Love game

      Чимину немного боязно. Он входит в, по сути, чужой дом, в котором ему предстоит жить целый год, чтобы чужие глаза и уши не заподозрили неладное. Дом у Чона большой, на стенах висят картины, вокруг парней суетится прислуга, от которой уже в глазах рябит. Пак не привык к тому, что помимо родных в доме есть еще кто-то, но, кажется, Гуку так комфортно.       Помимо незнакомых давече людей, к ним подходит незнакомый высокий парень, который тут же привлекает внимание младшего. Почему-то ему кажется, что это именно тот самый Ким Тэхён, который стал преградой между спокойной жизнью этот год в браке и Чоном. Молодой человек легко улыбается, протягивая руку Чимину и представляясь:       — Тэхён.       — Пак Чимин, — пожимает в ответ чужую руку Чим, поджимая губы.       — Красивое кольцо, — добавляет Тэ, перевернув руку парня тыльной стороной вверх, чтобы получше разглядеть дорогое и красивое кольцо.       — Спасибо, — холодно отвечает Чим.       — Тэ, покажешь Чимину его комнату? — спрашивает Чонгук.       — Да, конечно, идем, — отвечает парень. — Попроси принести его вещи в комнату.       — Хорошо, идите.       Чимин идет за Тэхёном, поднимаясь по широкой лестнице, и проходя в просторную комнату, которую выделили ему. Ну, не хуже, чем в собственном доме, но одиноко — в этой комнате никто никогда не жил, прислуга лишь пыль вытирает, чтобы комната не казалась заброшенной. Ладно, с этим Чим как-то смирится, а вот... Тэхён здесь живет? Не будет ли это выглядеть странно?       — Располагайся, вещи скоро принесут, — говорит Ким, рассматривая задумчивого Пака. — Ты ведь еще школьник?       — Я сдал экзамены досрочно, как и Чонгук. Так что нет, я не школьник. Это так важно? — кажется, возвращается прежний Чимин, который слишком суров с виду, несмотря на свое омежье нутро.       — Мне двадцать, — зачем-то говорит Тэхён.       — Таким образом ты даешь понять, что мне ничего не светит и Чонгук предпочитает омег постарше?       — А ты не такая невинная овечка, какой кажешься на первый взгляд, — хмыкает Тэ, показывая себя настоящего. — Тем лучше, не надо ходить вокруг да около.       — Что-то хочешь мне сказать?       — Ты, скорее, и сам все понимаешь. Ваш брак фиктивный, поэтому даже не вздумай предпринимать какие-либо попытки.       — Фиктивный лишь на словах, — усмехается Пак, взглянув на Тэхёна. — Боишься, что появился сильный соперник?       — Ты мне не соперник, — фыркает Тэ, но уверенности былой уже нет, что замечает Чимин. — Чонгук любит меня, а тебе лишь помогает из жалости.       Да, возможно, Тэхён и прав, и Чон лишь жалеет молодого омегу. Пак не станет этого отрицать, как вариант. Но Киму не обязательно было это произносить вслух. По крайней мере, Чимин не хочет, чтобы Тэ был уверен в этом.       — Обманывай себя и дальше, — отвечает Чимин, меря старшего взглядом.       — Не думай, что в этом доме твоя жизнь будет сладкой.       — Ты здесь живешь?       — Нет, но...       — Вот и отлично, — улыбается Пак. — У меня больше шансов, не находишь?       — Ты...       — Ну, как вы тут?       В комнату входит альфа, а вслед за ним бета, в руках которого чемодан младшего омеги.       — Все отлично, — в миг меняется Тэхён, слащаво улыбаясь. — Я как раз приглашал Чимина на ужин.       — Тэ, твой отец на проводе, иди, поговори с ним, — говорит альфа, и Тэхён, смерив Пака взглядом, уходит из комнаты, а вслед за ним и бета. — Все хорошо?       — Настолько хорошо знаешь своего парня, поэтому спрашиваешь? — хмыкает Чим, усаживаясь на край мягкой кровати.       — Прошу тебя не ссориться с ним. Ему тоже тяжело, ты должен это понимать, — просит Чонгук, глядя на омегу.       — Тебе не кажется странным, что какой-то непонятный омега будет частым гостем в этом доме? Не думаешь, что всем станет сразу понятно, что мы играем в игры. Твой отец за считанные часы признает наш брак фиктивным и компания уплывет к твоему брату.       — Ты разбираешься в бизнесе?       — Я много в чем разбираюсь. Только иногда не считаю нужным это показывать на людях.       — Тогда нафига я распинался, повторяя все по десять раз?       — Интересно было, все ли ты скажешь, - честно отвечает Чимин.       — Не доверяешь?       — Доверяй, но проверяй. В школе мы почти не общались, у меня не было времени узнать тебя лучше, поэтому я просто решил не договаривать, — объясняет Чим, и Чонгуку кажется это вполне разумным объяснением.       — Ужин через час, спустишься? — спрашивает Чонгук.       — Буду честен, — говорит омега. — Не хочу портить аппетит. Поэтому я схожу, поужинаю с друзьями.       — А это ты не считаешь странным?       — Это куда менее выглядит непонятно, чем то, что еще один омега ошивается вокруг тебя. Я не ревнивый (врет, конечно же), но поверь, найдутся те, кто сообщит мне эту радостную новость. И мне придется как-то реагировать. Не советую тебе видеть все то, что я могу сделать.       — Что ты предлагаешь?       — Ты и сам знаешь, зачем спрашиваешь?       На самом деле да, Чонгук знает и все прекрасно понимает. Если Тэхён будет постоянно рядом, это станет поводом для слухов и недоверия. Чонгуку это не нужно, ведь через неделю совет директоров, который, Чон должен постараться, обязан принять его кандидатуру. У них не должно быть сомнений.       Тэхён все понимает, но не принимает. Он с психами уходит из дома альфы, проклиная омегу, что тот вообще появился в жизни его парня. Но повернуть вспять уже ничего нельзя. И Ким это понимает, но ревность пожирает его изнутри. Или не ревность вовсе, а что-то проще?       Чимин все равно не ужинает с альфой. Слишком неловко. Почему Чимин ставит стену, которая позволяет ему быть холодным и рассудительным? Почему нельзя быть хрупким и ласковым омегой? Потому что все в этой жизни всегда наоборот. Пак, кажется, с самого рождения не заслуживает легкой жизни. Тяжелые роды, неделя в инкубаторе, месяц беготни по врачам, слабое здоровье, нервные расстройства. Вкупе ко всему сложный характер. Родители Пака очень любят своего сына, но тот ведь понимает, сколько приносит проблем. Пора искупить вину за все девятнадцать лет. Пора сделать что-то для них!       — Чимин, — зовет его альфа. — Почему не идешь ужинать?       — Не хочу, — спокойно отвечает омега, не поворачиваясь к тому лицом.       — Твой желудок говорит об обратном, я даже отсюда слышу, — смеется Гук, подходя к кровати младшего.       — Предатель, — тихо обвиняет свой желудок Чим, стискивая зубы и поворачиваясь к старшему. — Я не буду с тобой ужинать.       — Почему?       — Ты говорил, что омеги часто не делают первый шаг, потому что боятся, — напоминает ему Чим. — Я не боюсь его сделать, но это ведь никому, по сути, и не нужно. Я не хочу привыкать к тебе, к этому дому. Поэтому не делай ничего для того, чтобы после, когда уйду, я пожалел о том, что ничего не сделал. Просто не проявляй ко мне никакого интереса. Сделай вид, что меня нет. Я поужинаю после, — договаривает омега, снова отворачиваясь.       — Чим...       — Пожалуйста, не говори ничего. Очень трудно сдержаться в твоем присутствии.       — Ты что-то чувствуешь ко мне?       — Чонгук, пожалуйста, уйди, — молит омега.       Чимин был всегда слишком нежным и ранимым, несмотря на свой характер. Он легко влюблялся и часто любил безответно. Как и сейчас. Чимину нравится Чонгук. Нравится его приятный голос, обворожительная улыбка, сильные руки, нежные объятия. И Пак навсегда запомнит тот поцелуй, возле алтаря, который не сравнится с чем-то более возвышенным. Его мягкие губы и нежный поцелуй. Чимину казалось, что почва уходит из-под ног. Как и сейчас, когда кровать под тяжестью чужого тела прогибается, и рука успокаивающе скользит по плечу омеги.       Пак прикрывает глаза, потому что хочет насладиться эти моментом, но внутри борятся два противоположных чувства. Чимин не должен подпускать альфу так близко.       — Чимин...       — Не совершай ошибок, — просит Пак, скидывая со своего плеча руку старшего. — У тебя есть омега.       — Знаешь, — игнорирует его слова Чон. — Быть мужем очень приятно, — улыбается парень. — Я чувствую какую-то ответственность за тебя. Ты мне не чужой, Чимин-а, и не пытайся таким казаться.       — Пошел ты со своей ответственностью, — выплевывает омега, разворачиваясь и садясь на кровати.       — Чимин!       — К черту здравый смысл, — бурчит Чимин, резко наклоняясь к лицу альфы, и целует.       Снова ощутить эти теплые и нежные губы на своих для Пака это как подарок. Он обхватывает лицо старшего руками, целуя более настойчиво. Сложно сопротивляться. По крайней мере Чонгук пока и не пытается.       — Остановись, — шепчет в поцелуй альфа.       — Я давал тебе возможность уйти, — отвечает Чимин, подаваясь чуть вперед и углубляя поцелуй.       Чимин ласкает чужой рот своим языком, проводит им по губам, снова нежно целует и, наконец, отпускает, дабы не сорваться и не натворить глупостей. Пак уверен, что старшему это не нужно. Но он сделал ему одолжение, ответив на поцелуй.       Омега отворачивается спиной к альфе, бессознательно глядя в одну точку и молчит. Молчит долго, но и Чонгук не торопит, он все еще здесь, на кровати младшего, все еще отходит от поцелуя, который очень отличается от предыдущего. И, признаться честно, этот ему понравился куда больше, чем тот, у алтаря. Теперь Чон знает, как это... Как на самом деле. Теперь Гук знает, что чувствует к нему младший. И когда успел?       — Обязательно поужинай, — просит Чонгук и, не дождавшись ответа, выходит из комнаты, оставив Чимина одного.