на розоватый. – Я позвоню тебе завтра…       - Тебе нравится в Хотлэнде? – почему-то напоследок спросила мама.       - Да…       - Хорошего вечера, зайка.       Мел пожала плечами, убирая телефон снова в рюкзак, заходя в фойе дома. Бургерпентс выглянул из комнаты консьержа, улыбаясь широко, но, увидев лицо Мел, просто помахал ей рукой, не говоря ничего, снова уходя в комнату. Зайдя за колонну, Мел с остервенением нажала на кнопку вызова лифта.

***

      Захлопнув дверь, Мел с наслаждением скинула кеды, в сердцах кинув рюкзак в стену, только потом вспомнив, где она находится. Подобрав рюкзак с пола, Мел чуть было не споткнулась впотьмах о туфлю, которая валялась прямо на проходе. Будучи итак на взводе, Мел чудом удержалась от того, чтобы не отправить туфлю пинком в путешествие по квартире, подумав о том, что эта обувь явно не стоит семь долларов. Когда девушка перешагивала через туфли, ей показалось, что кто-то тихо засмеялся где-то в районе совмещённой с гостиной кухни.       Шторы в гостиной были задёрнуты, лишь слабый свет с кухни доставал до маленького нежно-розового диванчика, что утопал в декоративных бархатных подушках. Мел было по боку, что тут решил устроить Меттатон, ей хотелось одного – упасть и отдохнуть. Внимательно посмотрев по затемнённым частям гостиной, Мел поняла, что брата нигде нет, и с наслаждением упала чуть ли не плашмя на диванчик, зарываясь лицом в подушки и… капюшон.       Мел села на диване, вытаскивая на свои колени застиранную толстовку, которая явно была когда-то ярко-голубого оттенка. Она была большого размера, а на капюшоне, вероятнее всего, был когда-то пристёгнут мех, так как девушка отчётливо видела следы от отрезанных пуговиц, на которые он, по идее, должен крепиться. Толстовка пахла потрясающим мужским одеколоном, едва уловимым для обоняния, но всё-таки пробивающимся даже через дорогой запах порошка и кондиционера для белья. Мел инстинктивно сжала в руках вещь, прижимая её к себе. Она дарила ощущение безопасности, надежности и… любви?       - Тебе никто не разрешал трогать чужое.       Мелитта вздрогнула, разжимая объятья, тем самым заставив кофту упасть на пол, вскинув голову.       Меттатон стоял в развязанном розовом халате, накинутом на голое тело, держа в руках открытую бутылку шампанского и наполненный почти до краёв фужер. Судя по цвету содержимого, шампанское было розовым.       Девушка, которая собственнически прижимала к себе за талию Меттатона, была одета лишь в кружевные трусики. Длинные медные волосы спускались красивой волной по прямой спине, идеально сочетаясь с бледной, словно белой кожей. Незнакомка отпила из своего фужера шампанское, облизнув губы, рассматривая пристально Мелитту, ничуть не стесняясь своей почти наготы, усмехаясь и спрашивая Меттатона низким прокуренным голосом:       - А, это та самая сестрица, что у тебя на передержке?       - Она живёт у меня, Анди, - Метт усмехнулся, наградив сестру тяжёлым взглядом, поворачиваясь к девушке. – На передержке находятся животные, не путай.       Мел шумно втянула в себя воздух через нос. Хватит с неё на сегодня. Вскочив с дивана под звон соприкасающихся друг с другом фужеров, она подхватила с пола свой рюкзак, влетая в свою светлую комнату, падая на не разобранный диван прямо в одежде, от обиды и отчаяния плача в подушку.       Второй день в Хотлэнде был омрачён проблемами цвета розового шампанского.