Don't let me go

      Жаркие степи Айовы встретили Спока неприязненно. Удивительно, но Пайк уговорил его для поездки взять мотоцикл, и, хотя Спок и не хотел передвигаться именно таким видом транспорта, сейчас он чувствовал… удовлетворение. Всем телом он ощущал ветер, яростно обдувающий его на трассе, сопротивление воздуха и едкий запах машинного масла.       Возможно, теперь он понимал, почему Кристофер так на этом настаивал.       Однако не все идеи Пайка были хорошими. Например та, ради которой и ехал сейчас Спок в эту пыльную глушь вместо того, чтобы продолжать исследования в обычных условиях. Когда Пайк заговорил о помощи какому-то больному парню, Спок решительно отказался, аргументируя это тем, что у него сейчас слишком много работы, и «заниматься альтруизмом для вулканца нелогично, при всем уважении, сэр». Но Пайк умел быть настойчивым, он рассказал, кто был отцом этого парня, и что ему, адмиралу Звездного Флота, он как сын. Спок достаточно работал с Пайком, чтобы понять, что тот не отступится от своего. Но вместе с этим он сам уже начал интересоваться этим случаем — разумеется, с научной точки зрения.       И вот сейчас он гнал по пустой дороге, приближаясь к полузаросшему повороту. Навигатор с координатами дома показывал, что именно туда ему и надо сворачивать. Очаровательно.       Спок притормозил, свернул, и теперь уже начал различать смутные в висящей в воздухе мелкой пыли очертания старого деревянного дома, в котором и жил объект его будущих исследований. Об объекте Спок не знал ровным счетом ничего, кроме его крайней асоциальности, замкнутости, психопатичности и импульсивности. И, конечно, имени. Джеймс Тиберий Кирк. Тиберий. Нетипичное имя для жителя этих мест.       Только вулканец успел об этом подумать, как подъехал к самому дому и остановился, сняв шлем. Солнце неприятно ударило в глаза: на его родном Вулкане оно было совершенно другим.       Он оставил мотоцикл у входа в дом, зашел на шаткое крыльцо и постучал. Никто не отозвался и не открыл, и Спок постучал снова. Он бы постучал еще, потому что он был вежливым вулканцем, но сейчас он в большей степени был уставшим человеком, поэтому он просто аккуратно открыл почему-то незапертую дверь и неторопливо, еще давая время хозяевам его встретить, вошел в дом.       Ощущение, что он ошибся адресом, усилилось, стоило ему взглянуть на обстановку дома. Все вроде бы было как везде — впереди виднелась кухня, светлая гостиная, лестница на второй этаж, но все было… старым. Спок бы затруднился сказать, сколько лет этому дому и вещам, находящимся в нем. И тут чувствительные вулканские уши уловили голоса на втором этаже. Голосов было два — мужской и женский, они о чем-то активно спорили, причем, судя по интонациям, женский голос побеждал.       Спок терпеливо ждал, и, наконец, его ожидание было вознаграждено: к нему торопливо спустилась светловолосая взволнованная женщина, которая при виде вулканца в гостиной на мгновение замерла, а потом воскликнула:       — Мистер Спок, вы уже здесь! Извините, что вам пришлось ждать.       — В извинениях нет необходимости, мисс Кирк. — вежливо ответил Спок. — Я готов был подождать. Полагаю, Джеймс наверху? — сразу перейдя к делу, он кивнул на второй этаж.       — О, зовите меня Вайнона. — поправила его она. Потом немного, но заметно побледнев, ответила: — Да. Пойдемте, я вас… познакомлю. Кристофер уже рассказал вам о проблеме Джима?       — Да, — Спок утвердительно кивнул и привычным жестом сцепил руки за спиной.       — Вы поможете ему? — с такой наивной и сильной надеждой спросила Вайнона, что Споку стало неуютно.       — Я не знаю, — честно ответил он. — Я смогу судить о том, хватит ли моих знаний для помощи вашему сыну только после того, как хоть сколько-нибудь узнаю его.       — Хорошо, — согласилась Вайнона, но было видно, что она уже сейчас верит, что вулканский ученый сможет как-то вернуть их жизнь в нормальное русло. У Спока не было сотой доли ее уверенности.       Женщина повела его наверх по скрипучим ступеням деревянной лестницы. Молчание было в крайней степени неуютным, и Спок негромко спросил:       — Как давно у Джеймса проблемы с обществом?       Мать напряглась и немного замедлила шаг, остановившись. Спок тоже встал на лестнице, поняв, что если они поднимутся выше, то Кирк-младший может их услышать.       — Не так давно. — с неохотой ответила она. — Еще лет в шестнадцать он был нормальным подростком, конечно, случались проблемы, но все было хорошо… — женщина замялась; Спок видел, что она говорит ему неправду, но не хотел возражать вслух. Если бы все было хорошо тогда, не было бы настолько плохо сейчас. — но в последнее время, особенно этот год, он изменился. Перестал общаться с друзьями, сделал исключение только для одного.       — Для кого? — Спок был действительно заинтересован. Ему говорили, что Джеймс порвал все контакты с внешним миром, но, как выяснилось, это было не так.       — Леонард Маккой, — с готовностью ответила Вайнона, — они с Джимом дружат еще со школы, Лен учится на врача, так что он какое-то время помогал неофициально обследовать его. Наверное, это единственный человек, кроме меня, которого Джим сейчас спокойно подпускает к себе.       — Интересно. — Спок задумчиво склонил голову набок.       Вайнона неуверенно посмотрела на него, потом повернулась и поднялась на площадку второго этажа. Здесь было еще более пусто и пыльно, чем на первом, и у Спока появилось необъяснимое чувство, как будто этот дом потерян во времени.       И тут мисс Кирк тихо подошла к второй по коридору двери и приоткрыла ее, первая зайдя внутрь. Спок поправил форму, неосознанно делая глубокий вдох, как будто перед прыжком в воду, и вошел следом за ней.       На кровати сидел взъерошенный напряженный юноша, резко поднявший голову, когда они вошли в комнату. На нем была мешковатая клетчатая рубашка, светлые поношенные джинсы и пыльные кеды — он неплохо вписывался в общую картину этого дома. Но его молодое, красивое лицо, сейчас обращенное к вошедшим, настолько беззащитно и очевидно выражало желание жизни и полноту сил, что Спок начал сомневаться, что этому человеку может быть нужна его помощь. Только неистово голубые глаза и напряженная линия губ выдавали в нем иррациональный страх перед незнакомцем.       Первой заговорила Вайнона.       — Джим, это мистер Спок, он с Вулкана. Может быть, он сможет помочь тебе, если ты ответишь на несколько его вопросов, — она обеспокоенно посмотрела на молчащего сына, и подойдя к нему, мягко положила ему руку на плечо, принуждая посмотреть на себя. Спок определил этот жест как успокаивающий, и тоже сделал уверенный шаг вперед.       Это было его первой ошибкой, потому что Кирк напряженно и тяжело посмотрел на него и попытался отодвинуться как можно дальше, несмотря на тихие уговоры матери.       Спок понял свой промах и остановился. Окинув взглядом заставленную вещами комнату, он взял стул и поставил на некотором отдалении от кровати, но так, чтобы быть лицом к Джеймсу. Все это происходило под внимательным взглядом юноши и в полном молчании, которое все больше давило на всех находящихся в комнате.       — Джеймс… — начал он, но Вайнона перебила его:       — Джим. Пожалуйста, зовите его Джим.       — Хорошо. — согласился Спок, и снова обратился к своему «пациенту», — Я Спок. Джим, посмотрите на меня. Я не причиню вам вреда.       Кирк судорожно вздохнул и молча поднял глаза на Спока. Тот понимал, что сейчас решится — смогут они работать друг с другом или нет. Уверенный и мягкий взгляд темных глаз встретился с откровенно напуганным и вопросительным светлых. Они как будто молча изучали друг друга в этот миг, неосознанно затаив дыхание. Все замерло. Но Вайнона перевела взгляд с сына на вулканца и негромко сказала:       — Так, хорошо…       Кирк, как будто ободренный голосом матери, сменил позу на менее напряженную. Спок решил воспользоваться этим, и протянул ладонь для рукопожатия (за время, проведенное среди землян, он понял, что этот жест может быть положительно воспринят при знакомстве). Джим неуверенно посмотрел на него; видно было, что он внутренне сопротивляется желанию оказаться как можно дальше от гостя, но спустя пару секунд все же немного приподнялся на кровати и подал руку в ответ. Спок аккуратно пожал ее так, чтобы человеческая ладонь не задела его чувствительные кончики пальцев. Мужчины сдержанно кивнули друг другу, как будто у них была какая-то важная деловая встреча, а Вайнона улыбнулась.       — Джим, вы не будете против, если я буду иногда приходить к вам? — спросил Спок, не особо надеясь на ответ.       И тут Кирк удивил его.       — Зачем? — спросил он спокойно, но вулканец видел и чувствовал, как его внимательно изучают.       — Для того, чтобы помочь вам справиться с проблемами эмоционального и личного характера.       — Не держите меня за идиота, — оказалось, что даже в таком состоянии Джим умеет огрызаться. — Я понял, что вы с Вулкана, и знаю, что ваша раса отвергла эмоции. С вашей стороны нелогично пытаться помочь в этом вопросе мне, тогда как вы сами едва ли знаете об этом больше обыкновенного человека.       Спок отметил у него крайнюю степень раздражения и неприязни в свою сторону, и не мог винить в этом Джеймса. Но и сдаваться так просто тоже не собирался.       — Нелогично судить об индивидууме по всей расе, мистер Кирк, — сухо осадил он его. — Вулканцы не отвергают эмоции, но скрывают и контролируют их, то есть делают именно то, в чем вы сейчас нуждаетесь, — Джим в ответ на эти слова поморщился и неприязненно посмотрел на Спока. Но тот просто не видел смысла скрывать цель своего визита. — Не отрицайте этого.       Джим некоторое время смотрел на него, и Споку начало казаться, что его сейчас просто отсюда выгонят и попросят не возвращаться. Но к такому он был вполне готов.       — Хорошо, — наконец сказал Джим, — приходите, когда вам будет удобно. Только сегодня, сейчас… Я прошу вас уйти.       Сказал и неловко отвел взгляд, как будто все свои силы израсходовал на короткую перепалку со Споком, и сейчас более всего хотел остаться один. Вайнона просящим и довольным взглядом сказала Споку, что она согласна с сыном.       Вулканец сдержанно кивнул им обоим, хоть Джим так и не поднял на него глаза. А жаль, ему только начало казаться, что он уловил в них что-то интересное, что-то такое знакомое…       Он вышел из дома на теплый и сухой воздух пустошей, и порыв неожиданно налетевшего ветра немного нарушил его ровную прическу, незаметно отвлекая от мыслей и неприятного ощущения, появившегося после разговора с Кирком. Спок неторопливым шагом подошел к мотоциклу, завел радостно взревевший мотор, и, не оглядываясь на дом Кирков, поехал в сторону города и верфей Звездного Флота.       Только поздним вечером, когда он уставшим взглядом посмотрел на себя в зеркало, ему наконец удалось вспомнить, чей взгляд был похож на взгляд Джима — его собственный, но в детстве, когда он еще подвергался нападкам сверстников по поводу поведения и происхождения.       Возможно, думал Спок, не так уж они с Джимом различны.