Мое море

      «Санджи-сан — страшный, он пришёл в кабинет к самому Арлонгу, а тот попросил его не избивать! Как вообще Зоро мог попасть в кандалы, имея такого сильного союзника!». Так думал Усопп, пока следил за фигурами в комнате. Кажется, они собрались уходить, рыбочеловек поднялся и приподнял лицо блондина за подбородок. Усоппу показалось это странным, будто он собирался его поцеловать. Он заметил маленькую услугу Санджи — приоткрытое окно и при помощи крючка из проволоки легко отворил его полностью.       Усопп снял ботинки и мягко-мягко спустился с дерева на подоконник, а оттуда в кабинет Арлонга. У рыбочеловека тут могла быть масса любопытного, не говоря уже о всех деньгах пиратской шайки и тайных письмах от купленных дозорных. Как тех, что игнорировали все просьбы Кайи защитить её от посягательств на дом и наследство. Как бы ни было любопытно Усоппу, нужно было брать катану и убираться как можно скорее.       Наверху раздался какой-то стук, ни дать ни взять Санджи-сан опять бьёт Арлонга. Наверное, этот блондин очень влиятельный человек, раз у него есть собственная комната в резиденции рыболюдей… Но нельзя быть неблагодарным, этот человек дал ему подсказку, впустил в дом, отвлёк чужие глаза, будет подлостью со стороны Усоппа подставить его. Потому перед уходом он взял подушки с топчана у окна, приложил их с обеих сторон окна и аккуратно стукнул. Стекло разбилось без единого шороха и Усопп, возгордившись своими способностями, покинул здание. Теперь при обнаружении пропажи все будут думать, что злоумышленник разбил стекло, чтобы проникнуть в дом.       Пробраться в полной темноте назад в склады оказалось одновременно легче и сложнее, ведь каждая тень, каждый шорох приводили Усоппа в ужас, но вернуться незамеченным всё-таки удалось. — Зоро-кун, у вас такой страшный друг! Сам Арлонг просил у него не избивать! — Усопп протянул мечнику катану, и тот принял её с облегчением и благодарностью, как мать, которой вернули младенца. — Завитушка? Как он там? — Почему-то не может говорить… погодите, этот тот, кто хотел откусить себе язык? — Чёрт, — только и сказал Зоро, а затем повторил. — Чёрт!       За стенами склада послышался какой-то шум и голоса, нужно было действовать. — Хорошо, за мной, у меня есть подход к их транспорту, — скомандовал Зоро. — Секунду…       Усопп вынул из своей большой сумки баночку красной краски и кисточку, а затем быстро начал что-то рисовать на стене над местом, где был прикован Зоро. — Что ты творишь, черт возьми?! — рыкнул мечник.       Усопп отступил, довольно осматривая свою работу. У него на стене красовался портрет человека в маске, от которой расходились стилизованные лучи. Подпись под рисунком гласила: «Согекинг». — Это чтобы запутать следы. Когда кто-то восстает против рыболюдей, совершает побег, возвращает украденное у людей, везде оставляется подпись героя Согекинга, доброго мстителя за всех униженных и оскорблённых. Пусть рыболюди думают, что это неуловимый ниндзя, в то время как Согекинг — это все мы! — гордо подбоченился Усопп. — Любопытное решение для трусов, но ты-то чего такой гордый, — спросил Зоро. — Зоро-сан, ведь это Усопп первый придумал Согекинга! Он нарисовал его, когда мы сбежали и подпалили дом, а потом в порту! А потом мы услышали, что Согекинга видели и на других островах ИстБлю, и он даже убил нескольких рыболюдей. Это не решение для трусов, это очень отважное решение, ведь скольких бы рыболюди не поймали, Согекинг все равно будет жить! — восхищенно сказала Кайя. — Как тебе, мечник, мои восемь тысяч последователей? — Бежим уже, предводитель революции… — но про себя Зоро отметил, что впечатлён. И что Арлонгу противостоят даже самые слабые, просто так, как могут.       Момо встретила Зоро дружелюбным мычанием, она давно жаждала любимой прогулки до Барати. Вусмерть перепуганный Усопп старался подавить в себе приступ болезни «я-не-могу-плыть-через-море-на-морском-чудовище» и подать руку Кайе, чтобы она забралась в паланкин. Усадив пассажиров, Зоро быстро направил Момо в море, будет хорошо, если рыболюди не увидят их отплытия. Все определенно складывалось в их пользу, ни на пирсе, ни в стойлах никого не оказалось, а в резиденции Арлонга горели все окна и доносился какой-то шум. Подавив в себе желание спрыгнуть с коровы и поспешить узнать, не случилось ли чего с многострадальным Завитушкой, Зоро повернул голову вперед. Ему нужно новое оружие, ему нужен план, как спасти, а не погубить своей глупостью чертова эро-кока.       Вечер был тёплым и ясным, и Момо вмиг домчала троицу до Барати. Оставалось надеяться на добрую волю местных обитателей, которые помогут Усоппу и Кайе выбраться. Самого же Зоро мучила совесть, что не смог спасти их поварешку, потому двери на кухню он отворил с тяжелым сердцем. — Э, да это же наша голова-трава! Зефф, тут пришёл тот мечник от рыболюдей! Что, есть какие-то новости от Санджи? — и кухня затихла, когда увидела за спиной Зоро жмущихся друг к другу Усоппа и Кайю. — Я из Нью Арлонг парка, эти ребята сбежали оттуда и им нужно укрытие, — начал сразу с дела Зоро. Пусть сначала помогут отважному коменданте и Кайе, а потом линчуют его. — Санджи и правда болен и вынужден был остаться. — Правда болен, — Зефф посмотрел на него испытующе. — Да, — и Зоро не врал, на (временно, надеюсь) онемевшего Санджи парням с Барати лучше не смотреть.       На кухне воцарилось молчание, которое на удивление первым прервал Патти. — Ну здесь же одна из санджиных прекрасных меллорин, я думаю, будь он здесь, у нас бы не было другого выбора, кроме как помочь ей и угостить самыми вкусными блюдами ресторана! — Ахой! — раздался поддерживающий выкрик со всех сторон. — Будьте нашими гостями, можете спрятаться в комнате Санджи, пока мы что-нибудь придумаем. Патти, организуй туда ужин нашим новым друзьям, они в нём, судя по всему, очень нуждаются, — суровый Зефф тоже подобрел при виде скромной блондинки с добрыми глазами.       Так они оказались в комнате блондина, аккуратной и элегантной, как он сам. Тут не было ничего лишнего, если не считать лишними целых пять черных костюмов с жилетками, которые висели в его шкафу. — Типичный Завитушка, — прокомментировал Зоро. — Так это комната Санджи-сана, — благоговейно прошептал Усопп. — А я думал он живет в Арлонг Парке, у него там тоже своя комната. — Нет, он там не живет, скоро он вернется назад, — резко ответил Зоро. — И хорошо, если он работает в ресторане, ему нельзя там надолго оставаться, а то его во всем обвинят. — В чем? — не понял Зоро.       Усопп замялся. — Ну… мы пока с Кайей в бочке сидели… еще до того, как вас привели… там по ночам собиралась какая-то шайка рыболюдей… и в общем они рассуждали, где купить яд и какой. Они говорили о том, что хотят отравить любовника Арлонга. А если Санджи-сан повар, то все подозрения сразу падут на него…       Усопп не понял, почему Зоро дернулся к выходу на веранду, уронив тумбочку, почему так до побеления костяшек сжал пальцами перила, когда увидел, что послушная Момо уже уплыла домой сама. — Когда? — Что «когда», Зоро-кун? — Когда они собираются отравить его. — Не знаю, они уже купили яд, но он был не очень хороший, его было трудно замаскировать в пище. Кажется, решили купить вино подороже и положить его туда, все равно рыболюди не пьют вина… Стойте, рыболюди… не пьют вина? Значит любовник Арлонга — человек?!       В голове Усоппа пронеслись образы. Арлонг, кладущий большую руку на светлые волосы. Беседа в кабинете поздно вечером между рыбочеловеком и блондином. Санджи, задумчиво смотрящий в темноту сада с бокалом вина в руках… — Он пил. Я видел, как он пил это вино, — севшим голосом в итоге решился проговорить Усопп. — Как раз, когда помогал мне добраться до катаны… Зоро больно ударил себя по голове кулаком. Как высокомерен, как глуп он был, смотря на Санджи и Нами свысока. Они сохранили жизни своих близких невероятными усилиями, он попытался сохранить одну и полностью облажался. Момо уже давно покинула Барати, отправившись на охоту, а затем домой, в ночи у ресторана не стояло ни одного судна, он просто не мог вернуться, хотя готов был сдаться снова в руки рыболюдей, только бы хоть чем-то спасти кока. Усоппу пришлось повиснуть на руке мечника, чтобы хоть как-то ослабить размах, с которым он ударил себя по голове ещё раз.       Вкус у вина был странный, но ещё страннее была вся эта ситуация — приготовить ужин и пригласить своего мучителя на кухню, потому напиться было жизненно важно. Санджи опустошал уже второй бокал, но вместо легкости в голове приходила какая-то тяжесть в груди. — Я точно знаю, что в этом есть какой-то подвох, но воспользуюсь моментом, — присвистнул Арлонг, входя за Санджи на кухню. Блондин усмехнулся одной половиной рта и расслабленно отхлебнул вина. — Я рад, что ты видишь, что перемирие может быть очень выгодно нам обоим. Если ты хорошо меня попросишь, я даже не буду убивать этого наглеца Ророноа, — Арлонг усаживался за стол.       Санджи фыркнул пренебрежительно. Он будет показывать как можно меньше заинтересованности в судьбе мечника, чтобы рыбочеловек не мог использовать и его, как рычаг давления. — Да, да, я прекрасно знаю эту твою мину «мне на всех плевать», она уже не работает, я читаю её на раз-два, — Арлонгу доставляло откровенное удовольствие наблюдать, как выражение на лице Санджи сменяется на удивленное. — Не думай, что я совсем не изучил тебя, у меня… у нас же было достаточно времени?       Блондин закатил глаза и изящно прислонился к столу посреди кухни. Арлонг бы даже назвал эту позу флиртующей. Если бы она потом не сопроводилась болезненной гримасой и блондин бы не начал сползать вниз на пол. — Санджи?! Что с тобой, Санджи?! Если это очередная твоя задумка, то она херовая! — Арлонг успел схватить кока до того, как он расшиб себе лоб о мраморный пол кухни. Его глаза закатились, голова пылала, а над губой выступила испарина. — Черт! — Арлонг схватил Санджи на руки и бросился из резиденции. — Эй, есть кто там, отвязывай Момо, срочно нужно к врачу! СЕЙЧАС ЖЕ.       Внизу заслышались голоса и топот, но для Арлонга все двигались слишком медленно, они что — издеваются?! Не дождавшись, пока его распоряжение выполнят, он сам схватил блондина и побежал с ним на руках на пристань, обругивая сбежавшихся на крики рыболюдей. — Арлонг-сама… Момо куда-то уплыла. Кажется её отвязал пленник, — пролепетал растерянный рыбочеловек, на половине пути встретивший его на дорожке к пристани. — Как он освободился, идиоты! — просто рычал в ярости Арлонг. — В том то и дело, кажется его освободили. Это снова Согекинг.       Арлонг отметил про себя начать настоящую вендетту с чёртовым повстанцем, как только разберётся с более важными делами. Санджи на его руках переставал подавать признаки жизни. Его странная внезапная болезнь, появление на острове Сокекинга и пропажа Зоро, неужели всё связано, неужели чертов партизан вышел на тропу войны и нанес упреждающий удар по близкому к лидеру обитателю Арлонг Парка? Рыболюди такого терпеть не будут, прощелыге конец. Но он не убьет его слишком быстро, если Санджи сегодня умрет. — Срочно нужен доктор! Ему с каждой минутой все хуже! Что с наводниками? — В Парке сейчас нет ни одного наводного транспорта… и привезти доктора не на чем, — рыбочеловек был готов сквозь землю провалиться, гнев Арлонга был страшен не только для людей, но и для его подчиненных. Арлонг с бешеной скоростью перебирал в голове варианты решения проблемы. И все они сводились только к одному. — Буди Нами! СРОЧНО!