***
3:30pm Профиль насколько знакомых мне черт лица вновь и вновь заставлял обратить на него внимание. Однако продуктивности работы это не мешало. Молчание в течение получаса начинало меня угнетать, однако этот вопрос решился быстрее, чем я ожидала. - Лия. - Что?! - Я быстро вскинула глаза на говорящего. - А когда ты успела начать разбираться в документации? Не глядя на листы, я продолжала карандашом делать заметки и ставить галочки, поскольку расположение ячеек, текста и прочего я уже знала как свои пять пальцев. - Ну, - я задумчиво покосилась в сторону, но ни на секунду не прекращала заполнение бумаг. - Этого требует моё хобби. Мика удивлённо созерцал на мои руки, которые всё так же работали. - Хобби? Что-то я не помню, чтобы ты о чём-то таком говорила. - Чёрт, - мои руки замерли на месте, карандаш выпал из них и покатился по столу. Никто не знал об этом, кроме моего брата и лучшей подруги. Где-то полтора года назад я начала увлекаться журналистикой. Конечно же это не только написание разных статей, книг или занесение пометок в блокнот, даже здесь требуется работа со всякими документами, а так же наличие превосходной кратковременной памяти. Как-никак не всегда возможно на ходу записать увиденное событие, поэтому приходится по памяти воспроизводить его на бумаге при первом удобном случае. Больше чем статьи я обожаю только поэзию. Лирика собственного сочинения часто грела мне душу и заполняла пустое пространство вокруг меня в минуты необходимости. Но я очень боялась раскрытия этого моего хобби, ведь мне мои работы временами кажутся записками сумасшедшего. Да и в наше-то время далеко не все ценят творческий труд. А я всего лишь маленькая стеснительная девочка и привлечение излишнего внимания к свой персоне считаю отнюдь не нужным. Мои заморочки, статьи, стихи, успехи, кому это интересно? С другой стороны сейчас я упускаю перспективу доверия. - Я спросил что-то не то? Выныривая из омута собственных рассуждений, я мельком оглядываю окружающую меня обстановку. Карандаш, выпавший из рук, докатился до края стола и теперь там балансирует, слегка покачиваясь. - Эм, - я отвела взгляд вниз и в сторону. - Может ты не помнишь... - Ясно, секретики, - сделал вывод мой собеседник, едва заметно погрустнев. Доверие. А есть ли смысл скрывать такую ерунду от своего лучшего друга? Тем более он сам проявил инициативу, поинтересовался тем, что я считаю собственной морокой. Не должна ли я дать в ответ это самое доверие? Большая часть карандаша, свисающая над краем перевесила и он полетел вниз. Я положила на руку Мики свою и поймала слегка удивлённый взгляд. Я скромно улыбнулась и получила похожую улыбку в ответ. - Нет, я давно должна была рассказать. Мы же доверяем друг другу? - Спрашиваешь ещё, - и мы по своему обыкновению пожали мизинцы. Это было что-то вроде нашей фишки. Жест довольно банальный и ничего оригинального в нём нет, но он стал нам чем-то особенным.***
4:00pm Я шла по пустым коридорам школы, стуча невысокими каблуками по полу. Ни души вокруг, лишь изредка слышался голос из приоткрытой двери того или иного кабинета. Звук от каблуков разрывал тишину и эхом возвращался обратно. На этаже, где я сейчас иду, единственным источником света было лишь открытое окно, а уходя всё дальше, вглубь здания, становилось темнее и темнее. И где-то там в конце виднелась одна единственная рабочая лампочка, да и та моргала. Проблемы с проводкой у нас были не редкостью, но мы всё равно любили нашу школу. Дойдя до конца коридора, где мне следовало повернуть к лестнице, лампочка прямо надо мной резко потухла. Я вскинула на неё взгляд и увидела как догорал оставшийся свет от раскалённой нити накала в ней. Какое-то странное ощущение накрыло меня с головой, но я поспешила отмахнутся от него, и пошла дальше. Вне стен школы улицы казались частью другой вселенной, но мне это даже нравилось. Снег перестал идти, но свежий выпавший примешивал ощущение сказки в общую атмосферу и настроение. Мои руки непроизвольно потянулись к записной книжке. Пройдя примерно один квартал я дошла до первого пункта назначения. Кафе - "Framboise" на углу многоэтажного дома. С французского его название переводится, вроде бы, "Малина". Но насколько же здесь домашняя атмосфера и вкусная еда! Почему я решила идти в кафе? Ну во-первых я с утра ничего не ела, а во-вторых я хочу написать очередную статью про этот ресторан. Меня волнует каждая мелочь и любое незначительное изменение, тем более у меня есть надёжный информатор. - Здравствуй, Лия, - приветливо улыбнулась мне сотрудница кафе. - Здравствуйте, миссис Норман. - За статьёй? За едой? - И за тем и за тем. - Как раз твоё любимое место свободно, проходи садись, я приму заказ. Пройдя мимо настолько манящих новых декораций, я проследовала за последний столик около окна. Мест у этого столика всего лишь два, а максимально возможных три, с одной стороны он придвинут к окну, а с другой: к стене; чуть поодаль размещается арка ведущая к лоджии. Мне всегда нравился этот интерьер в стиле постмодернизма, и особенно радовали мелкие детали. На этом столике всегда стояла высокая, но достаточно тонкая вазочка, из цветного стекла, а продолжением завораживающей картины всегда являлась белая одинокая роза. Когда бы я не пришла, она всегда тут стоит и всегда свежая. Сначала я думала что она искусственная, пока не пригляделась и не поняла что она настоящая. Мисс Норман сказала, 2-3 раза в неделю именно в этой вазе сама по себе появляется новый цветок. Либо им лень проверить камеры, либо кто-то просто очень романтичный. Сняв и повесив верхнюю одежду на вешалку я направилась к тайнику. По своему обыкновению, я заглянула за картину около стены и как обычно обнаружила встроенный ящик. Оттуда я взяла небольшой кашемировый пледик кремового цвета, и присела, накрывшись им. Затем неряшливо, я бы сказала по-домашнему, завязала свои волосы в хвостик и принялась дожидаться того момента, когда у меня примут заказ. Прихожу сюда как к себе домой, знаю каждый уголок, каждую трещинку и каждый столик. Например вон за тем, у двери на кухню всегда сидит девушка лет двадцати пяти и вечно ждет кого-то. Каждый раз к ней приходят разные люди. За столиком напротив меня обычно сидит добродушная бабуля, которая кстати и подарила мне этот плед. Мы с ней из постояльцев, поэтому хорошо друг друга знаем и частенько можем вместе посидеть. Из свой сумки я достала старый потрепанный блокнот, который посвящен всем моим начинаниям в деле письма. В нем оставалась лишь пара листов, так что сегодня будет тот день, когда он станет сборником пыли на полке. Поверили?! Нет. Он станет не просто пылесброником, он станет кусочком моей истории, это мои личные мемуары, которые станут концом одной главы, но при том положат начало другой. Рука на листе начала выводить красивым мелким почерком буквы. "07.12.13. 16:15. Кафе "Framboise". Во всем городе уже начинаются подготовления к праздникам. Везде веет чудом,***
04.12.16 5:00pm Все так же я не знаю ни времени, ни обстановки вокруг, ничего. Раньше, перед тем как я стала тут заложницей, я увидела то, что помогло мне более или менее осознать происходящую ситуацию. Но со временем эта способность пропала. Не знаю можно ли назвать то, куда я тогда попала Астралом, но я отчетливо видела себя же со стороны, правда не слышала, но данное явление можно списать на шок. Очередной убитый день, уж не знаю совпадает ли время смены дня и ночи моего сознания с настоящим, но если это было бы так, то прошел один день. На деревянном столике всегда было мало вещей, в основном они были в ящиках, и корзинках под ним. Но его неотъемлемой частью был блокнот, который я успела возненавидеть. Теперь даже эта злосчастная корка была заполнена текстом. Я кинула его в дальнюю стену комнаты, от чего блокнот упал и раскрылся на той странице где были слова ненаписанные в реальности:***
Дорога. Такси. Пять утра на часах. И дом наш виднеется метрах в трёхстах. Бок о бок со мной лишь тихоня подруга, А ранний уезд наш - моя уж заслуга. Как горько мне думать о вихре тех дней, Что без тоски проживала я с ней - Всё о Нём говорила, мечтая вздыхала, Но как я слепа, как же раньше не знала... Внезапно послышался визг тормозов, Удар. Боль. Сирена. И шум всех миров, Раздался в ушах, унося всё тепло, Которое рядом с тобою жило. На секунду затишье, только боль не унялась, Та за душу взялась, по обрубкам слоняясь, Незажившие раны пульсируют, ноют, Никакая улыбка её тут не сокроет Но мне безразлично отныне всё это! На вопрос в глазах брата: "Где моя Джульетта*?" Я громко кричала: "Я здесь, посмотри!" Но он отвернулся , все сжалось внутри. Я подбежала, встав на пути, А он же сумел без препядствий пройти, Что со мной? Где я? В ушах звуки глуше, Но он не сквозь тело, прошёл он сквозь душу. Никто не увидет, никто не услышит, Хоть бейся об стену, платок с судьбой вышит! Навеки потеряна, время застыло, Но я ведь жива! Сердце не удавило! Вот так и скитайся, бесцельно, пока Вдруг не проснешься от долгого сна