Новогодняя ночь и ее последствия

Шпионов у Варии хватало везде, поэтому навести справки, где искать подрывника, не составило труда. И очень кстати сообщили, что Ямамото Такеши куда-то отлучился, а за Хранителем Урагана присматривает только какой-то доктор. Один. «Ши-ши-ши… Глупые какие… Разве можно оставлять игрушки Принца совсем без охраны?» Бельфегор внимательно посмотрел на окна квартиры, где находилась его цель. На улице как раз начинало темнеть, и во многих окнах уже загорался свет. И вот свет вспыхнул и в одном из интересующих Варийца окнах, открыв на обозрение кухню, на которой делал себе чай высокий брюнет. Приглядевшись к лицу мужчины, Принц-Потрошитель закашлялся, подавляя удивленный возглас, и зашипел от злости. «Какого черта?! Шамал?! Какая неприятная неожиданность… Вернусь – покромсаю информаторов». Немного успокоив себя последней мыслью, Принц начал обдумывать дальнейшие действия. Если бы в квартире находился просто какой-то обычный врач, Вариец, не задумываясь ни на секунду, прирезал бы его и забрал свое. Но с Шамалом связываться было рискованно. Не зря же его когда-то пытались завербовать в Варию – это было значимым показателем его способностей. А значит, и противник из него был весьма опасный. В планы Бела не входило связываться с такими людьми. Но… «Но там МОЯ игрушка… И я ее хочу!» *** Усталый Шамал сидел на кухне с кружкой горячего чая и удрученно размышлял. Когда ему позвонил Ямамото Такеши и начал уговаривать Шамала присмотреть пару часов за его учеником, тот был весьма недоволен. В абсолютной уверенности, что непутевый мальчишка опять устроил себе очередную дурную тренировку, он хотел было уже отказаться, но слишком уж отчаянно уговаривал Хранитель Дождя. И Шамал с неохотой согласился. Увидев, в каком состоянии Ямамото, он уже насторожился. Судя по усталому виду и глубоким синякам под глазами можно было сразу сделать вывод, что парень не спал толком несколько ночей. Но должно было случиться что-то посерьезнее, чем обычная травма на тренировке, чтобы это не давало спать ночами. Быстро разувшись и пройдя по коридору, мужчина резко открыл дверь спальни и пристально посмотрел на мечущегося по кровати Гокудеру. Пробежав опытным взглядом по телу подрывника, медик быстро оценил, что травмы явно не вызваны тренировкой, после чего вопросительно посмотрел на Такеши, который с поникшим видом стоял рядом и беспокойно поглядывал на Хаято. Заметив невысказанный вслух вопрос, Дождь кивнул в сторону кухни и направился туда. Шамал прикрыл дверь спальни, и пошел следом. Ямамото в рассказе явно избегал некоторых подробностей, но Шамал решил не вытягивать ничего из него. Пока, по крайней мере. Было видно, что парнишке и так очень тяжело это все далось. Убедив Ямамото, что сделает все, что от него зависит, мужчина закрыл за ним дверь, а сам направился в комнату, чтобы заняться ранами Гокудеры, пока тот не проснулся и не начал шарахаться от прикосновений. Вколов на всякий случай обезболивающее с легким снотворным эффектом, Шамал откинул одеяло, чтобы осмотреть «фронт работ», и ахнул. Такого он точно не ожидал. Все тело подрывника было покрыто медленно затягивающимися порезами. Осторожно обработав раны на груди и животе, Шамал осторожно перевернул парня на живот, и вот тут уже ему стало совсем нехорошо. Оказалось, что предыдущая картина была еще только цветочками по сравнению с тем, как была исполосована спина. Оценив сей «шедевр», Шамал быстро сопоставил факты и сделал соответствующие выводы о причине «недуга» Гокудеры. После чего с двойной осторожностью обработал все раны и, укрыв парня одеялом, ушел на кухню ждать возвращения Ямамото, чтобы задать ему еще пару вопросов. - Хаято, Хаято… Как же тебя угораздило так вляпаться?.. Шамал в очередной раз вздохнул и попытался расслабиться, но что-то не давало ему покоя. Многолетний опыт киллера бил тревогу, прямо-таки крича о том, что что-то не так. Услышав шум со стороны спальни, Шамал быстро рванул туда. И каким-то шестым чувством мужчина уже знал, кого там увидит, но открывшаяся картина ошарашила его похлеще всего увиденного прежде: на кровати сидел с абсолютно ошеломленным лицом собственной персоной Принц Варии и с нервным хихиканьем одной рукой гладил по голове, а второй обнимал крепко прижавшегося к нему спящего Гокудеру.