Новогодняя ночь и ее последствия

Заранее извиняюсь и честно предупреждаю, что глава маленькая и абсолютно не информативная, а скорее просто связка сюжета. На лучшее сил не хватило, потому как автор пребывает в легкой депрессии. Но я очень надеюсь в ближайшие дни прийти в норму и написать что-нибудь приличное. _____ С темного, затянутого тяжелыми тучами неба непроглядной стеной падал дождь. Даже не дождь, а самый настоящий ливень, под которым промокаешь за пару секунд, а в считанные минуты все дороги превращаются в реки. Черный джип с тонированными стеклами практически летел по пустой трассе. Разбивающиеся о машину капли создавали вокруг нее облако водяной пыли, из-за которого машина казалась каким-то призрачным видением. В салоне висела гробовая тишина, не считая ровного урчания двигателя и слабо слышимого дождя, звуки которого поглощались хорошей обшивкой салона. На заднем сидении, вжавшись в углы, сидели Варийские Ураган и Солнце, изредка обмениваясь мрачными понимающими взглядами – оба успели попасть под горячую руку своего Босса, только один еще ночью, а второму не повезло уже с утра. На переднем сидении, полностью погруженный в свои мысли, сидел Скуалло. Казалось, поток этих мыслей лился в его голове примерно с такой же силой, как дождь снаружи. По крайней мере, достучаться до него сейчас было бы проблемой. Хотя, вряд ли кому-то могла сейчас прийти в голову настолько самоубийственная идея. Особенно если принять во внимание черную ауру злобы, исходящую от сидящего за рулем Занзаса. В таком состоянии офицеры своего Босса не видели давно. На лице и руках ярче обычного проступали старые шрамы, а руки сжимались на руле с такой силой, что казалось – еще немного, и от руля останутся одни обломки. Стрелка спидометра медленно, но верно приближалась к отметке 200, но никто не решался попытаться что-то сказать. Точнее, не решались Бел и Луссурия, которые только дружно сглотнули и мысленно перекрестились, Скуалло было вообще плевать – он ничего вокруг не замечал. Занзас невидящим взглядом смотрел перед собой. Если бы его лицо видели сидящие сзади, то, скорее всего, рискуя здоровьем и жизнью, они все равно попытались бы что-то сделать. Но они были уверены, что Босс следит за дорогой, которая на самом деле в данный момент волновала его меньше всего. Все его мысли были заняты чертовым мелким мусором, который по какому-то недоразумению должен стать Десятым Вонголой. Снова и снова перед мысленным взором Босса Варии вставали картины прошедшей ночи. Он до сих пор не мог побороть удивления от активности, с которой Савада ему отвечал. А еще его дико бесила собственная реакция на его действия. Хотел же просто унизить этот мусор. «Хотя, думаю, даже той записки этому мелкому уебку вполне хватит». Хищная ухмылка, расплывшаяся по лицу Занзаса, заставила Бела и Лусса испуганно переглянуться и еще сильнее вжаться в сидения, пытаясь стать как можно незаметнее. Наконец в пределах видимости показался особняк Варии, и пассажиры с облегчением тихо выдохнули, чувствуя, как снижается скорость. Едва машина остановилась у порога, задние дверцы распахнулись, и два Хранителя с нереальной скоростью выскочили и скрылись в дверях особняка. Занзас усмехнулся и повернул голову в сторону Скуалло, который так и сидел, уставившись в окно. - Эй, мусор! Тебе особое приглашение нужно? А то я тебе сейчас быстро ускорение придам! - Что? – Мечник удивленно повернулся и растерянно посмотрел по сторонам, - А, приехали. Ну ладно. Варийский Дождь так же задумчиво вышел из машины и направился в особняк. Занзас в легком шоке посмотрел вслед Мечнику. - Совсем офигел, мусор… Занзас бросил ключи подбежавшему слуге и быстрым шагом направился в свой кабинет, снова погружаясь в свои далеко не самые радужные размышления о том, какого же все-таки хрена произошло ночью между ним и Савадой Тсунаеши. Поскольку ни одного разумного логического объяснения не находилось, Вариец решил справиться с возникшей проблемой привычным и проверенным способом. Бутылка виски со стуком опустилась на стол. *** Обратный перелет в Японию был очень спокойным. Можно сказать, даже слишком. Молчали абсолютно все. Гокудера беспокойно спал, периодически дергаясь и вскрикивая. Дремлющий рядом Ямамото гладил его по голове, успокаивая, поправлял плед, и, дождавшись, пока Ураган успокоится, снова устало прикрывал глаза. Ламбо, которого усадили рядом с Хибари, от одного взгляда Хранителя Облака потерял желание шуметь и теперь сидел молча, изредка с ужасом косясь на соседа. Сасагава улетел еще вчера поздно вечером вместе с Мукуро по просьбе Реборна. О чем он их попросил, никто не знал, и спрашивать даже не пытался. Сам Реборн весь полет находился в кабине пилотов и их не беспокоил. Тсуна же молча сидел у иллюминатора, и только тихо поднимающаяся и опускающаяся грудная клетка говорила о том, что он вообще жив. Обычно светящиеся глаза сейчас буквально потухли, из ярких огоньков превратившись в темные провалы. Синяки под глазами и красные белки глаз явно говорили о том, что совсем недавно Тсуна плакал. Но всем было не до расспросов, что точно порадовало бы Тсуну, если бы он сейчас был в состоянии радоваться хоть чему-то. Заказанные машины развезли всех по домам. До конца рождественских каникул оставалась всего пара дней, поэтому ни о каких встречах до школы никто не договаривался. Савада тихо зашел домой, на удивление, не споткнувшись о порог, разулся и, подхватив сумку, побрел по лестнице в свою комнату, бросив в сторону кухни: - Мам, я дома, спущусь позже. «Наверное…» добавил шатен мысленно, открывая дверь своей комнаты. Казалось, на эту фразу ушли последние силы, которых немало было потрачено, чтобы снова не сорваться в новую истерику в самолете. Быстро закрыв дверь, Тсуна швырнул в сторону сумку и рухнул на кровать лицом в подушку, пытаясь заглушить снова подступившие слезы. Все-таки проплакав около часа, шатен немного успокоился и теперь просто лежал, уставившись в потолок пустым взглядом. Из головы никак не шли те слова в записке, и сердце больно сжималось, словно пытаясь остановиться, но все же нехотя делая следующий удар. Но Тсуна никак не мог понять, почему Занзас так поступил. Несмотря на то, что многого Савада не помнил, в одном он был уверен точно – Занзас хотел его не меньше. И ведь он даже был достаточно нежным, старался не причинять особой боли. Тсуна прекрасно осознавал, что если бы Вариец его не жалел, вряд ли он бы вообще ходить сегодня смог. А так никто даже не заметил, что он едва-едва прихрамывал. И больше всего Десятому Вонголе не давал покоя тот факт, что он абсолютно четко помнил, что ночью он проснулся в объятиях Занзаса, и тот довольно крепко прижимал его к себе. Вряд ли так прижимают к себе тех, кого используют в качестве шлюхи на одну ночь. - Занзаааас… - Тсуна с глухим болезненным стоном снова уткнулся лицом в подушку, чувствуя, как от всех воспоминаний к нему возвращается вчерашнее возбуждение. Только вот как с ним справляться теперь, Савада не имел понятия. Ничего умнее, чем залезть в ледяной душ, он придумать не смог. Однако после душа в голове немного прояснилось, и хотя бы вернулась способность здраво мыслить. «Нет, что-то все-таки не так с этой запиской. И я просто обязан выяснить, что же он думает на самом деле… Только вот как?..» Савада схватился за голову и начал раскачиваться на кровати. - Точно! Вот я дурак! Шатен вскочил с кровати и кинулся к сумке. Раскидав по комнате почти все вещи, бывшие в ней, он, наконец, достал то, что так усердно искал. Быстро открыв список контактов, Тсуна нажал на вызов и начал нервно теребить край футболки, ожидая ответа. - Йо, Тсуна! - Ямамото! Мне нужно срочно с тобой поговорить! - Хорошо, только я не могу прямо сейчас. Давай через пару часов у входа в парк. - Отлично! Спасибо, Ямамото! Тсуна нажал отбой и начал лихорадочно носиться по комнате, думая, чем занять себя в ближайшие два часа, чтобы не сойти с ума от ожидания. Но теперь у него появилась хоть какая-то надежда.