Not worthy of life. Девочка выросла.

— Дария Романова — Россия! — крикнул диктор и на льду появилась молодая, светловолосая девушка. Глаза она держала закрытыми, ведь не хотела видеть этих людей Она без проблем начала откатывать свою программу. Плавные, иногда резкие движения, заставляли девушку приоткрыть глаза, ведь проигрывать — не ее стиль. Дария была слишком самоуверенная и свое свободное время проводила за тренировками. — Четверной аксель! Как же чисто он был сделал, — опять вещал диктор. Романова не особо парилась об этом «чисто сделанном акселе» и опять, закрыв глаза, продолжила «танцевать» под музыку. Лед высекал искры, под ней. Лёгкая… Тогда, Романова обошла своих сверстниц. Тогда она победила. Именно из-за своей самоуверенности и упрямости. — Даш, — окликнул девушку знакомый голос дяди, — Подойди сюда. Девушка обернулась и подошла к Евгению, собственно ее дяде. — Да, дядь Жень? — спросила светловолосая и посмотрела на фигуриста. — Мы с Яной и Сашей уезжаем в отпуск. И на время нашего отсутствия, за тобой будет присматривать Мила, — девушка вздохнула. — И зачем? Я могу сама о себе позаботиться, — хмыкнула Романова. — С тобой может, что-то случится, мне твои родители по шее дадут, — вдруг сморозил Плющенко. — Они даже не интересуются моим мнением, что уж там, — отвела взгляд упрямая Романова. Она всегда знала о ненависти ее родителей к ней, что вызвало у девушки сильный стресс и постоянную нелюбовь ко всему человечеству. В голове Дария боролась сама с собой. С одной стороны, она должна послушаться Женю, а с другой — она взрослая. Осиная талия; ярко-голубые глаза; белые как снег, вьющиеся волосы; розовые губы и бледное личико. Именно эта внешность казалось такой неприступной и недосягаемой для одноклассников Дарии. Она их избегала. С девочками она не общалась вообще, а мальчики пыталась к ней подкатить, но слышали в свою сторону, только грубые, иногда почти срывающийся на крик слова Дарии. Романова не любит людей. Ходит как самая обычная девушка-пацанка. Руки она прячет в карманы и может спокойно нахамить. Так же, в ее классе учится фигурист—юниор. Юрий Плисецкий, с которым она не редко пересекается как в школе, так и на соревнованиях, даже на тренировках, ведь тренер у них один. Очередная стычка с Плисецким — это кошмар для Романовой. Особенно, когда он показывает свой характер петуха. Хоть они и могут нормально общаться, но Плисецкий на 51.1% гопник. Этого не отнять, хотя… Хотелось бы. — Хорошо, — выдохнула Дария и посмотрела в окно, — Только соберу вещи. Мила была первым другом Дарии. Она всегда помогала Романовой справляться с трудностями. Было даже странно, что такой закрытый человек как Даша — заведёт друзей. Так же, у Романовой есть «знакомый» с которым она просто общается. Он как подушка. Ему можно выплакаться.

Можно умереть?

Девушка часто вспоминает скандалы в семье и то, как ее просто били. Плевать за что. Ежедневный побои. На девушке до сих пор красуются синяки. Она натерпелась за пятнадцать лет. Однажды она просто сбежала. Два дня жила на улице. Под дождём. И однажды, гуляющая по улице, Мила обнаружила совсем мокрую Дашу. Потом она довела её до своего дома и согрела. Как бездомного котёнка. Она и была этим котёнком всю жизнь. Она никому не нужна. Глупая, глупая Даша. По щекам, сами собой текли слёзы. Она опять вспомнила те пятнадцать лет с родителями и старший братом. Никто ее не любил. Ненавидели. Ее и били и ломали ей что-то, один раз её изнасиловал собственный старший брат. Тогда началась ломка. Самая настоящая ломка. как у наркоманов без шприцов. Она вытерла слёзы и продолжила идти. Дария давно не плакала. Сколько она уже тут? Три месяца? Четыре? Она сбилась со счёта. Тут она чувствует свободу. Евгений и Яна для неё как семья, а Саша — как младший брат. Да и сами Плющенко давно привыкли к Даше. — Леви, где ты? — спросила девушка, ища свое животное. Посмотрев на подоконник, девушка обнаружила чёрного кота с белым пятнышком на грудке. Леви мяукнул, — Идем, красавец.

***

Девушка осталась у Бабичевой. Дария особо не выходила из дома, что свойственно для подростка-интроверта.