Сумасшедшие

       — Хм, нет, белые волосы — это слишком просто… Слишком, слиш.сл…с? О, синенький? Синенький — это хорошо, не как у всех. Может зеленый? Ага, да, Плющ зеленая. Тогда розовый. О, точно, синенький и розовенький. Заодно покажу свою толерантность к секс-меньшинствам… Разумеется, потом убью, но порцию уважения они от меня хапнут, — трепала волосы блондинка, облизывая свои красные губки. Красные не от помады, красные от крови валявшейся под ногами какой-то женщины. Доктор Квинзель любила сдержанные оттенки, ограничиваясь лишь блеском для губ, но вот Квинн нет. Квинн подавай кроваво-красные цвета, что поделать, любила эта припадочная яркие тона. Особенно, если они текут по венам каких-нибудь ни в чем не повинных людишек. Хотяя, пфф, бред, каждый хоть в чем-то да виноват. Вот, к примеру, Харли в данный момент виновата в том, что заляпала дорогой ковер внутренностями дамочки, которая принесла ей холодный кофе. Сожалеет ли об этом девушка? Нет. Ну, вернее, не об этом. Она забыла спросить имя жертвы. Да, не смотря на, так скажем, новое устройство мозга, Харли осталась малость сентиментальной, а потому вела учет — список тех, кого успела пришить. 638 имен. И это только за последние два месяца — новый рекорд Готэма. Хотя, не маячь не ее горизонте Бэтмен, имен в списке было бы гораздо больше, как и черепов, пририсованных цветными ручками на против каждой фамилии — так ведь смешнее. Из-за сильных ударов биты Квинн быстро раскроила голову женщины, а потому сама вся заляпалась алыми пятнами. Короткий взгляд в зеркало — волосы впитали кровь. Блондинке это понравилось, а потому, напрочь забыв о жертве, она метнулась к отражающей поверхности, пристально себя рассматривая. Сомнений не было, с ее-то бледной кожей яркие пряди смотрелись вполне себе выигрышно. Харли по-детски улыбнулась. Она хочет быть такой яркой, да. Хочет, чтоб ее замечали все. Боялись, но возвышали и боготворили — да, неплохо было бы. Она хочет, что ее хотели и получает это всеми доступными и недоступными способами. Она — королева, королевам все можно. — Опять замечталась, малышка? — вдруг услышала она за спиной грубый голос. Губ коснулась кровожадная улыбка. — Ах, этот ты, мышка, люблю, когда ты приходишь! — воскликнула она, поворачиваясь лицом к окну. Именно там сидел Бэтмен, которого Квинн почему-то не заметила в зеркале. — Рада тебя видеть, думала, мое веселье никто не разбавит, — надула она губки, медленно поднимая с пола биту, — Но с тех пор, как ты макнул меня в кислоту, прямо ни на шаг не отходишь — приятно. Мужчина еще больше напрягся, это стало заметно. — Я рад видеть тебя лишь в одном месте — в Аркхэме, остальные наши встречи не доставляют мне ни капли удовольствия, — строго осадил он, входя в помещение, переступив подоконник. — Ты обижаешь меня такими заявлениями, не стыдно? — насупилась блондинка, швырнув в Летучую мышь ножом, что достала из сетчатого чулка. Бэтмен увернулся, продолжая медленно подходить. — А давай поиграем, — вдруг выпалила Харли и лучезарно улыбнулась. Мужчина насторожился. Однако прежде, чем он успел среагировать, в него полетела и бита. Снова увернувшись, он заметил, как оружие пробило второе окно, полетев куда-то вниз. — И в чем же суть игры? — процедил он. — Ну смотри, — с этими словами девушка достала из-за пазухи свой маленький пистолетик и нацелила его на ногу Бэтмену, — Я тебя поймала. Выстрел. Мужчина согнулся от пронзившей его боли, однако он прекрасно знал, что Харли не станет его убивать, лишая себя последней любимой игрушки, а потому спокойно поднял на нее глаза. Ее зрачки расширились. Девушка источала просто космическое счастье. — А теперь, — она подбежала к нему и, обняв за шею так, что что-то хрустнуло, быстро чмокнула в щеку, размазывая кровь «гребанной кофе-носилки», — Ты водишь. Лови меня. За словами последовали действия. Квинн взяла разбег и шмыгнула в разбитое окно. Спустя минуту на улице зазвучал ее чистый безумный смех, затем выстрелы, снова смех и снова выстрелы. Ребенок развлекался. — Поймаю, не беспокойся, — бросил мужчина, закрывая рукой рану и собираясь ретироваться из злополучного отеля. POV Харли Мне скучно. В голове уже мутнеет от выпитого алкоголя. Кажется, я просила не добавлять мне в коктейль вишню. И почему меня никто никогда не слушает? Я что, пустое место? А нет, смотрят с испугом, значит все хорошо. Нет, Господи, не хорошо, я хочу, чтоб меня хотели, а не боялись. Нет, пусть боятся тоже, но потом, я же девушка, а не атомный реактор. Морщусь. Долбанная вишня, ненавижу ее. С детства! А с тех пор, как переросла из Квинзель в Квинн и все чувства усилились, ненавижу ее больше. Это же фу! Кислая, червивая, создает такое мерзкое послевкусие, что хочется плеваться до конца жизни. Или просто вырвать себе язык, чтоб ничего не чувствовать. И какого черта эта вишенка забыла в моем стакане? Поворачиваюсь к бармену. Хлюпик. Явно хипстер, такого от одного удара рукой снесет, не то, что молотком. — Эй, — привлекаю его внимание, — Ты туп, как деревяшка, из которой сделана моя бита, ты в курсе? Хмурится, но не отвечает. Что, сладкий, привык к таким выпадам со стороны пьяных клиентов? — Бе-бе-бе, кривляюсь, плеснув ему в лицо коктейлем. И снова просто стоит. Нет, точно тупой. Ау, мальчик, я Харли Квинн. Нет, я, конечно, не настаиваю на панике и искр из глаз, но хоть бы слюной подавился от страха. — Долбанашка, — тяну я, отворачиваясь. Но нет, не будь я Арлекином, я так этого не оставлю. Секунда, и вот уже бедняга целует носом барную стойку, откидываясь назад и падая на пол. Я добрая сегодня, не стану его добивать, зато в следующий раз будет знать, кому добавлять в напиток вишню. Паршиво. Мне настолько нечем заняться, что, кажется, из психованной дуры я превращаюсь в обычную крашенную вешалку, что способна не мелкие пакости и только. Ой нет, познав вкус крови я не вернусь к прошлой жизни. Кем я там была? Психиатр? Психолог? Психотерапевт? Меня пробивает на истеричный смех. Я даже не знаю, чем отличаются эти три слова, но я было кем-то из этого — забавно. Облизываю губы, прикусывая их. А кто я теперь? Арлекин. Смертоносный клоун, псих-одиночка. У меня есть план. Я захвачу этот город. И не только этот, я захвачу все, что мне придется по черной дырявой душонке. И Бэтмен мне не помеха. Он меня породил, я его и убью. А нет, там как-то по-другому говорилось…Хотя, какая разница? Мне можно говорить, как я хочу, это же я. Встаю с высокого стула у стойки. Кажется, я переборщила с алкоголем — ноги не держат вообще. Я уже не говорю про связную речь, от нее и следа не осталось. И когда я только успела? Черт, а ведь у меня же встреча сегодня. Поставщик оружия должен был доставить новые игрушки. Вспомнила. Я же уже на месте, осталось только доползти до VIP ложе, он должен быть там. Какая я предусмотрительная, знала, где заливаться. — Аа, — вскрикиваю с слух когда ломаю ноготь. Из-за того, что не слежу за дорогой, разглядывая руку, натыкаюсь на кого-то, сбивая с ног. Парень. Ничего такой, лучше, чем шпала-бармен. — Не поможете ли даме добраться до ее столика? — как же заплетается язык, в голове явно звучало лучше, однако все же выдавливаю из себя эту фразу, пьяно улыбаясь. Кажется, он меня узнал. Глаза парня тут же растут до размера ракетницы, то не может не смешить. Вижу, помогать он мне не торопится. — Хорошо, — тряхнуло головой, — А если так? Приставляю к его груди любимый пистолетик, что лежал в чулке, где хранится большая часть мое оружия, когда я в шортах. Парень шумно выдыхает. Наконец-то! Поднялся сам, начал поднимать на руки меня. — Аккуратнее, я тебе не мясо, — ворчу, все еще прижимая к нему ствол, — Неси меня в VIP. Он подчиняется, мне это льстит, и плевать, что я угрожаю его жизни в эту самую минуту. В нос внезапно ударил знакомый запах. Что это? Эспрессо? Где?! Принюхиваюсь. Точно, мои извозчик пахнет моим любимым кофе — уже, пожалуй, за это его можно не убивать. Приближаю нос к его шее. Запах просто дурманит и так не очень трезвую голову. Чувствую, как во мне зарождается какое-то странное желание. «Укуси его, Квинн» — мысленно умоляю себя, — «Ну же, попробуй его кожу». Соблазн слишком силен, не могу сдержаться. Касаюсь губами его кожи. Он вздрогнул, я чувствовала это. Усмехаюсь. Вот мои зубы слегка вонзаются в его шею. Язык тут же проводит по месту укуса. Не хочу быть нежной, но, черт возьми, я же девочка, хоть и сумасшедшая, тем более кофе…А он и на вкус такой же. Какова вероятность, что он облился эспрессо перед встречей со мной. Не знаю, просто утопаю в приятных ощущениях, ведь психам и убийцам тоже нужен релакс. В голове сплыл отель и девка, принесшая мне остывший эспрессо. — Вот, что мне нужно было принести, — шепчу, снова кусая парня. Может, ему неприятно, но мне то все равно. В этом и есть кайф сумасшествия. Чувствую, как его руки сильнее сжали мои плечи и ноги. Прихожу в себя, осматриваюсь. Интересно, и как давно мы на месте? И что, он все время ждал, пока я пробовала его кожу? И ничего не сказал?! Хороший песик. — Клади на диван и можешь валить, — выдаю я, последний раз вдыхая его запах. Нет, я просто обязана буду потом его найти. Возможно, даже поиметь, потому что просто почему бы и нет? Поднимаю голову, я так и не рассмотрела его лицо. Симпатичный, хотя фиг знает, что может показаться после такого количества коктейлей. — Кхм, — кто-то откашливается, привлекая к себе внимание. Мне это не нравится, я сама знаю, когда и чем мне заниматься, не надо напоминать о себе. — Тссс, — недовольно затыкаю мужчину, который, видимо, уже давно меня ждет, и кидаю в него нож, который вонзается в кресло в сантиметре от его головы. Страшно? Правильно! Парень вышел, так что разочаровано вдыхаю запах табака, что витает в воздухе, морща нос. Бесит, нет, злит! — Ну и, где товар? — сразу преступаю к делу. Не люблю долгих приветствий. — 18 есть? — хмурит брови, скрывая ухмылку, мужчина. Боже. Одна. И. Та. Же. Шутка. КАЖДЫЙ ГРЕБАННЫЙ РАЗ!!! Клянусь, когда-нибудь я его точно пришью за это. Я бы уже это сделала, не будь он таким хорошим поставщиком, поэтому ограничилась лишь глазом, который выколола у него еще несколько недель назад. Хорошо, что он не обиделся. — Томи, я прострелю тебе шары, — бормочу я, — Ты получил всю сумму? Мужчина кивнул. — Отлично, тогда подбирай свою растолстевшую, кстати, задницу и тащи мне стволы. Томи прошелся рукой по своим сальным волосам. — Сколько тебя знаю, всегда удивлялся, как в тебе уживаются строгая властная леди днем и чокнутая психичка ночью, — прищурился он. Да-да-да, так получилось, что я не круглые сутки больная на голову. Я это не особо-то скрываю, но все же Томи прав, днем я совершенно друга. Нет, безумие не исчезает, просто направленно оно не на веселье, как это бывает в темное время суток, а на порабощение всех крупных шишек Америки и Готэма в том числе. Я хочу быть главной, хочу, чтоб подо мной ходили авторитеты криминального и не криминального миров, хочу власти среди всех, хочу возвысить свое сумасшествие. Однако в слух об этом предпочитаю не говорить, просто теперь одноглазый слишком наблюдательный. — Заткнись, — тихо прошипела, — Сгружай стволы в машину моих ребя и проваливай. Да, я грубая, но опять же, кого это нахер волнует? А томи лишь усмехается, уже не трясется передо мной, как раньше. Ничего, как станет бесполезным, так сразу поймает ртом пулю. Мужчина встает и идет на выход. — И стоило это целой встречи? — ворчу под нос и, чтоб отвести душу, убиваю первую же подошедшую девушку, — Пошло все к черту. Даже не замечаю, как слипаются глаза. Лучше бы химикаты дали мне стойкость при опьянении, чем такую белую кожу, но нееет, мне просто не могло так повезти. Именно поэтому я уснула, мать его, в чертовом ночном клубе, потому что опять же чт?! Королева может спать где хочет!! П-А-Р-Ш-И-В-О. *** Девушка открыла верхний ящик. На душе потеплело, стоило только взгляду упасть на маленькую фигурку клоуна и любимый именной тесак. Это напоминало Квинн о том, что безобидной и тихой Квинзель ей никогда не стать, хоть она и пытается ею притворяться. Это смешно. Это ее личная игра. Будто она снова обычный доктор, руки которого, однако, уже по локоть в крови. Безумие преследует ее во всем. Даже в одежде. Ее черно-красный деловой костюм, от которого сразу рябит в глазах, идеально огибает точенную фигуру, а слишком короткая юбка ничуть не прикрывает длинные белые ноги, все так же покрытые тонкими чулками, только чуть более целомудренного вида. Ей нравятся чулки. В них можно хранить оружие, жвачки, документы. Ахаххаха, документы? У Харли? Смешная шутка, мозг, спасибо. В дверь постучали. Господи, она что, сделала кабинет на последнем этаже небоскреба, чтоб к ней стучались все, кому не лень?! А, ну да. Недовольно цокнув языком, блондинка бросила короткое «Войди», искренне надеясь, что это не Бэтмен, как в прошлый раз. Из-за этой летучей занозы в заднице Квинн не собиралась менять дислокацию, ведь тут открывался шикарный вид на все, что принадлежит психопатке Квинн. Весь Готэм как на ладони. В дверь вошли двое мужчин. Один из них был правой рукой Харли днем и направляющим ее головорезов ночью. Второго она не знала, но при виде него искривила губки в подобии усмешки. Он ей не понравился. Слишком пластмассовый что ли. Весь такой идеальный, в черном костюме, волосы уложены, никакого хаоса. Как Кен из набора Барби, фу, смотреть противно. Однако приторности и фальши на лицо Квинн от этого не уменьшилось. — Мисс Квинзель, — блондинке захотелось рассмеяться. Она стала до боли в висках ненавидеть свое старое имя, но тем не менее просила представлялась иногда именно так. — Это министр внутренней обороны США, — представил Харли Кена ее помощник, — Мистер Джей. «Собаку мою так звали, жаль, я ее случайно придушила, а то они могли бы подружиться» — пронеслось в голове сумасшедшей. На этом направляющий снова отошел к двери, еле видно кивнув девушке. Он прекрасно знал, на кой-черт ей нужен был этот фарфоровый министр, а потому, получив ответный кивок и секундную ухмылку, понял, что снова сработал верно. — Мисс Квинзель, — произнес мужчина. Харли аж вывернуло, из его уст это прозвучало особенно мерзко, хотя он просто проявлял вежливость. Захотелось снова открыть верхний ящик и проткнуть клинком его шею, повернув нож пару раз, чтоб крови было побольше. — Надеюсь, вы понимаете, что я сюда приехал не с какой-то ерундой разбираться, — начал он. «Боюсь, еще слово и окажется, что ты приехал сюда сдохнуть в муках на моей тигровой шкурке». — Что за документ вы нам прислали? Он явно не оговорен с представителями верховной власти! Блондинка усмехнулась. — Высшая власть в этом городе — я, и я очень надеюсь, что вы подпишите все необходимые мне бумаги. Поверьте, сама с собой я это очень тщательно обговорила. Это правда. Ведь Квинн на полном серьезе разговаривала со своим отражением в зеркале, решая, как лучше составить прошение с минимальными жертвами, потому что запах крови уже начал мешать спокойно дышать. — Боюсь, мисс, это невозможно, чтоб перевезти в Готэм оружие такого масштаба нужно гораздо больше, чем-то, что вы понаписали, — твердо отрезал мужчина и, открыв кейс, который держал до этого в руках, швырнул на стол Харли ее же документ. Терпение блондинки лопнуло. В глазах заплескалась ярость и огонек от предвкушения очередного убийства. — О нет, это я боюсь, мистер, что при таком раскладе вы не доживете и до заката, — с головой погрузилась в свою сдерживаемую неадекватность Квинн и, достав из-под стола свой фаворитный пулемет, нацелила его на «Кена». Из ее уст полился безумный смех.