Фансервис на дому

— Так это ты?! — Я подскакиваю на месте, будто меня поймали за чем-то непристойным. Сейчас ранее утро, и я поднялся наверх, чтобы взять одежду Техена. — Ах ты воришка трусов несчастный!       Полуголый Ви, который только что вышел из душа, обмотавшись полотенцем, стоит у дверей и смотрит так, словно еще не решился, что именно он сейчас сделает: набросится и сорвет его трусы с меня или так и продолжит стоять, обзывая своими невиданными фразами. Почему-то сразу понимаю, что дальнейшие действия Тэ будут странными, бывает у него такое "инопланетное" настроение, поэтому даже не замечаю того, что мы стоим друг перед другом раздетые. Я разгибаюсь, так и не успев натянуть второй носок, и стою перед ним в одних трусах. В его трусах, кстати. Мои-то со всей одеждой в Корее остались. — Ты, карапуз недоделанный, — Техен, походу, очень возмущен, — это же мои трусы! Я их ищу повсюду! Я оглядываю себя. Черные и совершенно обычные трусы. Вообще, я иногда таскаю его белье, когда у себя в беспорядке не могу найти свое. Я же макнэ, мне можно. — Боксеры как боксеры. Что в них такого? — Не важно, ЧТО в них, важно, что ТЫ в них, — он опускает голову, — ты еще и носки мои тыришь! Я не успеваю ничего ему ответить, потому что входит Джин и с интересом разглядывает нас. — А ты, Техен, быстро учишься, я смотрю, — не понимаю, к чему Хен это говорит, — мне с Намджуном как минимум месяца два потребовалось. — Что потребовалось? — Заткнись, макнэ, — Ви краснеет как помидор, — Джин, не неси чушь! — Ну да, ну да, — наша мамочка ухмыляется. Я не понимаю, что вообще происходит. — Гук, не смотри на меня так, все претензии к Ви, это он тут орет так, что даже из кухни слышно. — Да как тут не орать, — у Тете щеки до сих пор горят, — если мелкий трусы ворует? — Так это твое такое сексуальное бельишко? Без обид, Тэ, но Гуку они идут больше. — Я, довольный, красуюсь перед Джином, стараясь не обращать внимания на капельки воды на теле Ви, которые тот не до конца вытер, — ты только посмотри, какое у него хозяйство в этих боксерах. На этих слова я мгновенно перестаю улыбаться, потому что теперь Техен разглядывает не только наличие трусов на мне. Я отворачиваюсь и пытаюсь непринужденно копаться в одежде Ви, ища подходящие для сегодняшней репетиции вещи. Одновременно оба Хена что-то говорят, но я их не слушаю, пока на меня кто-то не набрасывается со спины. — Отдай трусы! — Ви, совсем как наш Вгуко, когда тот голодный, вцепился в меня. — Техен, ты рехнулся?! — я пытаюсь сбросить его с себя, — Мне не в чем ходить! — Но не в моих же трусах! — Да что с тобой не так, я и вчера твое белье носил, это же тебя не смущало. — Ви наконец-то слезает. Вот он точно ненормальный какой-то. Там, где наша кожа соприкасалась, у меня все горит. Я поворачиваюсь к нему. Его полотенце начинает сползать, но он даже не думает его поправлять. — А откуда я мог знать? Так бы меня смущало. Это тебя ничего не смущает, потому что ты... — Ви заговорщически понижает тон, поворачивая голову, но глаза остаются на месте, смотря на меня, — извращенец! Джин, который ржал все это время, начинает смеяться еще громче. Мы оборачиваемся к нему. Хен долго не успокаивается, а когда все же переводит дыхание, то как-то хитро смотрит на нас. — Знаешь, Ви, кажется, я кое-что вчера тебе недообъяснил. — Джин хочет его увести из комнаты, но тот вырывается и, что-то пробурчав, уходит сам. — Ну, не хочет, как хочет. Я тогда собираться пойду. Ты, Гуки, оденься, а то вдвоем голенькие тут по дому ходите.       Когда задвигается дверь, я еще стою некоторое время в ступоре. Кажется, и пяти минут не прошло, а тут Ви с Джином налетели, успели наброситься и тут же уйти. Ну и что, что я взял его трусы? И чтобы вот так вот бросаться на человека? Я качаю головой. Тете-Хен все-таки иногда очень странный, даже если эта его черта меня веселит. И вообще, причем тут извращенец? Да это сам он извращенец! Надеюсь, я не покраснел, когда он мне это сказал. Стою в задумчивости. Ну, зато хорошо, что у меня не встал. Да и вчера на горках тоже все в порядке было, зря напрягался каждый раз. Видно, той ночью просто на нервной почве произошло. Надо привести себя в порядок, а то слишком уж много мыслей. Я подхожу к столу с зеркалом, наклоняюсь так, чтобы видеть себя, и рассматриваю отражение. — Так, Чонгук, а ну соберись. Подумаешь, извращенец? Может, это, наоборот, ему понравилось? Ты же нагибатор. Макнэ-нагибатор. Золотой макнэ. Да ты мистер раздвинь ноги, ты... — Ты стоишь в трусах и в одном носке, какие тут могут быть раздвинь ноги? — Я снова подскакиваю, оборачиваясь. Чимин, улыбаясь своей ангельской улыбкой, стоит в дверях и держит в руках телефон, явно снимая на видео. — А ну убрал камеру! — Я хватаю какую-ту вещь со столика и кидаю ее в Чимина, он уворачивается. Следующим в него летит его же крем для лица. — Прекрати снимать, Хен! — Но ты только представь, как обрадуются арми, если увидят это. Я пытаюсь отнять у него телефон, но в результате начинаю гоняться за Чимином по всему нашему дому. Догоняю его, только когда он влетает в общую спальню, где до сих пор лежит один Шуга, и плюхается на свободное татами. Я наваливаюсь на него сверху, мы мутузимся все это время, пока мне не удается выхватить его телефон и выключить камеру. Чимин лежит подо мной и быстро дышит, как, впрочем, и я. — Тебе очень повезло, что это была не прямая трансляция. — Это тебе повезло, Хен, потому что иначе... — Подушка, которую Чимин вытащил из-под головы, хлопает мне прямо по лицу. От неожиданности я только смеюсь вместе с Хеном. — Я решил снять влог, а то от нас уже сколько дней нет никаких новостей. Арми волнуются, мы же не говорили, что в Японию уехали. — он пытается еще раз замахнуться подушкой, но я не даю ему это сделать, — Тем более, что вчера ты не взял ни фотика, ни селфи-палку, хотя обычно все эти вещи всегда с тобой. — Я их запихнул в чемодан, потому что они не вмещались в рюкзак. — Ну да, но с нами даже оператора не было, — Чимин попытался свалить меня с себя, — а могло такое видео с аттракционов получиться! — А ты помнишь, что сказал нам директор? — с боку доносится сонный голос Шуги. А я забыл, что он тут. Юнги так и не открыл глаза, но уже откинул одеяло, продолжая лежать.       Я отлично помню тот день. Бан Ши Хёк созвал на всех в своем кабинете и дал нам билеты в Японию. Мы тогда все очень удивились, потому что нам на руки обычно ничего не выдают, менеджер берет это на себя. Директор тогда сказал, что за последний год мы провели невероятную работу и что мы заслужили настоящий отпуск. Сначала мы даже не поняли, что он имеет в виду. Целый месяц мы можем делать все что захотим, никаких съемок, никаких встреч, никаких шоу или ежедневных тренировок. Я даже не помню, когда у нас было столько свободного времени после дебюта. Единственное, и это было условием нашего отдыха, чтобы мы дали два небольших концерта и пару фотосессий, не более. — Помнишь? — продолжает Юнги, поворачиваясь к нам лицом, но с закрытыми глазами, словно пытаясь заснуть обратно, — Это значит, что мы на несколько недель можем забыть, кто такие операторы, нас не одевают стилисты и что даже макияж на время оставить можно. Хотя бы не надолго, но вернуться к обычной жизни. — Но это же не значит, что я не могу снимать себя для арми! — Чимин не сдается. — Можешь, но... — Шуга открывает глаза, но когда видит меня, сидящего сверху на Чимине, замолкает. — Сон был лучше реальности, однако. — Эй, ты чего? — Чимин мгновенно сталкивает меня с татами, — Что это у тебя за тон такой, Шуги-Хен? — Отстань.       Я поднимаюсь, чтобы все-таки пойти наверх и одеться. Разговор Юнги заставил меня задуматься, но мне нравится, когда я с разговариваю с арми, пусть и через камеру. Оглядываюсь, выходя их общей спальни. Чимин тормошит Шугу, пытаясь добиться от него реакции. Смотрю на них и понимаю, что у них очень милые взаимоотношения. Один бубнит, а другой его все время веселит и наоборот. В отличие от Ви, который набрасывается ни с того ни с сего. Пока поднимаюсь на третий этаж, я понимаю, что что-то не так. Почему, когда я даже просто вижу раздетого Ви, со мной творится невесть что, но зато на Чимине сидеть верхом — так со мной все в порядке. Я не успеваю до конца обдумать это, потому что в комнате стоит уже одетый Техен. Он опять коситься на меня, и я почему-то смущаюсь. Черт, что не так со мной! — Так уж и быть, макнэ, — Ви складывает ладони вместе, прижимая их к груди, — ты можешь оставить эти трусы себе. Ну вот. Сначала он их чуть ли не срывает, а потом дарит. — Но, — продолжает Хен, внимательно смотря на меня, совсем как тогда в ванной, — при условии, что я выберу, что ты сегодня наденешь. — И вот ради этого ты запрыгнул на меня?! — Почему он на меня так смотрит? Под его взглядом мне становится не по себе. — Тащи давай уже свою одежду, а то я уже начинаю замерзать. Пока он отворачивается, чтобы что-то взять со стула, я поворачиваюсь, ища второй носок. Надев его, выпрямляюсь, но какое-то странное ощущение все равно остается. Развернувшись, я вижу, как Ви не успевает отвести от меня взгляд. — И как давно ты стал качать задницу? — Теперь он смотрит только мне в лицо, словно отвечая на мой вопросительный взгляд. — Или это мои трусы так волшебно на нее действуют? — Отстань со своими боксерами, Хен. Я еле сдерживаю себя. Хочется вдохнуть побольше воздуха от слов Тэ. Он залипал на мою задницу? И кто из нас тут извращенец еще. Ноги стали какие-то вялыми. Да каким чертом он творит! — Давай уже быстрее одежду, — у меня это получилось грубо, но я не стал менять тон. Вижу, как Ви, не ожидая от меня такого, замедлил, протягивая мне вещи.       Моя злость мгновенно улетучивается. Ви дал мне широкие серые спортивные штаны, черную толстовку, а сверху джинсовую куртку. — Это что такое?! — Скажи спасибо, что я тапочки еще передумал давать, — Техен очень довольный. — Я хочу простую футболку, где она?! — Я не пойду в этом, на что он вообще рассчитывает. — Я знал, что тебе понравится. — Ви-Хен, ты же не... — Ничего не знаю, — он даже не пытается сдержать довольную хитрую улыбку, — всю остальную одежду я спрятал, так что я тебя не выпущу, пока ты не оденешься. — Но я же не такую одежду люблю! — Я знаю. — Нет, ну он издевается. Мне ничего не остается делать, как напялить на себя это все. — А ты знаешь, что я запарюсь в этом ходить? На улице весна все же. — Ага. — Ви, продолжая очень довольно улыбаться, выходит из комнаты.       Внизу я вижу Хосока в шортах и белой футболке, как же я ему завидую. Заметив меня, он так сильно начинает смеяться, что чуть не сбивает стоявшего сзади Тете. — Какой ты у нас модный, макнэ, — Хоуп подпрыгивает ко мне. — Моня просто отдыхает в сравнении с тобой. — Ага, Тэ заставил, — бормочу я, пока Хосок дает Ви пять. — Ой, идите вы оба.       Я прохожу мимо них, нарочно задевая плечами, и выхожу на улицу. Нас уже ждет черная машина, а у ее дверей стоит менеджер Ким. — Чон Чон Гук, наконец-то. — мы кланяемся друг другу, — Где остальные, нас в офисе давно ждут. Я залезаю в машину, все, кроме двоих, были уже в сборе. Репмон сидит рядом с Джином, хотя он, как лидер, обычно всегда на переднем устраивается. Значит, кому-то придется сесть впереди. Им, как выяснилось после, оказывается Хосок.       До офиса доезжаем быстро, но мы сразу чувствуем, что в этот раз нас встречают немного иначе, чем во вторник. Это было только позавчера, а ощущение, будто неделя пролетела, столько успело произойти за это время. К нам раз за разом подходят сотрудницы, предлагая разные вещи, правда, на японском, пока нас господин Ким проводит до нужного нам зала. Джей-Хоуп идет прямо за менеджером и наслаждается обилием женского внимания. Мы улыбаемся, когда он в очередной раз к нам поворачивается с видом "Видели? Они явно меня хотят." — Почему они в одинаковой одежде? — Я слежу за взглядом Ремпона и замечаю, что все девушки, которых мы встречаем, действительно одеты в одну и ту же форму. Темно-синие штаны, чуть расходящиеся снизу, такого же цвета расстегнутый пиджак, одинаковая белая блузка с небольшим бантом сверху. У них даже прически те же: волосы убраны в аккуратный пучок. Чимин утверждает, что у них и обувь с серьгами одни на всех, но я не успеваю это проверить, потому что мы входим в огромный зал. Хоть он и устроен почти так же, как наш в Биг Хит офисе, но белые стены, цвет которых отражается в зеркале на всю стену, слегка сбивают с толку. Хосок сразу же начинает тестировать пол, танцуя, и радуется, что нога хорошо проскальзывает, а остальные медленно разбредаются по залу. Менеджер Ким почти сразу же уходит, ничего не сказав, а, может, это я его не слушал. Джин наверняка знает. — Здравствуйте, Пак Ю На-Ши, — оборачиваюсь и вижу, как входит наша ассистенка, она тоже одета в тот же костюм. Мы ей кланяемся. — Добрый день. — улыбаясь, она сразу же уверенно проходит в дальний угол к стенду, держа в руках стопку бумаг. — Можно я перейду прямо к делу? Сегодня мне придется побегать, поэтому экономлю время по-максимому. Мы к ней подходим. Я хочу снять себя джинсовую куртку, но, наткнувшись на нарочито удивленный взгляд Ви, оставляю ее. Пф, вредный Хен. — Я не знаю, что именно вам сказал ваш менеджер, но надеюсь, вы изучили бумаги, которые я в прошлый раз передала. — Джин и Моня кивают. А я и забыл про все это расписание. Даже не знаю, когда у нас концерты и с какой программой мы выступаем. — Хорошо. Тогда вы знаете, что концерт будет не совсем в привычном для вас формате. — Что? — Техен, видно, не откашлялся, и его голос ниже обычного. — Я ничего не успел прочитать. — Во-первых, — терпеливо объясняет Намджун, — зал будет небольшой, соответственно, и арми будут меньше обычного. Во-вторых, у нас будет только семь выступлений. — Совершенно верно, Ким Нам Джун, — Пак Ю На начинает развешивать бумаги, одновременно обращаясь к нам, — но по поводу гостей, дело в том, что, как вы должны знать, концерт будет благотворительный, и... — несколько листков вылетают из ее рук, но она ловко их подхватывает, прежде чем кто-либо из парней успевает ей помочь. — Так что почти все собранные средства пойдут в фонд, — Репмон заканчивает фразу за нее. Я замечаю, что Джин косится на лидера, но тот его не замечает. — Спасибо, Ким Нам Джун, таким образом, там будут присутствовать лица крупных благотворительный фондов. Однако несколько из них являются также представителями довольно успешных японских компаний, заинтересованных в хип-хоп группах. — Пак Ю На поворачивается к нам. — Тут-то и начинается самое интересное. Я переглядываюсь с Чимином, не до конца понимая. — Вы будете выступать не только для арми, — продолжает девушка, — но и вашим будущим спонсорам. Собственно говоря, именно поэтому о концерте известно только определенному кругу лиц, ваша компания не афишировала концерт, а в программе только семь песен. — То есть, — Моня опять берет слово, и я вижу, что Джин уже в открытую смотрит на него, — количество выступлений равняется числу участников? — Да. Вам об этом не сказал менеджер? — в это время раздается звук оповещения на ее телефоне. Она берет его в руки вместе с оставшимися папками. — Простите, я должна отойти. Ким Нам Джун, пожалуйста, выберете семь песен из списка, я его повесила. Господин Ким вам должен был сказать основные критерии.       Она быстро выходит, и Джин не теряет время: — Милый флирт, Джун, продолжай в том же духе. — Что? — Репмон смущается, — Какой флирт? Мы наблюдаем за ними, когда я вижу, что Ви смотрит на них с таким выражением лица, будто он только что открыл для себя что-то новое, не замечая этого раньше. — Эй, Хены, — влезает в разговор Чимин, — вообще-то вы заметили, как она на меня смотрела? — Ну кто бы удивлялся, — Шуга закатывает глаза. Я слежу за взглядом Тэ, и теперь он также странно залипает на Юнги с Чимином. — Да чем она вас так зацепила? — Хосок удивленно смотрит на них. — Ребят, мы не об этом должны говорить. — Джин берет дело в свои руки, — Намджун, что сказала Пак Ю На нечто такое лично ТЕБЕ так, что мы ничего не поняли? — Вот ты, как обычно, раздуваешь непонятно что, Хен. Так, парни, смотрите. — Моня тут же становится серьезен, мы кучкой собираемся вокруг него. — Мы должны показать себя с лучшей стороны, все-таки спонсоры — вещь хорошая. То есть выложиться по полной как нашими голосовыми качествами, так и танцевальными способностями. Чонгук, возьми со стенда список. Надо выбрать такие песни, где мы максимально полно можем раскрыть себя. Пока я снимаю и передаю лист, Репмон каждому указывает на его сильные стороны. — Но почему директор доверил выбор песен нам? — Техен рассматривает его вместе с лидером. — Это все-таки ответственный шаг. — Думаю, он считает, что мы с этим справимся лучше. Смотрите, тут есть не только наши песни не только К-РОР версии, но и J-РОР, так что мы сможем, например, показать, что развиваемся в разных направлениях...       Мы долго обсуждаем каждую данную песню с точки зрения каждого участника, при этом анализируя и диапазон композиции, и бит, и сложность танца. В конце концов мы решаем выбрать наиболее удачные семь, рассчитывая, что каждый мембер будет так или иначе главным в одной песне, так что он будет в центре, а остальные будут как бы по парам, чтобы выделить сильные стороны каждого. — Чур Чимини мой, — Хоуп весело его обнимает. — Почему именно ты с ним? — Потому что, Джин-Хен, мы постоянные соседи по комнате. То, что я его терплю, дает мне преимущества. — Это кто кого еще терпит! — Чимин выныривает из-под Хосока, — Постоянно что-то говоришь, все время танцуешь​ и с кровати выгоняешь! — Потому что не фиг спать на постели Хена. — А Шуги-Хен дает мне спать, вот переедем, я возьму и перейду к нему жить.       Мы оглядываемся​ на Юнги, стоящего с непроницаемым лицом. — Буду я мелкого еще терпеть у себя. — Ребят, мы отвлеклись, — Репмон достает ручку и что-то начинает чертить. — Смотрите, у нас семь песен, три пары, шесть человек...       Умный Намджун быстро подводит какой-то математический расчет и что-то пишет на бумаге, но он не успевает что-либо объяснить. К нам снова заходит Пак Ю На. — Ну что? — О, смотрите, мы... — Давайте лучше объясню я, — Джин не дает Репмону вступить в диалог с ассистенткой, и мне кажется это забавным. — Если мы правильно поняли, то у нас сцена делится как бы на три части, поэтому... — Подождите, — она, не спрашивая, берет листок из рук Намджуна и разглядывает его, — вот, вы выбрали песни, отлично. Насчет сцены еще не решайте, потому что там еще не до конца уточнено, но я вижу, что вы сделали какие-то заметки. — А, ну, это я схематично набросал, — Моня смущенно проводит рукой по волосам. — Да, я поняла. Да, вы правильно решили выдвинуть каждого участника, как раз я вам хотела посоветовать по поводу фансервиса. Что-то Пак Ю Рим уж больно хорошо в этом разбирается. Я обмениваюсь взглядом с Хосоком. — Я предлагаю, чтобы во время всего концерта вы разбились по двое, причем на каждой песне будете меняться. — Так деловито с нами даже менеджер не общается, — Потому что кроме фанатов каноничных Намджинов, Вигуков или каких-нибудь Юминов, есть еще и другие арми. Она это говорит обычным тоном, но я смущаюсь невероятно. Не смотря на других, чувствую, как Чимин рядом не знает, куда деть руки, а Ви задергался. — Не смотрите на меня так, пожалуйста. Я читаю комментарии. — Пак Ю На даже не краснеет. — Хотя мне больше Чихоупы нравятся.       Тут уж Джин не сдерживается и начинает смеяться, это как-то разряжает эту неловкую обстановку. Пак Ю На еще некоторое время уточняет несколько моментов, показывает, где включать музыку, и уходит, попросив при этом нас никуда не выходить, как в прошлый раз. Как только за ней закрывается дверь, Хоби восклицает: — Видите? Ни капли смущения! Это все женщины на каблуках, я вам правду говорю. — А мне агасси нравится, — Юнги усмехается, — она знает толк. — Это потому, что вы с ней чем-то похожи, — замечает Ви, — только она выше тебя. Техен тут же получает толчок в бок и болезненно морщится. Я вспоминаю про его ушибы. — Юнги-Хен, не надо, — я подхожу к Тэтэ, — у него же синяки. — Не надо меня жалеть, Гук, — он улыбается, — но за заботу я разрешаю остаться только в толстовке. — Я ее и так бы снял, — бурчу я, но так, чтобы Хен не услышал.       Шуга включает музыку, мы начинаем отрабатывать танец. Скоро к нам приходит господин Ким и поправляет нас время от времени. Я не знаю, сколько времени уже прошло, но чувствую, что не прочь отдохнуть. Беру протянутую менеджером воду и, пока пью, наблюдаю, как Чимин с Ви репетируют танец. Кажется, Тете смотрел на меня, когда Пак Ю На говорила про пейринги, но я не уверен, знаю только, что он тоже смутился. Наконец господин Ким говорит, что можно перекусить, и он уходит, собираясь принести нам еду сюда, чтобы мы не ходили по офису. Мне жарко. Заворачиваю рукава толстовки, но все равно очень душно. И окон в зале нет. Надо было не слушаться Ви, а найти у старших какую-ту футболку. Я усаживаюсь у стены с телефоном в руках. Репмон с Джином о чем-то болтают в углу, Хосок придумывает какие-то движения в танце, Ви делает селфи. В отражении смотрю, как Шуга, раскинув руки-ноги звездочкой, улегся на полу. К нему подлетает Чимин и тормошит его. — Дедушка Мин, ну вставай, ты все на свете так проспишь. — Именно этого я и добиваюсь. — коротко отвечает Юнги. — А у тебя живот урчит, — Чимин поднимает футболку Шуги, заглядывая под нее. — Пока все завтракали, я спал. — Он перехватывает руку Чимина и опускает свою одежду.       Отвлекаясь на них, я не замечаю, как Хоуп, пытаясь провернуть что-то, с размаху громко падает и скользит прямо своим открытом одним коленом несколько метров, пока окончательно не сваливается. Рядом с ним мгновенно оказывается Джин. — Жив? — Колеееенке бо-бо, — Хосок приподнимается на локтях, переворачивается, и я вижу, что колено разодрано в кровь и на полу осталось небольшое красное пятно. — Ого, — Чимин тоже подходит к Хосоку и помогает ему подняться. — Надо обработать. — Нам нужна аптечка, сейчас попытаюсь найти Пак Ю На, — Ви идет к двери. Тем временем Намджун берет бутылку, достает салфетки, промокая их, но наклоняет бутылку слишком сильно, и вода проливается на пол. Джин забирает у него салфетку и передает Хосоку. Шуга встает, невозмутимо берет джинсовую куртку, которую я, сняв, кинул в угол, и вытирает образовавшуюся лужу. — Эй, эй, ребят, — Хоби расталкивает нас, — что вы налетели, все в порядке. — Парни, надо собраться, — Репмон смотрит на нас, — что ни день, то у кого-то новый ушиб, так мы до концерта и не доживем.       Дверь открывается, и в зал прошмыгивает Ви, а следом входит Пак Ю На. — Я же вас просила не выходить отсюда, сегодня у нас в офисе важные люди, — Теперь понятно, почему нас так встречали. Девушка обводит всех взглядом, — Ким Те Хен, что такого срочного произошло? — Хосоку нужна аптечка, можете, пожалуйста, ее принести? — Пак Ю На следит за рукой лидера и несколько секунд смотрит только на колено Хоупа. — Пройдемте со мной, Чон Хо Сок, я приведу медсестру. — он идет за ней, но она тормозит, разворачиваясь. Ее взгляд останавливается на мне. — Чон Чон Гук, пожалуйста, пойдите с нами, боюсь оставлять его одного. — Указывает на недоуменного Хоупа, потом обращается к остальным, — сейчас вам принесут обед, оставайтесь тут.       Я выхожу вместе с ними. Впереди к нам спиной стоят две девушки, и только по их лицам, когда те обернулись, я осознаю, что у меня в глазах не двоится, настолько все одинаковы одеты. Пак Ю На заходит в довольно просторную гримерку, такую, где нас обычно стилисты красят и причесывают, дает Хосоку какие-то бинты, показывает, где можно умыться, и выходит, обещав как можно скорее позвать медсестру. Хоби садится на ближайшее сидение, закидывая ногу на соседнее, а я выбираю место чуть подальше. Сев на вращающийся стул, смотрюсь в зеркало, разглядывая тон своего лица. Вчера мы весь день провели на воздухе, и, скорее всего, я смог загореть, но, кажется, все в порядке. Я отвлекаюсь, когда в гримерку заходит девушка и направляется ко мне. Резко к ней поворачиваюсь, это оказывается Пак Ю На. — Эээ, мне не нужна аптечка, — в ее руках я вижу небольшую коробку. — Как? — она оглядывается и видит Хосока. — Ой, я вас не заметила, простите.       Пак Ю На слегка смущается и кланяется ему. Хоби застыл, его лицо выражает недоумение. Я вижу, что он пытается в чем-то разобраться, но потом легко трясет головой и показывает на свое согнутое колено. — Вы уже промыли его? — Ну да... Вы же мне сами дали, — Хосок не сразу ей отвечает. — Врача нет, поэтому вместо него я. Я наблюдаю, как Пак Ю На обрабатывает Хене колено, затем аккуратно и довольно легко заматывает ему бинтом. Ее действия совсем не такие, как обычно она ведет себя, и движения плавные, хотя все утро она то и дело отдавала уверенностью. — Вы сейчас репетировали, да? — Какой-то глупый вопрос. Хосок тоже выглядит сбитым с толку. — ...да. — А разве удобно в таких шортах танцевать? — Я же дэнс-машина, — Хоби пожимает плечами, а девушка смеется. Мы с Хеном переглядываемся. — Простите, почему вы сегодня в одинаковой форме? — У нас проводится кастинг на работу, и для равенства мы одеты одинаково, чтобы дать пример новичкам. А еще сегодня приехал президент нашей компании, поэтому в офисе много репортеров. — Понял, спасибо. — Вроде все сделала, — Пак Ю На отклоняется, — постарайтесь пока несильно сгибать колено, чтобы не тянуть кожу. У вас дома есть мазь? Тогда регулярно мажьте. Но все же, чтобы побыстрее зажило, лучше посоветоваться у врача. — Спасибо. — Джей-Хоуп встает и кланяется ей. — Пожалуйста, — она улыбается, — кто мог подумать, что я вот так буду давать советы самому Чону Хо Соку? Хоби опять застывает, а наша ассистентка отворачивается, и я вижу, что щеки у нее красные. Пак Ю На умеет краснеть? Что? Она доводит нас до нужного этажа, объясняет, какая дверь наша, и уходит по делам. Хосок меня останавливает. — Макнэ, ущипни меня. — Зачем? Но я готов. — Соски не трожь! — Он уворачивается и трясет головой, — Я должен убедиться, что не схожу с ума. — Ты про Пак Ю На? Да, мне тоже показалось странным. — Тут даже не в поведении дело. Когда она только-только зашла, мое сердце, — Хосок смотрит куда-то мимо меня вдаль, — мое сердце, оно очень странно кольнуло меня. Прямо тут. — Он прикладывает руку к груди. Мне хочется прыснуть от романтики Хоби. — Но когда я увидел, что это наша ассистентка, то оно сразу пропало.       Мы идем по коридору, и Хоби опять заговаривает: — А это ее поведение? Ее вообще не узнать, она наедине такая или это лично я так на нее подействовал? Он смеется, мы входим в зал. Парни с менеджером сидят на полу и едят. Пахнет чем-то очень вкусным, я вдыхаю манящий запах еды, чувствуя, как проголодался. Мы с Хоупом набрасываемся на обед, доев, я растягиваюсь на полу. — Эй, Гуки, — Чимин подходит ко мне, — смотри, что тут есть, твои любимые вкусняшки. — Шоколадные шарики! — я тут же забываю обо всем, увидев знакомую желто-коричневую упаковку, — Спасибо, Чимини-Хен. — Это я хотел дать макнэ вкусняшки, — Ви идет к нам. — Чимин, а ну уйди отсюда.       Как ни странно, он слушается. Техен устраивается рядом со мной, и мы вместе хрумкаем, не давая Хенам стащить шарики из упаковки. — Улица Красных Фонарей?! — Ви держит в руках мой телефон. — Зачем ты искал развратный квартал? — А ты зачем в историю поисков залез?! — Ты вообще в моих трусах сидишь, молчал бы, мелкий. — Техен садится в позу лягушки, — Я хотел фотки с Диснелейнда посмотреть, а ты все же почему гуглил? — Не скажу. — Джин-Хееен, — кричит Ви, — а Чонгук интересуется кварталом Кабуки-тё! — Макнэ, — Джин подходит к нам, пока я пытаюсь вернуть себе же свой телефон, — а ты знаешь, где и как надо гулять в Токио. — Да это когда я вас ждал, читал про Асакуса, то случайно наткнулся на этот квартал, и все! — Случайно? — Ви смеется, — Ты посмотри только, Хен, сколько вкладок с этой улицей пооткрывал. — Вообще, — Джин задумчиво поднимает глаза к верху, — надо нам как-нибудь туда сходить. — Куда? — подлетает, несмотря на повязку на колене, Хосок. — В одно очень интересное место, Хоби. — Я, кажется, что-то слышал про Кабуки-тё? — к нам присоединяется и менеджер, — Решите заглянуть туда, позовете меня с собой. — Господин Ким!.. — Ви удивленно раскрывает глаза. — А что? Я тоже хочу повеселиться. — менеджер смотрит на часы, — Давайте вы еще раз прогоните всю хореографию, а я пойду за Пак Ю На.       Мы убираем все, что осталось с обеда, и опять танцуем, пока не приходит ассистентка. — Господин Ким сказал, — с порога говорит Пак Ю На, — что вы хорошо поработали сегодня, поэтому, в принципе, можно вас отпустить. Мы, радуясь, начинаем собирать вещи. За день мы изрядно вымотались. Шуга протягивает мне куртку Тете, которая успела почти высохнуть, но я не собираюсь ее снова надевать, и Ви это видит. — Чон Хо Сок, — мы все одновременно оборачиваемся на Пак Ю На, — не знаю, сказали вам или нет, но постарайтесь, чтобы колено зажило как можно быстрее, у вас скоро фотосессия будет. Когда она проходит мимо, до меня доносится аромат ее духов. Чувствую, что что-то не так, но пока еще не понимаю, что именно. Я стою, раздумывая, пока кто-то не тыкает в меня. — Не зависай, — Шуга подталкивает меня к двери, замечаю, что все уже вышли, — у тебя такое лицо, будто ты только что решал в уме задачу по тригонометрии.       В коридоре я догоняю Хосока и жду, пока нас обгонят остальные. — Чего тебе, Гук? — Хен, это была не Пак Ю На, — я внимательно смотрю на Хоупа. — Что? — Тогда в гримерке была не Пак Ю На, — повторяю я, а Хосок вытягивает лицо. — Чонгуки, я знаю, что японки похожи друг на друга, тем более сегодня, но я все же могу различить их по лицам. — Но я уверен, что это не она была. У нее духи другие. — Что? — Девушка из гримерки использует другие духи, я только что это понял, когда уловил аромат Пак Ю На. — Вижу сомнение на его лице. — Я чувствителен к запахам, Хен, я тебе правду говорю. — Я знаю. Разговор прерывает Репмон, который зовет нас из-за поворота. Пока мы разговаривали, они уже успели далеко уйти. Я с Хоби догоняю их, и все вместе спускаемся на первый этаж. Внизу нас предупреждает менеджер, чтоб на улице мы сразу шли в машину, не задерживаясь, дабы нас не заметили репортеры. В машине я сажусь с Моней, а впереди устроился Шуга. Когда мы приезжаем до домика и все заходят внутрь, ко мне подходит Хосок. — Гуки, я уверен, что это была Пак Ю На, — я хочу открыть рот, но он продолжает — да-да, знаю, но, может, она просто другие духи использовала потом, все-таки целый день туда-сюда ходила, они и разветрились, но это была она. — Возможно, — я соглашаюсь, — тем более в этом офисе не очень-то и корейский популярен, все на японском говорят. — Хоби, — к нам вмешивается Ви, — у меня к тебе одно предложение, с водителем я уже договорился...       Конец фразы я не слышу, потому что захожу в дом. Первым делом поднимаюсь и снимаю с себя одежду. Боже, как же мне было жарко, хорошо хоть, на улице мы не были. Я ищу футболки Ви и нахожу их в одном из ящиков. А Хен говорил, что одежду хорошо спрятал, тоже мне.       Хочу удобно развалиться отдохнуть, но Чимин меня тащит в зал. Он не такой уж и большой, но самые базовые тренажеры присутствуют, а еще часы на стене висят так, что время засекать можно с любой точки, это удобно. Чимин взял с собой колонки и включил музыку. Я решаю для разминки начать с беговой дорожки. Вскоре к нам присоединяется Намджун, и, увидев, что за четверть часа я пробежал уже больше трех километров, он спихивает меня с дорожки. Осматриваюсь, выбирая следующий тренажер. Чимин уже вовсю использует гребной и сейчас смешно складывает губы, выдыхая. Я с недавнего времени начал подтягивать свои грудные мышцы, поэтому иду к "рычажному" и качаюсь по подходам. После целого дня тренировок приятно расслабиться в тренажерном зале. В промежутках, пока я отдыхаю, замечаю, что Чимин качается с расчетом увеличения силы, то есть время между подходами у него не 60 секунд, как у меня, а 180. Я, в свою очередь, качаюсь сейчас для "массы". В какой-то момент Моня, снявший от пота футболку, находит гимнастический ролик и протягивает его мне. — Хен, я сегодня на руках и груди. — Ничего, — дыхание Чимина, который сейчас занимается на лестничном степпере, сбито, — попробуй, пресс моментально просыпается, а ты, кажется, хотел догнать меня в животе. — Колесо это, — добавляет наш папочка, — в какой-то мере эффектнее будет наклонной скамьи.       Я беру ролик и встаю в стойку, когда меня пугает голос Джина. — Вот вы где, я вас ищу повсюду, — Сокджин оглядывает зал, — почему меня не позвали?! — Мы бы все вместе и не вместились, Хен. — Чимин тяжело слезает с имитации скалолазания, — Мощная машина, хотя это больше для женщин подходит. Гуки, не расслабляйся, начинай. Я вытягиваю руки. Сначала мне это кажется легче, чем ожидалось, но уже буквально через минуту мышцы ноют невероятно. Я продолжаю через силу, все тело слегка трясется. Закончив, я натыкаюсь на взгляд Джина. — Ты вырос, Чонгук. — Ну да, Хен, — моя футболка намокла и прилипла к телу. — Я имею в виду, что помню, как тебе все время ограничивали нагрузки, а сейчас вот уже чуть ли не самый сильный в группе.       Мне кажется, что это было так давно. У меня тогда был еще концепт "цветочного мальчика", поэтому не разрешали наращивать мне мышечную массу. Многое с тех пор изменилось. — Ладно, раз уж я все равно не успеваю сегодня потренироваться, то пойду разбираться по поводу концерта. Кстати, Ви звонил, говорит, что скоро с Хосоком уже приедут и еды привезут. — ЧТО?! — от неожиданности я забываю, что мне нельзя делать долгую паузу между нагрузками. — Тэ опять куда-то ездил?! — Ну вы только посмотрите на беспокоящегося макнэ, — Репмон начинает делать растяжку, — с ними и шофер, и охрана, так что я их отпустил.       Я не могу ни о чем другом думать. Да Техен совсем с ума сошел! Куда он поехал? Ему прошлого раза не хватило!? Черт! Я опять не могу сосредоточиться. Потянув под конец мышцы, чтобы завтра не болели, я иду ко входу, но парни еще не приехали. И Хоби тоже умный, почему он не взял с собой еще кого-нибудь! От досады я иду в душ. Вот почему мне всегда приходится волноваться за него. Что он за Хен такой? Переодевшись, я поднимаюсь в спальню, но отодвинув дверь, вижу Техена, который явно ждет меня. — Макнэ, — он сразу лишает меня возможности что-либо сказать и говорит торжественным тоном, словно он король, посвящающий человека в рыцари, — так как ты достойно прожил сегодняшний день в такую жаркую погоду в такой теплой одежде, я решил, что ты заслужил награду. — Что ты удумал, Хен? — И, — продолжает Ви, — несмотря на то, что ты весь день регулярно избегал меня, находясь рядом то с Хосоком, то с Чимином, то с Намджуном, то еще с кем-то, — он выразительно смотрит на меня, — я все равно преподношу тебе этот скромный подарок. Не могу сдержать улыбку, когда Тете вот так вот играет. Ему надо в актеры идти, это точно. Я беру протянутый пакет и достаю оттуда... одежду? — Я не знал точно, что тебе понравится, поэтому купил только это, но завтра мы с тобой пойдем вместе, хорошо? — Хен... — я разворачиваю белую футболку и песочного цвета шорты, — спасибо, Хен. — Да ты посмотри, — Ви улыбается во всю свою квадратную улыбку, — ты посмотри футболку. На первый взгляд мне она кажется обычной, но потом я вижу на груди кармашек, где вышита небольшая вишенка. — Вишня? — Ага, — улыбка Тэ становится еще шире.       Я стою перед ним и понимаю, что мне очень нравится его улыбка. Я подхожу к нему и крепко его обнимаю. Он прав, зря я избегал его весь день. Ви обнимает меня в ответ, и так мы стоим долго-долго. Чувствую приятное дыхание на шее и понимаю, что это расслабляет лучше любой горячей ванны. Мы слегка отодвигаемся и молча смотрим друг на друга. Сердце, до этого бьющее спокойно в унисон, начинает колотиться с каждой секундой все быстрее. Глаза Ви настолько близко, что они почти сливаются в одно целое, а воздух, который выдыхает Хен, жадно вдыхаю я, даже не пытаясь успокоить свои легкие. Кажется, что стоит только закрыть глаза, как произойдет нечто восхитительное. — Макнэ, — голос Ви осип, заставляя мою кровь двигаться еще быстрее, — мне... — Пошли в горячий источник! — выпаливаю я первое, что вообще приходит на ум. Я делаю шаг назад. — Да. Горячий источник. Хочу туда. — Ну... как скажешь, — Техен откашливается.       Я аккуратно складываю подаренные Хеном вещи, перекладываю предметы, которые попадаются мне под руку. Делаю все, чтобы хоть как-нибудь унять дрожь во всем теле и успокоить свое бешеное сердце. Главное, не допустить повтора истории с ванной. — Гук? — Да? — Я резко поворачиваюсь к нему. — Ты, кажется, в источник хотел. — Ви не сдвинулся с того места, где мы стояли. — А, да. Это хорошая идея. Пошли. Я первым выхожу из спальни, не дожидаясь его. Кровь то отходит от моего лица, то приливает обратно. Я судорожно пощипываю свое тело, чтобы не дать желанию охватить меня. Ви с полотенцами в руках догоняет меня уже в раздевалке, но останавливает меня, когда я собираюсь пройти в следующее помещение: — Стой. — Почему? — Там кто-то есть. — он прислушивается, — Это Моня и Джин. — И что? — Не надо им мешать. — Что? Почему? — Потому что. Техен разворачивается и хочет утянуть меня за собой, но я не даюсь. Тут сердце наконец-то приходит в норму, умеренно отстукивая каждый удар. Успокоившись, я снова чувствую уверенность. Но все так же не понимаю действий Ви. — Хен, пошли, как раз хорошо, что не будем одни. — Зато для них, может, наоборот будет... Мелкий, а ну стой!       Не слушая Тэ, я прохожу в горячий источник. Оба Хена над чем-то смеются, сидя друг напротив друга, опираясь руками о стенки. Увидев меня, они весело предлагают присоединиться. И почему Ви не пускал меня? Я сажусь рядом с ними, когда Техен осторожно выглядывает. Убедившись, что все в порядке, он подкашливает. — А Тете не хотел меня пускать! — довольно жалуюсь Джину я в точности, как Ви ябедничал про улицы Красных Фонарей на меня. — Почему? — Я услышал вас и подумал, что не стоит отвлекать. — отвечает ему Тэ и наклоняет голову. — Техен, — смеется Джин, — успокойся, вы нам никогда не мешали, понимаешь?       Я не совсем понимаю, что Сокджин с такой интонацией пытается донести до Ви, но тот довольно кивает и залезает к нам в источник. Скоро приходят Шуга с Хосоком, а потом и Чимин. Мы весело наслаждаемся горячей водой, смеемся, а после вместе идем кушать еду, купленную Хоупом и Техеном. Потом долго не ложимся спать, зная, что завтра нам никуда не надо вставать, и полночи лежим в гостиной смотрим фильм, все время смеясь от шуточек Юнги.