Жажда крови

Туман слоился перед глазами. Голоса учеников доносились будто из-под воды. Стены класса таяли под расфокусированным взглядом. Гермиона механически записывала материал за преподавательницей трансфигурации. И с тоской поглядывала на круглые, блестящие часы, висевшие над дверью. Нет, она не хотела быстрее уйти с занятий – ей бы вечно теперь записывать эти нудные и сухие строчки, но стрелка неумолимо ползла по пожелтевшему циферблату к седьмой чёрточке. Девушке сейчас бы поплакать, озлобиться, своевольничать и убежать к семи часам в какой-нибудь запустелый бар в Хогсмиде. Но взгляд был сух, и разум настойчиво не хотел принять произошедшее за действительность. Она надеялась, что проснётся, как только стрелка перепрыгнет за ненавистную чёрную чёрточку. Она надеялась, что это очередной кошмар, потому что быть тому в реальности – просто невозможно. Только вот стрелка перепрыгнула. В Большом Зале столы покрывались тарелками с горячим ужином, а воздух наполнялся весёлым гоготом после оконченных занятий. Грейнджер мимолетно заглянула внутрь обеденной, когда спускалась в сырые подземелья, и лишь подумала, что жутко хочет есть. Пропущенный ужин вызывал лёгкое раздражение, и это было всё, что сейчас девушка могла почувствовать. Страх исчез, волнение улетучилось всё по той же одной причине – осознание заметно опоздало за событиями. Ноги сами привели её к злосчастному кабинету, руки сами удивительно уверенно дёрнули ручку. – Вы не заставляете себя ждать, мисс Грейнджер… – дразнящие блики в чёрных глазах приумножились с последней встречи; Северус беспардонно долго задержался взглядом на потерянной ученице. Гермиона казалась ошеломляюще спокойной, хоть и видно было, что это спокойствие берет начало от сильнейшей моральной усталости. Её буквально съели по чайной ложечке, раскроили на кусочки, как жука разрезали перед варкой очередного зелья, где лапки надо бы положить в начале, брюшко – в середине, а голову – где-то ближе к концу. – Сядьте, – голос понизился и снова вобрал в себя привычное давление, профессор кивком указал на пустой стул, заранее придвинутый к учительскому столу, ровно напротив самого мужчины. Девушка уже рефлекторно, без всяких лишних лезущих в голову мыслей медленно подошла к предмету мебели и села около Снейпа. Близко, чёрт, весьма близко, но стул был поставлен именно так, и сдвинуть его чуть подальше было… не позволено? Гермиона не нашла слова лучше, чтоб описать это странное чувство подломленности в коленях. Улыбка слегка тронула её губы от этого нелепого сравнения. Мужчина подпёр ладонью подбородок, наблюдая за реакцией ученицы, и едкая ухмылка довольно расползлась по его лицу: – Мне уже не приходится просить дважды… – наигранное удивление сквозило через эту чёртову ухмылку, – неужели вы обучаемы, мисс? – сухой шёпот врезался в голову, будто по коже провели чем-то колючим. Гермиона поморщилась от этого глупого вопроса. Или неглупого, но она определенно не знала, что ответить. Чему обучаема? Трансфигурации, зельям? Но разве это Снейп имел в виду? – Я не понимаю, о чём вы, сэр, – девушка ответила честно и лаконично. Профессор встал, слегка кивнув, обозначая, что ответ был принят, и двинулся к шкафам сзади учительского стола. – Я задам этот вопрос ещё раз… – отвернувшись от Гермионы, произнёс он серьёзно – без привычной ядовитой нотки издевательства. – В конце отработки. У вас будет время подумать, – мужчина вытащил из шкафчика охапку аккуратно связанных свитков. – Монотонная работа сделает своё дело. Он опустил свитки на стол перед Гермионой, мелкая пыль взвилась от них, растворяясь в тусклом освещении подземелья. Сам профессор обратно устроился на своё место и принялся, как успела заметить Гермиона, проверять сегодняшние работы. – Разберите записи по зельям, перепишите, если это потребуется. Когда закончите с этими, – Снейп, не отрываясь от очередного листа, кистью указал на открытый шкаф позади себя, – берите следующие. Это нужно отправить в архив. Девушка кивнула и осторожно стала разворачивать первый свиток. Лёгкий шелест гулко отдавался в подземелье. Холод мурашками поднимался по ногам. Гермиона стала вглядываться в поблекшие от времени чернила, стряхнув на пол серую пыль, которая клочками собралась внутри пергамента. Осознавая, что с трудом понимает написанное, ученица опасливо взглянула на профессора. Судя по всему, он вовсе её не замечал, будто её тут и не было. Это радовало. И Грейнджер, пытаясь собраться, решилась полностью переключиться на работу, хотя непонятый вопрос, словно маятник, периодически возникал в голове между строчками об очередном усыпляющем зелье. Когда первая охапка была разобрана, девушка встала на озябших ногах со стула и сложила свитки на ближайшую парту. Зельевар медленно поднял на неё глаза: – Переставьте мне на стол колбы с образцами. Гермиона быстро обвела взглядом класс: около окна на небольшом столике вместе с баночками стоял ровный ряд закупоренных колбочек. – Все? – тихо выдохнула она. Профессор ответил лишь кивком. Переставив очередные несколько склянок, девушка торопливо схватилась за следующую. Но колбочка выскользнула из пальцев, и стеклянный всплеск всколыхнул царившую в аудитории тишину. Маленькая чёрная лужица зелья поползла по холодному камню. Гермиона поджала губы и, проклиная себя за неуклюжесть, ринулась подбирать осколки, опустившись на колени, и еле слышно прошептала: – Простите… Ровно пару секунд, пока девушка не ойкнула и не отдернула руку от мутного стекла, зельевар молчал и наблюдал это нелепое зрелище. – Сразу видно, что вы из семьи маглов, – издеваясь, начал мужчина. – Волшебники обычно пользуются палочкой…. Иначе зачем, мисс Грейнджер, вы учитесь столько лет в данном учебном заведении? Девушка быстро выудила волшебную палочку из кармана мантии и ниже опустила глаза, чтобы не чувствовать эту брезгливость, с которой Снейп душил её взглядом. Правая рука чуть болела, и красная струйка медленно ползла по ладони. – Репаро… – прошептала девушка как можно тише, и колба мягко опустилась на стол около своих сестёр, наполненных зельями. Лужицу растёкшегося образца пришлось убрать, жидкость, перемешавшаяся с пылью на полу, была уже непригодна. Говорить об этом профессору Гермиона решительно не стала, заметив, что он снова увлёкся проверкой. Девушка зажмурилась: пальцы легко покалывало от боли. И Гермиона занесла палочку, чтобы заживить порез… – Нет, – тихо, но странно твердо произнёс Снейп, не поднимая глаз от исписанного пергамента. Грейнджер громко сглотнула и опустила палочку вниз, с немым вопросом она обвела глазами зельевара, который по-прежнему её будто не замечал. Простояв чуть ли не минуту, девушка всё же решила вернуться к своей работе со свитками. Когда она села на своё место, принеся пару свитков из шкафа. Профессор сощурился и, поджав губы, уставился на порезанную руку ученицы, которой она старалась не запачкать пергамент, поэтому запястье чуть выворачивала вверх. Кровь подсохла, аккуратной блестящей струйкой обведя изгиб ладони. Кожу стягивало и кололо, пока Гермиона справлялась со шнурком на свитке. От немигающего и будто гипнотизирующего взгляда Снейпа внезапно громко зашумело в ушах, девушка на миг задержала дыхание. Мужчина дышал глубоко и заметно, будто хотел вдохнуть это странное волнение и колющую боль. И кровь едва заметно ниже просочилась по ладони, а вместе с ней растянулась и кривая ухмылка. – Вы ответите на мой вопрос? – прозвучало так внезапно и не к месту. Гермиона не сразу смогла осознать сказанное, её взгляд в безуспешной попытке метался между чуть наклонившимся к ней профессором, свитками и порезанной рукой. – Да… – заикаясь, наконец выдавила она, и её реплика была больше похож на вопрос, чем на утверждение. – Да – это и есть ответ? – сразу же и резко поспешил уточнить Снейп, его дыхание слышимо рвалось, и он чуть разомкнул тонкие губы. Грейнджер, уже не силясь успокоиться и понять, что сейчас происходит и на что она отвечает, быстро кивнула, скользнув глазами по горящему изнутри взгляду профессора. Он же резко отклонился на спинку стула, что громко скрипнул в напряжённой тишине, которую сейчас не глотать, а ложками есть можно было. Зельевар на мгновенье закрыл глаза и запустил пальцы в тёмные волосы на виске. Гермиона тщетно пыталась вчитаться в начатый ею свиток, но тут же мужчина встал и, приятно шурша мантией, сделал пару шагов к сидящей девушке. – Вы слабы к легилименции, – будто бы нечаянно бросил он. Внутри что-то окончательно рухнуло, а слова изнутри ударили в затылок. Свиток выпал из застывших рук Грейнджер. Паника отчаянно нарастала. Осознание случившегося и его необратимости достигли своей критической точки. Гермиона про себя думала, что ещё секунда, и она окончательно сойдёт с ума. Она думала, что упасть с Астрономической башни не так больно, как сейчас услышать это. Девушка наклонилась ниже над партой и тихо, глухо застонала, обнимая себя руками, вдавливая пальцы куда-то под рёбра. И она даже не хотела знать, как отреагирует Снейп на её странный жест. Хотелось убежать и разодрать руки о ближайшую каменную стену. Хотелось кричать и биться ничком на холодном полу. Мужчина подошёл вплотную, сверху смотря, как девушка согнулась дугой, будто от сильнейшей боли, и глотала воздух, как будто его критически не хватало в огромном классе. – Вы… – привычно холодно начал профессор. – Я не хочу… – вскрикнула Гермиона так, что у самой заложило в ушах, – говорить об этом, – и слёзы снова, чёрт, снова, как бы этого не хотелось, потекли по щекам. – Встаньте, – зло рыкнул Снейп, вцепляясь холодными твёрдыми пальцами в плечо девушки. Она, покачнувшись, встала, разжав руки, которые уже дрожали от чрезмерного напряжения. И подняла покрасневшие и блестящие глаза на своего преподавателя. Её внезапные слёзы стекали по тонкой шее. – Когда захотите… – мужчина многозначительно хмыкнул, – говорить – приходите. Его пальцы всё ещё больно вжимались в руку Гермионы, обещав оставить пару мелких синяков. Девушка могла поклясться, что это – единственное, что сейчас удерживало её в состоянии воспринимать его слова, которые мерно отпечатывались где-то в глубине мозга: – Через неделю, сюда же, в одиннадцать вечера… – рука наконец разжалась, и Гермиона, лишённая опоры, еле удержалась на ногах. Снейп отошёл от неё к учительскому столу и жестом указал на дверь. Как по приказу, девушка потянулась к дверной ручке. – А вы захотите, – Снейп ухмыльнулся ей в спину, заранее и необыкновенно уверенно предсказывая решение ученицы. «Не думаю», – шикнула про себя Грейнджер и уже привычно вместе с раздирающими её на куски чувствами покинула это ненавистное место. * * * Замок опустел, и было приятно тихо. Девушка быстро поднималась в свою башню. Щеки стягивало от высохших солёных дорожек, но почему-то больше плакать не хотелось. Совсем. Странная лёгкость наполняла расслабленное тело. Гермиона постаралась выпрямиться и улыбнуться. А ещё хотелось тихо бежать по блестящему в темноте полу. В монохромном отражении которого она видела чуть небрежную и странно смеющуюся девушку, которая слизывала присохшую к ладони кровь, с нажимом ведя языком по коже. Ведьма жадно глотала слюну, смешанную с пряным и острым привкусом. Закончив, она на бегу проделала неуклюжее, но в том и искреннее па и, подняв обнаженные от скатившейся мантии руки куда-то к потолку, театрально зашептала: – Конечно, профессор, вы же знаете, что я непременно приду! – девушка хохотнула и сделала глубокий реверанс в сторону – словно она увидела знакомую фигуру за мраморной колонной, словно она встретила тот блестящий мелкими искрами взгляд зельевара.