Цветы осенние. Я - это ты.

Школа ангелов. Спальня Аркана, раннее утро, почти ночь. - Темптель. - М-м? - Свет изначальный! Темптель, мне нужно кое-что выяснить. - А?.. Профессор, вот все ангелы как ангелы, демоны как демоны... Сразу после секса засыпают, а вы никак. Хоть иногда-то спите? - Рядом с вами уснуть невозможно. И я не в том смысле, котором вы сразу же подумали. - Да ну? - От вашего храпа балдахин пузырём вздувается. - Я не храплю. - Мне лучше знать. Темптель, может быть, ты всё же объяснишь, что за цирк устроили ночью? Я про Раф. - О! По имени!.. Неужели я прощена? А ещё скажите, что вам не понравилось... Вам коротко и ясно? Извольте: Раф влюблена в Сульфуса и тайно встречается с Рейной. - Вы почти прощены. Что?! - Я всё сказала. - Значит, она так и не угомонилась... История может вновь повториться... - Не повторится. У Сульфуса нет ни шанса рядом с Рейной. Так что забивать себе голову подобной ерундой не стоит. - Под «ерундой» вы подразумеваете беспрецедентный случай любви между демонов. Ангелом и нейтралом? Темптель, это... - Это жизнь, - зевнула демоница и гибко потянулась точно кошка. Простыня сползла на пол и открыла все её пышные прелести. У неё была молочно-белая кожа, и её длинное тело почти сливалось с белоснежной простынёй. Только багровые волосы, длинные окрашенные лаком ногти и длинное незаметное под платьем ожерелье с перевернутым крестом на длинной шее. Белая на белом. Это потому, что Темптель не любит солнце, всегда ходит в длиннющих платьях даже в самую страшную жару. Хотя в её родном Аду куда жарче, как порой смеется демоница. Красивая... И беспомощная: без очков Темптель приходится щуриться, чтобы лучше видеть и этот прищур неожиданно делает её лицо очень милым и даже невинным. Закрыть рожки, спрятать крылья – и обычная женщина из людей. Неправдоподобно красивая, остроумная, кокетливая... нежная. Обманчивое впечатление. - Это беспечно. И что значит «нет ни шанса»? Он же талантлив, ты сама это признавала, - Аркан притянул её к себе и заглянул в глаза. Его рука опустилась на округлое бедро учительницы и начала рассеянно его поглаживать. - Это вполне нормально. И если ты потрудишься сравнить Сульфуса с Рейной, то всё поймёшь. - Разъясни. - Она старше его на очень много лет, умнее, могущественней... Прекрасно знает все слабости ангелов, поскольку некогда была одной из них, Раф испытывает к ней жалость, которую легко использовать в своих целях. Практически не имеет слабостей, не любит шоколад... – Темптель уткнулась носом в шею ангела и явно начала задрёмывать. - Разумеется, шоколад – это очень важно, - согласился с ней Аркан. - Да, - серьёзно подтвердила демоница, и царапнула острыми ноготками его за бок: - А как же хвалёная ангельская честность? Вот только не надо всё на меня сваливать - врать я тебя не учила никогда!.. - А при нашем знакомстве? – нежно улыбнулся ей Аркан. За нежностью скрылось ехидство. - Это было один раз, на столе по пьяни и я тогда действительно не носила нижнее белье, - Темптель нежно погладила грудь ангела и медленно опустила ладонь вниз, к тонкой полоске жестких чёрных волос. – Правда, у меня есть смутные подозрения... - ...что я тогда не был столь уж пьян, - понимающе закончил Аркан. - Угу. Зато я точно была, и это вышло случайно. - Во всём виновато твоё бессознательное, - мужчина хмыкнул. - Бессознательное, дорогой мой коллега, это у людей! А у меня – сознательное. - Коллега, не нужно мне заливать про психологию демонов. Я знаю вас лучше, чем родной отец, - ангел теперь щурился, будто в предвкушении чего-то приятного и медленно выводил пальцами узоры на спине демоницы. - Прекрасное сравнение. Если не учитывать то, что своего отца я видела только один раз в жизни и ненавижу его всем сердцем. - А меня вы тоже ненавидите? Я не против... Кстати, а тебе, Темптель, больше не о чем вспомнить кроме как о той знаменательной пьянке? – ангел почти мурлыкал, но в его голосе проскальзывали нотки насмешки. – А кто тот ваш информатор, который доносит вам о происходящем в доме Рейны? Хотел бы я познакомиться с эти редким образчиком шпиона, побеседовать... Сказать пару наставляющих слов. - Ая-яй, дорогой мой коллега! Разве ангелам можно испытывать такие плохие чувства, как ревность? – демоница почти расхохоталась и, перехватив руки ангела за запястья, перекатилась по широкой кровати вместе с ним. Ловко оседлала бедра мужчины, нависнув над ним. – Так можно или нет? – Темптель поёрзала и склонилась к груди Аркана, коснулась кончиком языка его соска. В её глазах прыгали жёлтые искорки веселья. - Искусительница, - выдохнул ангел. – Я погибну, но не сдамся! – сообщил он. - Ох-ох-ох, как героически, - захихикала демоница. Она откинулась назад, продемонстрировав тело по всём своём зрелом великолепии. Погладила себя по щекам, облизала губы, приласкала шею и огладила грудь с задорно торчащими сосками... И резко щёлкнула пальцами. Откуда-то из-под кровати выпростались шёлковые ленты, которые мгновенно обвили запястья и ноги затаившего дыхание ангела. На Темптель оказалась прозрачная «рубашка», сплетенная на подобие мелкоячеистой сети, синий корсет, поддерживающий и без того высокую грудь, бёдра стиснула коротенькая полоска синей же ткани. Миниатюрную юбочку поддерживал массивный кожаный ремень с массивной металлической бляхой в форме символа «Инь-Янь». Вместо традиционных тёмных и светлых вставок на нём красовались символы демонов и ангелов: рожки и крылья. Оказавшись распятым, Аркан заизвивался, пытаясь вырваться. Но, не смотря на все его старания, ткань ремней даже не затрещала. - И когда вы успели? – сквозь зубы, чуть обиженно, спросил он. – Это же моя спальня. - Вам про ваши шутки с шоколадом напомнить? – победно сказала Темптель. – Пришла пора расплачиваться за ехидство. Поспорим, или же «девочки сверху»? – демоница скользнула рукой в вырез корсета и с нежной улыбкой, от которой у мужчины по телу прошла дрожь, извлекла из него кнут. С длинной закруглённой рукоятью, долгим кнутовищем из нескольких полос кожи. - Это подло, - Аркан заворожено наблюдал, как кнут подрагивает в руках Темптель. Он тяжело задышал. Когда до этого мирно скользившая по его груди и животу рукоять медленно начала спускаться к его находящемуся в полной боевой готовности члену. Прошла по подрагивающему стволу вверх, вниз, вновь вверх. Коснувшись головки, вновь вниз... По внутренней поверхности бедра, по самой нежной и чувствительной коже, нетерпеливо подрагивая. Вновь по животу и опять – по кругу. - Это подло... коллега. Темптель. Ты знаешь, что я с тобой потом сделаю? - Ммм... Накажешь? Отшлёпаешь? Или... Подстережешь в пустом классе, как тогда? - Вы будете восстанавливать каталог в старом секторе библиотеки! - О-о! Там есть чудесные, удобные, крепкие пустые полки, просто предназначенные для этого. Я не против, коллега, - Темптель захихикала. – Вы только скажите, я разберу вам каталог полностью. – Она поднесла кнут ко рту и лизнула рукоять. Провела язычком по ней, оставляя влажную дорожку... Темптель остановилась и, бросив на мужчину тонный взгляд, убедилась, что произвела нужное впечатление. Она довольно вздохнула и опустила веки, чувствуя на себе горящий страстью взгляд Аркана. Её руки заскользили по телу, гладкой ткани корсета, к груди. Подняли её, огладили мгновенно затвердевшие соски, поигрались с ними, отпустили и опустились вниз, к бёдрам. Крепко сжали ягодицы, приласкали их, опять оказались вверху. Грубо стиснули грудь, разжались, потребили соски, сдавили их, вновь отпустили. Теперь Темптель касалась себя лишь кончиками пальцев, нажимая на самые чувствительные точки, всё время возвращаясь к груди. Наконец, она застонала и прогнулась в поясе. Правая рука поползла вниз, пальцы нашли чувствительную точку, и осторожно, чтобы случайно не поранить нежную плоть острыми ногтями, нажали. Раздвинула мягкие складочки, и начали оглаживать горошинку-клитор. Свободная рука стиснула праву грудь, когда один палец, а потом ещё один, и ещё, погрузился во влажную. Тесную глубину и начал двигаться в медленном ритме. Стоны стали хриплыми. Надрывными... По телу демоницы прошла судорога, она запрокинула голову. Её ягодицы напряглись, кисти рук напряглись и задвигались быстрее, приближая её к тому рубежу, где мир взрывается фейерверком цветов. Вот, вот: спальня, лицо Аркана, глядящего на неё почти пылающими глазами, бледный утренний свет, сочащийся в окно – всё закружилось в неистовом калейдоскопе... Темптель издала резкий крик и почти рухнула на грудь ангела, содрогаясь в сладостных конвульсиях и пытаясь отдышаться. Через несколько мгновений она подняла голову и с любопытством заглянула в лицо тяжело дышащего мужчины. В янтарных глазах отсвечивали искры недавнего наслаждения. - Вам понравилось? – томно спросила она. - Извращенка... - Спасибо. Но, коллега, только попробуйте сказать, что вам не понравилось! - И не собирался. Хотя с вашей стороны это жестоко, - Аркан тяжело вздохнул и в очередной раз напрягся в бесплодной попытке освободиться. – Вы не сможете сесть ещё неделю, я вам обещаю. - Что, юмор вам уже оказал? – Темптель спрыгнула с постели и, сверкая идеальным бёдрами направилась в соседнюю комнату. Там располагалась небольшая кухня. – То ли ещё будет... Где-то там у вас была банка шоколада, я её точно видела... – пробормотала демоница и почуяв опасность. Обернулась. Материализовавший крылья Аркан легко стряхнул с запястий и лодыжек опутавшие его ленты и ангел сел на кровати, с угрозой глядя на попятившуюся женщину. Улыбка удовлетворения, сиявшая на лице Темптель последние несколько минут, погасла. - Коллега, что вы там говорили о шоколаде и о том, что ещё будет? – ласково спросил Аркан, постукивая по раскрытой ладони подобранным кнутом. – Если уж девушки влюбляются в женщин, а нейтралы в ангелов, то почему бы мне не взяться за ваше перевоспитание? – со вкусом выговаривая каждое слово, риторически спросил он. Свистную рассекаемый кнутом воздух. Демоница радостно взвизгнула и бросилась наутёк. В апартаментах учителей раздавались смех и веселые крики, шумная возня и удовлетворённые стоны. Воистину, Школа Ангелов – счастливое место.