Breaking reality

Уже в комнате старосты вражеского факультета Гарри успокоился и посмотрел вокруг себя обычным взглядом, поборов в себе желание накинуться на Малфоя в пустом помещении. С прошлой ночи здесь практически ничего не изменилось, всё та же атмосфера пустоты и одиночества, здесь был идеальный порядок. Интересно, а в душе Драко всё тоже чисто и идеально? Судя по всему, да, но уверять в этом себя Гарри не стал. Пройдя в центр комнаты, Поттер обернулся к остановившемуся парню, и первое, что бросилось ему в глаза — опухшие от поцелуев губы Драко, которые тот постоянно облизывал, отводя взгляд каждый раз, когда демон смотрел на него. На бледных Малфоевских щеках медленно начал расцветать яркий румянец, изумительно мило выглядящий на бархатной коже юноши. Если бы кто раньше сказал бы Гарри, что он увидит смущение на вечно презрительно скалящемся лице Малфоя, он бы наслал на того парочку заклинаний и громко посмеялся, а если тот человек заикнулся бы о поцелуях между ними, из-за которых, собственно, и покраснел Драко, то Авада без зазрения совести встретила бы жизнь того безумца. — Думаю нам стоит об этом поговорить... — Гарри неуверенно посмотрел в серые глаза слизеринца, медленно сокращая расстояние между ними. Возможно, отходил он лишь для того, чтобы немного подумать? — Обо всём этом, — добавил он чуть погрубевшим голосом и Малфой отшатнулся. Видеть демоническое обличие одно, но ещё и слышать пробивающийся голос из ада? Мурашки пошли по телу даже у него. — Да, я тоже так считаю. — серый взгляд парня остановился на рогах его спутника, рассматривая поблескивающие на них голубые искорки. Странно, почему именно голубые? — Я считаю это нереальным, так не может быть. Наши вспышки страсти не настоящие! — В каком смысле не настоящие? Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, всё это притворство? — Драко сложил руки на груди и прямо посмотрел в алые глаза Поттера, который, похоже, где-то успел стукнуться головой. Как всё это может быть ложью? А чувства Малфоя? Тоже выдуманные? «— Значит ты признаешь, что это не простой интерес к Поттеровской персоне? » — мысленно задался вопросом Драко, с удивлением отмечая, что ответ на него был положителен и привычным. Он привык считать свою увлеченность Поттером чем-то большим, чем-то лучшим и приятным. — Всё дело в моём наследии, оно несёт в себе много тайн, в том числе и ту, почему мы с тобой связаны. Смею предположить, что и это желание тоже её побочный эффект. — Гарри говорил ровно и спокойно, хотя в душе у него всё переворачивалось. Как же он не хотел верить в такой расклад! Как же хотелось, чтобы они просто начали ладить, уже молчу о отношениях и поцелуях. Полудемон уже где-то на затворках сознания начал строить ближайшее будущее, а оказалось что? Всё это иллюзия? Обман? Безумие? А ведь действительно безумие, ещё в прошлом году они дрались в туалете, где Гарри без зазрения совести оставил Драко умирать от тяжелейших повреждений, клялся убить его позже, а сейчас с упоением целует и зажимает под лестницей! Разве мог он лишь за одну помощь в лесу простить годы мучений? Разве мог забыть всё то, что когда-то Малфой сдавал их, оскорблял, в открытую шёл атаковать при любом возможном случае? Нет, так не может быть, только не с ними и не сейчас. Может через несколько лет всё можно было бы воспринимать нормально, но не сейчас! — Побочный эффект значит... — мрачно усмехнулся Драко и сократил расстояние между ними, в плотную подходя к Гарри и беря того за руку, переплетаясь пальцы и поднимая взгляд на лицо избранного. — Это ты тоже назовешь эффектом? — Малфой положил руку Поттера себе на грудь, где билось его сердце. — Слушай и чувствуй. Если я обману или скажу что-то не правдивое, биение сердца изменится и ты всё поймешь. Хорошо? Гарри сглотнул вязкую слюну от такой близости желаемого объекта, руки вспотели, а голова вообще пошла кругом. Кажется он начинал сходить с ума, когда Малфой подходил ближе двух шагов. Он провёл когтем указательного пальца по рубашке парня, задевая маленькие пуговички, слегка их оттопыривая, но не растегивая. Так ему было лучше чувствовать биение сердца или он так считал, ведь прижаться к этому горячему телу хотел он не меньше. Дождавшись утвердительного кивка полудемомна, Драко коснулся щеки Поттера кончиками пальцев свободной руки и тоже кивнул своим мыслям, принимая и для самого себя тоже, что пора доказать избранному искренность своих действий. — Помнишь наши первые встречи? Помнишь, я знаю, — мрачная усмешка заняла своё место на лице Малфоя. — Ещё тогда я хотел познакомиться с мальчиком-который-выжил и стал уже в младенчестве героем, тогда я да, не знал каков ты, я считал себя выше тебя по крови, но с течением времени я начал понимать, что кровь даёт мне такие привилегии, с которыми я не могу банально дружить с кем захочу. С Уизли признаю, хоть они и чистокровные, не желал связываться, с Грейнджер тоже, но с тобой... Гарри, я всегда хотел лучшего... — Медленно убивая меня?.. — обронил брюнет неловкую реплику прежде, чем спохватился. Даже для себя он отметил, что испытывал тягу к этому слизеринскому хорьку ещё до обращения. Ловил каждый его взгляд, каждый звук, который тот издавал и даже заглядывался временами... Это была не любовь, но уже и не ненависть. — Убивая? Почему убивая? — Малфой напрягся так, что даже рубашка вздулась, а лежащая ладонь Поттера на его груди только уверилась в этом окончательно. — Ты говоришь о том поединке в туалете? — Нет, продолжай, не бери в голову. — Поттер... — Малфой, не надо. Я всё понял, это не связь, тогда что? Любовь? Гравитация? — настала очередь усмехаться перерожденному. — А ты хотел бы, чтобы это была любовь? Ответ получить было невозможно, потому что его просто не было. Гарри не знал сам, чего хочет и что на самом деле чувствует. А если это иллюзия? Всё это? Может он сейчас лежит один в том лесу, после обращения, бредит и медленно умирает от истощения? Где гарантия реальности, что это не сон и не бред? Где? — В общем, эти поцелуи... Они были большой ошибкой. Прости, если можешь, и не злись, я правда не могу это сейчас принять. Только не это, — Гарри опустил руку, при этом сделал себе удовольствие провести ей по впалому животу Драко под слоем ткани и отступил на шаг, второй, а затем и вовсе выбежал из комнаты, на ходу пытаясь придумать, куда бежать и что дальше делать.

***

Конечно, лучшей идеей оказалась навестить Рона и узнать, в какую такую химеру он превратился по вине Гарри. Малфой, псевдострасть и наследия практически отделили от его друзей, заставляя заниматься раскрытием тайны мистической связи и своим перерождении. Ощущение неправильности ситуации заставило Поттера почувствовать себя ужасно, пострадал не только он, Гермиона тоже переродилась, Рон так же изменился, он не имеет право жалеть лишь себя. — Гермиона, как он? — Гарри вбежал в лазарет и остановился около светловолосой подруги, мягко приобнимая за плечи и прямо просмотрел на Рона, отмечая ещё большие изменения. Помимо бледности и бессознательного состояния, на его руках проявлялись и исчезали некоторые символы, частично похожие на те, что Поттер видел в собственных глазах. Это доказательство их связывающей цепочки силы? Схожие руны на теле? Тогда почему Малфой таких не имеет и Гермиона, кстати, тоже? — Выглядит плохо. — Ничего, скоро он должен прийти в себя. Мадам Помфри говорит, что обращение в химер безболезненно, но долго по времени. Возможно он не придёт в себя ещё несколько часов, а то, быть может, и сутки так пролежит... — заплаканный голос Гермионы болью отдавался в груди перерожденного Золотого Мальчика, осадком выпадая в глубине души. Этот осадок давал понять, их устоявшийся мир меняется и, как он прекрасно понимает, не в лучшую сторону. — Может ты отдохнешь тогда? Я посижу с ним, обещаю. — длинный тёмный коготь мягко коснулся плеча девушки, привлекая посмотреть в глаза полудемона. — Всё будет хорошо, не переживай, я присмотрю за Роном. Пока Поттер это говорил, он неотрывно смотрел в глаза своей подруги, которая даже не моргая, смотрела в ответ. Слова поддержки возымели эффект не только успокоения переживаний Грейнджер, но и частичное подчинение, которое она, будучи банши, с лёгкостью определила и усмехнулась уголком губ. Внушение тоже стало подвласно её товарищу, прекрасно, теперь он, сам того не ведая, будет управлять людьми. — Не надо использовать на мне внушение, Гарри, я впорядке. — Внушение? — удивительный возглас вырвался из клыкастых уст брюнета и, пододвинув к себе стул, Поттер сел на него, положил руки на спинку и уставился кровавым взглядом на Гермиону. Юная волшебница смутилась такому вниманию, считая себя не очень разбирающейся в наследиях, но послушно начала объяснять другу то, что ещё пару часов назад объяснял ему Дамблдор, однако слушать тоже самое от Гермионы было привычнее и роднее, ей он доверял безоговорочно любые тайны, а то, что она и сама о них знает, ещё больше поднимало ей авторитет в глазах переродившегося. Гермиона рассказала, чем, по её мнению, может обладать демон и услышанное Гарри впечатлило. Кроме внушения он может контролировать стихии, пересекать границы миров, телекинезом и множеством других возможностей. Больше всего Поттер заинтересовался способностями к стихиям, имел он такие или нет. Мисс Грейнджер предложила попробовать пройти пару тестов, о которых она читала летом, когда ей стали приходить видения и посторонние звуки, на эксперимент с которыми Поттер с радостью согласился. Нужно было чем-то занять время ожидания пробуждения Уизли, а ожидание с пользой будет как раз то, что подойдёт. Сначала ребята проходили тест на обладание контролем над огнём. Гермиона призвала тарелку, лист бумаги на ней и смяв её, подожгла заклинанием так, чтобы огонь был, но не обжигал. Гарри должен был заставить если не потухнуть, то хотя бы гореть не так сильно. Как бы не старался, ни взглядом, ни движениями рук, ни чем другим он не мог этого сделать. Тоже самое произошло и с воздухом, уплотнить или наоборот, сделать его разреженным он не смог. Земля и вовсе не шелохнулась, зато тест с водой удивил обоих экспериментаторов. На полу стоял стакан, наполненный водой лишь наполовину, стоило Гарри правой рукой сделать движение призыва, как мощный поток обрушился на него, снеся его вместе со стулом к окну. Воды было чуть-чуть, откуда ещё взялась? Демонический голос в голове Поттера звонко засмеялся, а сам наследник полностью мокрый стоял и смотрел на стекающие с него капли воды, которые не долетев до пола, растворялись в воздухе. Таким его очнувшийся Рональд и увидел: перепуганного, мокрого и размахивающего руками в разные стороны. — Что вы делаете? — тихий голос Уизли разрезал воцарившуюся тишину и к нему обратилось сразу три пары глаз: Гарри, Гермионы и мадам Помфри,что вошла в палату в это самое мгновение. — Да, молодые люди, я тоже хотела бы это узнать! Что вы здесь вытворяете? Гарри, ходить мокрым не культурно, даже если вода заколдованная и не оставляющая после себя след на полу. — медсестра наслала на парня заклинание мгновенного высыхания и улыбнулась пришедшему в себя Рону. — Наконец-то, милый мальчик. Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? — Нет, только пить хочется... — Гермиона тут же подала ему стакан воды (другой, не из эксперимента) и, встревоженная, осматривала своего друга на наличие изменений, которых, к слову, больше не прибавилось. — А ещё голова болит, что произошло? — Ты вступил в наследие химеры, дорогой. — ласково потрепала по щеке приятная женщина и дала выпить лекарство от боли. — Теперь все вы Избранные, — и добавила нахмурившись. — Ничего не изменилось, а хлопот прибавилось. Медсестра суетливо убрала медицинские принадлежности, настоятельно посоветовала Рону выпить лекарство после ужина и удалилась, бормоча себе под нос, что как же это жестоко, по отношению к детям, давать такие сильные сущности. Конечно, это трио со всем справится, но какой ценой? Стоило двери захлопнуться, Уизли встал с постели, пошатнулся, но ребята подхватили его вовремя и попросил отвести его в гостиную факультета, там он быстрее придёт в форму.

***

Разбирательства по поводу наследий было долгим, гостиная успела заполниться первокурстниками и ребятами постарше, Фрэд с Джорджем сидели на спинках кресла Рона, подбадривающе хлопая того по плечам и заверительно обещали больше не пакостить, мало ли, какие силы теперь таит их брат, убьёт ещё ненароком. Естественно, так они загружали его ещё сильнее, погружая в пучину, в которой Гарри погряз раньше его, так при этом и не смог выбраться. Радует, что теперь он не один в своей беде, но эти мысли эгоистичной части демонической сущности, которые парень прогнал на самом их зарождении. Да, мириться теперь будет нужно не только с способностями, но и последствиями этих способностей. Вся компания долго смеялась над попытками Поттера найти себя среди стихий, а Томас с Невиллом попросили друга показать, как это происходило, даже стакан нашли и налили воды. На ковре перед камином сели полукругом, в центре которого и поставили стакан с жидкостью. Взгляды гриффиндорцев наполнились ожиданием и предвкушением чуда, которое и появилось, но весьма своеобразное. Уже пройденный уровень Гарри повторять не хотел, новые движения тоже ждут своего часа, поэтому он вытянул руку вперёд ладонью вверх и начал медленно её сжимать, не отрываясь смотрел на воду и представлял, как она поднимается в воздух в виде фонтана, однако получилось совсем другое. Несомненно, вверх она поднялась под всеобщий восхищенный вздох, а уже под потолком, когда полудемон сжал руку окончально и потянул её резким движением на себя, в воздухе произошёл некий водный взрыв. Ребята вскрикнули и принялись закрываться от холодной воды, но она их так и не коснулась. На пол падали снежные хлопья, закрывая своим обилием не только пол, но и припорошив многим голову и плечи. Такого бурного возгласа не ожидал никто. Даже прибежавший на шум первокурсник встал столбом на входе с открытым ртом и заворожено смотрел на представившееся ему великолепие в лице покрытой снегом гостиной. Уходил он, значит, из обычной, а вернулся в зимнюю... — Что?.. Как это?.. На каком курсе это практикуется? — выпалил мальчишка и подошёл к Гарри Поттеру, без труда угадывая организатора, ведь на нём было больше всего снега (потому что он ближе всех находился к месту взрыва воды). Странно, как вода могла взорваться? — А ну иди отсюда, тебе ещё рано это знать, да, Гарри? — стряхнув с волос мокрые снежинки, Фрэд наклонился к уху Поттера, горячим шопотом опаляя тому ушную раковину и часть шеи. Из-за появившегося мороза дыхание близнеца Уизли было огненным, а не просто горячим. — Да, ты прав, это рано знать для первого курса. Скоро сам всё узнаешь, — оскалился Гарри мальчику и потрепал того когтистой рукой, пугая бедного худенького первокурсника ещё больше. Мальчуган скрылся в комнатах, оставляя друзей одних. До вечера ещё было много времени, уроки Золотое Трио бессовесно пропустили, поэтому рваться на последние никто не собирался, вместо этого они по удобнее разместились на полу, убрали весь снег, высушили ковёр и мебель заклинаниями, а затем вновь принялись пытать Гарри на новый трюк, изредка задавая вопросы по поводу всё ещё не работающих крыльев. Рон даже пошутил пару раз за весь вечер, остроумно выпалив: «Может они для красоты? А что, всё возможно!» В общем и целом ребята отвлекались от волнений и тревог, а Гарри за маской смеха и веселья обдумывал разговор с Малфоем и прислушивался к себе. Чем дальше они были друг от друга, тем сильнее он хотел этого Хорька, желал даже не контакта с ним, а просто увидеть или узнать, что с ним всё хорошо. Даже за друзей он волновался меньше, чем за бывшего врага... Бывшего ли?

***

На ужин Гарри идти отказался, аргументировал своё решением желанием прогуляться перед сном. Действительно, нужно было проветриться, вдохнуть свежий воздух и успокоиться. Если он будет переживать всё время по различным мелочам, то какой же он будет тогда демон? Для решения любой проблемы нужна холодная голова, без посторонних ощущений. Золотой Мальчик пересек коридор, подошёл к дверям, хотел их толкнуть, как что-то справа завозилось, издавая характерный шорох. Поттер мгновенно напряг слух, напряженно подобрался и повернул голову на возникший шум. Ничего и никого не было, однако шум продолжался, будто кто-то старается идти бесшумно, но в связи с своей неуклюжестью, не может. Сам того не заметив, полудемон изменил знаки в глазах и увидел около стены преломление света, которого, по сути, здесь вообще не должно было быть. — Кто здесь? — настороженный голос Гарри заставил "мистера невидимку" завозиться сильнее, вызывая волну мурашек по телу от характерного звука. — Выходи, я знаю, что ты здесь. Наступила тишина, которой по мнению Поттера в последнее время становилось слишком много. Она воцарилась смело и решительно, будто шум ему причудился. А может это так? Может он начинает сходить с ума конкретно? Не частично или понемного, а сразу и на всю голову? В связи с последними событиями это вполне реально. Шорохи прекратились и Гарри успокоился, сослав это на повышенное нервное напряжение и поспешил выйти под сильные порывы поднимающегося ветра, пронизывающего своим холодом до самых костей. Во дворе парень прошёл немного вперёд и остановился, поднял глаза к небу и зарычал так громко, так эмоционально, насколько только мог. Почему его так тянет к блондинистому Принцу Слизерина? Что же это за связь между ними такая, заставляющая до боли в теле хотеть прижаться друг к другу? Конечно, это спорный вопрос, Малфой может этого сейчас не чувствует, но Гарри ощущал и раздражался из-за этого сильнее. Мощными когтистыми руками он резкими движениями «рассеял» воздух за счёт наличия в нем воды и хотел сделать шаг, как его остановили холодные полупрозрачные руки его наставницы. Николетта стояла за его спиной и отрицательным движением головы отговорила делать необдуманный шаг. Сам того не ведая, Поттер открыл односторонний портал в Преисподнюю, едва не шагнув в адское пекло. — Не делай этого, такой спуск в Ад очень опасен не только для тебя, но и для окружающих. Советую повременить с этим, если не хочешь сгореть. — конечно она говорила не совсем правду, как может демон сгореть на своей родине? Однако опасность всё же имелась и не малая. — В Ад? — затуманенный красный взгляд наткнулся на холодный призрачный, мгновенно становясь обычным. «Это всего лишь наваждение, я действовал на автомате подсознания, я не виноват!» — Гарри мысленно начал паниковать, но заверения Николетты смогли нормализовать пошатнувшуюся психику бедного парня. Он думал, что сходит с ума, оказалось просто собрался прогуляться не по Хогвартсу, а по Преисподней. Пару часов юноша вместе с призрачной девушкой гулял по округе, иногда заходя поближе к озеру и лесу, вдыхал пропитанный дождём воздух и думал о будущем. То, что пока всё проходит более менее гладко только мираж, скоро должны начаться контрольные, экзамены, завалы от учителей и, возможно, Волан-де-Морт снова возродится, не прошло и года без него, а то, что Гарри теперь демон, ну и что? Наоборот, демоническая сила сможет помочь в борьбе с Тёмным Лордом... Всё хорошо и удачно складывается, тогда почему в душе Гарри скребутся кошки, отравляя его существо мыслями о... Малфое? Неужели он его любит? Может ненавидит? Или просто хочет? Что из этого правда? Однако одно для себя Поттер понял, пока он не разберется с собственными чувствами и желаниями, он будет избегать не только взглядом Драко, но и, по возможности, свести встречи и пересечения с ним к минимуму. Если между ними что-то и есть, они поймут... или нет, тогда всё вновь вернётся на круги своя. Ничего не вернётся, потому что ничего и не произошло! — подал голос демон, когда Гарри вернулся в замок и готовился ко сну. Эти слова насторожили его, но после он забылся тревожными видениями.