Начни сначала. Чайки Балара

                    Величественный корабль застыл на отесанных досках, последние приготовления к спуску на воду были закончены. Несколько эдайн замерли у самого днища, готовясь по знаку выбить клинья, державшие громаду на суше. Белоснежные бока отливали перламутром — из него были выложены стилизованные крылья. Нос украшала изогнутая голова лебедя, глаза-изумруды сверкали на солнце. Огромная толпа собралась на пристани, чтобы наблюдать за первым погружением в воду корабля, одним своим видом говорившего о том, что он станет легендой.       — «Вингилотэ», — Эарендил нежно погладил штурвал. — Я волнуюсь, как никогда ранее. — Он смущённо посмотрел на стоявшего рядом Воронвэ. — А вдруг не получится, вдруг он затонет?       — Ты переживаешь, будто это первый твой корабль, — улыбнулся нолдо.       — Может быть, и первый… — задумчиво протянул Эарендил. — Никогда не создавал я ничего более совершенного. Мне кажется иногда, что он живой. Что стоит распустить паруса, как он задышит и взлетит.       — Всё готово! — к стоявшим на бортике подбежал один из строителей, ожидая распоряжений.       Эарендил нервно сжал и разжал кулак, прикрыл глаза, вздохнул. Распрямил плечи, посмотрел твёрдо на замершего адана. Кивнул. Глаза плотника вспыхнули, он радостно кивнул и помчался к носу. Предупреждающе запел рог, разгоняя немногочисленных рабочих, зазевавшихся на пути корабля. Проверив, что никого нет и путь свободен, плотники переглянулись, подняли вверх тяжёлые молоты и одновременно опустили их на клинья. Корабль дрогнул, но остался стоять на месте. Мужчины переглянулись, слаженно кивнули и снова обрушили тяжесть удара на клинья, вгоняя их под дно, в зазор между досками. Вингилотэ задрожал всем телом, от кончика носа до самой кормы, и с тихим «Ух!» заскользил по доскам, смазанным козьим жиром. Толпа на пристани замерла, тревожно наблюдая, как корабль набирает скорость. Подняв фонтан брызг, судно нырнуло носом в бирюзовую волну — и тут же вынырнуло, гордо глядя на собравшихся изумрудными глазами.       Эарендил твёрдо держал штурвал, восхищённо глядя на пёструю толпу. Захлопали паруса, наполняясь ветром, «Вингилотэ» послушно накренился, ложась на бок и собираясь выходить из порта.       — Получилось! — Эарендил по-мальчишески широко улыбнулся, поправил упавшую на лоб золотую чёлку. — Получилось, Воронвэ!       Нолдо кивнул, разделяя восторг морехода; чувствуя, как легко корабль повинуется малейшему движению руки капитана. Впереди расстилалось море, маня своей бескрайней глубиной. Высоко в небе с громкими криками носились чайки. Шум на пристани привлек внимание: Эарендил недоуменно нахмурился и крикнул матросу бросить якорь. Терпеливо замер на мостике, дожидаясь лодку, быстро скользившую по морской глади.       — Эльвинг! — матрос от нетерпения встал в лодке, не дожидаясь, когда она коснётся борта корабля. — Эльвинг рожает!       — Это самый счастливый день в моей жизни! — воскликнул Эарендил, передавая штурвал Воронвэ и устремляясь вниз, к лестнице, которую уже перекинули матросы.

***

      В покоях Эльвинг царила расслабленная тишина. Длинные белоснежные шторы едва шевелил лёгкий бриз — единственная весточка с моря. Повитухи и целители уже разошлись, советники собрались в примыкающей комнате, тихо переговариваясь. Эарендил появился внезапно, громко хлопнув распахнувшимися дверями, быстрым шагом прошел в покои жены, оставляя дверь после себя открытой.       Эльвинг, бледная и уставшая, лежала на огромной кровати и казалась маленькой девочкой. Сердце Эарендила сжалось от нежности. Из-за множества приготовлений к спуску корабля в последние месяцы он практически не видел жену и теперь смотрел на неё, тоненькую и хрупкую, со смесью вины и восхищения. Густые чёрные волосы Эльвинг были забраны в кружевной чепец, лишь одна прядь влажно вилась по виску, исчезая за ухом. По обеим сторонам от правительницы лежали два крохотных свертка. Эарендил замер над кроватью, переводя изумлённый взгляд с одного малыша на другого.       — Сыновья, — голос Эльвинг дрожал от переполнявшей её гордости. — Я должна была догадаться раньше. Ведь близнецы у меня в роду уже были…       — Сыновья… — благоговейно повторил Эарендил, осторожно опускаясь на кровать и протягивая руку к ближайшему малышу. Тот лежал тихо — и невидяще смотрел вокруг мутными пока ещё синими глазами.       — Это первенец, — Эльвинг улыбнулась. — Право дать ему имя у тебя.       — У него глаза такие тёмные, — зачарованно прошептал Эарендил, робко касаясь лба сына. — Как небосвод в глубокую ночь, когда горят мириады звёзд, отражаясь в море.       Эльвинг неслышно хмыкнула. Даже сейчас ее муж не забыл о море.       — Элронд, Звёздный Небосвод, — Эарендил посмотрел на жену. Та кивнула, признавая имя, и покосилась на малыша, лежавшего с другой стороны.       — Ты ведь назвала его уже, не так ли? — улыбнулся Эарендил, отмечая хитрую улыбку Эльвинг. Она счастливо кивнула:       — Элрос. Звёздная Пена.       — Красиво, — оценил Эарендил и внимательно посмотрел на обоих сыновей. — Когда они подрастут, я буду брать их с собой в море. Уверен, из них выйдут отличные мореходы!       — Ты снова о своём море, — не смогла сдержать раздражения Эльвинг. — Хотя бы сейчас можно о нём не говорить?!       — «Вингилотэ» спущен на воду, — виновато склонил голову Эарендил. — Он ждёт меня в порту.       — Ты хочешь сказать, что сейчас уплываешь? Несмотря на то что у тебя только что родились сыновья? — голос Эльвинг сорвался на высокие ноты. Она неверяще смотрела на покаянно склонившего голову мужа.       — Я не могу оставить его сейчас! — он поднял голову, посмотрел с мольбой на жену. — Прошу, пойми! Ты же всегда понимала! Дети родились, у них есть ты. А у корабля — я. Я нужен ему.       — Я поняла. — Голос Эльвинг стал отстранённо-отсутствующим. Она откинулась на подушки, прикрывая глаза. Стараясь сдержаться и не заплакать. Сдержаться хотя бы на несколько минут. — Иди. Ты там нужнее.       — Спасибо, — Эарендил удовлетворённо выдохнул, радуясь, что жена так легко отпускает его. Впрочем, в её согласии он не сомневался: любимая всегда шла ему навстречу, тонко улавливая его настроение и его потребности. Сейчас он действительно был нужнее там, на свежевыкрашенной палубе. На корабле, который так и рвался отправиться в первое путешествие, доказать, что он особенный… А здесь… Крошки сейчас в отце совершенно не нуждаются. У них полно нянек, и к тому же рядом есть мать. Невесомо коснувшись бледного лба жены, он поочерёдно дотронулся до лобиков близнецов и вышел из покоев. Звук его шагов быстро стих.       Эльвинг зажмурилась так крепко, как только могла, но из глаз всё равно покатились слёзы, горькие и злые. Чувствуя настроение матери, малыши беспокойно завозились, начиная тихонько кряхтеть. Рядом тут же возникла служанка, глядя на правительницу, ожидая приказаний.       — Заберите их, — девушка вздрогнула — голос Эльвинг был полон злости. — Заберите их от меня!       Подхватив малышей на руки, служанки тихо вышли, прикрывая за собой двери. Стоило им сомкнуться с тихим стуком, отсекая правительницу от внешнего мира, как она закрыла лицо руками, дав наконец волю слезам.

***

      — Оружие, выкованное гондолинскими кузнецами, просто отличное! — Гил-Гэлад кивнул, и из-за его спины вышел слуга, держащий в руках сундук, окованный серебром. — Нашу благодарность не измерить словами. Прими самое малое, что мы могли дать за столь совершенное оружие.       Дверца шкатулки откинулась, представляя взгляду ровные гладкие жемчужины величиной с виноградины в садах Гаваней Сириона. Драгоценности матово сияли и переливались. Взгляд Эльвинг равнодушно скользнул по дарам. Она кивнула, и сундук отнесли в сторону, передавая слугам.       — Мы по-прежнему ждём розовый мрамор, — голос правительницы был сух и деловит. — Вы говорили, что разработки новых месторождений уже ведутся.       — Ведутся, — кивнул Эрейнион. — Как только камня наберётся достаточно, мы отправим первую партию в Гавани.       — Скорее бы, — воскликнула Аэрин, зачисленная в штат дворцовых архитекторов лишь пару недель назад. — Мы три внутренних двора никак завершить не можем, ни фонтаны поставить, ни деревья посадить. Всё камни ждём.       — Работать быстрее, чем сейчас, навряд ли получится, — любезно повернулся к деве Гил-Гэлад. — Но каменотесы понимают важность работы.       — Хотелось бы верить, — пробормотала Аэрин, отступая за спину одного из архитекторов. Привычка высказываться без обиняков в любое время иногда причиняла эльфийке массу неудобств. Вот и сейчас мастера неодобрительно смотрели на неё, хотя всего час назад все они громко возмущались в мастерской, язвительно отзываясь о каменотесах Балара и их скорости. «Трусы!» — презрительно подумала Аэрин, отыскивая глазами Трандуила. Тот стоял неподалёку от трона, скучающе разглядывая что-то за окном. Казалось, если бы он смог проделать это незаметно — давно бы зевнул во весь рот. Эльфийка тихонько вздохнула про себя, незаметно рассматривая Орофериона.       За последний год она до дыр засмотрела украденный рисунок, пытаясь представить себе, какой была дева, изображённая на нём. Была ли она кроткой и нежной или же сильной и порывистой? Аэрин склонялась скорее ко второму варианту. Кротость не привлекла бы Трандуила, в этом она точно была уверена. А ещё эльфийка была красива. Красива необычной, дикой красотой. Яркой и пугающей. Той, на которую обычно смотрят с восхищением, предпочитая обходить стороной. Аэрин снова вздохнула, думая, что она такой внешностью точно не обладает. Слишком худая, почти тощая, бледная, с белыми волосами… Раньше она не задумывалась о своей внешности, считая себя не хуже и не лучше других. Но в последнее время собственная заурядность начинала сводить с ума. Интересно, какого цвета у неё были волосы? Чёрные? Нет, на рисунке они не такие тёмные. Быть может, каштановые? Но уж точно не белые, точно жемчуг, что сегодня подарили правительнице…       Шум за спиной привлёк всеобщее внимание. Высокие двери приоткрылись, пропуская внутрь двух мальчиков. Весело хохоча, они побежали вперёд, расталкивая собравшихся, пробираясь к трону. На вид сорванцам можно было дать четыре-пять лет, они хитро переглядывались, спеша оторваться от своих преследователей, которые не замедлили появиться. Нерешительно замерев на пороге, несколько девушек беспомощно оглядывали Расписной Зал, пытаясь отыскать подопечных. Близнецы тем временем успели подобраться к трону и теперь радостно и дружно спешили залезть на колени матери. Лицо Эльвинг, казалось, окаменело. Она помогла сыновьям залезть и устроиться на коленях, но не делала ни малейшей попытки ответить на их ласки, ограничиваясь лишь коротким «Поговорим о вашем поведении позже». К тому времени, как служанки всё-таки разглядели принцев и подошли к трону, Элронд и Элрос успели сообразить, что врываться в зал, когда в нём ведутся взрослые разговоры, не следует. Виновато опустив тёмные головки, они тихонько сидели на коленях у матери, боясь пошевелиться. Она же продолжала решать насущные вопросы, будто детей и не было вовсе. Кивнув служанкам, Эльвинг передала сыновей им на руки и, не глядя более в их сторону, обратилась к плотникам, сетовавшим на то, что склады с лесом переполнены, а имеющихся лесопилок не хватает. В ответ огрызнулись строители, заявив, что они не могут разорваться и что пятая лесопилка в городе — это уже перебор. В спор вклинились корабелы, доказывая, что доски нужны всегда и на всё. Меж тем дети тихо скрылись за дверью, будто их здесь и не было.

***

— Ты сильно спешишь? — Орофер остановил сына в коридоре после Совета. — Если честно, от этих криков меня постоянно тянет спать. — Трандуил отошёл к окну, пропуская спешащих эдайн, сжимавших в руках свитки с указами. — У тебя что-то важное? Я обещал сегодня зайти в казармы, Синголло говорил, они с Эгалмотом хотели показать новую схему обороны… — Ты не забыл, какой сегодня день? — Орофер прищурился, наблюдая за задумавшимся сыном. — Действительно не помнишь? — Нет, — Трандуил смотрел ясно и непонимающе. — Ладно, иди, — советник Тингола хлопнул сына по плечу. — Зайди к нам, когда освободишься, — дождавшись кивка от сына, Орофер пошёл в противоположную от казарм сторону. Во внутреннем дворе было тихо и прохладно. Анор уже скрылся за верхушками деревьев, окрасив небо в оранжево-розовый. На город опускалась долгожданная прохлада, от камней волнами исходил жар, накопленный за день. В казармах же, напротив, было шумно, звучали раскаты смеха и непрерывный стук тренировочных мечей о деревянные щиты. Заприметив Трандуила, Синголло спрыгнул с невысокого забора, с которого наблюдал за боями, и поспешил к другу. — Ты сегодня задержался. — Архитекторы сцепились с корабелами по поводу количества лесопилок… А в общем… не важно, — Трандуил с интересом смотрел на сражавшихся эдайн и немногочисленных эльфов. Проследив за его взглядом, Синголло подмигнул: — Разомнёмся? — Почему нет? — Трандуил принялся расстёгивать пуговицы на длинном камзоле, затем отбросил его в сторону на забор. Воины и ученики тихонько загалдели, расходясь в стороны, освобождая место эльфам. Такие бои в казармах в последнее время были редкостью, смотреть на захватывающее зрелище всегда собиралось множество зрителей. — Как вы сражаетесь этими деревяшками? — Трандуил легко подбросил в руках тренировочный меч, становясь в стойку. — Хочешь сказать, они не подходят для учебного боя? — Хочу сказать, они не подходят для нас с тобой. — Что уж есть, — развёл руками Синголло, становясь напротив. Трандуил прыгнул вперёд, делая выпад — так быстро, что эдайн даже не успели заметить и отследить движение. Только что он стоял напротив разведчика, а вот тот уже отбивает яростную атаку, стремительно перетекая из одной стойки в другую. Мечи мелькали в воздухе с потрясающей воображение скоростью, эльфы то сливались в захвате, то отлетали друг от друга на несколько футов. Удары градом сыпались сверху, снизу, сбоку, казалось, что с такой скоростью их едва ли возможно отбить. Но противники не просто отбивали — они предугадывали следующий удар, делая выпад за выпадом. Ни один не желал уходить в оборону, непрерывно атакуя. Над казармами стихли все разговоры, вокруг сражавшихся эльфов стоял плотный круг из притихших воинов. Мечи с глухим стуком столкнулись в воздухе, раздался громкий треск — и оба меча разлетелись на куски, оставив в руках сражавшихся рукояти. — Я же говорю, ерунда, а не мечи, — довольно ухмыльнулся Трандуил, отбрасывая ненужную деревяшку в сторону. — Хм, надо же, а ведь ты прав. Стоит сходить к плотникам, — улыбнулся в ответ Синголло. — Ну что, размялся? Нас Эгалмот заждался. — Есть что-то новое? — Трандуил подхватил камзол, что протягивал ему один из воинов, благоговейно глядя на эльфа. — У Лорда Небесной Арки много интересных идей, — воодушевлённо начал Синголло. — Удивительно, как мы раньше не обсуждали это! Он предлагает попробовать собрать железных драконов наподобие тех, что атаковали Гондолин! — Железные драконы? — скривился Трандуил. — Перенимать у врага вооружение… — Отличная идея! — закончил за друга Синголло. — И пренебрегать возможностью создать что-то новое — величайшая глупость. — Но ведь это, насколько я понимаю, оружие для атаки? — Трандуил закончил сражаться с пуговицами, пропуская разведчика вперед, в казарму. — Думаешь, нам никогда не придётся нападать? — Синголло обернулся и посмотрел на Трандуила. — Не знаю, — помрачнел Трандуил. — Ты прав, — вздохнул он, — надо быть готовым ко всему.