Игрушка для оборотня

Утро началось как обычно. Точнее, если не считать, что Стайлз еще некоторое время не мог прийти в себя и был полон ужаса, то да, всё остальное было как обычно. Нужно было как и всегда собираться и идти в школу. Нужно было при всех держаться как обычно, непринужденно. Нужно было улыбаться всем и делать вид что всё матьвашунормально. Но по крайней мере в школе не было никаких происшествий, чему Стайлз был крайне рад. – Стайлз, эй, Стайлз. Стайлз повернул голову и его потухшие глаза встретились с вопросительными Скотта, который сейчас молча его разглядывал. Он даже не заметил, как его друг подошёл к нему. – Скотт, ты это, ты извини, – немного хрипловатый голос Стайлза был полон раскаянья, – я немного не в духе сегодня, я вообще не знаю почему, я не знаю, что со мной, это стресс понимаешь. Все эти экзамены, нервы, все такое.. – Ты плохо спал ночью? Вопрос прямо в лоб. "Ох, Скотт, если бы только это." Скотт стоял и внимательно изучал друга, пытаясь подловить на лжи, ведь он знал, он лучше всех знал Стайлза и мог прочесть по его глазам всё. И в этот момент Стайлз понял, что будет лучше сразу поделиться всем со Скоттом, а не тащить на себе это всё тяжёлым бременем. Тем более друг всегда подскажет выход из трудной ситуации. – Чувак, скоро начнётся урок, пойдём, мне не терпится рассказать тебе какую адскую ночь я пережил. Скотт послушно кивнул и друзья быстрым шагом направились к зданию школы. По дороге Стайлз быстро в его манере, рассказывал другу обо всем и чувствовал, как с каждым произносимым им словом, ему становится легче дышать. Это как делиться своей бедой с близким человеком, готовым тебя выслушать и помочь, готовым взять половину твоих проблем на себя, и эта беда уже становится не только твоей, она становится вашей общей. И у Стайлза словно груз с плеч. Скотт, как подобает идеальному другу, слушал молча, не перебивая и пытался вникнуть в каждую сказанную Стайлзом фразу. – И ты не мог проснуться? – уточнил Скотт. – Неа и это было кошмарно. Ты когда-нибудь слышал о сонном параличе? – Нет. А мне стоит об этом знать? – удивлялся он. Друзья быстро поднимались по лестнице. – Тебе когда-нибудь снилось, что ты сейчас проснешься, но ты не мог не шевелиться, не говорить. Скотт на секунду задумался, а потом быстро ответил: – Да, было такое. До начала урока оставалось совсем мало. Они уже зашли в здание школы и теперь шли к своему кабинету. – Это бывает, потому что во время быстрого сна тело буквально парализовано. Это называется миостиния. Если во сне тебе снится, что ты бежишь, это не значит, что ты на самом деле бежишь. – говорил Стайлз. – Логично. – Но иногда твой разум может проснуться раньше твоего тела, и вот в эту долю секунды ты осознаешь, что твоё тело парализовано. И вот тогда начинается страшное. Сон превращается в кошмар. Они уже успели до начала урока зайти в свой кабинет и сейчас сидели на своих местах. – А хочешь знать, что страшнее всего? Скотт молча смотрел на Стайлза и напряженно ждал. – Я не уверен, что и сейчас нахожусь в реальном мире.. И снова мощный крик. Мощнее обычного. Стайлз орал как резаный. Орал как умалишенный. Орал, даже видя перед собой испуганные лица друзей. Орал, даже чувствуя что несколько пар рук держат его и испуганно трясут. Он орал и чувствовал, что наверное, сейчас разорвется его горло. Но ему было так похуй. Возможно, он потеряет голос. Возможно даже навсегда. Похуй. Орал, ожидая когда же его свяжут и отправят в психушку, потому что, блять, он сошел с ума. Он не знал, когда именно в его жизни начал происходить весь этот ужас, но орал, как никогда. И думал о том, что, кажется, слетел на всю катушку. – СТАЙЛЗ! ВСЁ.. ВСЁ В ПОРЯДКЕ – НАКОНЕЦ-ТО ОН ПРОСНУЛСЯ Он слышал голоса друзей, но их фразы доходили до него обрывками. В ушах звенело от собственных криков и, кажется, от чего-то еще. Затем смог услышать, как они тихо разговаривают о чём-то. Но Стайлз не улавливал суть разговора. Стайлз подумал, что скорее всего они обсуждали то, как их друг совсем спятил в столь юном возрасте. Какая ирония. – Да успокойте его уже кто-нибудь. Он услышал еще чей-то голос. Голос был далекий, низкий. Но такой знакомый ему. Вдруг перед собой он увидел лицо, обросшее щетиной и сразу понял, кто стоит склонившись над ним и смотрит на него нахмурив брови. Голос Стайлза вздрогнул и оборвался. Лидия ходила кругами по гостиной, внимательно слушая, как Скотт с Дереком обсуждают состояние их внезапно сошедшего с ума друга. Она так сильно волновалась, так сильно, что не могла буквально усидеть на месте, постоянно, то вскакивая, то вновь садясь на диван рядом с ними. То слушала их разговор внимательно, немного приоткрыв рот и не смея даже дышать, чтобы не пропустить ни слово. А иногда задумывалась, погружаясь в мысли и не слышала их разговора. Не могла услышать ничего, кроме шума в голове. – Перестань измерять шагами комнату. У меня от тебя уже в глазах рябит. Резкий голос вернул её из раздумий и Лидия вздрогнула. Насколько же холодный голос это был. И конечно же принадлежал никому иному, как Дереку. Она подумала о том, что у него присутствуют такие же холодные нотки в голосе как и у Питера. Подумав о Питере она поморщилась. Нет. Они определенно разные. Хоть на первый взгляд и совершенно похожи. Хоть и родственники. Хоть у них абсолютно похожий нрав. Оба отчужденные, независимые, строгие и глубоко внутри одинокие волки. Но Дерека можно было бы назвать положительным героем . Чего никогда не скажешь о Питере. Зачем она вообще сейчас думает о нём. Сейчас. Когда её любимый Стайлз возможно в беде. Даже сейчас этот проклятый Питер не выходит из её головы. Лидия тихо вздохнула. И не выходил никогда. Словно жил в её голове. Имел там вечную прописку. Она еще никогда не мечтала о Питере Хейле. Он не был героем, о котором можно было помечтать, рисуя нечто похожее на сердечки в тетрадках. Это был человек, о котором больно было даже вспоминать. И она вспоминала. Вспоминала тот жесткий и горячий поцелуй. Тот единственный их поцелуй, в темном доме у Хейлов, где она оказалась случайно. Тот поцелуй, о котором она никогда никому не расскажет. Она даже не осознавала каким именно образом она оказалась там. Лишь смутно помнит, как ноги сами привели её. Помнит голос в голове, который настойчиво говорил ей идти туда. Идти в дом к самому монстру. Она яростно кричала на него. Обвиняя во всём. Желая лишь одного: убить его. Предсказать смерть Питеру Хейлу. Она била его руками в сильную грудь. Крича в лицо. Мечтая закричать так, чтобы он отлетел от нее звуковой волной и размазался по стенке. Кричала, видя перед собой лишь равнодушный взгляд. Затем крепкие руки Питера. И поцелуй, от которого словно обухом по голове. От которого на долю секунды стало так блядскихорошо и пиздецкибольно одновременно. Она отчетливо помнит, как затем последовал сильный удар по груди Питера и громкий стук её каблуков. Бег. Сбившееся дыхание. Она села в машину, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Чувствуя, как вот-вот разорвется нахрен сердце. Проклинала. Она проклинала это чертово место. Его дом. Его самого. Она хотела разорвать саму себя на части и рвать волосы, что совершила, возможно, самую большую ошибку в своей жизни, прийдя домой к Питеру. ..Это был поцелуй, о котором, возможно, он уже и не вспомнит никогда. А она до сих пор пытается забыть. Но вечно помнит. Такая жалкая. Ей было жаль саму себя. Если кто-то сказал бы ей раньше, что самую популярную и беззоботную девушку школы ждет такая судьба, она бы рассмеялась тому человеку в лицо. Но всё обернулось так, что она сама оказалась тем человеком, которому рассмеялась в лицо жизнь. – ...И поэтому мы решили, что нам сможешь помочь именно ты, Дерек.–донеслось до её ушей. Дерек всё это время молча слушавший Скотта, сдвинул брови и задумался. – Значит, насколько я понял, он постоянно теряет сознания и плохо спит. Впринципе я и сам в этом недавно убедился. – кивнул он и вновь замолчал. – Я могу предположить, что с ним, но Питер гораздо лучше меня, разбирается во всём необычном. И если ты помнишь, Скотт, я и сам учился всему у него. Скотт согласно кивнул, припоминая, что дядюшка Питер и впрямь знаток всего сверхъестественного в Беверли Хиллс. И возможно осведомлен обо всем на равне с его боссом и также другом Дитоном. – Если вы не против, я сделаю один звонок. – обратился он к Скотту и Лидии. Дерек вытащил свой мобильный из кармана джинс и быстро набрал номер. Спустя пару долгих гудков, на том конце наконец раздался голос Питера. – Надеюсь это что-то важное, Дерек, раз ты оторвал меня от приятного общества меня самого и любимого виски. – быстро сказал глухой голос. – Если бы я тебя время от времени не отрывал от твоего "приятного общества", ты бы уже давно спился, Питер. И да, это важно. Лидия и Скотт стояли рядом с Дереком, внимательно слушая телефонный разговор Хейлов. Оба из друзей чувствовали внутреннее волнение, однако Лидия почувствовала, что услышав имя Питера, затряслась еще сильнее, чем прежде. – ..Да. Хорошо. –Дерек закончил разговор и положил телефон в карман. – Ну так..Что? – Спросил Скотт, чувствуя как высыхает во рту. – Он сказал, что сейчас прийдет и на месте разберётся. – Питер прийдет сюда?? – спросили одновременно Лидия и Скотт. Людия мысленно завыла. Ну почему. Почему именно тогда, когда она решила всяческими способами избегать его, он стал постоянно появляться перед ней. "Черт бы тебя побрал Питер" Подумав об этом, Лидия мысленно представила, как через пару минут черти с криками возвращают Питера обратно. Не успела она насладиться таким зрелищем в своих фантазиях, как перед нею собственной персоной уже стоял Питер Хейл. Он мать вашу чертовски быстро перемещается. Внезапно она захотела сразу же покинуть эту внезапно-ставшую-душной гостиную. Да что там гостиную. Она хотела быстрым шагом покинуть свой собственный дом. "Ну вот, Лидия, до чего же ты докатилась." И внезапно он бросил на неё быстрый взгляд. Этот будь-он-проклят взгляд. Бум бум. Быстрый взгляд, который, успел всего за секунду заглянуть глубоко. В самую душу. Бум бум бум. Сердце стало колотить так, будто Лидия страдала тяжёлой формой тахикардии. "Не смотри на меня своим взглядом так, мать твою", шипело её сознание. Дерек и Скотт сразу же подошли к нему и Скотт торопливо заговорил, стараясь быстрее ввести Питера в курс дела. Доверял ли Скотт Питеру? Нет. Был ли у него сейчас другой выход? Тоже нет. Он понимал, что в любой другой ситуации он никогда бы не стал доверять такому типу, как Питер. Но чтобы выяснить, что с его лучшим другом, он был готов на многое. А Лидия так и осталась стоять на месте, словно пригвозденная к полу одним лишь взглядом Питера. Зато каким взглядом.. Она держалась от них в стороне, но всё же могла расслышать весь разговор. – Значит, я должен выяснить, почему ваш дружок начал походить на зомби и вопить во сне как сирена? Скотт быстро кивнул. – Что ж могу лишь с точность сказать, что у Лидии появился конкурент. Услышав своё имя, Лидия наконец подняла на Питера тяжелый, полный ярости взгляд. – Питер, не тяни. Мы позволили тебе прийти сюда лишь потому что Стайлз в опасности, с ним происходит что-то, о чём мы даже не догадываемся. – Скотт изо всех сил старался держаться. Если в эту секунду он захотел бы убить Питера, Лидия не задумываясь помогла бы ему прикончить этого мерзавца. – Начну с того, что я никому ничего не должен. И в особых приглашениях не нуждаюсь. – Питер..– угрожающе оскалился Скотт. – Тебе сейчас лучше реально не выделываться. Если тебя захотят разорвать, спасать твою задницу я не стану. – внушительно сказал Дерек. – Ну раз без моей помощи вам не обойтись, то так и быть. Выслушав ваш бред, я пришел лишь к одному выводу. Мне знакомы случаи, когда в самого уязвимого, но и в тоже время самого умного члена стаи вселяется дух, чтобы разрушить эту самую стаю и если ему это удастся, то и.. – То и что..? – Пойти дальше и уничтожать всё вокруг. Ты ведь говорил, что во сне Стайлз прошептал что-то похожее на "Нагицунэ?" Скотт приоткрыв рот, быстро закивал. Питер спокойно продолжал: – Так вот, Нагицунэ - это дух. Самый злобный дух, которого только можно себе представить. Сила нагицунэ в том, что он сеет везде хаос и черпает силу, от этого же хаоса, а также от чьих-либо страданий. Среди вас всех, ваш дружок самый умный и эмоциональный, так что, я и не удивляюсь, что дух выбрал его. – Черт возьми, что это значит, Питер??? – закричал Скотт. Все присутствующие в этой комнате, сразу поняли, что дело серьёзнее некуда. Даже вечно холодный Дерек, выглядел не менее ошарашенным. Лишь только Питер со спокойствием в голосе произнёс: – Это значит, что если вы вовремя не спасете вашего Стайлза, то нагицунэ отберет все его силы. А когда станет сильнее, за счет его боли и страданий, то для Стайлза всё может плохо закончится. В комнате повисла тяжёлая и долгая тишина. И внезапно эту тишину прорезал громкий и оглушающий смех. Все стремительно обернулись и увидели Стайлза. На бледном лице которого растянулась навевающая ужас злобная улыбка. А под глазами красовались синяки, ставшие еще темнее. Он стоял и смеялся в нескольких шагах от них.