Высшая Нервная Деятельность

Тряхнуло. Полоса света прошла перед глазами, перекрывая иллюзию, и мне пришлось насильно проснуться. Под головой гудели турбины и дрожала обшивка. Всегда не любил спать в самолетах. Столько шума, столько людей, так сложно сосредоточиться на себе и своих снах. Сестрёнка заворочалась в соседнем кресле и пихнула меня локтем. Ей, как и мне, тоже было не до цветных сновидений. На ряду впереди зажгли лампочку. Тряхнуло. Сон в самолёте очень беспокойный. Ты болтаешься где-то между блаженной тьмой и светом, каждые полчаса, как по будильнику, открываешь глаза и чувствуешь, что сильнее желания спать только желание наконец приземлиться и выбраться из чёртовой железяки, которая давит со всех сторон. Самолёт ложился на горизонт, легли все, а я всё никак не мог вывернуться из кресла. Тряхнуло. Почему стюардесса в момент турбулентности ходит по салону? Лампочку на ряду впереди выключили. Сестрёнка уперлась острым подбородком мне в плечо. Я решил не оборачиваться. — Чего тебе? Тряхнуло. Где-то в хвосте салона заплакал ребёнок. — Ты мягкий, на тебе удобно спать. Вот только посмей подумать чего лишнего. Я привалился, насколько это было возможно, к иллюминатору. Розово-синие облака подо мной казались частью сна во мрачно бодрствующей коробке, набитой людьми. — Ну, ложись. Тряхнуло. Да так, что я приложился головой об холодный пластик. Мимо пробежало желтое платье с белой пилоткой. Какая бесстрашная стюардесса. Или что-то успело случиться? У Сестрёнки шикарные волосы. Ей бы попросить подушку, а не мои костлявые плечи. Но раз надо — значит надо. Не откажу же я даме, в конце-то концов. Даже если хочется сначала отказать, потом принять, потом сойти с ума и убить. Кого-нибудь. Или что-нибудь в себе. Каркнул ворон, и на глаза упало его мягкое черное крыло. Он сказал мне: — Спи, чучело бестолковое. Владелец совести и чести. Приятного полёта. И я отключился. Следом отключился и Он.