Not Alone

Мы просто сгорим в слоях атмосферы. Вы готовы?

Cigarettes After Sex — Affection Cigarettes After Sex — I’m A Firefighter Cigarettes After Sex — Nothing’s Gonna Hurt You Baby Cigarettes After Sex — K

|-/

Джош просыпается в одиночестве, но с чётко ощутимым сладким запахом. Смятые грязные простыни валяются на полу, поэтому матрас, кажется, пропитался смазкой Тайлера. Да, придётся покупать новый. Дан с улыбкой вздохнул и встал с кровати. Подходя к кухне, альфа видит спину Тайлера. На нем лишь цветочное кимоно, надетое на голое тело. Шея фиолетово-синяя, кажется, Джоши перестарался. Дан подходит к омеге со спины, обхватывая руками его талию и прижимаясь к шее губами. — Доброй ночи… — Шепчет Тайлер, и Джош только сейчас замечает, что сейчас далеко не утро. — Я сделал тебе клубничный милк-шейк… — Джозеф поднимает голову, оставляя кроткий поцелуй под челюстью (про разницу в росте не забываем, да). Джош резко разворачивает омегу и, приподняв за бёдра, сажает на стол, покрывая ключицы очередным слоем укусов. Тайлер поскуливает, вновь царапая спину Дана. Альфа ловко приподнимает Тайлера, снимая с него кимоно, отбрасывая тонкую, почти невесомую ткань в сторону; затем, снова сажая Джозефа на стол. Также на поверхности стоит стакан с трубочкой и пара ягод клубники. Джош берет одну ягодку, зажимая ее губами и передавая в губы Тайлера. Пока Джозеф прожевывает сладкое лакомство, Джош делает глоток из стакана, наслаждаясь нежным вкусом приготовленного Тайлером молочного коктейля, одновременно растворяясь в запахе самого Тайлера. Джозеф чувствует вкус клубнично-мягких губ, нежно ласкающих его собственные; он хочет обхватить тело Джоша руками, прижимая его к себе, но Дан отталкивает его руки, укладывая парня на стол. Проведя руками по его хрупкому телу, Джош берет стакан с коктейлем и, отбросив трубочку, аккуратно выливает немного на тело омеги. От холодного милк-шейка у Тайлера втягивается живот, и по телу пробегает табун мурашек. Прежде чем жидкость стекает с гладкой кожи, Джош проводит по ней языком, слизывая. Запах клубники и молока. Вкус клубники и молока. И нежная, почти бархатная кожа Тайлера под языком. Джош самый счастливый. Тайлер самый счастливый. — Я тебя люблю, слышишь? — Джош нависает над Тайлером, проговаривая это ему в губы, целуя их сладко и страстно. — Я тебя тоже люблю. — Тайлер сглатывает, запуская пальчики в фиолетовые волосы альфы. — Очень люблю. — Их взгляды серьёзные, но чуть туманные. Они говорят, словно в последний раз. Словно в самый лучший раз. И этот поцелуй слишком интимный. В нем что-то гораздо большее. Большее, чем Любовь. Языки сплетаются и воздух почти на исходе, но просто невозможно оторваться. «И не надо.» На языках вкус клубники, у Тайлера зудит отверстие, а Джош слишком сильно хочет его. — Ты — самое лучшее в моей жизни. — Джош целует его грудь, обводя возбужденные горошинки сосков языком. Тайлер почти плачет, зарываясь пальчиками в его волосы. Дан вновь берет стакан и выливает ещё немного на приоткрытые губы Тайлера, тут же накрывая их своими. Клубничные поцелуи - то, ради чего живет Джош. Мягкие губы Тайлера, его шершавый язык… по щекам стекает розоватая жидкость, капая на стол. Дан отрывается от его лица, ярко улыбаясь, показывая свои прекрасные зубы. — Черт, как же я тебя обожаю, — Джош смеётся, обхватывая лицо Тайлера, покрывая его поцелуями. Джозеф прикрывает глаза, и он правда счастлив сейчас. Их ноги переплетаются, Джош размеренно трется о уже стоящий член Тайлера. — М? — Джозеф играет бровями и целует Джоша в губы. Альфа развращает невинный поцелуй, вжимая Тайлера в себя и сплетаясь с ним языками. Дан резко раздвигает его ножки, одновременно притягивая к себе. Головка стоящего члена Джоша упирается в резко сжавшуюся дырочку. По коже стекает смазка, капая на пол, Джош проводит по «бархату» пальцами, после поднося их ко рту и слизывая белесую жидкость. — Сможешь без растяжки? — Тайлер кивает, сжимая пальцы на руках Джоша, сжимающего его бёдра. Альфа смазывает свой член, после перемещая руки на живот Тайлера, обводя глазами немало пострадавшее от его зубов тело. Джозеф ноет, пытаясь насадиться на член Дана, но Джош крепко держит его. — Я. — Уверенно говорит Джош, проталкивая в Тайлера головку и негромко постанывая. — Я. — Еле выговаривает Тайлер, задыхаясь в стонах. — Люблю. — Джош входит глубже, находя руки Тайлера и переплетая их пальцы. — Люблю. — Омега запрокидывает голову, сжимая ладони Джоша. — Тебя. — Резкий толчок. — Тебя! — Тайлер кричит, срываясь на стон в конце. Все так внезапно растянулось внутри. Сжимает Джоша сильнее и чувствительнее. Горячо и жарко. Джозеф стонет, а Джош проскальзывает ровно по простате. Тайлер выгибается, почти до хруста сжимая руки Дана. Альфа поддаётся соблазну покрыть грудь и плоский животик Тайлера нежными поцелуями. Джош уверен больше, чем на сто процентов, — кожа Тайлера самая гладкая, кожа Тайлера самая нежная, кожа Тайлера самая мягкая. Он целует именно места укусов, проводя по ключицам языком и слушая поскуливания Тайлера. Оставив поцелуй на его губах, Джош вновь крепко схватился за бёдра Тайлера, начиная насаживать его на себя в рваном темпе. Омега максимально сжимался вокруг него, наслаждаясь сдержанными стонами Дана, пытаясь не забывать дышать между собственными. Когда движения приобретают просто невозможную скорость, Джош делает последний глоток из стакана и соединяет их губы. Стоны смешиваются, милк-шейк ощущается прохладной сладостью на языке, стекает по их подбородкам из-за столь небрежного поцелуя. Джош не сдерживается и громко простанывает, обрушиваясь на Тайлера и вжимая его в стол. Джозеф стонет в ответ, сжимаясь вокруг него так сильно и пачкая их животы спермой. Они не говорят друг другу ни слова, а лишь тяжело дышат, пожирая друг друга глазами. Тайлер засыпает быстрее, и Джош бережно берет его на руки и относит в их комнату. Укрыв его одеялом, Джош ныряет рядом и прижимает к себе хрупкое тельце. Слишком сильно любит его.

|-/

Режим сна окончательно сбит, и они просыпаются только вечером. Джош стонет, смотря на календарь на стене. Тайлер вопросительно смотрит на него. — Мне надо сдать завтра презентацию по биологии, а то поставят два в году. — Джош садится на постели, натягивая на себя боксёры. — Презентация? Серьёзно? — Это из-за прогулов. — Дан встаёт и идёт к журнальному столику. — Ты не видел чёрную флешку? — Не-а, — Тайлер тоже встаёт с постели и одевается. — Черт, — Джош тихо шепчет проклятья, осматривая все плоские поверхности в комнате. Обыскав все, Дан подходит к комоду и открывает один из ящиков. Тормоша аккуратно сложенные в стопку бумажки, Джош натыкается на большой конверт, он не помнит такого и берет его в руки. Открывает. Он просматривает содержимое конверта, и это будто удар в спину. В его ушах всепоглощающий звон, а сердце будто чернеет. — Какого черта, Тайлер, — голос Джоша убитый и подавленный. — у нас был ребёнок… — голос ломается на последнем слове. Как и сердце Дана. Снимок и надпись: «Тайлер Джозеф 19.11» Словно удар по голове. Замедленно и звеняще. А затем резко и быстро. Джозеф оборачивается на внезапное затишье. Его сердце обрывается, и он кажется перестаёт дышать. — Какого, блять, черта? — Джош подходит к Тайлеру, на глазах которого уже блестят слезы. — Ты убил его. Ты убил нашего ребёнка. Почему, Джозеф? — Тайлеровская фамилия звучит как ругательство. Ему больно. Им больно. — У меня не было выбора, — голос хриплый и подавленный. Но Джошу не жаль. — Выбор есть всегда. Например, сказать мне. Какого черта, Джозеф? — Снова. И снова. И снова. Осознание. Словно ядерный взрыв в самом безопасном месте на Земле. Рука Дана сжимается в кулак. Тайлер опускает голову, по его щекам текут слезы. Он такой ублюдок. Тихое «прости, прости, прости» бессмысленно слетает с его губ. Почти шёпотом. Джош замахивается и ударяет кулаком о стену рядом с омегой. Прямо в рамку с их фотографией. С их любимой фотографией. Джош глубоко вдыхает, чувствуя боль в костяшках. Убирает руку и ударяет снова. Стекло прямо под кожей. Тайлер рыдает в голос, а Джош бьёт стену. Это ненормально. Это хаос. — Прости меня, Джош, прости меня… — Тайлер срывается, кладя руки на плечи Джоша и отходя от стены. Дан не смотрит на него. Дан отталкивает его от себя. Выкрикивая громкое «Блять» и ударяя другую стену ладонями. — Не было другого выхода, Джош, этот ребёнок был зачат, когда мы были обкурены просто в хлам и… — Тайлер говорит громче. — Мне было всего 16… — Но у тебя был я, Тайлер, я! — Джош кричит. И вовсе не от стекла, что буквально торчит из области его костяшек. Джозеф кричит. Джозеф кричит у себя в голове. Он отчаянно кричит о помощи. «Пусть это будет сон, пусть это будет сон, пустьэтобудетсон.» Все сливается в одно слово. Все сливается в одно пятно. Пятно. Точка. — Почему ты молчал?! — Джош кричит. — Почему ты молчал все это время?! Прошло почти четыре месяца! Почему ты постоянно лжешь мне?! — Прости, прости меня… — Тайлер, словно мантру, повторял слово «прости», пока его голос окончательно не затихал каждый раз. — Уходи. — Джош хмыкнул и провёл ладонью по лицу. — Джош, нам же было так хорошо вместе… — Голос Тайлера дрожит. — Да, было, — Ядовитая улыбка, которая разъедает сердце Тайлера. И это маска равнодушия. Но Джозеф не различает: маска это или реальность. Не через слезы. Не сейчас. — Убирайся. — Джоши, пожалуйста. — Тайлеру страшно. Все просто летит нахуй. — Вон. — Голос Дана стальной, и Джозеф слишком убит, чтобы увидеть туманную пелену слез, застилающую глаза Джоша. — Пожалуйста… — Голос ломается на половине слова, сходя на нет. Слезы скатываются по щекам Тайлера, а в голове чернота. — Пожалуйста… А Джош просто не может так. П р о с т о Н е М о ж е т Дан подходит к омеге, обхватывает руками его лицо и просто отчаянно целует. Их языки вновь сплетаются, загорается страсть, ведь она никогда не пройдёт… Движения медленные и осторожные, Джош сжимает его челюсть слишком сильно, сглатывая его слезы, покусывает его губы и нежно посасывает его язык. Хочется просто прижать и никогда не отпускать. Обоим. И жить в бесконечности. Без обстоятельств и проблем. Просто вдвоём. Просто навсегда. Просто вместе. Слеза скатывается по щеке Джоша. Ведь ему тоже больно. Он резко отстраняется, быстро смахивая ее и опуская голову. — Уходи. — Сухо и резко. — Навсегда… — Прости меня… — шепчет Тайлер и выходит из дома Дана. Дверь за ним тут же с хлопком закрывается. Джозеф скатывается по стене, прижимая к себе ноги; даёт эмоциям волю. Просто бесконечный поток слез. Его внутренности буквально изрезаны осколками его хрупкого сердца. Губы все ещё влажные. Тайлер торопливо облизывает их, перемешивая слюну Джоша со своей и проглатывая. Вкус на языке чуть соленый от слез. Но ведь он заслужил. Заслужил сидеть сейчас здесь. В холоде. В одиночестве. До крови прокусывая губы, Тайлер отчаянно глотает слезы, сидя на холодном, бетонном полу. Его телефон в кармане вибрирует, но слишком больно, чтобы почувствовать это. Тайлер безостановочно шептал что-то, успокаивая себя и вытирая рукавами слезы. Проходит около часа в безмолвной тишине, нарушаемой лишь громкими всхлипами и новыми приступами слез. Тайлер истощён. Спина затекла, а одна нога отнялась и Тайлер не решался разрабатывать ее. Становилось холодно. Укутавшись в серую кофту, рукава которой пропитаны его слезами, Тайлер приподнялся, натягивая ее ниже, чтобы не сидеть на холодном. Хмыкнув, Джозеф перемещается в горизонтальное положение, кладя руки под голову. Глаза слипаются, но слезы стекают по вискам. Тайлер старается просто забыться. Моральное истощение берет своё и Джозеф просто тонет в царстве Морфея. И тишину снова разрезает краткая вибрация.

Брендон: Расскажи ему, иначе будет хуже.