Новогодняя ночь и ее последствия

Огромный зал со следами бурного празднества был практически пуст. Тишину немного нарушало лишь тихое сопение на одном из углов стола. Две головы пристроились по соседству прямо на столе, используя в качестве подушки лишь руки. Лицо первого было полностью скрыто длинными белыми волосами, которые в беспорядке разметались по столу. Иногда он, что-то недовольно пробурчав, дул на челку, видимо, пытаясь ее убрать, но тут же вновь проваливался в сон. Буквально в нескольких сантиметрах от блондина спал второй. Короткие темные волосы были растрепаны, глаза закрыты, а на губах застыла нежная улыбка. По положению головы и рук можно было понять, что перед тем, как провалиться в сон, брюнет наблюдал за своим собеседником, который, похоже, уснул раньше. Пустые бутылки от вина, стоящие неподалеку, говорили о том, что ночь у этих двоих была длинной и явно богатой на разговоры. В коридоре раздался какой-то шум, и блондин резко поднял голову, но тут же пожалел о своем действии и со стоном прижался лбом к холодной поверхности стола. Количество выпитого ночью дало о себе знать жестокой головной болью и легким чувством тошноты. Снова приподняв голову, но теперь уже медленно и осторожно, Скуалло мутным взглядом обвел стол и, обнаружив графин с водой, слегка дрожащей рукой притянул его к себе. Прохладная жидкость с каждым глотком возвращала к жизни, тошнота отступала, а разум наконец стал немного проясняться. Выхлебав около половины графина и отставив его в сторону, блондин облегченно вздохнул и огляделся. И тут же усмехнулся, представляя, как «повезло» слугам, которым предстояло тут прибираться. Пустые бутылки валялись по всему залу вперемешку с остатками еды и осколками посуды, сверху неравномерно присыпанные конфетти, серпантином и какими-то еще блестящими хреновинами, которые тоже служили украшением зала. Гирлянда, висящая над столом, каким-то чудом еще держалась, но висела значительно ниже, чем в начале праздника. Скатерть с половины стола была стянута на пол со всем, что на ней стояло. Неподалеку от нее валялся пиджак Савады, при взгляде на который Мечник нахмурился, вспомнив ночной разговор с Бельфегором. Но следующим перед его взглядом предстал мирно спящий юный Дождь Вонголы, и Вариец усмехнулся, глядя на его безмятежную улыбку. Однако память услужливо подсунула некоторые воспоминания о прошедшей ночи, заставившие блондина снова нахмуриться. Flashback - Нет, ну этот чертов Босс вообще своей тупой башкой не думает! Очередной опустошенный бокал со стуком приземлился на стол, а взгляд Варийца становился все менее сфокусированным. - Ну, ну, Скуалло! Успокойся! Что такого страшного он сделал? Я вроде ничего не заметил… - Ямамото улыбался своей фирменной широкой улыбкой, похлопывая сидящего рядом блондина по плечу. Однако, тот и не думал успокаиваться, начиная с того момента, как влетел в зал громко ругаясь матом и размахивая во все стороны мечом, после чего схватил ближайшую бутылку и опустошил ее прямо из горла. Единственное, что удалось Ямамото - это усадить Скуалло за стол и хотя бы заставить пить из бокала, надеясь, что так он выпьет чуть меньше. Однако останавливаться тот явно не собирался, наполняя бокал за бокалом. - Что он сделал?! Что этот придурок сделал?!! Да ничего особенного! Всего-то решил трахнуть Саваду Тсунаеши!!! Несчастный идиот, совсем шуток не понимает… Последняя фраза была сказана почти шепотом, поэтому Ямамото ее не услышал, но, к немалому удивлению Скуалло, всего лишь рассмеялся над тем, что услышал. - Эй, пацан, а чего ты смеешься-то? Ты представляешь, какие нам грозят проблемы после этого? - Думаю, что никаких, - отсмеявшись, выдавил из себя Ямамото, - просто Тсуне на самом деле давно нравится Занзас, но ему не хватало смелости сделать хоть что-то, - лицо Варийца вытянулось, глаза выражали полный шок от услышанного, - он и дрожал так перед ним только потому, что боялся, что Занзас догадается о его чувствах… Ямамото с улыбкой наблюдал, как его собеседник буквально хватает ртом воздух, пытаясь что-то сказать. Наконец блондин взял себя в руки, задумчиво налил себе в стакан воды, выпил и тут же разразился громким хохотом. - Ну ваш мелкий дает! Кто бы мог подумать! – Скуалло ржал так заразительно, что Ямамото тоже рассмеялся, - Не, за это надо выпить! – Ямамото согласно кивнул и взял протянутый бокал с вином. - Не, ну я понимаю, Занзас... – Скуалло уже откровенно шатало даже в сидячем положении, но желание поговорить сейчас было сильнее, чем необходимость спать, - но вот что наш Босс нашел в этом мелком? Да что вообще в нем такого, что вы все за ним идете? Ямамото, уже тоже слегка опьяневший, опять рассмеялся. - Если бы ты пообщался с ним поближе, ты бы понял все сам, это трудно объяснить словами… - А ты попробуй, а я попытаюсь понять… - последние слова дались Скуалло с большим трудом, голова все сильнее клонилась к столу и, наконец, не выдержав, блондин сложил перед собой руки и, опустив на них голову, мгновенно отключился, как показалось Ямамото. - Слишком многое трудно объяснить словами… - улыбка на лице брюнета внезапно стала грустной. Не отводя взгляда от закрытых глаз Варийца, Такеши медленно протянул руку и легонько коснулся пальцами лица блондина, провел по щеке, осторожно откинув в сторону длинные волосы, после чего немного подался вперед и на мгновение коснулся губами губ Дождя Варии и, отстранившись, прошептал: - Скуалло, какой же ты красивый, если бы ты знал, как я… «Что этот пацан сейчас хотел сказать?!» - последнее, что успел подумать Скуалло, прежде чем окончательно провалиться в сон… End of flashback. - Черт… Может, мне приснилось? А ведь у него и не спросишь сейчас, ведь трезвый ни за что не ответит… Скуалло снова посмотрел на мирно спящего с улыбкой на губах Ямамото. Словно почувствовав на себе взгляд, Такеши открыл глаза и, привычно широко улыбнувшись, потянулся. «Надо все же как-то проверить…» - Врааай, пацан, сколько мы с тобой вчера выпили? Ни черта не помню вообще! – Скуалло внимательно наблюдал за реакцией брюнета. И заметив, как тот пытается скрыть облегчение, снова нахмурился. «Значит, не приснилось, иначе с чего бы ему так волноваться…» - Думаю, достаточно! – натянуто рассмеявшись, Ямамото кивнул в сторону заставленного бутылками стола. - Да, и правда, надо было… - Мусор! – Скуалло вздрогнул и обернулся, - Долго прохлаждаться собираешься? Машина у входа. - Врааай! Босс, какого хрена? Можно подумать, я один тут прохлаждаюсь! Бел вон… - Этот ненормальный мусор уже свое получил и давно внизу. Не явишься через минуту - труп. Занзас быстрым шагом удалялся по коридору, а Скуалло замер с перекошенным от возмущения лицом, но, осознав, что произошло, рванул следом, бросив напоследок: - Пацан, я бы на твоем месте поискал ваших. Думаю, помощь некоторым из них очень пригодится… - Ты о чем, Скуалло? – удивленный вопрос повис в воздухе, и Хранителю Дождя Вонголы ничего не осталось, кроме как отправиться разыскивать товарищей. *** Пробуждение не доставило никакой радости. Казалось, кроме боли вокруг не было ничего. Любое движение вырывало из груди хриплый стон и желание провалиться обратно в тишину и покой спасительного обморока. Но, видимо, черная полоса Урагана Вонголы и не думала заканчиваться. Стиснув зубы, Хаято попытался все-таки пересилить боль и хотя бы перевернуться на спину, благо, лески, связывающей руки и ноги, уже не было. Однако перевернувшись, пепельноволосый быстро пожалел о своем решении и практически заорал от боли, когда изрезанной спиной коснулся постели. Казалось, тысячи лезвий снова вонзились в тело и кромсают его. Вместе с дикой болью к парню начали возвращаться воспоминания. Вот он напряженно следит, как любимый Джудайме пляшет на столе вместе с этим Варийским гомиком, а этот коронованный псих бегает вокруг и раздражает. Вот Занзас закинул Тсуну на плечо и куда-то направился, Гокудера хотел его догнать, но этот чертов «Принц» опять ему помешал. Потому удар по шее и темнота. Кровать, леска на руках и ногах… Шипящий смех, ножи, холодные руки на коже и… - Вот блядь… Гокудера со стоном закрыл руками пылающее от стыда и отвращения к себе лицо. - Простите, Джудайме… Похоже, я и правда не достоин быть Вашим Хранителем и, тем более, Вашей правой рукой… - Гокудера? – знакомый голос заставил подрывника поднять голову и посмотреть в сторону двери, - Наконец-то я тебя нашел! Но что с тобой..? - Бейсбольный придурок! Нафига ты вообще сюда приперся?! - Хаято сгорал от стыда, представая в таком виде перед своим товарищем, но не мог даже пошевелиться, чтобы хотя бы прикрыть изувеченное тело покрывалом, - Убирайся к черту!!! - Хаято… Ямамото с побледневшим лицом подошел к кровати и прошелся взглядом по телу подрывника. Порезы, синяки, размазанная кровь и опустошенный взгляд… Последнее пугало больше всего. Казалось, кто-то просто взял и вынул жизнь из обычно бушующего Урагана. - Хаято… Кто так с тобой?.. – в голосе Дождя звучала неподдельная боль, отчего пепельноволосый только дернулся, но все же сквозь зубы ответил: - Да какая к черту разница? Лучше добей прям тут, и не будет проблемы… От звучной пощечины Гокудера резко распахнул прикрытые было глаза и в шоке уставился на брюнета, который стоял над ним с перекошенным от злости лицом. - Ты совсем идиот?! Думаешь, это повод, чтобы уйти?! Думаешь, решит все проблемы?! А как же мы?! А Тсуна, в конце концов?!! О нем ты подумал?.. - Джудайме… - подрывник затих и уже более осмысленным взглядом смотрел на Ямамото, - Черт… Ну тогда помоги мне, бейсбольный придурок… Не хотел бы тебя просить о чем-то, но сейчас я точно сам не справлюсь. - Другое дело! А теперь пойдем приведем тебя в порядок… Ямамото улыбнулся и, аккуратно закинув руку Урагана себе на плечо, медленно повел того в сторону ванны. *** Пробуждение Тсуны назвать приятным вряд ли было можно. Все-таки впервые он столько выпил, и теперь любая попытка пошевелиться вызывала жуткое головокружение. Полежав несколько минут, Савада все-таки решил хотя бы открыть глаза и с удивлением обнаружил, что находится явно не в своей комнате. Потолок был другим, да и сама комната была как-то темнее, в красно-коричневых тонах, в то время как комната, выделенная Саваде, была вся в светло-бежевых. Собравшись с силами, Тсуна попытался принять вертикальное положение, но с громким стоном рухнул обратно. Его ждал новый сюрприз – пятая точка ужасно болела, да и вообще все мышцы ныли так, словно ночью Реборн заставил его проходить свою очередную беспощадную тренировку. Только вон Реборн ушел в самом начале банкета. Кое-как Тсуне удалось сесть и осмотреться. Увиденное ввело его в некоторое замешательство. Подушки и одеяло валялись по разные стороны от кровати, по всей комнате была разбросана одежда Савады. Опустив взгляд на себя, шатен с ужасом обнаружил, что он в самом деле абсолютно голый, а еще весь в каких-то синяках и… - Засосах?! Юный Вонгола испуганно зажал себе рот, надеясь, что никто не услышал его вскрика, и начал быстро, насколько ему позволяло состояние, собирать по комнате и натягивать на себя одежду. Уже собрав все свое, кроме пиджака, который он нигде не обнаружил, Савада осмотрелся еще раз, и его внимание привлекли рассыпанные по полу пуговицы, которые явно принадлежали не ему. Взяв одну и рассмотрев поближе, шатен резко выдохнул и залился краской, быстро вспоминая ночные события. - Неужели, Занзас и я правда… Савада, поморщившись, присел на край кровати и пытался осознать случившееся. Наверное, он бы еще долго сидел так, но его взгляд упал на листок бумаги на тумбочке, прижатый его кольцом Неба. Тсуна быстро схватил кольцо, надел его на палец, а после этого уже взял в руки листок и развернул. Размашистым почерком там было написано всего два предложения: «Мусор, а ты, оказывается, та еще шлюха. Если станет сильно скучно, как-нибудь обязательно сниму тебя еще раз» Скомканный листок выпал из опущенной руки, а по комнате разнесся истеричный смех будущего Десятого Вонголы. - Наверное, именно так рушится мир?.. – громкий смех перешел в нервные всхлипы, и шатен прикрыл рукой лицо, пытаясь скрыть появившиеся в уголках глаз слезы…